Обвинение

Космос все нарезал круги по квартире, разговор со следователем ему предстоял не из легких. Но, с другой стороны, о чем ему волноваться, если он ничего не совершал. Хотя, зная работу милиции, точно ничего сказать было нельзя. Дабы производить впечатление получше, Кос попросил Витю выгладить его парадный костюм, даже стрелки на брюках. Пчёла всегда был на шаг впереди, поэтому еще ночью договорился с лучшим адвокатом города, что тот возьмется за это дело. Правда, Кос об этом еще не знал. — Кось, с тобой в милицию адвокат поедет. Зовут Михаил Юрьевич. Он тебе не даст лишнего сказать. А-то знаем мы этих следаков районных, подпишешь и не заметишь, как лес валить отъедешь, — Витя был на нервах уже сутки, от которых не мог уже со второго раза завязать Космосу галстук. — Ты когда успел? И сколько стоит вот это удовольствие? — ведь Кос привык решать проблемы самостоятельно и свои, и Витины, а тут — адвокат, еще и тезка солиста группы «Король и шут». — Забей, главное тебе дать нормальные показания, а Михаил за этим и будет следить. Надо еще дома убраться, все подозрительное выкинуть, вдруг обыск будет, — суетился Пчёла знатно, еще чуть-чуть и Кос, ей Богу, купит ему валерьянку и заставит пить. — Это ты ящика вон пересмотрел, какой обыск? Не будет ничего. Поедем, потолкуем, твой этот Юрий Михайлович, если что не так будет, предупредит меня. А ты даже не думай ехать, раз тебя уборка успокаивает, ей и займись, — сохраняя необходимую долю спокойствия, сказал Кос. — Михаил Юрьевич. — Все, Вить, харе наводить панику. Иди каналы полистай, я не знаю, да покури хоть сходи, вернусь — поговорим, — Кос хлопнул дверью и ушел на допрос. Ох уж этот районный отдел милиции. Старое здание, которое разваливается при одном взгляде на него. Непрезентабельного вида работники — курящие, как паровозы, у которых вся речь построена на мате и блатном жаргоне. Вот она, власть в Советском Союзе. Встретившись у входа со своим адвокатом, который и именем, и внешне был похож на участника «КиШ», Кос надеялся лишь на то, что у него есть опыт в подобных делах. Следователя на это дело назначили молодого, вроде даже только проходящего практику. Адвокат подметил, что заткнуть за пояс такого сотрудника будет очень легко. — Космос Юрьевич, где вы были в ночь с восьмого на девятое июля сего года? — следователь записывал каждое сказанное слово черными чернилами в свой блокнот. — Дома был, может мой друг подтвердить, он временно у меня живет. Проблемы дома, — переглянувшись с Михаилом, сказал Кос, у которого не дрогнула ни единая мышца на лице. У него прекрасно получалось контролировать не только свою мимику, но и сказанные факты. — Обязательно проверим. Имя друга? — Пчёлкин Виктор Павлович, — от надоедающих вопросов, Космос уже несколько раз оглядел небольшое помещение с тусклым светом, окном под потолком, деревянными стульями и столом. — Скрывать мне нечего. Телку эту, простите, женщину, я знать не знаю и никогда не видел. С кем она там трахается, а потом заявы пишет, дело не мое. Я к этому никак не отношусь. — Прошу прощения, господин следователь. А хоть какие-то экспертизы проводились? У гражданки проводилось медицинское освидетельствование? Если она утверждает, что ее изнасиловал именно Космос Юрьевич, то она может рассказать, когда и где это было. Указать его особые приметы, например. Мало того, под ее ногтями должны были остаться следы эпителия, раз она говорит, что все было против ее воли. Мой подопечный готов сдать необходимые образцы для анализа и сравнения, — в разговор вмешался Михаил Юрьевич, который заставил шевелить мозгами нерадивого следователя, и удивиться Коса. — Гражданка Смольникова посетила врача-гинеколога, которым были зафиксированы следы насильственных действий. Экспертиза по эпителию будет произведена ближайшие дни. И я могу вам сказать, что на данный момент, ее показания не сходятся с рассказом Космоса Юрьевича. — Конечно, не сходятся и сходиться не могут. Мне неизвестно, что является целью всего этого представления, — услышав, как его защищает Михаил, Кос расслабился, что благодаря адвокату, все будет в его пользу. — Подскажите, пожалуйста, у Вас были враги? Люди, кто желал чего-то плохого, кому Вы перешли дорогу? — простота вопросов молодого следователя достигала своего апогея. — Только если мой сменщик на заводе металлоконструкций, где я тружусь. Из нас двоих выбирали, кому повысят должность. Повысили мне. А у него вроде жена и ребенок, но он проигрывал по профессиональным качествам, что руководство и увидело. Больше никого не могу вспомнить, честно говоря. Фамилию его что-то подзабыл, а зовут Антоном, точно. — Антон Смольников его имя. Работает с Вами в одной смене, этот факт мы уже проверяли. — Погодите, а что требуется доказать Космосу Юрьевичу? Тут все уже ясно. Жена Смольникова в обиде, что мужа не повысили. Она и выдумала эту историю. А сымитировать изнасилование ей и помог товарищ Смольников, — привел железные аргументы адвокат. — Но для успокоения следствия, я настаиваю на сдаче биологических образцов как Холмогоровым, так и Смольниковым. Вот и посмотрим, кто окажется прав. Взятые образцы были отправлены на более детальную расшифровку в Москву, откуда ждать результат экспертизы пришлось целую неделю, тогда всех участников этого дела и вызвали снова к следователю. Уже всех вместе, дабы сделать очную ставку. На этот раз и Пчёла не смог остаться дома со своими переживаниями, но в кабинет следователя были вызваны: Холмогоров, Смольниковы и адвокат Михаил. — Пришли результаты экспертизы из Москвы, — бодро начал следователь. — Холмогоров Космос Юрьевич никак не причастен к факту изнасилования гражданки Смольниковой. Его биологические образцы не соответствуют найденным под ногтями жертвы. Таким образом, с гражданина Холмогорова все обвинения сняты. В отношении Вас больше не ведется никакое производство по уголовным делам. А вот гражданин Смольников является человеком, совершившим данное преступление. Иначе говоря, Вас, Смольникова, изнасиловал собственный муж, чтобы, написав заявление, очернить репутацию Космоса Юрьевича. Вы уж очень расстроились из-за повышения, которое досталось не вашей семье. Далее, дело будет касаться только Смольниковых, в связи с чем, прошу выйти всех остальных. Космос и Михаил вышли из кабинета с неким облегчением, хоть и были уверены в своей правоте. — Ну, что там? Говорите, — Витя подорвался с табуретки, на которой он все это время сидел в коридоре отдела милиции. — В отношении меня закрыли это конченное дело. Представь, мой сменщик свою же жену и изнасиловал, дабы меня с работы выгнали. Вот так концерт. А с Вами, Михаил Юрьевич, скоро рассчитаемся. Вы нам очень помогли, — пожал Космос руку своему спасителю.

***

— Кось, вот нервов была потрачена уйма, а все из-за того, что люди не умеют признавать поражения. Каким же уродом нужно быть, чтобы сначала изнасиловать свою жену, типа для правдоподобности, а потом придумать такую схему. Я бы вот не додумался, никогда, — размышлял Пчёла о всем случившемся, лежа на небольшом диванчике и расчерчивая грудь Космоса одному ему понятными узорами. — Пусть это останется на их совести. Нас это никак не коснулось, все хорошо закончилось. Да и не поверил бы ты в такое никогда, — Кос обнимал Пчёлу, проводя руку за лопатками. — Нет, конечно, это ведь такой абсурд, — поднявшись с дивана, и в привычной манере оборачивая простыню вокруг пояса, Витя прикурил сигарету. — Опять мне голышом на балкон выходить? — А это твоя судьба, Кось. Напряженная неделя прошла, а идиллия восстановилась. Жизнь молодых людей вернулась в привычное русло, в котором, как они надеялись и верили, будет меньше крутых поворотов судьбы.