Devil with a cause

Тэхёну, в отличие от Сокджина и Намджуна (и хорошо, Чонгук, но он будет отрицать это до последнего вздоха), не нужно отрывать челюсть от пола, когда его глаза наконец благословлены видом платинового Хосока. Они смотрят фильм Ghibli, когда входит Хосок, прямо из душа и в гостиную, пар все еще следует за ним, как клише в порно. Когда он завязывает свой обтягивающий халат вокруг своего стройного тела, Чонгук снова задыхается, но Тэхён просто щурится, наклоняя голову влево и вправо, а на его губах играет довольная ухмылка. — Что? — смущенно говорит Хосок, вытирая полотенцем свои мокрые волосы, а его кожа так ярко светится в обычно темной комнате, что Чонгук с трудом отводит взгляд. Вы могли бы подумать, что экспозиционная терапия каким-то образом сработает, но каждый раз, когда Хосок входит, у Чонгука просто перехватывает дыхание, и это ужасно для его здоровья и абсолютно ужасно для его самочувствия. — Просто думаю о том, как умопомрачительно ты выглядишь, — усмехается Чонгук, когда собрался с мыслями. — Придержи эту мысль, — говорит Тэхён, щурясь на теперь зачесанные назад волосы Хосока, и встает с дивана, чтобы нырнуть в свою комнату. Чонгук остается один, на экране все еще идет фильм, а Хосок стоит посреди гостиной, голый, если не считать халата, накинутой на его тело. Ни один из них не наблюдает за развитием сюжета, предпочитая вместо этого смотреть друг на друга сверху вниз. — Платиновый блонд действительно подчёркивает сияние твоей груди, хён, — беззаботно говорит Чонгук, и румянец, который он привык видеть на лице Хосока, теперь распространяется до самой груди, розовый — чудесный контраст с белым халатом. Чонгук хочет уткнуться туда лицом и вдохнуть его запах, но он понимает, что сейчас не время. — Блин, Гук-а, — стонет Хосок, но Чонгук сфокусирован на его теле, и он клянется, что видит, как дергается его нога, просто это маленькое движение, которое выдает, что он увлечен этим так же сильно, как и Чонгук. Прежде чем он успевает исследовать его дальше, возвращается огромная шатающаяся башня из ткани, скрывающая за своими цветами пятно в форме Тэхёна. Руки Хосока набиты до отказа, что сопровождается заявлением, что в этих нарядах он будет выглядеть «опасно смертоносно». — Эм, спасибо? — Нет, серьезно. Этот обтягивающий белый топ действительно выделит твой тон, все будут в восторге, — давит Тэхён, проводя кончиком пальца по ключице Хосока и скользя под халат. К тому времени, как он закончил, лицо Хосока так покраснело от жара, что Чонгук подумал, что они действительно смогут приготовить на нем яичницу. — Я пойду примерю их, — бормочет он, и Тэхён хрипло кивает, сдувая с лица завивку. — С тобой я разберусь позже, — угрожает Хосок, указывая на Чонгука. Возбужденный трепет вскипает по венам Чонгука, но он ждет, пока Хосок осторожно выйдет из комнаты, прежде чем что-то сказать. Как только Хосок уходит, Чонгук набрасывается, борясь с Тэхёном и падая на пол с мучительным криком. — Ой, за что? Тэхён бормочет, когда Чонгук садится к нему на колени, прижимая его к полу бедрами. — Тебе нужно было сделать еще хуже? Он прикусывает ухо Тэхёна, но пальцы Тэхёна быстро находят точный изгиб талии Чонгука, где ему щекотно, и они катаются по полу, находя слабые места друг друга, пока Намджун не приходит их разнять. Они возвращаются к фильму, но Чонгук на самом деле не смотрит. Все, о чем он думает, это Хосок, стоящий посреди комнаты, и он до сих пор не может прикоснуться к нему. Это исключительно несправедливо, правда.