Зарисовки по Магистру

      Если честно, Сичень был немного. извращенцем. Иначе как объяснить тот факт, что когда Цзян Чэн, являющийся нижним в их отношениях, властно командует подчиненными, высокомерно смотрит на окружающих и яростно огрызается на противников, у Сиченя просто ноги подкашиваются и уши краснеют так стремительно, что хочется немедленно поправить волосы? Сичень сам не мог этого объяснить, но такой угрожающий, взбешенный А-Чэна действительно горячий.       Сичень не был уверен, хочет ли он сам стать нижним — это не вызывало у него яркого отклика, но и сильно против он не был, поэтому если Цзян Чэн захочет, он с удовольствием попробует себя в этой роли. Но проблема была в том, что Сичень сильно сомневался, что А-Чэн захочет этого. За закрытыми дверьми, перед ним, А-Чэн становился мягким и нежным, ласковым и очень послушным, выглядя абсолютно довольным и счастливым, поэтому Сичень никак не решался сказать, чего хочет, ведь для того, чтобы А-Чэн мог вот так чуть сонно и капризно пробормотать «Еще минуточку» или сам попросить объятия и поцелуи потребовались годы. Годы терпения, попыток объяснить А-Чэну, что он любим, ежедневных доказательств этого, тепла и заботы, в ответ на которые ему всегда доставался абсолютно шокированный взгляд и робкая попытка ответить, которую он бурно поощрял. Он был старшим учеником, поэтому ему приходилось воспитывать младшее поколение, проводить у них уроки и сопровождать их, но он никогда не думал, что его опыт может пригодиться в отношениях с тем самым Главой Ордена Цзян, в которого он был влюблен еще со времен обучения и войны. Однако у него получилось и теперь Цзян Чэн, когда-то жутко боящийся сделать что-то не так, сказать что-то неправильно, боящийся даже просто ответить на его чувства, чтобы потом ему не было больно, сам демонстрирует привязанность, сам тянется целовать, сам что-то предлагает и просит, поначалу зажимаясь от страха, но со временем все более уверенно.       Поэтому Сичень безумно боялся разрушить эту гармонию между ними своим признанием, но в то же время понимал, что это отношения двух людей, с двумя дающими и двумя принимающими, а не только одним с каждой стороны. И в последние несколько дней эта дилемма разрывала его на части все сильнее, потому что началось время подготовки к Сбору Орденов, на котором те должны проявить себя, и Цзян Чэн все больше времени проводил с учениками, приказывая им и руководя тренировками, а Сичень, заходящий иногда на площадку, уходил на подрагивающих ногах, потому что Цзян Чэн… Он такой гордый, такой уверенный, такой яркий, и Сичень так любит его, он хочет встать перед ним на колени и поклоняться, как божеству, потому что Цзян Чэн заслуживает этого, заслуживает любви всего этого мира, и не важно, понимает он это или нет, Сичень ему обязательно расскажет.