Больше не друзья

Назавтра была перебазировка. Они быстро захватили деревню благодаря не таким уж никчемным сведениям, добытым Стивом и переместились в город. Пресса не врала, освободителей встречали радостно. Открыли заколоченные бары, девицы накрасились и допоздна гуляли, вспоминая старые песни и сочиняя новые. Стив последовал совету Баки и пошёл в бар с намерением «снять там кого-нибудь». В прокуренном кабаке почти не было мест, а все внимание было сосредоточено у старого пианино, за которым сидел светловолосый парень, распевая песни на незнакомом языке. Стив приметил двух симпатичных девушек за столиком, они как зачарованные смотрели на певца. Стив взял пиво, придумывая фразу для знакомства и жалея, что не пошёл с Коммандос. Он ценил своих боевых товарищей, хоть и не был особенно близок ни с кем из них, они бы его здорово выручили и влёгкую познакомили бы его с любой девушкой. С досадой вспомнив о том, кому подойти познакомиться и начать непринужденно болтать было особенно легко, Стив решительно подошёл к столику. - Капитан Роджерс! - совершенно не имея в голове того, что будет говорить дальше. Но девушки благосклонно отнеслись ко вниманию красавца, представились и предложили присесть к ним. Элис и Мойра конечно были местными, и больше рассказывали про певца с чересчур тщательно уложенными светлыми волосами, чем про себя. Голос и вправду был завораживающим, то искренне грустил о потерях, то пел о любви, словно бы управляя настроением в зале. Из всех песен он узнал только грустную песню про горлицу с неподходяще веселым мотивом на английском. Признаваться девушкам в том, что он героический Капитан Америка не хотелось, а о чем говорить ещё он не знал. Стив откровенно скучал по той легкости, с которой он говорил с единственным другом и заставлял себя продолжать общение. Девушки то ли почувствовали эту принужденность, то ли не поняв, кто из них ему больше понравилась, засобиралась домой. Стив не стал их задерживать, удивляясь какое вкусное и легкое пиво варят местные, остался. К нему подходили узнавшие его солдаты, он вежливо общался и засиделся. Парень за пианино видимо исполнил весь свой репертуар и пошёл за стойку. Стив, подумал, что в переполненном баре занимать столик одному неразумно, тоже пошёл к стойке. - Том, - обезоруживающе улыбнулся певец, протягивая руку. - Стив, - тоже улыбнулся фирменной улыбкой Кэп. Певец оказался пилотом, но до обучения был кавалеристом, из рассказа Стив не совсем понял, сколько тому лет. На вид он был совсем молод, но казалось, что капитан Николлс намного старше. Они выпили довольно много, да и беседа оказалась интересной. Том рассказал, что знаком с мистером Толкином, и идею включить эльфов в историю о Средиземье подкинул именно он. Том рассказывал об учебе в Оксфорде, где они познакомились и опять выходило, что он старше чем выглядел. Стиву уже не казалось ребячеством обсуждать детскую книжку. Они обсуждали аллюзии в книге, описанное оружие, расы и отношения героев. Том заказал ещё пару кружек. Задев руку Стива, задержал прикосновение дольше нужного. - В книге ты был бы эльфом. - Скорее хоббитом, - ответил он со смущенной улыбкой. Эльфа скорее напоминал сам Том, высокий как Стив, но стройный и легкий. - Я знаю, - непонятно ответил Том. Наверное узнал Кэпа, почему-то с досадой подумал Стив. - У меня есть рукописи профессора, продолжение из той же серии. Хочешь дам почитать? На такое предложение Стив не смог сказать нет. Они шли тёплой звездной ночью по улицам, разговаривали так легко и свободно, как будто давно знали друг друга, а не познакомились час назад. Стиву казалось он пьян после выпитых восьми или девяти кружек, потому легко смеялся шуткам Тома и сам шутил. Том привёл их в неожиданно дорогие апартаменты в центре, Стив припомнил, что тот пилот, и решил, что ему должно быть неплохо платят. Том никак не прокомментировал смущение Стива, повёл его в кабинет. Вытащил из ящика стола листы и повернулся протянуть их Стиву. Должно быть Стив сам встал слишком близко, большие светлые голубые с зеленцой глаза оказались совсем рядом, и он не глядя вниз, коснулся руки Тома. Он не убрал узкую кисть, наоборот, преодолев разделяющие их полшага, подставил лицо к губам Стива. Стив точно помнил, что сам поцеловал его. Эти губы были узкими, совсем другими, но притягательными и жадными. Том повёл его в другую комнату, держа в одной руке скреплённые листы, а в другой - руку Стива. Он никогда не держался за руки с парнем вот так, но чувствовать длинные прохладные пальцы в своей ладони оказалось приятно. Он отдавал себе отчёт в том, что они собирались делать. Может он и пришёл за книгой, но сейчас шёл в спальню к незнакомому парню с намерением пойти с ним до конца. Том положил бумаги на стол и положил руки на талию Стива. Они снова поцеловались. - Ты это уже делал? - убирая прядь со лба Стива, спросил Том. Тому как во сне наяву привиделись все те разы с Баки. - Нет. - Не бойся, Стив. Я буду нежен. Он исполнил обещание, раздевая и распаляя Стива, раздевался сам, позволяя трогать себя везде. Он был так естественен в своей наготе, так искренен, показывая свое желание, что когда Стив потянулся головой вниз, лишь запустил пальцы в его пшеничные волосы, откинулся на подушки. Стив впервые дотронулся губами до члена. Ничего особенно неприятного или шокирующего в нем не было. Просто часть тела с нежной кожей и золотисто-рыжие волоски вокруг. Стив раскрыл рот и лизнул головку. Ответом был довольный стон Тома. Почувствовав это одобрение, Стив взял в рот головку, а ладонью обнял ствол, как это делали ему. Он принялся водить рукой вверх и вниз, посасывая и облизывая головку. - Ты удивляешь меня, Стив. А говорил, что не делал этого, - горячо дыша, проговорил Том. Стив не стал ничего объяснять, удобно раскинувшись на широкой кровати, продолжил движения. Но Том скоро остановил его: - Не торопись, хочу показать тебе как это бывает по-настоящему. Он приблизился к Стиву и прильнул к нему губами. Они лежали поперёк кровати, Том взял в руку член Стива и смотря ему в глаза сказал: - Я хочу, чтобы тебе было приятно. Я расслаблю тебя там, чтобы тебе не было больно. Он разговаривал и смотрел своими красивыми глазами прямо в тот момент, пока водил ладонью по члену. Это было так ново и возбуждающе. Том как из воздуха достал баночку, зачерпнул из неё и нанёс что-то густое на член Стива. Рука заскользила легче и приятней. Том продолжил движение пальцами вниз. Погладил поджавшиеся яички и вдруг приподнял Стиву ногу. Он молча повиновался. Том добавил смазки и дотронулся до средоточения раздвинутых ног Стива. Второй рукой Том взялся за член Стива, и скользкими пальцами принялся играть с головкой. Стив терялся в ощущениях, но инстинктивно напрягся, ощутив палец внутри. - Расслабься, я не сделаю тебе больно, - услышал Стив низкий голос у уха. - я буду любить тебя нежно. А если захочешь и грубо. Как тебе нравится? Стив не знал, что ответить, все это - ласки, разговоры, руки были для него новым и волнующим. - Я не знаю, - почему-то прошептал Стив. Палец ласкал его внутри и снаружи, раздражая чувствительную кожу. - Я хочу, чтобы бы стонал от удовольствия подо мной. Я войду в тебя медленно, ощущая тебя каждым дюймом, а потом буду двигаться глубже и сильнее. Пальцев внутри уже было два, Стив чувствовал их давление и ужасный стыд от того, что позволял это делать, от того, что говорил Том, как он это говорил и от того как сам хотел продолжения. Он ощутил как Том приближает к нему лицо. Но вместо поцелуя тот лизнул его висок. Пальцы медленно вышли из него. - Если не хочешь, можем не продолжать, - в мягком голосе Тома слышалось сочувствие. Стив выдохнул. Он определенно хотел этого. - Я просто волнуюсь. - У тебя слёзы. Мы можем не делать это. - Но я хочу. - И я хочу тебя. Когда ты вошёл в бар, я сразу заметил тебя. Но ты подсел к девушкам и я подумал, что у меня нет шансов. А потом ты подошел к стойке и я увидел какие у тебя красивые глаза. Том взял сигареты с тумбочки и сел закуривая. Каждое движение было легким, элегантным и ненапряжённым. Стив подумал, что если бы не война, Том мог бы стать актером. Стив подтянулся и положил голову ему на колени. - Как у тебя был первый раз? - С парнем? - затянулся Том, - Мы напились, и он начал трогать меня через штаны. Мы вышли из залы и начали целоваться, - он выпустил длинную струю дыма, - Было больно и стыдно. Я видел его потом, он женился и стал командиром. Но я не жалею. Потом был тот, кто научил меня как получить удовольствие. Я бы не обратил на него внимание, если не тот, первый раз. А ты? Стиву не хотелось рассказывать о Баки, но он был тронут откровением Тома. - Я не знал, что так бывает, когда мужчина любит другого мужчину. Но хочу узнать. - он поцеловал бедро под щекой. Том улыбнулся и потушил сигарету. - Это я могу устроить. Они долго и нежно целовались, ласкаясь. Потом Том повернул Стива на бок прижавшись грудью к широкой спине, сжимая в пальцах его сосок и зашептал в ухо: - Тебе нравится, когда я трогаю твою грудь, да? Она у тебя как у греческих статуй, - он трогал его налитой член, - Ты весь сложен как бог, - он направил свой член к заду Стива, - Такой красивый. Стив был готов к возможной боли, но почти не ощутил ее. Только скольжение, напряжение и возбуждающее чувство непристойности от того, что он позволяет делать с собой практически незнакомому человеку. - Ты такой гладкий везде. И там тоже. Я так хочу тебя, - Том как будто мог говорить не прекращая, - Тебе нравится? Хочешь, чтобы я потрогал его? - тут же взял в руку член Стива, - Там внутри есть такое место. Если его тронуть, ты поймёшь, почему мне так нравится это с мужчинами. И правда, он старался менять угол введения, пока Стив не почувствовал что давление внутри задевает его так, что совпадает с возбуждением в члене и удваивает напряжение. К дыханию присоединились неприличные стоны, которые Стив больше не мог контролировать. Он даже не заметил, как положил руку поверх руки Тома и сжимал ее, двигая бёдрами одновременно подаваясь назад и вталкиваясь в кулак Тома. - О, ты мне нравишься таким. Отпусти себя. Да! Ты хочешь глубже? Хочешь чтобы я трахал тебя сильнее? - Да! - простонал Стив. Том ускорился и сжал член сильнее. Стив кончал на красивые руки Тома, весь сгорая от возбуждения и смешанных чувств. - Эй, потише, капитан! Я так долго не смогу. У тебя такая красивая задница, Стив. Я захотел тебе вставить, как только увидел ее. За шумом в ушах Стив не запомнил все, что говорил Том той ночью, помнил только, что он вытащил перед тем как кончить и выплеснулся себе на живот. Стив лёг на спину, ошарашенный произошедшим. Он успел остыть и снова ощутил острый стыд от того, что делал только что. Он привык быть честен с собой, и понимал, что это чувство никуда не делось, просто притуплялось за возбуждением. Том взял его за руку. Наконец он молчал. Сжал на секунду пальцы. Поцеловал в плечо и положил на него голову. - Если нам обоим хорошо, то Боги не против, - сказал он странное. Стив не хотел разговаривать и просто положил руку на спину Тому, обнимая его. Они полежали так ещё немного и Том поднялся. Он ушёл за соседнюю дверь и скоро вернулся. - Ванная там, - Том как будто хотел добавить ещё что-то, но сдержался. Стив воспользовался предложением. Горячая вода в разбомблённом городе была волшебством. Стив залез в ванную и долго стоял под тёплыми струями, стараясь смыть с себя прошедшие дни. Разомлев от тепла и неги, он наконец ощутил, что произошедшее не катастрофа. Что они оба этого хотели, и обоим было приятно, а значит он не совершил никакого преступления. Даже закралась мысль, что раз в мире есть Том, и такие люди, то может произошедшее и не совсем грех. Война поменяла многие убеждения Стива и это укоренившееся ощущение грязи от тайных желаний тоже начало подвергаться сомнению. Тома не оказалось в спальне, Стив нашёл его на кухне, с вилкой и банкой тушенки. - Обстановку удалось оставить, но еда - армейская. Хочешь? - протянул он вилку. Стив сейчас же ощутил голод и не без дискомфорта сел на предложенный стул. Том открыл ещё одну банку и нашёл каменно твёрдые печенья-бисквиты. Они сидели и ели, смотрели друг на друг и улыбались. Хрустели бисквитами и прихлюпывали жидкостью из банки. Стив старался есть аккуратно, но Том ел как аристократ, небрежно, едва касаясь вилки, но при этом не оставляя жирных следов вокруг рта и не издавая никаких звуков. Стив на секунду ощутил себя деревенщиной перед важной особой. Это было забавно, учитывая, что оба они сидели в трусах на кухне под светом уцелевшего фонаря за окном и ели тушенку из банок. Он улыбнулся своим мыслям. - Когда ты улыбаешься, кажешься моложе, - улыбнулся в ответ Том. Они снова пошли в спальню и в этот раз Стив любил Тома. Было горячо и приятно. Том опять говорил беспрестанно и отдавался страстно и бесстыдно. Наутро Стиву нужно было в расположение и на рассвете, поцеловал спящего Тома, принял душ и захватив рукопись, ушёл. Подходя к части, Стив думал о том, что сказать Баки, если тот захочет поговорить. О Томе конечно он умолчит, это совсем не его дело. Но все же он чувствовал какой-то подъем в душе, теперь он как-будто знал, что сейчас все будет по-другому. Что теперь он найдёт слова, что не ранят друга. Что теперь он сможет убедить его, что то, что их связывает больше чем друзей - это не грех. Но Баки снова вёл себя как будто не было ничего в палатке. Это злило Стива, но помня, как проходили разговоры об «этом» с ним, не торопился. Он продолжал заботиться о Баки больше чем об остальных Коммандос, и те воспринимали это нормально, помня сколько они знакомы. Баки вёл себя независимо, изредка Стив ловил его грустные взгляды издалека.