Похищенная помощница для варвара

У меня просто нет слов. Во всяком случае приличных. – Есть желание остаться и отпраздновать? Или хочешь уехать? – подойдя ко мне ближе, спрашивает Чонгук. – Угу. – Что конкретно “угу”? – Остаюсь. Я сегодня ещё ничего не ела, а тут хотя бы торт точно есть. – О, далеко не только торт. Чонгук взял меня за руку и повёл к шатру. Ничего, я сейчас подкреплюсь, восстановлю силы и устрою супругу весёлую семейную жизнь. Он ещё сто раз пожалеет. Но при всех разборки не люблю, уже поздно что-то делать, а показывать себя истеричкой ещё и при детях, нет желания. Праздник вышел не очень долгим, но, на удивление, не напряженным и где-то даже душевным. Живая музыка, вкусная еда, теплые поздравления и пожелания счастья, даже ведущий появился и интеллигентно юморил и организовывал легкие больше интеллектуальные конкурсы. Торт вообще оказался шедевром кулинарного искусства, как внешне, так и по вкусовым качествам. Только я, наверное, и создавала напряжение, отказываясь целоваться под крики “Горько!” и танцевать с “мужем”, но Чонгук и не настаивал, он вообще был вполне доволен жизнью и крайне благодушен. Под конец вечера меня попросили запустить букет невесты. Мне вручили цветы, а ловить букет вышли только трое красавиц. Сестренки и Наи. Больше незамужних тут не оказалось. Но с каким азартом и блеском в глазах эта троица готовилась ловить букет, сколько потом было визга. Поймала букет всё-таки Наи, малышки разревелись, и Наи тут же отдала цветы девчонкам. Все разошлись довольные. Девочки с букетом, а Наи с осознанием того, что букет поймала всё-таки именно она. – Отвези меня ко мне домой, – требую я, когда мы неспешно бредем с Чонгуком в сторону стоянки. – Я пойду завтра развод оформлять. – Я пока не готов к разводу, Су. – А я это сделаю при первой возможности. Как ты мне это запретишь? Привяжешь к батарее и не будешь никуда выпускать? – Если уж привязывать, то лучше к кровати. А так, я хочу дать нам хотя бы пару недель. Куда-то на самолете пока не полетим, с твоим настроем не выйдет сесть на самолет. – О чём ты говоришь? – На дачу ко мне поедем. Там хорошо, природа отличная, рыбалка невероятная. Глушь, правда, сеть вообще не ловит и волки по окрестностям бродят. За забор лучше без меня не выходить. Остановилась. – Серьёзно? После всего, что ты сотворил и ещё планируешь, думаешь, я тебя когда-нибудь прощу? – Давай так, две недели со мной, и если не простишь, я не буду никак препятствовать разводу, отвезу тебя куда захочешь и компенсирую нанесенный тебе моральный ущерб. – Не-а. Чонгук открывает передо мной дверь своей машины и приглашающе вытягивает руку. – Что ты теряешь? – Дело вообще не в этом. Либо я сейчас уезжаю домой, либо… Чонгук тяжко вздохнул, приблизился ко мне, взял за талию и запихнул в салон машины. Вот же баран. – Поехали, – приказывает Чон водителю и машина трогается с места. – Я так понимаю, тебе ещё и проблемы с законом нужны, – мрачно произношу я. – Как пожелаешь. Через пару недель можешь мне устроить эти проблемы. Угораздило же связаться с этим… у-у, зла на него не хватает. Ехать пришлось долго. Даже успела за время дороги незаметно для себя задремать, проснулась, когда уже остановились, причём на руках у своего негаданного супруга. Первое, на что обратила внимание, это огроменный, мощный такой высокий забор. – Ты забор специально к моему приезду поставил? – отодвигаясь от Чонгука, спрашиваю я. – Нет, такой и был, места глухие, диковатые. – А тебя, кстати, за эти две недели на работе не потеряют? – Для всех мы в длительной командировке. Последние пару-тройку лет я буквально жил на работе, теперь можно заслуженно и отдохнуть. – В каком смысле “мы”? Я разве не уволена? – Нет, с чего бы? У тебя контракт. Прогул я тебе простил. – О, я прямо трепещу, великое прощение получила. Можешь увольнять. Чонгук хмыкнул. – Мы уже много раз говорили на эту тему. Такую ценную сотрудницу я не могу отпустить. – В чём же такая большая ценность у меня? – Самое главное, ты способна заряжать позитивом, хорошим настроением и вообще меня вдохновляешь. – На глупости? – На подвиги. Можно выходить, кстати. Первым вышел Чонгук, открыл мне дверь и помог выбраться. Оглядываю тёмную громаду здания. Уже ночь и дом выглядит впечатляюще. – Ну и домище. У тебя что, гигантомания? – спрашиваю язвительно. Настроение такое. Чонгук не торопится отвечать, подводит меня к крыльцу, а затем берёт на руки. – Что ты делаешь? – Традиция, кажется, такая есть. Дверь нам открывает водитель, Чон заносит меня на руках, и только после этого ставит на землю. – Как все запущено. Кошку в новый дом запускаешь? Женщин с пустыми вёдрами опасаешься? – Не то чтобы я очень верю, но в некоторых случаях хочется, придерживаться традиций. Проходи. Наша комната наверху, пойдём покажу. – Никаких наших комнат. Иду вперёд, осматриваюсь осторожно. Дух захватывает, конечно, от этого просторного дома. Действительно мощный, основательный, просторный. Здесь очень приятно пахнет природой, деревом и своя особая атмосфера. Спокойствия, что ли. Большие окна. О, какой камин шикарный. – Хорошо тут, – не хотела хвалить, но само вырвалось. – Я начинал строить этот дом с мыслью о большой семье, о том, как буду приезжать сюда с детьми, учить их рыбалке, ходить в походы, а по вечерам собираться за столом на свежем воздухе, – вдруг произнес Чонгук, очень меня удивив. Обернулась. – Ты же против детей и семьи. – Так было не всегда. Да и сейчас не совсем так, иначе ты бы замужем за мной не была. – А как? – Тебе это действительно интересно? Ты ведь теперь меня знать не желаешь, – говорит Чонгук, насмешливо улыбаясь. Фыркнула и отвернулась. Устала опустилась на диван и закрыла глаза. Ну и денёк сегодня был. Чувствую, как Чонгук садится рядом, опять притягивает к себе, обнимает осторожно. – Есть во что переодеться? – спрашиваю не открывая глаз. В объятиях Чонгука так хорошо, что нет никаких сил вырываться. Очень по ним скучала. – Есть, полно. Ты ушла, оставив у меня все привезённые вещи. – Почему не привёз, кстати? – Первую неделю после твоего ухода мне было не до этого. – Чем же ты таким занимался? – Тосковал. Ну и по барам безудержно слонялся. – Ну а потом почему не привёз? Пусть даже меня и дома не было. – Потом у меня уже стали зарождаться нехорошие планы по твоему возвращению, но я ещё честно с собой боролся. Но вот после твоего звонка и слов про замужество… я очень разозлился. Очень-очень. Ты даже не представляешь насколько. Думаю… – Вот коза. Всё равно же моей будет. — закончила я за Чонгука его же когда-то сказанной фразой. – Да, примерно в таком ключе я и подумал, – хмыкнул супруг. – Ещё я много чего нехорошего об Джине подумал, да и о себе. Устало вздохнув, выбралась из объятий и поплелась наверх, искать себе место для ночлега и какую-нибудь нормальную одежду. Как бы не заблудиться в таком большом доме. Хотя нет. Муж мой временный, по пятам за мной следует, ещё и комментирует, где и что находится. Экскурсию, значит, проводит. Гардероб мой нашелся в “нашей” супружеской спальне. Выбрала пижаму и пошла в комнату неподалеку, чтобы переодеться. Чонгук за мной. – Может, хватит за мной ходить? – спрашиваю раздраженно. – Мне нужно переодеться, выйди. Чонгук отрицательно покачал головой. – Не могу. Я за тобой слежу и несу ответственность. Я выйду, а ты вдруг, на эмоциях, в окно прыгнешь, а там высоко, опасно. Дом, конечно, охраняется, но, если, например, всё-таки сбежишь как-то в лес, то там тоже опасно. Волки, маньяки, комары в конце концов. Так что нет. Пока я не буду уверен в твоём благоразумии, переодевайся при мне, а я могу закрыть глаза если надо. Покрутила пальцем у виска. Ну не драться же с Чонгуком. Кричать и истерить у меня запал прошёл на этот вечер. Вернулась в прошлую спальню и скрылась за дверью гардеробной, но не всё-так просто оказалось. Выглядываю. – Развяжи мне шнуровку на платье. Туго завязана. – С удовольствием, – ответил Чон, тут же оказываясь рядом и вставая позади меня. – Хм. Тут такие мелкие узлы, что быстрее и проще разрезать. Не против? – Против! Мне это платье ещё пригодится целым. Мало ли, сколько раз мне ещё замуж выходить придётся. – Идём за ножом. – Не пойду. Так развязывай. Оказалась вновь на плече у Чонгука. Чуть что, сразу на плечо. Муж мой, не реагируя на мои подколки и ругательства донёс меня до кухни. С настолько мрачным решительным видом взял огромный тесак, что я на пару мгновений подумала, что не платья доведенный супруг сейчас кромсать будет. Но нет. Чонгук развернул меня к себе. Что-то тренькнуло, причём не один раз. – Всё, готово. Я немного промахнулся и срезал лишнего на ткани. Извини. Если раньше платье туго облегало мою фигуру, то сейчас начало быстро съезжать. Пришлось быстро ловить ускользающую с меня одежду. Кажется, Чонгук очень сильно промахнулся. Платье испортил-таки. Вот варвар. Придерживая испорченный наряд, гордо выпрямив спину и задрав подбородок, ухожу от Чонгука. Наверх. Спать. Достал он меня сегодня, этот муж. Зачем я вообще решила венец этот дурацкий снимать? Не замужем же намного лучше. Я ухожу, но расстояние между мной и Чонгуком не сокращается, по пятам за мной супруг следует. Иду в выбранную мной спальню. Чонгук хочет зайти за мной, но я встаю на пороге. – Я спать. Одна. – Су, ты ведь понимаешь, что мне нужно следить, чтобы ты не пошла ночью гулять? – Я не пойду. До утра без приключений. Спать хочу. И ты иди. Муж… слово то какое страшное и непривычное, стоит. Взгляд твердый, вид упрямый. Не верит мне. – Я бы мог начать уговаривать тебя, просить, – говорит Чонгук, пристально на меня глядя. – Всё-таки я очень виноват. И… о, что это у тебя там? Супруг пристально смотрит на моё левое плечо, хмурится. – Где? – нервно уточняю я, пытаясь разглядеть, что там на плече. Вдруг… комар-убийца или того хуже. Клещ. – Вот тут. Сейчас. Чонгук подступает ко мне и целует в оголенное плечико. Приобнимает за талию и продолжает увлеченно целовать уже не только плечо, но и чувствительные места на шее. Хочу оттолкнуть Чонгука, но этим делаю только хуже. Оставленное без поддержки платье начинает быстро сползать, а супругу мои отталкивания вообще никак не заметны. Теперь пытаюсь ослабевшими руками поймать ускользающее платье и как-то устоять на слабеющих ватных ногах. Этому активно мешает Чон, наоборот, помогая платью скорее опасть. – Прекрати. – требую я. Чонгук послушно прекращает целовать шею, но тут же находит мои губы. Поцелуй ласковый, нежный и, видимо, призванный сделать так, чтобы я перестала говорить лишнее. Платье все-таки спадает, но к этому моменту я уже совершенно про него забыла. Совершенно утонула в ощущениях, по которым так скучала. Не только по ощущениям, по самому Чонгуку, его близости. Просто до слёз. Я могу сколько угодно хорохорится, но на самом деле прикосновения Чонгука нужны мне как воздух. Супруг резко разорвал поцелуй. А мы, оказывается, уже на кровати. Я момент перемещения тоже пропустила. – Су, ты плачешь? Тебе больно, я тебя обидел? Всхлипнула. – Суа?! Сама в шоке. Совсем отчего-то раскисла. Вообще для меня такое нестандартно. Фыркаю и обнимаю Чонгука за шею и тяну к себе. – Потом поговорим, – требовательно говорю я. *** Утром, пока супруг мой ещё спит, тихо выбираюсь из постели и шлепаю на кухню. Там, за чашкой чая погружаюсь в размышления. Бежать по утреннему холодку или не бежать? Вопрос про развод не стоит, он должен состоятся, я свою позицию не меняю. Подумаешь, немного слабости поддалась. Реальность остается прежней. Почему Чонгуку я должна прощать то, чего так и не простила Джину? Бежать откровенно лень после бурной ночи. Это же своим ходом надо. Телефона нет, денег тоже. Прав тоже нет, а то так хотя бы можно было попробовать машину мужа украсть. Может и побыть тут пару недель этих? Ну хочет Чонгук, чтобы у него эти две недели на нервах играли, а потом бросили, ну пожалуйста. Перед отъездом устрою ему нежнейшую томительную ночь, буду делать вид, что всё в порядке, я уже на всё согласна, а уже в городе скажу, что нет, я к семье не готова, Чонгук достоин лучше и досвиданья. Правда, не факт, что у меня силы воли на такое хватит. – Доброе утро, – здоровается супруг, вошедший на кухню с благодушной улыбкой. Мокрые волосы, белый махровый халат. Чонгук в любое время дня и в любой одежде выглядит шикарно. – Как хорошо, что ты здесь, а не бредешь по шоссе в сторону города. – Что хочешь на завтрак? – Я уже чай попила. Домой меня вези. – Чай – это мало. Сейчас отправимся на прогулку по реке, на свежем воздухе быстро есть захочется. Чонгук идёт к холодильнику, открывает его и шустро достает из него продукты. Дальше и вовсе магия. Оказывается, наблюдать за тем, как мужчина колдует на кухне, готовя тебе завтрак очень затягивающие и интересное зрелище. Налила себе ещё кружку чая, наблюдаю. В какой-то момент, подойдя к горячей плите, Чонгук бормочет что-то насчёт того, что жарко. Поперхнулась чаем, когда с супруга слетел халат. Чонгук просто отбросил его подальше и продолжил готовить в чём мать родила. Пью дальше чай, подхихиваю тихонько. Наблюдать стало интереснее. Вскоре по кухне поплыли вкусные ароматы. Приготовил еду Чонгук довольно быстро. И вот передо мной на столе одна за одной появляются тарелки. В принципе, ничего такого сверхсложного. Лёгкий овощной салат, омлет, свежая выпечка, варенье. М-м-м. Чонгук садится напротив уже в халате. На лице гордая, довольная улыбка. – Приятного аппетита, – говорит супруг и выжидающе на меня смотрит. Ждёт, когда отведаю его кушанья? Очень неторопливо беру вилку. С видом строгого критика оглядываю омлет, морщусь скептично, потом вилкой немного расковыриваю еду, и только после этого, словно делая большое одолжение, пробую кусочек омлета. Морщусь. – Не вкусно? –с удивлением спрашивает Чонгук. – Угу, – киваю. Омлет потрясающий. Просто верх удовольствия. Тающее во рту лакомство. Такой сочный и все добавки к нему ну просто идеально сочетаются. – Из-за чего? Что не нравится? – Пересоленный. И, похоже, недожаренный. Ну и запах. – А с запахом что не так? – Чонгук наклоняется к своей тарелке с омлетом и принюхивается. – Сама не пойму. Вроде бы и обычный, но если принюхиваться, аж подташнивать начинает. – Ну, знаешь, – возмущенно произносит муж и тянет руку к моей тарелке. Хватаюсь за края своего блюда, не давая Чонгууу забрать тарелку. – Куда? – спрашиваю. – Пойду выброшу, раз тебе не нравится. – Не надо. Так и быть, съем из уважения к твоим стараниям. – Нет, выброшу. – Я не разрешаю. Свою порцию можешь выбросить, если хочешь, а со своей я буду решать, что делать. Чонгук вдруг улыбнулся. – Ах ты стервочка моя ненаглядная, – с умилением произнес супруг и как ни в чём не бывало стал есть. Эх, а я рассчитывала Чонгука позлить, на нервах поиграть. Ну ничего, ещё две недели впереди. С наслаждением втянула носом воздух. Кхм, а с запахом омлета и правда что-то странное. Несмотря ни на какие запахи, омлет у меня буквально улетел. Раз, и нет омлета. Маленькая порция просто. Пойду ещё возьму, там вроде осталось. Насмешливый взгляд Чонгука преследовал меня всё время, пока я быстро расправлялась со второй порцией омлета. Пусть веселится, пока можно. Страшная месть не за горами. Вскоре после завтрака, как и обещал, Чонгук повёл нас на речную прогулку. На берегу реки оказался пришвартован знакомый катер. Супруг сразу разогнался, и по реке мы помчались с ветерком, а когда вволю накатались и налюбовались окрестностями встали в тихую заводь. Чонгук достал удочки и предложил научить меня ловить рыбу. Неожиданно, конечно, у меня медовый месяц проходит. Согласилась, потому что делать всё равно больше нечего и неожиданно увлекалась. Клевало уж очень хорошо, а от того азарт сразу появился. Полдня на реке пробыли, а вечером супруг мой намекнул, что неплохо было бы и в баню “нашу” сходить. Причём самое интересное, что готовкой полностью занимается Чонгук, мне не предлагая ничего делать, видимо, догадываясь, что я и так откажусь. От бани совместной, кстати тоже отказываюсь. Поела вкуснейшей, так что пальчики оближешь, запеченой на углях свежепойманной рыбки и пошла наверх, сердце мое не дрогнуло. Правда в выбранной мной спаленке оказалось ну очень уж скучно. Телефона нет, книг нет, даже телевизора, спать рано. Помаявшись минут десять, спустилась в гостиную где и нашла Чонгука. – У тебя ещё есть шанс пойти в баню. – замечает Чонгук. – Сам иди в баню. Тут хоть один телевизор есть? – Да. Одна из комнат оборудована под домашний кинотеатр. – Которая? – Пойдём покажу. Чонгук проводил меня в нужную комнату, помог выбрать фильм, включил, но и уселся на диван смотреть кино со мной. Фильм я толком не посмотрела. Как начали в этой романтичной полутьме целоваться, а потом своё кино для взрослых устроили. Диван еле устоял. Толку было от бани отказываться? Утомленная, я практически уснула на том же диване, но Чонгук не дал мне заснуть где попала, отнёс в супружескую постель. – Ну и как оно? – сонно спрашиваю я лежа в объятиях мужа. – Что именно? – Семейная жизнь которую ты так боялся и избегал. – Я не боялся. И в принципе на самом деле не против семейных ценностей, но у меня с ними не сложилось. Помнишь ведь, что я говорил тебе насчет детей? Я просто не могу их иметь и это не мой выбор. Частично по этой причине у меня и прошлый брак не удался. Я не хотел тебя к себе привязывать, поскольку и был так груб в некоторых моментах. Для меня на самом деле это тяжелый вопрос. Я затихла, крепче сжала руку Чонгука. – Не хотел, но сделал в итоге всё наоборот. – Если бы ты за Джина замуж не собралась, я бы наверняка сдержался. А так лично по моему субъективному мнению, из двух зол, жизнь со мной – меньшее. – Ну не знаю, – задумчиво тяну я. – Не надо преуменьшать свои достоинства. Ты тоже вполне такое зло, никогда не интересующееся чужим мнением. – Спасибо, – Чонгук поцеловал меня в макушку. – Я рад, что ты оценила меня по достоинству и уже хорошо меня знаешь. Следующим утром супруг велел мне одеваться как можно удобнее и повел после завтрака на ознакомительную прогулку в лес. Воздух невероятный в лесу. Деревья все мощные, красота вокруг неописуемая. Идём с Чонгуком неспешно по тропинке, он ни на мгновение не отпускает мою руку, но вдруг останавливается. – Смотри какой гриб. Килограмма на два потянет. – Гриб? – смотрю в указанном направлении, а там и правда огромный красивенный белый гриб. Я так больших никогда не видела. Да не один он тут. Выцепила взглядом поблизости ещё несколько белых, не таких крупных. – Надо брать, – авторитетно заявила я. – Я тоже так думаю. И тут Чонгук, словно заправский маньяк, достает из кармана складной ножик, ловко, одним взмахом раскрывает его, и идёт на дело. В другой руке и супруга каким-то чудом появился ранее мной не замеченный пакет. И теперь вопрос, Чонгук шёл в лес с ножом для самозащиты в непредвиденных ситуациях, на мне как-то хотел применить, или все же тайно мечтал найти тут грибы? Чонгук срезал один гриб, второй третий, вдруг словно что-то заметил и скрылся в кустах. Да-а, похоже, по части грыбов муж у меня очень азартный. Хмыкнув, прошла чуть дальше и села на поваленное дерево. Вот он – мой шанс бежать, но я ещё не совсем кукушкой поехала, чтобы бежать куда-то в незнакомом густом лесу, не имея ни телефона, ни запаса питья и воды, ещё и от человека с ножом. Сижу и вдруг слышу рядом странную возню. Подумала, ежик, но вдруг из травы показался жутко милый малыш-кабанчик. Вот прям совсем мелкий, а за ним второй, третий, они без страха шуруют мимо меня. А потом принюхивются и подходят совсем близко, с любопытством блестя глазенками. – Чонгук, тут кабанчики, – говорю я громко. – Иди посмотри. Супруг появился возле меня за каких-то доли секунды, бросил пакет с грибами, схватил меня за руку и мы как побежим во весь опор. У меня очень быстро закончилось дыхание. – Чонгук, я не больше не могу, остановись. Муж вроде бы стал замедляться, но вдруг где-то в отдалении послышался треск и злобный визг. Ничего не говоря, супруг закинул меня на плечо и снова побежал, да ещё быстрее, чем раньше. Замедлились вновь мы только у ворот дачи. Чонгук постановил меня на землю, завёл на территорию. – Это мама-кабан за нами гналась?