Похищенная помощница для варвара

Довольно долго у нас с Чонгуком получалось успешно скрывать мою беременность, в этот период, после консультации с врачами сдали анализы, которые точно подтвердили отцовство Чонгука. Супруг мой не подал вида, что обрадовался. Как был довольным, так им и остался. В один из дней супруг, виновато на меня глядя, сказал, что его родители настойчиво зазывают нас на семейный ужин. А мама его и вовсе уже начала придумывать себе страшные болезни, лишь бы, наконец, её сын приехал навестить. Родителей Чонгука понять можно, их сын женился и скрывает от них жену, я видела отца мужа только по видеосвязи пару раз. А вот с моими родителями мы встретились, кстати. Заехали к ним в наш медовый месяц. Прошло всё вполне хорошо, но тогда у меня ещё живот не обозначился, а вот сейчас скрывать становится всё труднее и труднее. – Ладно, давай поедем на семейный ужин, – предлагаю я. – Всё равно слухи о беременности на работе поползли, да и в фитнес клубе на меня давно косо смотрят. Можно уже и сдаваться. Я тогда на занятия по плаванию для беременных запишусь. По лицу Чонгука вижу, что он совершенно не хочет ехать к родителям, но спорить муж не стал. Отправились на ужин к родителям на следующий же день. Огромному дому четы Чонов я не удивилась, просто поняла, в кого у Чонгука гигантомания. Вышли с мужем из машины, его родители встретили нас на крыльце. Взгляд Инхы падает на меня. Она меня оглядывает и я как в замедленной съемке вижу, как её широкая приветливая улыбка тает. Отец с сыном тепло здороваются друг с другом, мы проходим в дом. Всё это время Инха молчалива и задумчива, а как только глава клана Чонов отходит от нас, спрашивает, строго глядя на меня и Чонгука: – Суа беременна? От кого? Как ты это допустил? – Я это допустил с большим удовольствием, – коварно сверкая глазами, ответил Чонгук. – Но как? Для чего? Я не понимаю. Какой в этом смысл? Этот ребёнок всё равно не будет твоим, только время и силы на него потратишь. Тебе самому это как? Подкладывал жену под кого-то? Или позаботился о безымянном донорстве? Неизвестно, какая там будет наследственность, какие будут проблемы в роду. – Наследственность будет не очень, у отца ребенка в роду много странных личностей с разного рода маниями, да и вообще проблемами с головой, – насмешливо отвечает муж. Я украдкой предупреждающе сжимаю его руку. Мне кажется он перегибает. – То есть отец известен, а если он будет потом тебя шантажировать? Когда ты привяжешься к ребенку. Как можно допускать такую глупость? Тебе самому это как? Подкладывать жену под кого-то? – Можешь не переживать, мама, всё под контролем, претензий у донора нет. Я лично всё контролировал и следил за процессом зачатия, так что будущего ребенка можно считать моим. Инха широко распахнула глаза, на её лице отразилась гримаса отвращения, а во взгляде удивление, жалость и осознание, что у её сына не все дома. Я не смогла сдержаться. Прыснула, и как давай заливисто хохотать. Видимо, опять у меня нервное, как на собеседовании было. Тут ведь тоже встреча с родителями почти как собеседование по ощущениям. Вишу на Чонгуке и всё не могу успокоиться. Супруг успокаивающе гладит по спине. В какой-то момент затихла, огляделась, заметила, что все присутствующие члены семьи в гостиной смотрят на меня, причём с жалостью. Встретилась взглядом с Чонгуком. – Теперь все будут думать, что я у тебя с поехавшей крышей – почему-то от осознания сказанного стало ещё смешнее и я продолжила хохотать. Но заметила, что в этот раз не одна, я заразила Чонгука и он теперь тоже хохочет. Пока смеялись, в гостиной появилось семейство брата мужа. Хосок, Ёна и трое их детей. Девочки разрядили обстановку, причём в первую очередь побежали обниматься к Чонгуку и ко мне. Инха с шокированным видом отправилась общаться с младшим своим сыном. Интересно, ему она тоже ценные указания даёт о том как жить, сколько детей заводить и от кого? – Почему ты ей нормально всё не расскажешь? – тихо спрашиваю, отведя супруга в уголок. – Во-первых, она всё равно на слово не поверит, потребует доказательства. Ты хочешь сидеть в кругу большой семьи и трясти своими анализами? Во-вторых, лучше тебе сразу увидеть обретенных родственников в стрессовой для них обстановке, чтобы не было иллюзий, особенно о моей матери. – Ну, насчёт мамы я примерно поняла, а с остальными что не так? – В целом, ничего криминального, просто почти у всех есть какие-то особенности. – А у тебя какая особенность? – Люблю красивых девушек похищать. А потом брать и жениться на них. Весело фыркнула. – Суа, спокойно, – видимо опасаясь от меня новой волны истеричного смеха, произносит муж. – Сейчас ещё немного здесь для приличия побудем, ты посмотришь на всех, а потом поедем домой. Скажем, что ты утомилась. Во время ужина лучше ничего не ешь. Пей только воду. – Почему? – Повар любит экспериментировать с едой и особенно с напитками. Не будем рисковать. Я лучше тебя дома вкусно и полезно накормлю. Грустно вздохнула. У Чонгука в связи с новостью о моей беременности появился новый бзик – крайняя повернутость на здоровом образе жизни. И ладно бы своей, так ведь моей. Еда только правильная и полезная, причём желательно приготовленная нами, а не готовая покупная. Иногда так хочется чего-нибудь вредного, ем, конечно, украдкой, но от этого становится стыдно. Потом режим дня. Постоянные прогулки, а спать ложимся так рано, будто мы пожилая вечно уставшая пара, а не молодые, полные сил и энергии люди. Ещё и с работой Чонгук начал идти на хитрости. Понял, что я езжу туда сейчас не столько из рабочего энтузиазма, сколько для того чтобы быть рядом с ним, ну и скинул почти все дела на замов, а сам на работе появляется всё реже и реже. Соответственно и я вместе с ним. По "командировкам" езжу. То в отель его любимый, то ещё куда-то, и то, чем больше у меня становится живот, тем на меньшие дистанции становятся наши путешествия. Создается впечатление, что Чонгук опасается, будто я могу родить в любой момент. Дошло уже до того, что у нас полностью всё готово к выезду в роддом. Муж уже порывался продавать квартиру и покупать большой дом в пригороде, дабы обеспечить меня и детей свежим воздухом, но я предложила не торопить события. В квартире комфортно, близко к работе и фитнес клуб с занятиями для беременных. Ну и детей мы с подачи супруга начали развивать уже в утробе. Постоянно классическую музыку с ними слушаем, на концертах бываем. Чонгук с детьми общается, словно они его уже хорошо могут слышать и понимать. У меня иногда создается впечатление, что мы обязательно гениев вырастим. Позже садимся за стол. Обстановка напряженная. Инха сидит злая, остальные в большинстве своем с сочувствующим видом сидят, причем сочувствуют, кажется, нам с Чонгуком. Напротив меня Ёна с детьми, заметила, как она шепнула своему мужу что-то на ушко и тот заметно оживился, взглянул на Чонгука, поднял свой бокал… с чистой водой. Ёна, кстати, тоже с водой. Дети чинно пьют водичку из своих бокалов, закусывают фруктами и сырами. – Чонгук, вас с Суой можно поздравить? Скоро в клане Чонов будет прибавление? – поинтересовался Хосок. – Вот почему мама так настаивала на сегодняшней встрече, ведь если это так, повод действительно стоящий и радостный. Инха с громким стуком, раздражённо поставила свой бокал на стол, недовольно поджала губы, хмурится, мне кажется, даже зубами скрипнула. Страшная женщина. У неё в бокале, кстати, не вода, а что-то более соответствующее случаю. Оглядела всех присутствующих за столом родственников. Водой увлекается ещё и отец семейства, остальные спокойно вкушают все угощения и напитки. А мне есть так хочется, что я украдкой, утащила кусочек сыра из тарелки, что стоит рядом с сестрами. Вряд ли детям будут давать плохую еду. – Да, всё так, – отвечает Чонгук, приобнимая меня за плечи. Супруг мой демонстративно ничего не ест. Новости кажется искренне обрадовались Ёна с Хосоком, дети их не обратили внимания, остальные родственники, кроме Инхы, улыбнулись для приличия, бурно радоваться не торопятся, после сцены в гостиной. – Это замечательно! Хосок и Чонгук чокнулись своими бокалами с водой. – Кого ждёте, если не секрет? – любопытствует Ёна. – Пока точно неясно, – навожу я тумана. Чонгук просил держать секрет до последнего. – А что со свадьбой? – прохладно интересуется Инха и добавляет ядовито. – Официальной. Или вы решили её не проводить? Свадьба в тайне, дети в тайне. – Мы решили празднование отложить, – сухо отвечает Чонгук. – Суа сейчас быстро утомляется, нам не до пафосных мероприятий. – Ну хоть как-то отметить это нужно, – замечает Инха. – Понятно, что теперь без размаха. Познакомиться с семьей Суы было бы интересно. Странно, судя по поведению Инхы после новости о детях, она меня знать не желает и вдруг такое рвение. – Мы подумаем над этим вопросом, – ещё более сухо произносит Чонгук. Позже, когда я стала украдкой сцеживать зевки, муж, не дожидаясь окончания ужина, объявил, что мы уезжаем. Проводить нас вызвались Хосок и Ёна, а за ними увязались и девочки. – Дядя Чон-и, а у вас что, будет малыш с тетей Суой? – интересуется Наён. – Да. – Здорово! – радуются девочки. – ЭКО? Донорство? – спрашивает Хосок с интересом. – Нет, мы с Суой сами справились, – хмыкнув, отвечает Чонгук. Брату он доверяет больше, чем родителям, которым так ничего и не сказал. – Ого! Здорово! – видно, что искренне обрадовались и Хосок и Ёна. Они не потребовали никаких доказательств, поверили сразу на слово. Позже, обсудив всё с Чонгуком дома, решили всё-таки устроить с ним небольшую свадебную вечеринку для родственников, чтобы больше к этому вопросу не возвращаться. Ну и заодно уже всем родственникам объявить о пополнении. Опять в том же отеле, где и первая свадьба, но уже не на улице, поскольку заметно похолодало. Разослали всем приглашения, Чонгук настоял и оплатил перелёт моих родителей, уговорив их отдохнуть хотя бы неделю в отеле со всеми включенными в проживание радостями жизни. На этой свадебной вечеринке заодно для всех родственников решили торжественно раскрыть секрет о том, кого сейчас ждём. На этот раз платье для праздника выбрала легкое, очень удобное, но всё равно прекрасное. Надо же как бывает. У меня словно две свадьбы, причем с одним и тем же мужчиной и без развода, хотя и была ну очень близка. С подачи родителей Чонгука, на вечер пригласили не только родственников и друзей, но и деловых партнеров, и даже пару журналистов, дабы те осветили новость в официальных источниках. На вечер мама Чонгука пришла с натянутой, но всё же улыбкой, поздравила нормально, не скандалила, с моими родственниками очень мило общалась. Муж подобрел, сказал, что после этого вечера поговорит с родителями и всё им расскажет. Вечер проходит хорошо, особо рада видеть родителей, для них моя беременность тоже стала сюрпризом, но приятным. После короткого интервью с журналистами мы с Чонгуком плавно и неспешно, но направляемся к выходу, это он так меня в дамскую комнату провожает. И вдруг, таким же сюрпризом, как моя беременность, к нам навстречу выходит прекрасное видение в черном обтягивающем платье. Блондинка с ярким макияжем. Своей ярко-алой помадой и неожиданным эффектным появлением она мне кого-то напомнила… а, точно. Михи. В тот момент, когда бывшая подружка заявилась на несостоявшуюся свадьбу с Джином. Но сейчас, криво улыбаясь передо мной стоит не Михи, а бывшая жена Чонгука. Крепче сжала руку мужа. Если сейчас выяснится, что Чонгук с ней спал и вообще эта Сонэ от него беременна, я и в обморок так могу завалиться. Сонэ держит в руках бокал отнюдь не с водой и, как мне кажется, по её взгляду, бокал этот отнюдь не первый. – Тебя сюда не приглашали, – холодно произносит Чонгук и переводит взгляд куда-то в сторону выхода. – Охрана! Сонэ в это время смотрит только на меня, этак насмешливо изучает. – Я только со свадьбой пришла тебя поздравить, Чони, не переживай. Смотрю, решил жить с моей копией? Всё ещё любишь меня, видимо, да? Жаль, что копия такая блеклая и никогда не превзойдет оригинал. – Суа не копия. Ни капли на тебя не похожа, – спокойно произнес Чон. – Скорее уж твоя полная противоположность. Посмотри на неё, она ангел, на неё хочется смотреть постоянно, ни на мгновение не отрывая взгляда. Она мягкая, нежная, добрая, искренняя, смешливая, очаровательная и просто невероятно обаятельная. А по тебе психушка плачет. Неожиданная резкая концовка речи Чонгука меня не к месту рассмешила. Специфическое чувство юмора, как моё, так и Чонгука, опять сработало. Уткнулась в плечо мужа. Меня сотрясает беззвучный смех. – Как был грубияном, так и остался, – неприязненно произносит Сонэ. – Охрану вызвал. Одну женщину испугался? И правильно. На нас уже направлены камеры журналистов. Если меня тронут, я закачу дикий скандал. Пресса будет рада, вместо скучной скромной свадьбы с толстой беременной, что-то горячее. Я до этого молчала, но теперь не стану. Все узнают, что ты у нас бесплодный, а значит ребёнок у твоей женушки нагулянный. Счастливый отец-рогонос. Какая ирония. Мне интересно, ты вообще жене сказал, что детей иметь не можешь? Дождался, когда она сама налево пойдёт или дал ей денег и сам выбрал донора? – Сонэ, я сейчас тебе выберу, только не донора, а врача, у тебя действительно проблемы с головой, – сухо произносит Чонгук и приказывает подошедшей охране. – Выводите эту шантажистку, пусть орёт, что хочет. Себе же репутацию испортит. Сонэ берут под руки и пытаются увести. Вырывается, действительно начинает кричать изобличительные речи, привлекая к себе всеобщее внимание. Увели. Чонгук поговорил с подошедшими журналистами, спокойно объяснил, что слова Сонэ не правда, она до сих пор обижена из-за развода, не может смириться и делает всё, чтобы испортить жизнь бывшего мужа. На лечение к психологу, несмотря на все уговоры, идти отказывается. Вроде все успокоилось, но осадочек остался. Чонгук, оставив меня под присмотром Хосока, Ёны и охраны, отошёл посмотреть камеры и выяснить, кто виноват в инциденте. В какой-то момент меня настойчиво позвала природа и мы с Ёной направились в дамскую комнату, идём неспешно по коридору и возле в двери в нужное помещение натыкаемся на рыдающую Сонэ. Коридор узкий, я шла первой, как особо торопящаяся. Наши взгляды с Сонэ встретились. Искра, буря, Сонэ зачем-то кинулась в мою сторону с зажатым в кулаке длинным ключом. Всё происходит буквально за мгновения. Ёна только успевает что-то угрожающе крикнуть. Не знаю, что хотела эта отчаявшаяся красивая женщина, потерявшая разум, целясь этим ключом куда-то в район моего живота, но я решила это не выяснять. У меня в голове словно что-то перещелкнуло, как бывало на экзаменах, когда нужно сконцентрироваться на решении задач, но в этот раз и время словно замедлилось. Хладнокровно, как и положено аналитику, поймала руку Сонэ и отработанным благодаря Чонгуку движением, вывернула её. Сонэ вскрикнула и стала заваливаться на колени. Время ускорилось. – Пусти! – верещит она, но я только сильнее выворачиваю руку, опасясь, что бывшая Чонгука всё-таки вырвется и успеет что-нибудь сделать. Тут и Ёна подскочила, схватила Сонэ за волосы и просто села на неё, окончательно уложив Сонэ на пол. – Ён, возьми вторую её руку. – Держу! – Я сейчас позову кого-нибудь. – Давай! Я эту сучку ни за что не выпущу. Я её вообще давно на дух не переношу. Хотела уже рвануть за помощью, но не успела. В небольшой закуток коридора, оглушительно хлопнув дверью, словно разъяренный бык ворвался Чонгук. Я вцепилась в руку мужа, потому что у него такой взгляд, будто он сейчас убьет Сонэ. – Она что-нибудь сделала тебе?! – сразу потребовал ответа муж, оглядывая меня и поняв, что я спокойна и безмятежна, сам немного остыл. – Ничего, успокойся. А как ты узнал, что… – Как это ничего не сделала?! – возмутилась Ёна. – Я что тут просто так на ней сижу? Любовь у нас? Она же на тебя бросилась. С ключом острым на живот. Ёна, блин! Повисла на руке Чонгука, бросившегося к Сонэ. Мне муж рядом нужен, а не в тюрьме. – Чонгук, успокойся, мне нельзя нервничать! Ай! Колет! Супруг тут же забыл про Сонэ. Благо, в маленький коридорчик ворвалась ещё и охрана. Остановят его, если что. – Где колет? Она ударила тебя? – Нет. Это от того что я нервничаю. Пойдём, пожалуйста, отсюда. Грустно, жалостливо всхлипнула и прижалась к Чонгуку сильнее. – Идем, – ворчливо соглашается супруг. – Ёна, спасибо, что спасла Суу. – Кто? Я? Это не я. Жаль, пропустил. Ты бы видел Сууу. Она как хладнокровная ниндзя отработала. У-у, серьёзная у тебя жена, я бы с ней не рисковала в тёмном переулке случайно пересечься. Невольно хмыкнула, глядя, как брови Чонгука в удивлении взлетают вверх, а потом и вовсе рассмеялась. Кажется, у меня начинается отходняк и запоздалый испуг вместе с облегчением, что всё кончилось хорошо. Позже, когда муж решил все организационные моменты и полиция увезла Сонэ, сидим с Чонгуком за столиком в пустом помещении бара. Отпаиваю мужа успокаивающим чаем. Его аж потряхивает, после случившегося, а мне нервничать нельзя, поэтому я пью воду и не нервничаю. Чонгук держит меня за руку и, кажется, сегодня больше её отпускать не намерен. – Я по камерам отследил приезд Сонэ. Она приехала в машине моей матери, сзади сидела, окна затонированы, да и машину матери не досматривали. Мама отправилась на праздник, Сонэ вышла позже. Парковка близко к веранде, через которую она и прошла. Её пропустили. Два охранника у меня оказались перекуплены мамой. Дальше по камерам проследил путь Сонэ после её выступления. На полпути к охране, ведущую Сонэ, вышла навстречу мать, устроила спектакль, что ей плохо, внимание охраны переключилось, вывести Сонэ доверили тем двоим купленным, но и то, судя по записи, они собирались вывести её, но она, видимо, попросилась в туалет. А дальше я по камерам вижу, как вы с Ёной пошли в том же направлении, где засела Сонэ, ну и всё, я помчался туда. – Ты что, предполагал, что Сонэ может мне что-то сделать? – Я не хотел узнавать, может или нет, поэтому и сорвался. Жутко испугался. Су, ты понимаешь, что если бы с тобой или детьми что-нибудь случилось… в общем, занятиям по самообороне мы с тобой продолжим. У тебя, оказывается, большой потенциал. Я посмотрел записи с камер из коридора. Когда-нибудь будем, я надеюсь, и вчетвером заниматься. Вы у меня все чёрные пояса получите. Чонгук крепко, насколько это возможно в моём положении, меня обнял и зацеловал. – Как же я вас люблю. – И мы тебя сильно-сильно, – хмыкнув, отвечаю я. – Чонгук, почему меня трогают твои гориллы? – прервал минуту нежности и любви возмущенный голос Инхы. Её действительно под руку, но очень аккуратно ведет один охранник, ещё двое в почетном конвое и рядом, причем совершенно не возражая против произвола, отец моего мужа. – Я попросил их вас с папой привести поговорить, ты, видимо, не хотела идти. Мам, объясни, зачем ты притащила Сонэ сюда? – Я надеялась, что хотя бы она тебя вразумит. И ты не пойдёшь на скандал. – То есть ты хотела шантажировать меня через неё. Замечательно. А ты в курсе, что Сонэ напала на Суу? Ты бы лишилась шанса вновь стать бабушкой. – Кому стать бабушкой?! Ребёнок Суы не наш, и никогда им не станет. – То есть ты была бы рада, если у Сонэ всё получилось. – Нет. Но я говорю о другом. Зачем тебе чужой ребенок? Ты даже собаку не заводил, потому что тебе некогда было ею заниматься. Разводись и доказывай, что ты не отец. Чонгук покачал головой. И сделал знак, чтобы охрана ушла. – Жаль, что ты так и не поняла, что моя жизнь, только моя. И проживаю я её так, как хочу и с кем хочу. Ты думаешь, я не знаю, как и с кем буду счастлив? Мам, я очень надеялся, что ты изменилась. Последние годы мне казалось, что это так, но ничего не меняется, кажется, даже становится ещё хуже. Я хотел после праздника вам сказать, потому что увидел, что ты вроде как успокоилась и приняла Суу и эту беременность. Скажу сейчас, но не для того чтобы тебя порадовать, а чтобы ты уже успокоилась и перестала вредить. Я биологический отец. Это документально подтверждено, я вышлю потом тебе копии документов. Всё получилось естественно, без какого-либо вмешательства врачей. Так тоже бывает, пусть и шанс был один на миллион. Комната погрузилась в тишину. По лицу Инхы вижу, как она с трудом осознает сказанное. – Это точно? – напряженно уточняет Инха. – Да. – Ох, какое облегчение! У тебя будет ребёнок! – Который из-за тебя чуть не погиб и которого ты не увидишь, – жёстко произнес Чонгук. *** Несмотря на происшествие, праздник продолжился. Только без Инхы. Под конец позвали всех на украшенную специально веранду. Шутки-прибаутки ведущего, и вот из под стола достают нарядную коробку, объявив, что сейчас все узнают пол будущего ребёнка. Ведущий, нагнетая интерес, предлагает гостям сделать свои предположения о поле будущего ребёнка. С разных сторон несутся выкрики, свист. И вот, мы с Чонгуком открываем коробку, из которой вылетают синие шарики. Снова свист, поздравления. Немного подождав, когда всё затихнет, мы с Чонгуком достаём из под стола вторую коробку. Шокированная тишина, а потом зал взрывается аплодисментами. Ведущий подтверждает догадки о двойне. Открываем с Чонгуком коробку, из которой вновь вылетают синие шарики. Да, ждём мальчишек. Обрадовались все. Даже те приглашенные, которых по идее эта новость вообще никак не касается. Атмосфера праздника была настолько потрясающая, что я расплакалась. Надеюсь, такие сильные перепады настроения после родов у меня пройдут. В назначенный важный и тревожный день в моей и не только в моей жизни, Чонгук отправился в роддом со мной. Лично присутствовал и очень помогал и морально поддерживал. Сдерживался, старался не показывать, но мне казалось, что переживает и боится он гораздо сильнее меня самой, он словно забирал весь мой страх себе, отчего я была спокойна, потому что знала, что под надежной защитой, меня очень любят и сделают всё, что у меня и мальчишек было хорошо. Когда я услышала первые крики детей, я плакала. После родов, видимо, так быстро повышенная эмоциональность не проходит, ещё и заразной становится. Прослезился даже Чонгук, чего никогда ранее себе не позволял. Следующие полгода своей жизни помню смутно, урывками. С мальчишками хлопот оказалось много, хотя мне жаловаться не стоит. Мало того, что новоиспеченный папочка оказался сверхзаботливый и ласковый. Так ещё Чонгук заранее нанял нам целый штат помощников по хозяйству и уходу за детьми. Моё и детей здоровье оказалось под полным контролем мужа. Он полностью погрузился во всё это на равных со мной, а может даже и больше, чем я. В моменты, когда надо было уезжать по работе, Чонгук уходил с огромной неохотой и сожалением. Его уход превращался в целый ритуал меня нацеловать, с детьми наобниматься. Каждый раз было так, словно в длительную командировку уезжает, а не на несколько часов – больше Чонгук всё равно на работе не высиживал и срывался домой, чтобы гулять, кормить, холить, лелеять. Кстати повода для ревности, видимо, сразу решил не давать и нанял мне на замену мужчину в качестве личного помощника. Инху, как и грозился Чонгук, дети ещё не увидели, пыталась как-то сгладить эту ситуацию, но супруг пока и не думает смягчаться. Сегодня мне неожиданно позвонила Хаын. Хотела помириться, только мне не хотелось, отвечала ей сухо и отстраненно. Не отправила никуда далеко, только потому, что в декрете всё же стало не хватать общения, ещё и Чонгуку опять пришлось отлучиться на работу, без него скучно. Хаын ещё сделала пробную попытку позвать меня гулять, но получив отказ, уже перед тем, как я готовилась с ней попрощаться, выдала: – А мы с Михи больше не общаемся. – Почему? – Да она в последнее время ходила с задранным носом, что замужняя и беременная, еле-еле шла на контакт. Потом родила, совсем её не слышно, и не видно стало. А сейчас через знакомых узнала, что она развелась с Джином и уехала с ребёнком к родителям в свой запопинск. Не помню названия города. – А почему развелась? – Ну, друг Джина, сказал, что та гуляла налево. Ну и ребёнок родился совсем непохожий на официального папу. Внешность экзотическая. Джин сделал анализ, выяснил, что ребёнок не его, развелся и в загул ушёл. – Грустная история. – Да ну, чего грустно-то? Джину радость, свобода. Михи сама виновата, много о себе возомнила, совсем берега попутала. Она кстати жутко тебе завидовала. Кайфовала, когда ты страдала из-за расставания с Джином, а потом желчью вся излилась, когда узнала, что ты замуж за Чона вышла. Говорила, якобы беременна ты не от мужа, нагуляла, а потом я фотки смотрела. В сети появились, как вы были на благотворительном вечере детского фонда со своими мальчишками. Слушай, ну вылитые копии Чонгука, только мелкие. И вы с мужем такие счастливые, улыбчивые. Хорошо, что он тогда тебя со свадьбы с Джином утащил. Это было так… ух. До сих пор как вспомню, как он появился и потом тебя на плечо закинул, у меня коленки подворачиваются. Шикарный мужик. Ну ладно, давай, пока, не пропадай только, хорошо? Закончила разговор с Хаын и пошла неспешно собирать вещи. Потихоньку переезжаем. Чонгук настоял-таки на переезде, долго выбирал и купил большой и очень красивый дом в пригороде. Ремонт только-только закончили, постепенно перебираемся.