Король черных роз

Общежитие Академии Юэй 23:40

        Все студенты были напряжены и с ужасом ждали завершения собрания. Каждый участвовал в патруле в этот день, но им повезло оказаться далеко от сражения. Многие даже не подозревали, что произошло с их одногруппниками пока не вернулись в штаб Академии Юэй.        Команда злодеев уже давно залегла на дно, многие были арестованы и переданы под суд. Но второсортные злодеи то и дело учиняли беспорядки, их поимка и была обязанностью патруля. Большие монстры, природные катаклизмы, вызванные причудами, злодеи класса В и выше, попадали под юрисдикцию профессиональных героев. Чем меньше становилось сильных злодеев, тем быстрее забывали про героев 10-ки.       Кто-то из профессионалов подался в актеры, но большая часть открыли свой бизнес или пошли преподавать. А тем, кому не хватало азарта и ощущения превосходства, согласились на командировки по миру. В городе наступило долгосрочное затишье, которое прервало происшествие на севере города. По этой причине студенты волновались вдвое больше, ведь на помощь друзьям могли не успеть квалифицированные герои. Что само собой подразумевало повышенный шанс смерти всех участвующих в сражении.        Битый час ребята сидели по комнатам и каждый справлялся с нервами как мог. Всемогущий обещал после собрания зайти и рассказать о самочувствии друзей и поделиться сплетнями. Поэтому все начали потихоньку собираться в рекреации на этаже и устраиваться на диванах. Общаясь между собой, ученики слегка успокаивались, но грустные гримасы не сходили с их лиц.        Даже Минета не чудил и сидел, дрожа в углу, стараясь не попадаться на глаза другим. Он чувствовал на себе взгляды презрения, обвиняющие то ли за трусость, то ли за бездействие. Хотя, что он мог сделать? Ринуться туда и пострадать не меньше Бакуго и Каминари? Или еще куда хуже, умереть? Если не справились такие сильные начинающие герои, то от него бы остался бездыханный труп.        В отличии от Минеты, его напарник по патрулю Киришима, хотя бы попытался добраться до района поражения, но опоздал. Он единственный кто не спешил выходить из своей комнаты. Парень сидел на полу у кровати заливаясь горем, прокручивая в голове все увиденное сегодня утром.         Услышав взрывы и грохоты в двух районах от места патрулирования, Киришима предположил, что его друзья, находившиеся рядом со взрывами, обязательно полезут в драку. Волнение взяло вверх и ноги сами понесли его к месту происшествия.  Пробегая мимо витрин, он успел прослушать часть выпуска новостей о нападении Ному на северный район, услышанное сподвигло его бежать еще быстрее. Преодолев полпути, он слегка замедлился и начал осматривать крыши зданий в надежде увидеть две блондинистые бошки.        — Черт! Да на что ты надеялся. Он! Они, конечно, уже в эпицентре драки! — выругался вслух Киришима начиная двигаться дальше.        Людей, бежавших в противоположную сторону, становилось все меньше. Вдалеке уже виднелась завеса пыли. Так близко, но одновременно так далеко. От волнения он начинал спотыкаться.         — Я иду к вам. Только будьте живыми! — его громкие мысли только увеличивали тремор ног.  Вдруг, раздался громкий взрыв и здания вдалеке начали падать. В сердце Киришимы что-то больно кольнуло. Взбежав на пригорок, он увидел профессионального героя Кролика, подбежавшего к завесе и почти догнавшую ее Горную Леди. После чего волнение слегка поутихло. Осознание что осталось совсем немного, открыло второе дыхание и тремор ног отступил.  Наблюдая за происходящим у завесы, парень стал чаще спотыкаться и падать.        — Да что они там стоят! Чего ждут? — в перерыве между падениями выругался Киришима.        Когда между ним и героями оставалось чуть меньше километра, Горная Леди вдруг увеличилась, а над завесой разлетелось что-то мелкое и черное.  Началось какое-то движение, и все направились в область сражения. Не обращая внимание на окружавшие его развалины, Эйджиро искал друзей глазами умоляя всех возможных Богов, чтобы те оказались живыми.         Не заметив край кратера, парень полетел кубарем вниз. Оказавшись на дне, он встал и начал осматриваться. Патрулирующие герои начали помогать пострадавшим, но выглядело это как вывоз трупов. Тела грузили на носилки и увозили на скорых. Кому-то на месте делали искусственное дыхание и давали разряд дефибриллятора. Новичков героев, попавших на место по случайности, то и дело выворачивало наружу и вместо помощи они поддерживали стены зданий и столбы. Вдоль дороги лежали не аккуратные черные мешки, из которых то и дело торчали окровавленные конечности трупов.       На глазах Киришимы навернулись слезы, руками впиваясь в землю он поспешил вылезти из кратера и уже хотел рвануть к трупам, надеясь не увидеть там друзей.  Как справа услышал голос Мируко. Девушка стояла в дыре на втором этаже разрушенного здания и громко ругалась матом со своей вернувшейся в обычную форму «напарницей». Парень двинулся к ним вникая в разговор.        — Я блядь не медик! А времени ждать нет! Их нужно отвести к Исцеляющей девочке, либо они умрут прямо здесь и сейчас! — истерично кричала Мируко на Горную Леди, не зная, как помочь пострадавшим.        — Я могу вырвать часть бетонного пола и отнести их прям так? — задумавшись предложила она, прерывая истерику.        — Пока ты их будешь нести, их разорвет на куски от качки! Боже, соберись! Ты можешь оторвать арматуру? — предложила вариант Кролик.        Киришима поднялся к девушкам в тот момент, когда Горная Леди с брызгами крови вырвала арматуру из ноги его друга. Забрызгав кровью парня, девушки испугались и уронили ало-красную арматуру на пол с характерным звенящим звуком. Эджиро осознав, что на нем кровь Каминари еле сдержал ком в горле, но опустив глаза и увидев, что происходит, не смог сдержать слезы и его вывернуло наружу прямо при героинях.        Картина перед глазами была просто ужасающая. Мируко держала под плечи неподвижное тело Бакуго, все в порезах, крови и ранах, в правом боку торчала арматура внушительного диаметра. Железка поменьше прошла по касательной и надорвала левую ногу в районе икры. В ногах у Горной Леди окровавленная арматура с кусками плоти Каминари, а сам же парень лежит совершенно бездыханно. Весь в крови, руки лежат так, будто все кости в них переломаны, голова придавлена обломком бетонной плиты, а лужа крови под ним уже увеличилась и начала стекать на первый этаж.        Ударив себя ладонями по лицу, чтобы прийти в себя и стряхнуть кровь, Киришима окончательно поднялся на этаж.        — Здравствуйте, девушки! Вы, однозначно хреновые медики! Даже такой тупой как я, знает, что нельзя вытаскивать орудие из тела. Хотя я слышал про нож, но арматура тоже пойдет. Но уже поздно. Я подниму этот обломок, а вы вытаскивайте его и уносите в скорую! Черт вас дери! — процедил Киришима, держась из последних сил чтобы не зарыдать.        Девушки, чувствуя вину за содеянное, молча последовали плану парня, и вытащили бездыханное тело Каминари, а после погрузили его на носилки и аккуратно понесли в машину скорой помощи.  Как только героини удалились с этажа красноволосый парень, весь в крови рухнул на колени перед своим другом. Капли слез падали на лицо Бакуго.        — Придурок! Не можешь справится. Не лезь!  — Киришима обнял тело и прижался ко лбу друга. Слезы потекли по щекам.        — Блядь, я тебя убью, если ты умрешь! Борись и дай мне возможность врезать тебе, когда придешь в себя! Ты ведь мне… — резко замолчав Эйджиро почувствовал еле теплое дыхание Качана. Что-то в голове щелкнуло, и он быстро собрался с мыслями.       — Потерпи, — он нежно произнес и воспользовавшись своей причудой переломал арматуру у основания.        Не находя рядом носилок, Киришима поднял Бакуго на руки и аккуратно понес его к еще не уехавшей скорой помощи. Встретив девушек, он взглядом поблагодарил их, а после погрузил друга в машину.        — Извините, вы не можете с нами проследовать. Пострадавшего доставят в лазарет Академии Юэй, вы сможете его навестить, когда он очнется. До свидания, — сухо произнес медбрат. После чего захлопнул двери машины.       Красноволосый парень стоял весь в крови своего одногруппника и вытирал льющиеся слезы. Машина постепенно удалялась, теряясь за горизонтом.           — Бакуго, прости меня. Прости что не пришел на помощь, — горько произнес Киришима прижимаясь к боку кровати.        Ему так и не удалось собраться с мыслями и выйти к собравшимся в рекреации ребятам. Он сидел все еще в той же одежде, с высохшей темной кровью по всему телу. Прошло уже больше 12-ти часов, желания ни пить, ни есть так и не появилось. Оставалось только ждать.        Всемогущий поднялся на этаж, где его ждали поникшие студенты. Он осознавал, что нельзя их подвергать информации, которая посеет панику. Необходимо было быть деликатным и аккуратным со словами и выражениями в целом.        — Вижу вы уже все собра-лись, — с обнадеживающим энтузиазмом произнес Всемогущий, но запнулся, увидев ужасающего вида Киришиму в проходе. Все студенты молчаливо ждали продолжения.        — Многого не удалось выяснить. Для подробностей необходимо опросить очевидцев, но они все без сознания раскиданы по разным больницам города. Но не переживайте, большинство уже приходит в норму, и скоро расследование продолжится. Нужно еще немного подождать, — уныло и совсем не обнадеживающе произнес преподаватель.        — А как же Качан с Денки? — чуть ли не плача срывающимся голосом спросил Мидория.        — Не переживайте, они сильные парни. Просто им потребуется много времени на восстановление. Бакуго очнется в ближайшие дни. Ну а Денки, ну чуть позже. Скорей всего, — с фальшивой улыбкой произнес герой в отставке.        — Когда можно будет их увидеть? — раздался грубый голос позади студентов.        — Скоро. Давай с тобой отойдем поговорить, Киришима, — понимая, что, что-то упустил из виду, тихо попросил Всемогущий. После чего преподаватель удалился со студентом на балкон. Надежно заперев дверь.       — Я понимаю, о чем пойдет речь. Я опоздал. Черт. Я нес его на руках и не мог сдержать слез. И все это время боялся, что его дыхание прекратится и он… — не дожидаясь вопроса извергся Эйджиро.         — Ты настоящий герой, мой мальчик. С ним все порядке, он выглядит намного лучше Каминари, но и тот скоро придет в себя. Просто наберись терпения. И я. Думаю я могу уговорить Исцеляющую Девочку пускать тебя один раз в день к друзьям в лазарет, — крепко обняв собеседника успокаивающе произнес преподаватель.        — Только не забудь искупаться и переодеться, а то у меня волосы встали дыбом, когда я тебя увидел. А теперь, расскажи пожалуйста все подробней. Я понимаю, что тебе это может быть тяжело, но постарайся. Мы должны выяснить, что за ублюдки это устроили, — ударив стену кулаком грозно посмотрел на Киришиму Всемогущий.        К сожалению студентов, с балкона были слышны только обрывки слов, из которых тяжело было понять суть. Разочаровавшись, они разбрелись по своим комнатам, не дождавшись окончания разговора. Всем был необходим отдых, но не все смогли спокойно лечь спать.  Закончив беседу, преподаватель удалился из общежития, а студент вернулся в свою комнату. У порога он заметил пакет с едой и записку.       — «Покушай пожалуйста, мы за тебя переживаем!», – прочитал тот вслух и оглянулся по сторонам, к счастью, никого не оказалось в коридоре. Он забрал еду и зашел в комнату, закрывая за собой дверь.        В комнате было темно и пахло железом. Гробовая тишина начала снова втягивать успокоившиеся мысли обратно в пучину боли. Парень, не поддаваясь ударил себя по щекам и подбежав к подоконнику распахнул окно. Где-то внизу играла музыка, город шумел и мигая огоньками показывал, что в нем кипит жизнь даже ночью.        — Ты не ве-е-ерь слезам. Все верне-е-ется. После долгих ноче-е-ей! — доносился хор подпевающих нетрезвых студентов. Их голоса звучали искренне, и казалось, что они отпустили все свои проблемы и просто наслаждались вечером. Удивительно как их еще не отчислили за такие громкие попойки.        Вся эта ситуация немного расслабила Киришиму, он и сам начал тихо бубнить заразные слова песни. Закрыв глаза и погрузившись в музыку, он снял с себя воняющую кровью, грязью и потом одежду. Встав в полный рост перед зеркалом, он увидел на оголенном торсе бордовые пятна, просочившиеся через одежду. Накатила грусть. Глаза стали стеклянными и по всему телу пробежала волна жара.        — Былью сладкий сон обе-е-ернется. После долгих ноче-е-ей! — прервала мелодичная строчка погружение в самотерзания.        Очнувшись Киришима решил, что пора бы принять душ. Разгуливая по комнате обнаженным, он собрал вещи, закинул их в корзину для стирки и направился в душевую. Как оказалось, смывать запекшуюся кровь долгое занятие. Вода и пена окрашивались красным и с каждым движением мочалки, он видел перед собой окровавленных друзей.         — Ты не ве-е-ерь слезам. Все верне-е-ется. После долгих ноче-е-ей! Былью сладкий сон обе-е-ернется. После долгих ноче-е-ей! — заканчивали протяжно завывать играющие с огнем студенты.        Выйдя из душа с затуманенной головой, он рухнул на кровать, глаза сами закрылись. А на уме все крутились строки этой ужасной старой песни. Как магическое заклинание песочника, она утянула его в крепкий сон.