Не забывай меня

Девушка робко подошла к кабинету женщины, которая в последнее время слишком нагло врывалась в ее голову, занимала достаточное количество ее времени, которое можно было бы потратить более продуктивно, эффективно и правильно, но почему-то было все равно потрачено на ненужные мечтания, ненужные мысли. Женщина паразитировала в Жене, питаясь ее энергией и силами. Это злило. Это выматывало. Это не давало спокойно дышать, ведь каждая мысль, каждое мимолетное пожелание проникали настолько глубоко в каждую клетку тела, в каждую его ткань, что не хватало места ни на что другое. Сегодня Евгении захотелось это прекратить. Должна быть дистанция. А, может, пропасть. В целом, не так важно, главное, необходимо было отдалиться. Евгения постучала в дверь. Звук отдался неприятным покалыванием в ребрах. Как будто это последнее, что слышит Женя. - Войдите, - сухо, безапелляционно. Девушка заходит в кабинет, что напрочь пропах женщиной. Запах заставляет остановиться, Женя впускает его в свои легкие и выдыхает. - Добрый вечер, Этери Георгиевна. - обращается девушка, потупив взгляд в пол. - Евгения, даже не опоздали, проходите. - женщина поворачивает свою голову, и девушка чувствует этот взгляд, который хотелось бы никогда не видеть, потому что он заставляет задыхаться. Этот взгляд вечно что-то требует, каких-то объяснений, каких-то работ, словно его одного нужно заслужить. Девушка садится на уже привычное место у холста. За два дня тут ничего не поменялось: холст все на том же месте, корабли, что представлялись ранее преградами, сейчас видятся освобождением, эскиз почти готов, осталось добавить красок, нанести финальный штрих. - Вы подобрали краски к своей работе? - звенит голос Этери Георгиевны, отлетая от стен и потолков, проникая в уши Жене. - Думаю, да. Не совсем уверена в одном цвете, но хотелось бы, чтобы вы помогли определиться. - Тогда показывайте. - Женщина встает со стула и подходит к Жене, садясь возле нее, испытывая взглядом. Женю трясет от волнения, ей одновременно хочется быть здесь, но в этот же момент хочется испариться и исчезнуть, словно и не было. Девушка достала лист акриловой бумаги, на которую были нанесены цвета. - Я хочу сделать море нескольких оттенков. - произнесла Женя. - А я уж думала, что Вы одним цветом будете красить. - съязвила женщина, раздразнив Евгению. - Основной цвет - глубокий синий, чтобы показать всю силу моря, всю его глубину и мудрость, всю его монументальность. - девушка указала пальцем на один из цветов. - Далее будут идти оттенки. Аквамариновый - чтобы зритель увидел, что море тоже умеет мечтать и радоваться жизни. А этот ледяной синий, с отблеском снега и бурь. Знаете, когда я выбирала его, он мне кое-что напомнил. - сказала Евгения. - Что же он Вам напомнил, Евгения? Девушка медленно подняла руку и коснулась толстого, немного выцветшего пурпурного кардигана из шерсти в области грудной клетки женщины. - Этот цвет напомнил мне Ваше сердце, Этери Георгиевна. - обратила свой прямой и неотрывный взгляд на женщину девушка. Этери Тутберидзе вздрогнула. Прикосновение девушки было настолько неожиданным, что очень органичным в данной ситуации. - Мое сердце? Как известно, у меня его нет. - голос прозвучал жестче, чем этого хотелось. - Вы верите тому, что говорят? Неужели? Не замечала за Вами этого. - с каждой фразой девушка все больше отдалялась от начальной цели своего визита, все больше падала в пропасть, что создавала сама. - Давайте вернемся непосредственно к теме разговора. - обратилась женщина, вновь развернув голову к импровизированной палитре. - Хочу сделать паруса алыми, как вот этот цвет. - девушка указала на тонкую полоску красного, который был одновременно и поверхностным, и легкомысленным, и проницательным. - А с ним у Вас не появилось никаких ассоциаций? - усмехнулась женщина, ее зубы оголились, превратившись в оскал. - С каждым цветом у меня рождались ассоциации. Кажется, Вы меня недооценили. - И какие же ассоциации у Вас родились? - вновь этот испытывающий, тяжелый взгляд, прищуренные глаза, пытающиеся сломить, не дать вырваться и слову. - Вам не кажется, что этот алый, пылающий цвет... - рука, которая до сих пор лежала на груди у женщины, медленно поползла наверх, прорезая своим движением всю плоть, проходя шею, лишь на секунду замирая на артерии, что так четко выбивала учащенный пульс. Голос становился тише. - Что этот цвет так похож на ваши губы? - прохладные от волнения пальцы провели по пухлым губам женщины, заставляя их содрогнуться и немного приоткрыться. Взгляды встретились в немом согласии и понимании. Невозможно избегать притяжения вечно. Особенно, когда оно так очевидно и опасно для обеих. - Евгения... - выдохнула Этери Георгиевна, обдав пальцы девушки приятным, возбуждающим теплом. Взгляд девушки скользил по острым чертам лица преподавателя, тем самым еще больше изводя Этери Георгиевну. - Что же, Этери Георгиевна? - прошептала Женя, убрав пальцы с губ и переместив их на руку женщины, переплетая их пальцы в нежном движении. На секунду показалось, что учащенный пульс обеих соединился в непонятном ритме и ощущался в их руках. Будто они держат сердца друг друга в своих ладонях. Как будто они могут его контролировать и владеть им, истязая. - Что вы делаете, Евгения? - легкое поглаживание по руке рождало электрический ток между девушками, который с каждым движением усиливался, исключая всякую безопасность. - С недавнего времени я делаю все, чего вы так хотите, не так ли? - лицо Этери Тутберидзе вдруг резким движением приблизилось к лицу девушки, обдав холодным жаром. Евгении хотелось прикоснуться к губам, которые пленили, которые были так близко, что не накрыть их своими губами было бы преступлением, но сейчас Женя и представлялась себе самым ужасным и опасным преступником в мире. Глаза смотрели в другие глаза, чужие глаза, груди вздымались в прерывистом дыхании, кабинет, который казался таким строгим и претенциозным, вдруг стал таким распущенным, развязным и свободолюбивым. Стены расходились, стирая границы всего недозволенного и дозволительного. Невозможного не существовало. Танец скул, губ, ресниц казался беспорядочным, они испытывали друг друга, проверяя на прочность и выдержку. - А сейчас я сделаю, чего так хотите Вы. - одними губами произнесла женщина и ворвалась в пространство Жени. Рука Этери Тутберидзе водила по щекам и волосам Жени, вцепляясь и вплетаясь в них все больше, дальше, крепче. Губы касались скулы, медленно переходя на шею скользящими, прерывистыми движениями. Горячий язык оставил мокрую дорожку от артерий до губ, неторопливо отравляя юное тело. На секунду мир остановился в точке соприкосновения губ. Все потеряло значение. Голова кружилась, Этери подняла черные глаза на девушку и увидела свое отражение. - Все в порядке? - шепот, пронзающий темноту и тишину. Прошла вечность, чтобы Евгения смогла прийти в себя, голова возвращалась на место, мысли распутывались из паутины в ровную нить. "Что я делаю?" - пульсировало в висках. - Нет... - почти беззвучно произнесла Женя. От осознания произошедшего ее тело начало биться в истерике. - Нет, нет - все громче и громче, постепенно переходя на крик. - Не в порядке. Не в порядке. - голос срывался на дикий стон раненого животного. - Нет. - Женя, Женя, что случилось? - Камила стояла над девушкой и трясла ее за плечи. - Ты кричала, проснись. Евгения резко открыла глаза и начала ловить воздух ртом, проснувшись от своего крика и сильных рук Камилы. Несколько секунд она не могла понять что произошло, а потом прикрыла глаза. - Все нормально, Камила, мне просто приснился кошмар, не переживай. - девушка постаралась взять себя в руки и вновь лечь на кровать. - Который час? - Сейчас только пять утра, ты можешь поспать еще. - сказала девушка. - Хорошо, большое спасибо, что разбудила меня - с благодарностью и нервозностью произнесла Евгения. - Конечно, я не могла иначе, а что тебе приснилось? За тобой кто-то гнался, кто-то преследовал тебя, или приснилось то, чего ты больше всего боишься? Змея, пауки, бабочки? - Да, приснилась самая большая и страшная змея, которая впивалась в меня, отравляя своим ядом. - сложил мозг девушки красивую метафору. - Ужас, и правда страшно. Не думай об этом, надеюсь, ничего подобного к тебе больше не придет во сне. - Я тоже на это надеюсь. Спасибо еще раз. - Доброй ночи. - улыбнулась девушка. - Доброй ночи, Камила. Девушка положила свою голову на подушку. В голове сейчас происходил бардак из мыслей. Ей было стыдно. Было стыдно за свои мысли, которые сформировались в такие сны. "Как сейчас смотреть в глаза Этери Георгиевне?" - крутилось в голове. "Вдруг она почувствует что-то не то" Самое главное, что Женя никогда не думала об этом, и такие сны были откровением. "К тому же я девушка, а девушка не может находится в близости с женщиной, это просто невозможно". С таким потоком в голове, Женя отвернулась к стене и вжала в себя колени в попытке уснуть.