Не забывай меня

Щеки пылали, словно огнем, руки пробивала мелкая дрожь, они были уже не сухи, как прежде. Казалось бы, какую реакцию и мысли может навевать лежащая голова, с выбившимися прядями волос, обрамляющих лицо, которое находилось незабвенном спокойствии и блаженстве. Губы девушки, обладательницы тех самых волос, были сложен в легкую улыбку, к тому же они были алые, словно красное вино. Они были так же красивы и манящи. Их также хотелось выпить до дна. Именно на такие мысли наталкивало тепло, исходящее от плеч, на одном из которых и расположилась Евгения. Этери было тяжело подавлять свои глубокие, как океан, вздохи и взгляд, который так и норовил исследовать каждую черту лица: губ, щек, скул, бровей, ресниц, вздымающихся и немного подергивающихся. Ей хотелось как можно дольше наслаждаться поездкой, ведь каждый день, ложась в свою холодную, и уже давно неуютную постель, обжигающую своим одиночеством постель, женщина грезила о прикосновении к этому юному и прекрасному созданию, а сейчас не она прикасалась к нему, а оно льнуло к телу женщины, находя в нем свое спасение и пристанище. К сожалению, или, скорее, к счастью, мечты не могут быть вечны, как и их поездка до дома. Колеса кареты замедляли свой ход, а в мыслях Этери путешествие по собственным чертогам все продолжалось и стремилось к тому, чтобы продолжиться. Кучер открыл дверь, тем напугав Этери Тутберидзе. Она еле заметно вздрогнула, а кучер очень тактично и вежливо проигнорировал девушку, что лежала на плечах у женщины. - Прибыли, Этери Георгиевна, вам помочь? - прошептал мужчина. - Спасибо, я справлюсь сама. - ответила она, мысленно поблагодарив за корректность и учтивость мужчины. Женщине невыносимо не хотелось будить Женю, но это было поводом вновь прикоснуться к ней. - Евгения, мы прибыли, просыпайтесь. - бережно прикоснувшись к румяной скуле, произнесла Этери. Почувствовав прикосновение, такое легкое, но такое настойчивое, девушка приоткрыла глаза. Все вертелось, взгляд не мог сфокусироваться, но сознанием она понимала, где и с кем она находится. - Этери Георгиевна? - одними губами попыталась сказать Женя. - Да, милая, пойдем в дом, нас уже ждут. Женя до сих пор была хмельна, сон только усугубил ее состояние, но она постаралась встать, кучер помог ей обрести землю под ногами. Совместными усилиями Этери Георгиевна и мужчина довели девушку до гостевой комнаты, в которой и постелили для Жени. - Я могу идти? - осведомился мужчина. - моя помощь больше не нужна? - Да, можете идти, только сделайте мне одно одолжение, не беспокойте Даниила, я все расскажу ему сама. - Конечно, Этери Георгиевна. - сказал кучер и удалился. Когда взгляд женщины упал на Евгению, та уже лежала на постели с широко открытыми глазами, взгляд был пьян и взбудоражен новыми обстоятельствами. - Где мы? - прошептала девушка. - У меня в доме, Евгения, вам не о чем беспокоиться. Состояние девушки было неоднозначно, словно натянутая струна, она металась и старалась что-то понять. Это не убежало от внимательного взгляда, который скользил по телу и лицу Евгении, стараясь внять как можно больше, ведь вероятность такой ситуации вновь близилась к нулю. - Что вас беспокоит Евгения? - заметив испуганный девушки, осведомилась Этери Георгиевна. Глаза Жени метались, не найдя себе пристанища, и все же остановились в глазах женщины, ища там ответ. - Вы ведь меня исключите из Академии? - растерянным и смущенным голосом спросила девушка. Умилившись, женщина присела на край кровати, где уже лежала девушка и наклонилась к ее лицу, заправляя выбившуюся прядь за ухо, заметив, что Женя слегка вздрогнула. - За что же меня Вас исключать? - За то, что я вела себя недостойно. - застыдившись собственных слов, Женя опустила глаза. - Вы про вино, которое вы выпили? Девушка лишь молчаливо кивнула, так и не рискнув поднять глаз на женщину. - Все совершают ошибки, Евгения, ни я, ни вы не исключение. Это жизнь, такое бывает и за это, разумеется, я не буду вас исключать. Повезла бы я вас тогда к себе домой, если бы хотела исключения, как полагаете? Осмелившись, Женя подняла уже менее испуганный и признательных взгляд на женщину и была ей неимоверно благодарна. Только сейчас она вновь заметила, насколько Этери Георгиевна прекрасно выглядит: белые кудри, обрамляющие лицо и стекающие по плечам, тонкая талия, подчеркнутая корсетом, мягкие кисти рук, бархатистость которых хотелось ощутить на своих пальцах. Девушка приподняла свою руку к лицу и коснулась руки Этери Георгиевны, которая по-прежнему касалась ее лица. В мягком и признательном движении, она провела своими пальцам по теплой руке женщины, податливый ток, прошелся по пальцам. Глаза были устремлены в глаза той, той женщины, которая спасла ее, которая невероятно влекла и манила. В голову вновь ударил алкоголь, тело расслабилось, а пальцы исследовали запястье белокурой женщине, которая не выказывала никаких признаков противоречивости или недозволительности такого действия. - Мне кажется, вам необходимо переодеться и ложиться спать, чтобы завтра чувствовать себя лучше. - оборвал минуту блаженства для обеих голос женщины. Проснувшись, вздрогнув и сфокусировавшись, Женя не сразу поняла о чем ведет разговор женщина. - Да, думаю, вы правы. - резко рука, только что прикасавшаяся к другой руке, сейчас уже лежала на постели. - Сейчас я принесу вам то, во что вы сможете переодеться. - поднявшись, произнесла Этери Георгиевна и вышла из комнаты. Состояние Жени было невероятно блаженным и в то же время запредельно огорченным. Только что они были так близки, и сейчас же стали вновь чужими. Не хотелось признаваться в этом самом себе, но на секунду девушка почувствовала взаимность своих нежных, теплых чувств от женщины. Ей хотелось прикоснуться к ее руке, к лицу, к мягким и красивым ногам, хотелось почувствовать запах женщины ближе. Шлейф духов еще оставался в комнате и девушка жадно его вдыхала, но насытиться не получалось. Этери Георгиевна вернулась довольно-таки быстро, и застала девушку с закрытыми глазами. - Вы спите? - Нет, только прикрыла глаза. Я принесла вам сорочку, возьмите и наденьте ее на себя, чтобы было удобнее. Евгения собрала все силы, чтобы подняться с кровати и взять черную, шелковую сорочку, которую протягивала ей женщина, и, мягко провела пальцами по пальцам Этери. Пока девушка переодевалась, Этери Георгиевна находилась в комнате и подавляла в себе неистовое желание подойти и прикоснуться с этой бархатистой спине, обдать жаром шею, которая была так притягательна, коснуться точеной талии, поцеловать плечи и задохнуться в волосах. Но это было против всех правил. - Все, спасибо большое, очень красивая вещь. - повернувшись, сказала девушка. - Ложитесь в постель, Евгения и засыпайте, вам необходимо отдохнуть. Женя подошла к кровати с резной спинкой и присела на край, приготовившись ложиться. - Доброй ночи, Женя. - сказала Этери Георгиевна, больше не в силах оставаться в комнате с девушкой, это оказалось невыносимой пыткой, от которой уже начинала кружиться голова. - Останьтесь со мной, прошу. - прорезал голос тишину. - Что, простите? - Останьтесь со мной, Этери Георгиевна. - в глазах девушки читалась неистовая нежность и неприкрытое желание. Женщина была введена в ступор. Она безумно хотела остаться, обнять девушку, возможно о чем-то поговорить, но в то же время понимала, что не может так поступать со своей ученицей. Она не может больше оставаться наедине с ней, иначе ей просто будет не убежать от собственных, накрывающих чувств. Накрывающих все большей и большей волной. "Хорошо, я постараюсь, останавливать себя, все-таки, такого больше не случиться, а упускать такой шанс я не вправе." - проговорила женщина у себя в голове. - Хорошо, Евгения, я останусь, пока вы не уснете. - сказала Этери и присела на край кровати, где уже лежала девушка, прикрытая пуховым одеялом. - Спасибо, Этери Георгиевна. Можно взять вас за руку? Мне так этого хочется. - поддаваясь действию алкоголя, девушка старалась взять из этого все выгоды. "Она все равно завтра ничего не вспомнит" - продолжался диалог в голове у девушки. Женщина протянула свою руку в ловушку Жениных рук, по всей ладони пробежались мурашки, голова начала кружиться, а сердце биться чаще, ладони сразу же вспотели. - Вы волнуетесь? - неожиданный вопрос. - С чего вы взяли? - У вас дрожит рука. - констатировала девушка, обличая правду Этери. - Не волнуюсь, просто... - Просто? - девушка смотрела в глаза женщины и пыталась уловить там то, что ей так хотелось уловить, ту взаимность, ту нежность, ту неистовость, но та была сдержана. - Что вам нужно? - шепотом произнесла женщина. - Мне? - таким же шепотом следовал ответ. - мне хотелось бы правды. - Правды, но какой же? - Вы волнуетесь? - все тот же вопрос. Воздух был напряжен, словно натянутая струна, тронешь - и взорвется. - Я же сказала, что нет. - Почему же я вам не верю, Этери... Георгиевна. - девушка легко рассмеялась. - Я не знаю, но я точно к этому не причастна... - шепот разрезал воздух, а лица становились все ближе. Женщина видела желание в глазах Жени и готова было спорить, что ее собственные глаза выражают то же самое. Только чего они желали? - Помните, я говорила вам про родинки? - пальцы водили по кисти женщины, вырисовывая непонятные узоры, все четче и четче сводя с ума обеих. - Они у вас и правда очень красивы и их так много, в прошлой жизни вас точно кто-то сильно любил... - Возможно, жаль, это было в прошлой жизни... - Знаете, чего я хочу? - расстояние между друг другом сократилось неприлично, инициатором этого выступала женщина, это была, своего рода проверка, игра, но она сама проигрывала в ней. Женщина взглянула в глаза Жени еще раз, чтобы точно убедиться в том, что мысли их в данный момент совпадают, что она точно знает, чего хочет девушка, запах которой не выветривается из ее носа уже вот несколько недель. - Я же говорила, Евгения, что Ваши глаза не способны к обману, верно? - усмешливая улыбка расплылась на лице обеих. Губы женщины приблизились к лицу Жени и медленно, едва касаясь, поцеловали скулу, щеки, и мягко провели по таким желанным и манящим губам девушки. Казалось, время замерло, нарастающая напряженность вмиг улетучилась. Податливые губы Жени поцеловали губы Этери, наконец почувствовали их вкус, такой сладковатый, такой желанный, такой родной. Безумие накрыло обеих, их губы теперь принадлежали друг другу. Они целовали друг друга так отчаянно, так нежно, так мягко, руками прикасаясь к шее, волосам и лицу. Они наслаждались этим моментом, пока им было позволено. Пока они сами позволяли его себе. Они растворялись..