Не забывай меня

Мягкий свет поздней весны проникал вглубь комнаты, теплота лучей солнца согревало юное лицо, создавая уют в помещении, освещая его полностью. Свежесть воздуха и щебет птиц были слышны через приоткрытое окно. Улыбнувшись, девушка, что лежала на кровати потянула свои руки и приоткрыла глаза, морщась от некого удовольствия. К удивлению, юная особа чувствовала себя хорошо, даже чересчур, даже запредельно хорошо. Никогда она с утра не ощущала такого блаженства от солнца, свежего воздуха, свежей простыни, которая обволакивала ее тело, мягкой подушки, с которой гроздьями свисали волосы, и одеяла, что накрывало чистотой и прохладой. Еще раз потянувшись и раскрыв глаза полностью, девушка увидела не несколько кроватей, выстроенных в ряд, а стену, на которой висела репродукция картины "Девятый вал" Айвазовского, и была очень удивлена, но воспоминания прошлого вечера врезались в голову, словно кто-то ударил хлыстом по спине и боль отдалась в голове. "Я же дома у Этери Георгиевны" - осознала девушка и присела на кровати, прикрыв глаза руками. Ее накрыли воспоминания прошедшей ночи, тогда пальцы медленно поползли к губам и обожглись, припоминая о нежных, желанных, томных и таких жарких поцелуях женщины. На секунду даже причудилось, что она и сейчас их касается. Эмоции при этом были неоднозначны. Девушка была счастлива ощутить прикосновения, дыхание женщины на своем теле, она наконец-то поняла, почему ее так неумолимо влекло именно к этой женщине, почему она хотела находиться с ней как можно дольше, ведь сейчас она прозрела и осознала, что она была влюблена в нее. Нежно, возможно, по-детски наивной любовью, но была влюблена. И это чувство пугало. Оно переживалось впервые, поэтому девушка не знала, как вести себя в этой ситуации. "А ведь она сорвала мой первый поцелуй..." - улыбнувшись шепнула девушками одними губами. Из размышлений, дум ее вывела открывающаяся дверь, в которой медленно появилась виновница нынешних мыслей. - Доброе утро, Евгения. - с едва заметной улыбкой поприветствовала ее преподаватель. - Доброе утро, Этери Георгиевна. - расплывшись в улыбке, ответила девушка. - У нас скоро начнутся занятия, так что вставайте, выходите в столовую там на Вас уже накрыли. Не беспокойтесь, мой муж и сын уже поели - акцентировав внимание на этом факте, женщина продолжила. - Так что поешь и поедем в академию. - Хорошо, сейчас переоденусь в свою одежду и выйду. - Если вы появитесь в таком виде, в каком были на балу, то люди не поймут, нужно, чтобы вы были в форме, у меня есть запасная, я принесла. - протягивая форму Жене, сказала женщина, едва касаясь пальцами запястья девушки. - Хорошо, спасибо большое. - едва отозвалась девушка и опустила глаза вниз. Женщина вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь, а Женя оставалась стоять в недоумении. Этери Георгиевна вела себя так, как будто вчера ничего не произошло, как будто все это причудилось ей одной. "Но не могло же мне показаться, что она целовала меня, прикасалась ко мне и флиртовала..." - хотя такие слова ранее были неведомы Жене, сейчас они пришли ей на ум. Теперь стало еще труднее понять, как же себя вести с женщиной? Так, как будто ничего не было? Это будет невозможно, сейчас девичье сердце горело от тех чувств, что возбуждали в ней эти темно-карие глаза, в которых хотелось захлебнуться. Сделать первый шаг и показать, что она помнит все, что произошло? А вдруг ничего и не происходила и девушка от выпитого алкоголя начала фантазировать, или же ей просто это все приснилось... Было сложно и непонятно. Девушка встала в кровати, надела все, что принесла женщина и вышла в столовую. Женщина сидела в кресле с утренним кофе, которым пахло на все помещение, запах смешивался с парфюмом Этери Георгиевны, поэтому девушка прикрыла глаза, чтобы выловить нотки запаха женщины. - Садись за стол, кушай, Жень. - нейтральность сменилась на милость и голос стал мягче, лицо стало светлее. - Спасибо, Этери Георгиевна. На столе был чай, два яйца всмятку и пшенная каша с маслом. Все пахло и выглядело довольно аппетитно. - Приятного аппетита. - отозвалась женщина из угла комнаты. Воздух в помещении был спокоен, но атмосфера казалась Жене напряженной, с ноткой недосказанности или неловкости. Этери Георгиевна молчала, Женя тоже не подавала голоса. Минут через десять Этери Георгиевна предупредила, что скоро нужно будет выезжать. Евгения вышла из-за стола, поблагодарив женщину и повара за завтрак и поспешила в комнату, где была ранее. Этери Георгиевна осталась одна. Сейчас это было необходимее всего, хотелось закрыться от того, что произошло вчерашней ночью. Хотелось закрыться не потому, что было ужасно плохо или что-то в этом роде, наоборот, было слишком нежно, по-родному, тепло и уютно. Давно женщине не удавалось почувствовать себя так комфортно, тепло с другим человеком, обычно такое состояние достигалось только в одиночестве. Сейчас же женщина была вынуждена скрывать свои эмоции, которые переливались через край. Хотя ничего кроме прикосновений и поцелуев между Этери и Женей не было, женщина была убеждена, что то, что произошло - чистой воды ее эгоизм, который может сломать жизнь другому человеку, который был ей близок, к которому она за такой короткий период времени успела привязаться. Также женщина была убеждена, что Евгения ничего не помнит о событиях вчерашнего вечера, поэтому и не будет больше приближаться к девушке, теряя дистанцию и голову, боясь снова сорваться и показать то, что чувствует. Все-таки чувства - это опасное оружие. Особенно для самого себя. Ей хотелось сблизиться с девушкой, но больше всего ей хотелось обезопасить ее и в первую очередь от самой себя. Она - взрослая женщина, познавшая боль разочарований, утраты, а Женя - всего лишь ребенок, которого не хочется травмировать раньше времени. "Встреться лет на 15 мы раньше, Женя, мы непременно любили бы друг друга, но сейчас - слишком поздно" - проконстатировала сама себе Этери. Тем временем уже вышла Женя. - Этери Георгиевна, едем? - Да, карета уже у дома, ты можешь выйти, я выйду за тобой. - Хорошо. - смиренно согласилась девушка и, обувшись, вышла из дома. Этери Георгиевна, как и обещала, вышла следом за девушкой, вытряхнув все ненужные мысли из головы. Поездка до Академии оказалась недолгой и вполне расслабленной. Иногда Женя и Этери Георгиевна обменивались взглядами, обе пытались что-то сказать ими, но какой-то барьер мыслей и эмоций не давали понять друг друга. - Хорошего дня, Этери Георгиевна. - на прощание сказала Женя. - И Вам, Евгения. - ответным жестом попрощалась с девушкой женщина. Как только Женя вошла в двери Академии на нее сразу набросился Марк с расспросами. - Женя, привет! Ты куда делась? Что с тобой сделала Этери Георгиевна? Тебя отчислят? - юноша налетел с пулеметной очередью вопросов. - Марк, успокойся - чуть не рассмеялась Женя. - все нормально, меня не отчислят, все в порядке. - А где ты была ночью? Аня и Камила сказали мне, что сегодня тебя не было дома.. - Я была у Этери Георгиевны, она отвезла меня к себе, чтобы администрация не увидела меня в пьяном состоянии, спасибо ей за это. - Этери Георгиевна, странно... - Ничего странного, просто она не хочет терять более менее способного ученика. - Женя решила, что завысить свою значимость лучше, чем раскрыть всю правду. - Да уж, Женька, пить ты совершенно не умеешь.. - рассмеялся парень. - больше никакого тебе вина. "Да уж, особенно от Загитовой" - подумала девушка. - Ладно, пойдем на занятия, у нас сегодня какие? - 2 занятия по графике и академический рисунок. "Прекрасно, академический рисунок с Этери Георгиевной" - мысленно усмехнулась Евгения. - Ну ладно, пойдем, а то нас съедят, если мы опоздаем.

***

Две пары по графике прошли успешно, на них ребята оттачивали мастерство наложения штрихов в разной перспективе, учились накладывать тени и высветлять участки полотна. Женя с предвкушением ждала занятия по академическому рисунку, как минимум по тому, что она смогла бы увидеть Этери Георгиевну. Да, не наедине, но хотя бы увидит, ведь ей так хотелось снова смотреть на нее, и она не могла бы отказать в ответном взгляде. - Здравствуйте, ребята, можете садиться. - в аудиторию зашла Тутберидзе и кинула едва уловимый взгляд на Женю. - Сегодня будем строить череп человека, на этом же занятии сдадите работу, если не успеете, дам закончить до следующего занятия, но если увижу, что вы лоботрясничали все занятие, то ожидайте соответствующих мер. - строго произнес низкий голос. Женщина начала объяснять что-то на доске, но Женя слушала очень отвлеченно, постоянно смотря на кудри, что свисали с плеч, на тонкую шею, которая изящно изгибалась при поворотах, и на пальцы, которые уже насквозь были пропитаны мелом, но оставались такими же невероятно красивыми. - Все, можете приступать. - произнесла женщина. Это вывело девушку из гипноза и заставило отвести взгляд. Все занятие она посвятила тому, чтобы идеально построить череп, чтобы заслужить позитивное внимание к своей персоне от Этери Георгиевны, она очень стремилась к этому, поэтому была сосредоточена на мольберте, листе и карандаше, поэтому даже не замечала на себе взгляда карих глаз. Этери Георгиевна все занятие смотрела на Женю, на ее изгибы кисти, когда та подносила карандаш к мольберту, как морщилась при приближении листа к лицу, когда смотрела на доску, как облизывала и кусала губы от нервов. Все это было завораживающе и невероятно интимно, близко. Пару раз, проходя вблизи, женщина ловила головокружение от родного запаха, который пьянил. Хотелось нагнуться и почувствовать запах тела ближе, прикоснуться губами к шее, но это было непозволительно. - Занятие окончено, приносите работы, я посмотрю и скажу, нужно ли что-то доделать. Ученики шли одни за другим. У кого-то была хорошая работа, у кого-то хуже, но какой-то человек подошел просто с блестящей работой, женщина подняла глаза и увидела взгляд темно-карих на себе. - Хорошо, Евгения, вам ничего не нужно дорабатывать, работа выполнена достойно. - прямо глядя в глаза сказала женщина, едва сдерживаясь, чтобы не сократить дистанцию между ними и обнять Женю. - Спасибо, я старалась. - поджав губы, ответила девушка. Когда все ученики ушли из аудитории, Этери Тутберидзе поспешила собраться быстрее домой и вышла из Академии. Как только женщина оказалась на своей кровати, она стянула с себя всю одежду, которая могла бы ей помешать и прикоснулась к своему разгоряченному и возбужденному телу, вспоминая мягкие губы Евгении Медведевой, начиная задыхаться от наслаждения...