Глава четвертая, в которой Томасин атакует
10 марта 2025 г., 22:00
Подольститься к младшей сестренке Перси, Джинни, получилось крайне просто — рыжая и так восхищенно пялилась на Томасин при каждой встрече. Очень вскоре Филч, потерявший в огне свои лучшие метлы, разгневанно тряс перед профессором Макгонагалл серебряным портсигаром с изящно выгравированными инициалами Джеймса Флимонта Поттера.
Гриффиндор лишился пятидесяти баллов, и все знали — по чьей вине. Кроме того, Поттер назначили отработку — помогать профессор Спраут в сезонном сборе урожая бубонтюберов.
— Новые духи, Генриетта? — насмешливо спросила Томасин, демонстративно прикрыв носик, когда мимо нее прошла уставшая, испачкавшаяся от ботинок до кончика носа, Поттер с ярким ожогом от гноя бубонтюбера на запястье.
Та смерила ее тяжелым взглядом, останавливаясь:
— Не одной ж тебе вонять гиппогрифьим дерьмом.
— Ох, милая, — притворно вздохнула Томасин. — Ни вкуса, ни воспитания… Тяжело быть позором факультета?
— Не знаю, — пожала плечами Поттер. — Это же не я бегаю за пятикурсницей, пытаясь привлечь ее внимание.
— Привлечь внимание? Принимаешь желаемое за действительное, Поттер?
— О чем это ты?
— О том, мой милый соплохвостик, что ты, вероятно, думаешь, будто я питаю к тебе какие-то чувства?
— Я так не думаю, — удивленно сказала Поттер. — Я в этом абсолютно уверена.
Томасин ожидала смущения, возмущения, но только не этой спокойной, хладнокровной мордашки напротив.
— Вот как?
— Ну да, ты на мне совершеннейшим образом помешана, — пожала плечами Поттер. — С самого начала года страстные взгляды кидаешь, подкарауливаешь в туалете и по ночам…
— Я патрулировала! — возмутилась Томасин.
— Как скажешь, — ухмыльнулась Поттер. — Воруешь мои вещи… Зажимаешь по чуланам для метел…
Вокруг начали собираться заинтересованные сценой ученики.
— Томасин, — настороженно спросил Нотт. — Все в порядке?
Та бросила на него уничтожающий взгляд — как посмел сомневаться? Нотт поежился.
— Песики прибежали на защиту хозяйки, — прокомментировала Поттер. — Не волнуйся, Тео, мы скоро закончим, и она тебя выгуляет, а пока можешь пойти продрочить на ее туфли, или что вы там делаете в своем кружке Пожира…
— Заткнись, — Реддл схватила ее за горло и сжала. — У тебя чувства самосохранения от природы нет, или думаешь, что у папочки настолько длинные руки, чтобы и здесь тебя охранять?
— А ты мне угрожаешь, Реддл? — прохрипела Поттер. — При всех?
— Предупреждаю, — оскалилась Томасин, отпуская девушку. — Всего лишь дружеское предупреждение, Генр-р-р-риетта.
Та лучезарно улыбнулась, отступая.
— Дружеское? Да ладно тебе, мы же уже выяснили, что твои чувства ко мне выходят далеко за рамки дружбы, Тэмми, — она оглядела столпившихся вокруг любопытных студентов. Томасин залюбовалась ею сейчас — разъяренная маленькая фурия. Девчонка выросла в прехорошенькую девушку. — Чего ждете, кошачьей драки? — Поттер провела по воздуху согнутыми пальцами, имитируя коготки. — Пошли вон!
***
— Проследи за ней, — холодно сказала Томасин Абраксасу. — День и ночь не отлипай. — Ночь, миледи? — возразил Малфой. — Но как? Я не смогу войти в гриффиндорскую гостиную, не говоря уж о спальне для девочек… — Ночуй у гостиной, — отрезала Томасин. — Достань у кого-нибудь пароль, притворись гриффиндорцем, умри и стань призраком, смени пол — это абсолютно не мое дело. — Хорошо, миледи, — уныло ответил Абраксас. — Я сделаю все, что в моих силах. Когда он ушел, и гостиная опустела, Томасин откинулась на кресло, устало потирая глаза. Она не спала всю ночь, снова наблюдая за упорно шляющейся по второму этажу точкой «Генриетта Поттер». Что она там вынюхивает? В голове Томасин появилась параноидальная идея, что Поттер могла искать вход в Тайную комнату, но — исключено. Откуда бы ей знать? После смерти Уоррен у авроров и мысли не было связать это происшествие со старой легендой. Нужно как-то развеяться, чтобы привести мысли в порядок. Благо, сегодня вторая суббота месяца — в этот день Томасин обычно посещала дуэльный клуб, главным образом для того, чтобы не потерять репутацию лучшей дуэлянтки Хогвартса, настоящие тренировки происходили в другом месте — в кругу Пожирателей. Тем более, сегодня «свободный» день — каждый может участвовать против каждого записавшегося.***
Дуэльный зал гудел от возбуждения. — Да Реддл же ее на куски разорвет… — Ее в Больничное крыло придется в спичечном коробке нести… — Совсем башкой поехала! — Что здесь происходит? — резко выкрикнула Томасин, группа учеников поспешно разошлась, позволив ей пройти к огромной таблице участников. Напротив ее собственного имени, корявым, небрежным почерком было выведено другое — «Генриетта Поттер». — Всем привет! — раздался веселый звонкий голосок. Томасин обернулась и увидела задорно улыбающуюся виновницу переполоха. — Отличный сегодня денек, не правда ли? О, привет, Тэмми, — приветливо поздоровалась Поттер. — Надеюсь, ты сегодня в хорошей форме? — Не сомневайся, — хищно улыбнулась Томасин. — В самой что ни на есть великолепной. — Чудесно, — рассеянно заметила Поттер и, как ни в чем не бывало, отвернулась, полностью погрузившись в беседу с сопровождающими ее Уизли и Грейнджером. Томасин глубоко вздохнула, размышляя. Раньше она считала, что гриффиндорка просто глупа, но теперь убедилась, что она никогда не делает что-то без четкой, продиктованной ее кривой логикой, цели — и в этом они были, несомненно похожи. Раньше Поттер не была замечена в склонности к дуэлям, но она примерно представляла ее уровень и сомневалась, что пятикурсница сможет победить. Просила папочку-аврора тренировать ее все лето? Или же хочет выставить себя жертвой, обвинив Томасин в жестокости после того, как та ее в порошок сотрет? Поттер была как склянка с взрывоопасным зельем — одно неверное движение, и придется разбираться с последствиями. Томасин даже не смотрела на дуэли других участников и вздрогнула, когда, наконец, пришла их очередь. — Поттер и Реддл, вы следующие, — кисло сказал учитель по ЗОТИ и, по совместительству, куратор Слизерина — Снейп. — Томасин, у школы будут некоторые… сложности, если вы убьете Поттер, так что постарайтесь этого избежать. — Да ладно вам, профессор, — весело сказала Поттер, поднимаясь на помост для дуэлей. — Тэмми не привыкать. Убивать студенток, я имею в виду. — Оттачивайте свое чувство юмора в другом месте, — скривился Снейп. — Вам знакомы правила? — Никаких режущих и заклинаний выше второго уровня опасности, — продекламировала Поттер. — Бой прекращается, как только противник разоружен или лишен способности двигаться. — Сражение только на волшебных палочках, никакого магловского мордобоя, — дополнила Томасин. — А так хотелось! — ухмыльнулась Поттер. — Ну как профессор, я справилась? Папа мне столько рассказывал о хогвартских дуэлях, он был одним из лучших дуэлянтов, хотя вы-то об этом знаете не по наслышке. — Расходитесь в разные стороны на десять шагов, — судя по выражению лица Снейпа, его пронзил острый приступ зубной боли. — Начинаете по команде. Томасин заняла привычную позицию на правой стороне помоста, ее соперница на противоположной. — Еще не поздно передумать, Генриетта, — мурлыкнула Томасин, заметив, что гриффиндорка заметно побледнела и, получив в ответ весьма однозначный ответ в виде продемонстрированного среднего пальца, усмехнулась. — Участники должны поклониться друг другу, — она изящно прогнулась в спине, чуть выдвигая вперед ножку. Поттер, со страдальческим выражением на лице, сделала то же самое, затронув в душе Томасин какие-то особенные струны. Всегда бы так. — Дуэлянты, приготовились, — объявил Снейп. — На счет три. Раз… два…тр… Поттер легко уклонилась от брошенного в нее Инкарцеро, посылая в ответ Левикорпус, который встретился с выставленным Томасин Протего. Дуэль началась. Томасин действовала аккуратно, пытаясь прощупать стиль боя гриффиндорки, с удовольствием убеждаясь, что он целиком и полностью соответствовал ее натуре — показная хаотичность, при этом укладывающаяся в четкую схему. Гарри, в основном, оборонялась, избегая прямой атаки, явно пытаясь заставить потерять бдительность. Не на ту напала. Томасин охотно вступила в игру, развлекаясь. — Аква Эрукто! — на Поттер вылился мощный поток воды, делая ее похожей на мокрую, разъяренную кошку. Мантии на ней не было, поэтому ставшая полупрозрачной рубашка плотно облепила тело. — Конкурс мокрых маек, Гарри? — восторженно воскликнул маглорожденный Дин Томас, и взгляд Томасин невольно задержался на выступивших сквозь мокрую ткань твердых аккуратных сосках, заставив пропустить угодившее прямо в плечо Жалящее. — Не зевай, Реддл, — крикнула Поттер, уничтожая в воздухе пикирующих в ее сторону летущих мышей, выпущенных Томасин в ответ. — Это все, на что ты способна, серьезно? Я думала, ты тут альфа-самка. — Коллошу! — огрызнулась Томасин, попадая в цель. Туфли приклеились к полу и Поттер упала, на миг потеряв равновесие. Томасин торжествующе улыбнулась, напирая, не давая встать выскользнувшей из ставшей бесполезной обуви Поттер, которая сейчас только и могла, что отбивать летящие в нее заклинания. Форменная юбка слегка задралась, обнажая круглые белые коленки, выглядывающие из-под небрежно натянутых коротких чулок. — Ты всерьез думала, что я тебе по зубам, Генриетта? — нежно спросила Томасин. — Или это тоже часть твоего подросткового бунта? — Ни то и ни другое, Тэмми, — тяжело дыша, ответила Поттер, пропустив пару Жалящих. — Серпенсортия квадро! Когда на пути Томасин возникло четыре очень недовольных кобры, она чуть не расхохоталась. Знала бы Поттер, кого она пытается испугать змеями… Кто-то в зале пронзительно взвизгнул. — Назад, — бросила она кобрам, обращая против соперницы ее же оружие. — Атакуйте девчонку. Змеи послушно развернулись, нетерпеливо покачивая головами, готовые кинуться на гриффиндорку. Зрители ахнули, по залу пробежал тихий шепоток, но Томасин, в пылу триумфа, не обратила на это никакого внимания, завороженно наблюдая промелькнувший в зеленых глазах страх. — Випера Эванеско! — резко бросил Снейп, уничтожая змей. — Бой окончен. Дисквалификация, Поттер, Серпенсортия заклинание третьего уровня опасности. — Не сработало? — Томасин подала Поттер руку, помогая встать. — Ничего, в следующий раз вызывай кого-то, кто тебе по зубам. Гриффиндорка удивленно посмотрела в ответ. — Конечно сработало, Тэмми. Неужели ты не поняла? — О чем это ты? — с подозрением спросила Томасин, но Поттер, покачав головой, слезла с помоста и, слегка нетвердой походкой, ушла. Уже на выходе из зала Томасин поймал за руку Уизли. — Тэмми… Почему ты никогда не говорила, что ты — змееуст?***
Почти семь лет — столько Томасин удавалось скрывать ото всех, кроме Ближнего круга, что она умеет говорить со змеями. Почти семь лет — чтобы на середине последнего курса об этом знала вся школа! Чертова Поттер определенно плохо влияла на ее умственные способности. Так легко обвести вокруг пальца… Пора было с этим что-то делать. Тени усталости под глазами шпионящего за Поттер Абраксаса Малфоя увеличивались с каждым днем, прямо пропорционально паранойе Томасин. Откуда девчонка знала про парселтанг? Кто-то из Пожирателей сболтнул? Насколько много ей известно — знает ли про Тайную комнату или только про родство со Слизерином? Ничего подозрительного не происходило, кроме настойчивого интереса Поттер к туалету на втором этаже. Впрочем, по отчету Малфоя, один бог знает как туда проникающего без подозрений, та в основном проводит время там за курением магловских сигарет и чтением. Нашла место. — Она общается с кем-то из Слизерина? — спросила Томасин. — Нет. Она… ни с кем, в общем-то не общается. Кроме Уизли и Грейнджера. — Их с этим Грейнджером… связывают какие-то отношения? — по правде говоря, ей не особо нужна была эта информация, но хоть что-то. — Кроме дружеских, я имею в виду. — Вроде нет, — Малфой пожал плечами и тут же ухмыльнулся. — Говорят, она предпочитает львиц, а не львят. — Львиц? — не поняла Томасин. — Ну, ходят слухи, что парни ей не больно-то и интересны. Ее много кто зовет на свидания, несмотря на то, что шизанутая. И всем она отказывает. — Это ничего не значит, — холодно ответила Томасин. — Может, ей просто неинтересна вся эта чепуха. — Конечно, моя Леди, — Малфой почувствовал, что им недовольны. — Мне продолжать следить за ней? — Нет, — подумав, ответила Томасин. — Оставим ее в покое. Свободен. Тактика требовала изрядной корректировки.***
По правде говоря, Томасин и сама не могла ответить на вопрос, зачем она позволила втянуть себя в это дурацкое противостояние. У Поттер не было ни единого шанса как-то навредить ей или ее репутации, до выпуска осталось всего ничего, можно было просто не обращать на гриффиндорку внимания, как на надоедливую муху. Но не получалось. Что-то в этой ситуации не давало Томасин покоя, мешало, как попавший в туфлю камешек. Насмешливый взгляд зеленых глаз лишал хладнокровия, бесил и толкал на необдуманные действия. Поттер будто вообразила, что видит Томасин насквозь, что может одним вытащенным из рукава козырем разрушить все планы… Глупо, очень глупо. Все же, следовало быть осмотрительнее. Томасин мысленно порадовалась, что не поддалась порыву и не убила своего мерзкого папочку вместе со всем его семейством. Это было так легко — взять палочку вырожденца-Гонта, вернуться в тот дом и пустить Аваду во всех присутствующих… Но она решила оставить это дело до выпуска из Хогвартса. Так что на ее руках нет крови — если только кто-то не докажет, что Уоррен убита подчиняющимся Томасин василиском. Вот оно что! Поттер знает про Тайную комнату и наследие Слизерина. Она просто хочет выбесить Реддл настолько, чтобы та не сдержалась и убила ее, как убила Уоррен. Новая жертва в том же месте и при тех же обстоятельствах — и все вспомнят, кого она обвиняла, с кем конфликтовала в последнее время… Эта дуэль, где Томасин продемонстрировала всем умение разговаривать со змеями — и ненависть к Поттер… Что ж, пора заставить маленькую колючку показать свой беззащитный мягкий животик.
