Сколько стоит Сердце Бога?

Прошлый вечер завершился на удивительно неловкой ноте. Обнаружив отметину на шее Чайльда, Чжун Ли словно сорвался с цепи. Его губы и зубы терзали нежную кожу, пока свежие засосы полностью не перекрыли следы электро. Чайльд же был слишком пьян, чтобы попытаться сопротивляться или хотя бы даже объяснить ситуацию. Да и что он, в самом деле, мог сказать? Правда была куда более постыдной, чем любые подозрения Чжун Ли. Когда тяжело дышащий от возбуждения Чайльд сполз по стене, Чжун Ли с явным усилием отступил на несколько шагов. Ясность постепенно начала возвращаться в золотистые глаза. А вместе с ней туда закралась и толика… вины? — Прошу прощения, я потерял над собой контроль. Думаю, мне лучше уйти. Чайльд разочарованно прикусил губу. И почему ему хотелось услышать от Чжун Ли совершенно другой ответ? Звук удаляющихся шагов не дал ему никаких подсказок. Деревянная стена дома приятно холодила разгорячённую алкоголем кожу. Собравшись с силами, Чайльд попытался встать на нетвёрдых ногах. Он наконец-то узнал эту улицу. Чжун Ли проводил его почти до самой квартиры. Прочно поселившись в чайнике, Чайльд уже почти и забыл о её существовании. Сколько он уже здесь не появлялся? Две недели? Три? На половичке у входа скопилась толстая стопка непрочитанных писем. По всей видимости, кто-то из служащих банка по старой привычке заносил ему почту. Собрав конверты в охапку, Чайльд даже не глянул на имена адресантов. «Завтра, всё завтра», — пробормотал он, толкая дверь. Сил хватило только на то, чтобы прямо в обуви пройти до кровати и рухнуть лицом в подушку. Во сне ему чудилось сверкание золотистых глаз и перелив чешуек. Тугие кольца опутывали его тело, а утробное рычание складывалось в единственное слово: «мой».

***

Следующее утро встретило Чайльда тупой головной болью. Хотелось раскроить себе черепную коробку чем-нибудь тяжёлым, но это, конечно же, не было выходом. Именно поэтому Чайльд заставил себя подняться и, найдя наименее грязный стакан, наполнил его силой гидро до краёв. Он жадно отпил несколько глотков и огляделся вокруг. Квартира была в полном беспорядке — на всех горизонтальных поверхностях скопился толстый слой пыли, а в позабытой на столе миске с тофу завелась плесень. Выругавшись, Чайльд открыл окно. В лицо пахнул тёплый летний ветер, так ярко контрастирующий с затхлым воздухом помещения. Стало чуть легче. Дом, в котором снимал квартиру Чайльд, располагался на пригорке. Из окна открывался потрясающий вид на гавань. Внизу уже вовсю кипела жизнь: рабочие разгружали на верфи товары, продавцы бойко зазывали посетителей в свои лавки, а стайки ребятишек со звонким хохотом играли в салки. Губы Чайльда тронула грустная улыбка. Да, Ли Юэ и в самом деле было счастливейшим королевством во всём Тейвате. Чайльду стоило бы радоваться, что ему суждено провести остаток дней в таком месте. Только вот он прекрасно осознавал, что навсегда останется здесь чужаком. Его сердце тосковало по снежным просторам и завыванию вьюги. Чайльд отвернулся. Взгляд сам собой упал на стопку писем, небрежно брошенных на прикроватную тумбочку. «Ах да», — смутно вспомнил он своё вчерашнее возвращение домой. Первое письмо было от матери. Она сухо благодарила Чайльда за то, что тот позаботился о Тевкре, и сообщала, что денег присылать пока не нужно. Второе, куда более пространное, начиналось со слов: «Любимый братик». Антонина писала обо всём и ни о чём. У соседей родился новый телёнок, дочка мясника была настоящей зазнайкой, а стайка снегирей поселилась в роще у озера. Чайльд с упоением перечитывал каждый лист по нескольку раз, прежде чем отложить в сторону. Истерзанное тоской сердце впитывало всякую незначительную деталь о родной деревне. Лишь последние строки стёрли улыбку с лица Чайльда. «Выпало очень много снега, — старательно выводила буквы Антонина. — Крыша сарая просела. Отец полез наверх, чтобы починить её, и свалился с лестницы. Вот уже несколько дней он не встаёт с постели. Мама говорит, что волноваться не о чем, но я ей не верю. Вчера ночью я слышала, как она плачет. Братик Аякс, приезжай, пожалуйста!» Чайльд непроизвольно скомкал бумагу в пальцах. На него накатило давно позабытое бессилие. «Это всё ничего, — пытался убедить себя он. — Отец достаточно крепкий. Что с ним могло случиться от пары ушибов? Да и мать упомянула бы, произойди что-то на самом деле серьёзное. Милая Тоня просто всё слишком близко воспринимает к сердцу». Однако, сама мысль о том, что сестра нуждалась в нём, а он не мог оказаться с ней рядом и поддержать, стягивала душу когтистой лапой. Расправив смятый лист, Чайльд нежно поцеловал его, словно бы извиняясь, и убрал вместе с остальными в конверт. Оставалось ещё одно письмо. Графа отправитель была пустой, а напротив получателя значилось: «Одиннадцатому». Вычурный витиеватый почерк казался смутно знакомым. Впрочем, уже первые строчки окончательно развеяли сомнения. «Ну здравствуй, малыш Тарталья! Ты наверняка думаешь, что в Заполярном дворце твоё имя не сходит с уст. Спешу тебя разуверить, все давно позабыли о твоём существовании. Это ли не повод ускориться с выполнением миссии и напомнить о себе? Впрочем, зная тебя, не сложно предположить, что ты уже попытался вступить с Рекс Ляписом в открытое противостояние. Что же, надеюсь, тебе было очень и очень больно. Наверняка, читая это письмо, ты до сих пор зализываешь свои раны. Царица не просто так велела тебе дождаться удобного случая. Поверь, только ты наивно рассчитывал, что сможешь справиться с богом войны в одиночку. А раз на данный момент в твоём распоряжении нет армии Фатуи, тебе придётся наплевать на свои принципы и действовать хитростью. Скажи, ты ведь так до сих пор и не понял, почему Рекс Ляпис предложил тебе сделку? Глупый наивный мальчишка. Тогда в банке мне хватило одного взгляда, чтобы разгадать эту загадку. О, какой ненавистью засверкали его глаза, стоило мне приблизиться к тебе. По правде сказать, я думала, что он сдерёт с меня кожу живьём. Рекс Ляпис хочет тебя, Тарталья. Обычно миссии подобного рода по моей части. Признаться, я даже немного завидую. Всё-таки не каждый день выпадает шанс переспать с древнейшим Архонтом. Пусть это послужит тебе утешением в том, что я увела гнозис у тебя из-под носа. К тому же, тебе давно пора лишиться девственности. Мы с другими Предвестниками даже делали ставки, когда это наконец произойдёт. Только подумать, что наш мальчик уже совсем вырос… Если Рекс Ляпис до сих пор не взял тебя силой, это означает только одно — он хочет, чтобы ты пришёл к нему сам. Соблазни его, Тарталья. Поверь, даже такому дилетанту, как ты, это не составит труда. Впрочем, я слишком хорошо знаю твою твердолобость, чтобы оставить всё на волю случая. Вместе с письмом я посылаю тебе книгу с подробной инструкцией. Позволь Рекс Ляпису излить в себя всю свою страсть. Порезвись вдоволь, взяв от него всё, что он готов тебе дать. Он ведь должен быть божественным любовником, если ты понимаешь, о чём я. А когда насытишься, просто воспользуйся его расслабленностью и доверчивостью, да и вонзи ему нож в самое сердце. Лодка будет ждать тебя к северу от гавани каждую ночь. Приятного выполнения миссии, Номер Восемь Синьора» Дочитав письмо, Чайльд сложился пополам и зашёлся приступом хохота. Слёзы выступили на глаза, застлав элегантные буквы. «Хочет меня?! — подумал он. — Либо Синьора окончательно выжила из ума, либо это какой-то очередной способ выставить меня идиотом перед Царицей». Чжун Ли был древнейшим из ныне живущих богов. Вряд ли его голову вообще посещали мысли о сексе. Да, он нередко прикасался к Чайльду, спал с ним в обнимку и даже целовал два раза. Но всё это, так или иначе, было связано с контрактом. Чжун Ли было важно лишь удостовериться, что все условия соблюдены, как положено. Сверх этого тело Чайльда мало интересовало его. Эта мысль отозвалась неприятным уколом в груди. Чайльд впервые задумался о том, а что он сам чувствовал к бывшему Архонту. Интерес? Пожалуй. Чжун Ли был несравненным собеседником. Участие? Несомненно. Чайльд был искренне благодарен своему наставнику за заботу и поддержку. Влечение? Вполне возможно. Уж слишком растревожила его воображение та битва в чайнике. Но вот какую долю этих чувств готов был вернуть Чжун Ли? Был ли у Чайльда хоть крохотный шанс на взаимность? Руки сами собой потянулись к последнему, самому увесистому конверту. Внутри и в самом деле оказалась книга. «Монштадтский путеводитель по любовным отношениям» — гордо гласила обложка. «Какая гадость, неужели кто-то и вправду это читает?» — скривил лицо Чайльд и открыл первую попавшуюся страницу. О совместных ужинах Ничто так не сближает людей, как разделённая вместе трапеза. Пригласите объект своего интереса в хороший ресторан. Убедитесь, что в выбранном месте будет не слишком шумно, в противном случае, вам не удастся поговорить. Не забывайте о хороших манерах (см. глава «О комплиментах»). Будьте активны и задавайте побольше вопросов. Помните, что он/она должны говорить большую часть времени. Таким образом, вы покажете свой интерес. Если разговор не клеится, закажите бутылку вина. Это поможет вам обоим немного расслабиться. А главное не забывайте золотое правило — за ужин платите вы. Не позволяйте объекту своего интереса даже потянуться за кошельком. «Типичное описание любого нашего ужина с Чжун Ли. Ничего интересного», — подумал Чайльд, переворачивая страницу. О подарках Стоит ли упоминать, что все любят получать подарки? Однако ваш выбор должен быть продуманным. Не дарите то, что нравится вам. Попробуйте подумать, что было бы приятно получить объекту вашего интереса. Плохой пример: За ужином девушка упомянула, что любит ветряные астры. Вы дарите ей набор для полировки двуручного меча. Хороший пример: За ужином девушка упомянула, что любит ветряные астры. Вы дарите ей букет означенных цветов. Таким образом, вы покажете, что вам важны мысли и чувства объекта вашего интереса. Не жалейте моры, ваши старания окупятся сполна. Чайльд потеребил пальцем краешек страницы. На ум невольно пришёл тот вечер, когда Чжун Ли подарил ему набор резных палочек в виде дракона и феникса. Кажется, они стоили баснословную сумму — около ста тысяч моры. Чайльд ещё удивился, откуда простой консультант ритуального бюро раздобыл столько денег. Но Чжун Ли изящно ушёл от вопроса, обронив лишь: «Это позволит тебе отточить свои навыки». Чайльд так ни разу и не воспользовался палочками, но бережно хранил их в ящике прикроватной тумбочки вместе с письмами из дома. Книжка начинала нравиться ему всё меньше и меньше, и всё же, он нашёл в себе силы прочитать ещё одну главу. На этот раз Чайльд решил немного пролистать назад. О прикосновениях Если вы успешно прошли все предыдущие стадии (См. главы «О первом впечатлении», «О Комплиментах»), примите поздравления от автора сего скромного издания. Вы на верном пути. Сейчас, как никогда, важно закрепить ваш успех и не оттолкнуть при этом объект вашего интереса. Поначалу прикосновения должны быть мимолётными и ненавязчивыми. Похлопайте его/её по спине или придержите за локоть. Внимательно следите за реакцией. Если контакт встречен холодно — не стоит настаивать. Если вам ответят взаимностью, выберите подходящий момент, чтобы инициировать объятия. Чайльд с остервенением отшвырнул книгу в самый дальний угол комнаты. На коже проявились десятки фантомных касаний. Каждое было чуть более смелым и чуть более длительным, пока в один прекрасный момент Чжун Ли не прижимал его всю ночь к своей широкой груди под бушующий за окном снегопад. — Мы что… встречаемся? — спросил у распластанной на полу книги Чайльд. Та ожидаемо сохранила молчание. Не оставалось ничего, кроме как подняться и пройти на другой конец комнаты, чтобы поднять её. Как знать, может там окажется глава «О контрактах», рекомендующая запереть объект своего интереса в пределах одного королевства и запретить сражаться с кем-либо помимо себя? Или глава «Об идиотах», с советами о том, как лучше устроить нападение на его/её город проживания. Впрочем, подробная инспекция оглавления ничего такого не обнаружила. Зато гордое послесловие гласило: И помните, каждая история любви уникальна. Вам не обязательно следовать каким-то правилам и загонять себя в рамки. Будьте креативны. Да укажет вам путь Барбатос!