Сколько стоит Сердце Бога?

Стоит ли упоминать, что Чайльд не успокоился, пока не изучил «Монштадтский путеводитель по любовным отношениям» от корки до корки? Да, поначалу идея Синьоры вызвала у него большой скепсис, но стоило ему признать, что происходящее между ним и Чжун Ли давно перестало вписываться в рамки обычной дружбы, как дело пошло споро. Если верить книге, на данный момент они находились где-то между главой «О поцелуях» и «О первом разе». Щёки Чайльда горели огнём, пока он прилежно конспектировал новую информацию в блокнот. Оказывается, было столько вещей, о которых он никогда раньше и не задумывался. К примеру, то, что перед свиданием полагалось прихорашиваться — надевать подчёркивающую фигуру одежду, укладывать волосы и использовать парфюм. Или то, что член среднестатистического мужчины был размером с морковь. Новичкам даже предлагалось поупражняться на этом овоще, прежде чем переходить к оральным ласкам с партнёром. Чайльд, конечно же, не собирался этого делать. Да и ходить на рынок после такого как-то расхотелось. Слишком уж большое количество товаров имело продолговатую форму… Вечером того же дня Чайльд крутился перед небольшим зеркалом, висевшим на стене. Непослушные рыжие пряди были зачёсаны назад. Флакон туалетной воды — наполовину пуст. Чайльд благоухал, как цветущий сад. Единственное, что он не мог решить, так это оставить верхнюю пуговицу рубашки застёгнутой или расстёгнутой. В первом случае он выглядел более элегантно, во втором — соблазнительно. Прикинув, что после покупки самых обтягивающих штанов и дурацких лакированных туфель, терять ему уже нечего, Чайльд расстегнул сразу две пуговицы, подхватил букет собранных накануне глазурных лилий и побрёл в сторону ритуального бюро. Жители гавани кидали на него странные взгляды, но Чайльд был слишком погружен в свои мысли, чтобы обращать на это внимание. «Улыбка, комплимент, приглашение. Улыбка, комплимент, приглашение», — неустанно повторял он у себя в голове. Ху Тао, открывшая дверь, оказалась непривычно малословной. Что-то пробормотав, она зажала нос рукой и поспешила скрыться у себя в кабинете. Чайльд проигнорировал и это. Стоило ему увидеть Чжун Ли, склонившегося за столом над какими-то бумагами, как отрепетированная перед зеркалом улыбка намертво приклеилась к лицу. — Здравствуйте, сенсей, — низким и соблазнительным, как он надеялся, голосом проговорил Чайльд. — Я увидел эти цветы и подумал о ваших глазах. Глупое сравнение. Глазурные Лилии были бледно-голубыми. Глаза Чжун Ли имели непередаваемый оттенок Кор Ляписа, освящённого лучами солнца. Только вот в книге не нашлось подходящего комплимента на такой случай, а экспериментировать Чайльд не решался. Красивые речи никогда не были его сильной стороной. Чжун Ли оторвался от работы и с удивлением посмотрел сначала на протянутый букет, а затем и на самого дарителя. Внимательный взгляд отметил старательно зачёсанные волосы, чуть задержался на обнажённой груди и спустился к до неприличия обтягивающим пах штанам. — Премного благодарен, — сглотнул Чжун Ли и, как и все сегодня, тут же поспешил отойти от Чайльда подальше. — Позволь мне поставить эти прекрасные цветы в вазу. — Как насчёт ужина в Глазурном павильоне? Это было не просто, но я потянул за кое-какие ниточки… — начал было Чайльд, облокотившись на стол в соблазнительной позе, но Чжун Ли прервал его окриком из соседней комнаты. — Я бы предпочёл провести время на свежем воздухе. — Что же, погода и в самом деле неплохая, — с кислым лицом согласился Чайльд. Выходит, он зря похищал брата владельца ресторана. Тот, связанный и с кляпом во рту, до сих пор сидел в шкафу у Чайльда. О, как очаровательно он мычал сквозь слёзы что-то в ответ на бесконечные вопросы: «Белая рубашка или голубая?», «С поясом или без?»… Ничего, пусть посидит ещё. С такой политикой отношения к клиентам, Глазурному павильону это право слово пойдёт лишь на пользу. Для прогулки была выбрана песчаная коса, простиравшаяся от гавани до самой долины Гуйли. С океана дул освежающий солоноватый бриз, и Чжун Ли всё время старательно становился от Чайльда с подветренной стороны. Бывший Предвестник же уже тысячу раз успел проклясть идею с этим дурацким маскарадом. Лакированные туфли были полны песка, узкие штаны натёрли задницу, а пряди тщательно уложенных волос нет-нет, да и выбивались из причёски. Внезапно в отдалении показалась сгорбленная фигура хиличурла, что-то копающего в земле. Издав боевой клич, Чайльд кинулся ему навстречу. Только вот вместо того, чтобы броситься в бой, незадачливый монстр побежал в противоположном направлении. — Да что сегодня такое? — возмущённо вскрикнул Чайльд, на ходу расформировывая водяные клинки. — Боюсь, что он… ах… учуял тебя, — покачал головой Чжун Ли. Чайльд на пробу втянул носом воздух. Он уже почти не ощущал удушливого цветочного аромата, которым так добросовестно спрыснул волосы и одежду. А ведь продавщица уверяла его в том, что это лучший парфюм во всём Ли Юэ. — Всё так плохо? — спросил Чайльд, поморщившись. Молчание Чжун Ли было красноречивее тысячи слов. Он был слишком тактичен, чтобы обсуждать подобные темы. Чайльд досадливо растрепал рукой волосы. Стоило догадаться, что дела любовные были не его полем боя. Наверное, даже и пытаться не стоило. «Дурацкая книга», — пробубнил он себе под нос. В самом деле, как она посмела дать ему надежду на то, что у него что-то получится? Лакированные туфли одна за другой полетели в песок. К ним присоединилась и рубашка. Когда Чайльд находился в процессе стягивания с себя невероятно узких штанов, Чжун Ли наконец-то подал голос: — Что ты делаешь? — Иду мыться, — отрезал Чайльд, не глядя ему в глаза. Оставшись в одном нижнем белье, он подошёл к кромке океана. Прохладная волна лизнула пальцы ног, словно приглашая войти. Приятно было почувствовать единение с родной стихией. Одним грациозным рывком Чайльд нырнул в воду. Все звуки внешнего мира остались на поверхности. Здесь перекатывались камни, шевелились водоросли и плавали мелкие рыбёшки. Чайльд заплывал всё дальше и дальше, словно стремясь оставить свой позор вместе с горсткой смятой одежды на берегу. Внезапно дно океана дрогнуло и подле Чайльда вырос гигантский гео-столп. Пришлось вынырнуть, чтобы убедиться в том, что Чжун Ли, идеально сухой, и впрямь сидел на нём посреди плещущихся волн. — Не хочешь ли рассказать мне, по какому случаю ты устроил всё это? — будничным тоном осведомился он. Чайльд не хотел. Поэтому снова ушёл с головой под воду и поплыл дальше. Однако ряд гео-столпов следовал за ним буквально по пятам, распугивая своим появлением всех обитателей океана. «Интересно, он может так дойти до Инадзумы?» — подумал Чайльд, сдавшись и вынырнув во второй раз. — Если я скажу, что хотел выглядеть привлекательнее в ваших глазах, вы перестанете преследовать меня, сенсей? — осведомился он, отплёвываясь от солёной воды. — Скорее наоборот, — улыбнулся Чжун Ли, свесив одну руку вниз и положив её на мокрую щёку Чайльда. — Ведь мне захочется расспросить, что натолкнуло тебя на такую мысль. Чайльд покраснел до корней волос и уже хотел было вновь попытаться скрыться от внимательных золотистых глаз, но ему не дали. Еще один гео-столп вырос прямо под ним, мягко вознося его на один уровень с Чжун Ли. — Чайльд, посмотри на меня, пожалуйста, — попросил Чжун Ли, переплетая их влажные пальцы. — Если я чем-то дал понять, что ты не нравишься мне таким, какой ты есть, то я должен извиниться. Ведь это абсолютно не так. «Но почему же вы целуете меня только, когда этого требует контракт?» — едва не сорвалось с языка, но Чайльд вовремя одёрнул себя. Вместо этого он бросил с напускной игривостью: — Разве вам пришёлся не по нраву мой новый костюм? — Он привлекал слишком много внимания, — рыкнул Чжун Ли, и этот звук вибрацией разошёлся по гео-столпам. — Мне хотелось выколоть глаза всем, кто осмелился разглядывать тебя пониже спины. Чайльд до белых костяшек вцепился в гладкую скользкую поверхность камня, но не растерял свой дерзкий запал. — А вы разглядывали, сенсей? — Боюсь, ты затеял игру, возможных последствий которой не осознаёшь, — опасно понизил голос Чжун Ли. Однако кругом было слишком много воды, чтобы Чайльд хоть на секунду забеспокоился. В отличие от Чжун Ли, то и дело поглядывавшего на берег, он был в своей стихии. В голову пришла шальная мысль. Чайльд с лёгкостью соскользнул с гео-столпа в океан, утягивая растерявшегося Чжун Ли за руку вместе с собой. Всплеск, порождённый весом двух тел, был по-настоящему оглушительным. Когда многочисленные пузырьки поднялись наверх, Чайльд встретился взглядом с разъярёнными золотыми глазами. Чжун Ли просто уморительно надул щёки, пытаясь удержать как можно больше кислорода. Обычно собранные в идеальный хвост волосы разметались вокруг лица. Лучи заходящего солнца подсвечивали их, делая Чжун Ли похожим на существо из древних легенд. Чайльд невольно залюбовался и пропустил тот момент, когда они вместе пошли ко дну. Бывший Архонт оказался тяжёлым, как скала. Усилия Чайльда вытянуть его обратно на поверхность не увенчались успехом. Да и сам Чжун Ли словно бы окаменел, не решаясь пошевелить ни рукой, ни ногой. «Он не умеет плавать, — осенило Чайльда. — Великий Рекс Ляпис, повергший в битве Чи и Осиала, за шесть тысяч лет так и не научился столь простой вещи». И всё же, это не помешало ему последовать за Чайльдом на глубину только лишь за тем, чтобы убедиться, что он не ранил его чувства. «Идиот», — тщательно проартикулировал Чайльд. Чжун Ли попытался что-то ответить, но его слова устремились вверх взвесью пузырьков. «Он же задохнётся», — испугался Чайльд и припал к холодным губам, делясь кислородом. Чжун Ли прижал полуобнажённое тело к себе, цепляясь за него как за спасательный круг. Внезапно его язык проник в чужой рот. Искусственное дыхание переросло в полноценный поцелуй. Чайльд обвил Чжун Ли руками и ногами, а тот в ответ запустил руку в рыжие волосы, направляя его голову так, как ему было удобно. И почему даже в подобной ситуации Чжун Ли умудрялся доминировать? Они целовались так упоённо, что не замечали ничего вокруг. Ни того, как настороженно возвращались на свою территорию распуганные рыбы, ни того, как начинало садиться солнце, окрашивая воду розоватыми бликами. В какой-то момент Чайльд с ужасом осознал, что у них кончился кислород. Его испуг не нашёл отражения на довольном лице Чжун Ли. Тот отстранился, мягко улыбнувшись, и перехватил Чайльда поудобнее. Дно океана задрожало под мощным давлением гео, а затем вытолкнуло их обоих на поверхность. По мановению руки бывшего Архонта в пределах Ли Юэ возник ещё один остров. — Вы могли сделать так всё это время? — возмутился Чайльд, отфыркиваясь. — Это было бы не так интересно, — ответил всё ещё не выпускавший его из объятий Чжун Ли. Чайльд разрывался между тем, чтобы поцеловать его и вновь назвать идиотом. Ночной ветер, пронёсшийся по голому, только что родившемуся острову, показался особенно недружелюбным. Чайльд мелко задрожал, на что Чжун ли инстинктивно сжал его ещё крепче. — Думаю, нам нужно попытаться развести костёр, — задумчиво протянул он, отжимая воду со своих волос. — Будет сделано, — привычно отрапортовал Чайльд. Найти нечто хотя бы отдалённо напоминающее дрова на острове было практически невозможно. Чайльд не придумал ничего лучше, чем сложить в кучу имевшиеся в изобилии водоросли и пару увесистых коряг, которые, видимо, попали на дно во время шторма. Используя Глаз Бога, он вытянул из них всю влагу, а дальше дело оставалось за малым — чиркнуть камнем о камень, да выбить искру — и вот уже приветливо затрещало пламя. Чайльд мог бы тем же бесхитростным способом высушить и одежду Чжун Ли. Он даже открыл рот, чтобы предложить, но стоило изящным пальцам потянуться к пуговицам камзола, как он прикусил себе язык. «Сенсей столько раз видел меня голым, будет только справедливо, если и я посмотрю. Одним глазком». Вместо этого он поймал себя на том, что беззастенчиво пялится. Мокрая рубашка сползла вниз, обнажая развитую мускулатуру плеч и идеальный пресс. Рот Чайльда наполнился слюной. Когда руки Чжун Ли скользнули к застёжке штанов, пришлось усилием воли отвести взгляд. Это было уже слишком. Чайльд старательно делал вид, что помешивает палкой угли в костре, когда оставшийся в одном нижнем белье Чжун Ли опустился рядом и вновь приобнял его. — Так будет теплее, — сообщил он не терпящим возражений тоном. Чайльду захотелось взвыть. Он был практически голым на необитаемом острове вместе с предметом своих самых дерзких фантазий. Вокруг — ни единой живой души. Лишь в отдалении горели огни гавани, да окна редких домов, разбросанных в горах. На небе проступали первые звёзды, но луна ещё не взошла. Всё казалось таким идеальным, и вместе с тем настроение Чайльда колебалось от лёгкого волнения до глубокого отчаяния. Чжун Ли, словно проверяя Чайльда на прочность, уткнулся носом в изгиб его шеи, втягивая воздух. — Мне намного больше нравится, когда ты пахнешь самим собой. Использование духов невольно наводит на мысль, что ты пытаешься скрыть чужой запах на своей коже, — с этими словами Чжун Ли чуть сильнее сжал предплечье Чайльда. — Ты ведь так и не рассказал мне о своём таинственном ночном посетителе. Чайльд в непонимании нахмурил брови. Осознание настигло его лишь через несколько секунд: «Точно, он ведь до сих пор не знает, что те синяки я нечаянно оставил сам». Раскрывать всю правду было слишком постыдно, поэтому Чайльд ограничился простым: — Никого не было. — Не ври мне, — сверкнул в полутьме глазами Чжун Ли, повалив его на землю и вжав весом своего тела в песок. — Я знаю, что ты молод и твоё тело требует… внимания. Я не буду ставить тебе в укор ничего не значащую интрижку. — А если я скажу, что всё серьёзно? — выгнулся сладкой дугой навстречу чужим прикосновениям Чайльд. Земля под его спиной мелко задрожала, а воздух наполнился каменной тяжестью. Наверное, он был настоящим безумцем, раз такое проявление силы и собственничества заводило его. — Тогда лучше не называй мне имени, пока я не успокоюсь, — сквозь стиснутые зубы процедил Чжун Ли. — Той ночью я разрушил парочку гор в долине Тяньцю, это немного помогло. Чайльду стало стыдно. Да, в долине обитали разве что геовишапы, да расхитители сокровищ, но всё равно это не было поводом перекраивать карту Ли Юэ в приступах ревности к его несуществующему любовнику. Адепты и Цисин вряд ли скажут ему за такое спасибо. — Я не настолько глуп, чтобы изменять вам, — покачал головой Чайльд. — Я знаю, что по контракту принадлежу вам душой и телом. Смотрите. Чайльд активировал Глаз Порчи и пустил лёгкий разряд электро по своей шее. Сейчас, когда он не был возбуждён, это не вызвало никакого удовольствия, а напротив, заставило болезненно поморщиться. След от искр тут же запульсировал, наливаясь розовым цветом прямо, как свежий засос. — Интересное использование стихии, — с облегчением выдохнул Чжун Ли и нежно прикоснулся к образовавшейся отметине губами, заставив Чайльда вздрогнуть всем телом. — Я хотел бы посмотреть, что ещё ты умеешь прежде, чем покажу тебе весь потенциал гео в искусстве наслаждения. «Он ведь должен быть божественным любовником, если ты понимаешь, о чём я», — всплыла в голове строчка из письма Синьоры. Что же, у Чайльда не было за плечами шести тысячелетнего опыта. Да что там, все его познания начинались и заканчивались «Монштадтским путеводителем», но это отнюдь не означало, что он собирался ударить лицом в грязь. С лёгкостью сформировав из избытка влаги в воздухе водяное щупальце, Чайльд нежно коснулся им щеки Чжун Ли. Затем игриво спустился к шее, оставляя на ней влажные росчерки, словно бы кончиком языка. Чжун Ли довольно прикрыл глаза и издал низкий звук, похожий на урчание гигантского кота. Это было какой-то особенностью драконов? Чайльд не имел ни малейшего понятия, но всё же приободрился, посчитав это хорошим знаком. Он бы никогда не решился коснуться Чжун Ли вот так напрямую, но щупальце, казалось, жило от него отдельной жизнью. Оно уже вовсю гладило широкую спину бывшего Архонта. Выяснилось, что местечко между лопаток, откуда в его истинной форме могли расти гигантские крылья или каменные шипы, было особенно чувствительным. По крайней мере, если судить по тому, как усилилось урчание от поглаживаний этой зоны. Чайльд сделал себе мысленную пометку и продолжил своё исследование. Второе щупальце дразнило губы Чжун Ли, облизывая, но не надавливая. Наигравшись, оно переместилось сначала к разлёту ключиц, а затем и груди. К разочарованию Чайльда, чужие соски оказались абсолютно невосприимчивыми к ласкам, в отличие от его собственных. В какой-то момент щупальца переплелись вокруг накаченного торса, сжимая Чжун Ли в крепких, но бережных объятиях. Чайльд ощутил, как в низ живота упёрлось явственное доказательство интереса со стороны партнёра. Стоило вскинуть бёдра и беззастенчиво потереться ими о пах Чжун Ли, хотя бы ради того, чтобы сорвать с плотно сжатых губ первый стон. Упивавшееся своей полной безнаказанностью щупальце уже скользнуло за тесёмку нижнего белья, чтобы обвить член бывшего Архонта, но пульсация энергии гео обратила воду в россыпь голубых кристаллов. — Д-достаточно, — рвано выдохнул Чжун Ли. — Иначе я возьму тебя здесь и сейчас. Ты же не хочешь, чтобы твой первый раз был таким, баобэй? Чайльд пропустил мимо ушей странное обращение и лишь обиженно надул губы. Да за кого его вообще принимал Чжун Ли? Он был не кисейной девицей, а Предвестником, пусть и бывшим. Ничего с ним не случится от парочки грубых прикосновений. Словно в отместку Чайльд вновь вскинул бёдра, с наслаждением проходясь собственным болезненно стоящим членом по члену Чжун Ли сквозь тонкую ткань нижнего белья. За что и был тут же впечатан энергией гео в песок. — Если только, — сузил глаза Чжун Ли. — Ты уже не проникал в себя сам. Чайльд, не будучи в силах пошевелить ни рукой, ни ногой, издал недовольный стон. Ему было жизненно необходимо вновь ощутить разгорячённую кожу Чжун Ли каждым миллиметром своего тела. Ближе, крепче, глубже. Так, чтобы раствориться друг в друге и стать единым целым. — Если я узнаю об этом, то отберу у тебя Глаз Бога, — собственнически рыкнул Чжун Ли, погружая фаланги сразу двух пальцев Чайльду в рот. — Только я имею право касаться тебя там. Чайльд попытался что-то протестующе промычать сквозь чужие пальцы, но вышло неубедительно. Чжун Ли тем временем спустился дорожкой поцелуев по его груди и животу, чтобы одним рывком сорвать нижнее бельё и отбросить его куда-то в песок. Перед голодным взглядом бывшего Архонта предстал член Чайльда. Он был достаточно крупным, особенно в напряжённом, как сейчас, состоянии. Тонкая сеть синеватых вен проступала сквозь кожу, а налитую кровью головку венчала прозрачная капля смазки. Чжун Ли уткнулся носом в дорожку рыжих волос на чужом паху и втянул воздух. Чайльд не знал, чего хочет больше — в смущении отвести глаза или наоборот смотреть на эту картину вечно. Чжун Ли не стал терять времени даром. Одним прицельным движением он вобрал член в рот до самого основания. Губы Чайльда сложились в красивую букву «о», а перед глазами засверкали звёзды. Инстинктивно он попытался податься бёдрами навстречу, но сила гео по-прежнему крепко прижимала его к земле. Чжун Ли, как и всегда, полностью контролировал весь процесс. «Ему точно не надо тренироваться на морковках», — мелькнула в голове глупая мысль, но тут же исчезла где-то на задворках сознания, стоило голове Чжун Ли начать плавное покачивание. Неспешность его движений сводила с ума, заставляя пальцы на ногах поджиматься от нетерпения. Можно было подумать, что Чжун Ли смакует какой-то новый деликатес, так старательно он обводил языком во рту член, не забывая периодически задевать самое чувствительное местечко под головкой. Чайльд кусал губы, мотая головой из стороны в сторону. Это хоть как-то позволяло ему сдерживать рвущиеся наружу стоны. Он даже не заметил, что к его входу был приставлен влажный от слюны палец, пока тот не толкнулся внутрь. Чайльд вскрикнул, ощущая неприятное жжение. Это было совсем не то же самое, что принимать в себя гладкий поток гидро. Впрочем, Чжун Ли почти сразу же согнул фалангу, расчётливо попадая в нужную точку. Одновременные ощущения тепла обволакивающего рта и приятного растяжения внутри не шли ни в какое сравнение с тем баловством в чайнике. Если бы Чайльд только мог пошевелиться, он уже наверняка разрывался бы между тем, чтобы толкаться во влажную глубину и насаживаться на пальцы, которых, судя по ощущениям, было уже два. — Я обещал показать тебе, как можно использовать стихию гео для наслаждения, — подал голос Чжун Ли, с неприличным звуком выпуская раскрасневшуюся головку изо рта. Его дрогнувшие в улыбке губы были влажными и припухшими. Он выглядел невероятно самодовольным. Стоило первой пульсации ударить в сгусток нервов внутри, Чайльд понял почему. Пальцы Чжун Ли словно бы завибрировали, начисто стирая все мысли из головы. Осталось только одно имя — «Чжун Ли», и Чайльд, как заколдованный, выстанывал его вновь и вновь. Сила, прижимавшая его к земле, исчезла, позволив выгнуться сладкой дугой и закинуть ноги бывшему Архонту на плечи. Тот дал себе немного времени полюбоваться открывшейся картиной, а затем вернулся к прежнему занятию. Член Чайльда входил глубоко в его рот, с каждым новым толчком упираясь в самое горло. Выдержать подобную сладкую пытку не смог бы ни один смертный. Крики вскоре сорвались на слабое сипение и Чайльд, напрягшись всем телом, излился во влажную глубину. Его продолжало мелко потряхивать, пока рот Чжун Ли выжимал из него всё до последней капли. Безжалостные пальцы всё ещё вибрировали внутри, посылая запоздалые сигналы удовольствия в слишком чувствительный после оргазма комок нервов. Это было так хорошо, что почти даже больно. Только когда Чайльд заскулил на одной протяжной ноте, Чжун Ли наконец-то сжалился и отстранился, ложась рядом в песок и прижимая обмякшее тело покрепче к себе. — Надеюсь, теперь баобэй понял, что ему нет смысла смотреть по сторонам, — ласково прошептал он, целуя рыжую макушку. — Только его бог может доставить ему настоящее удовольствие. У Чайльда не было сил спорить. Он просто свернулся калачиком и уткнулся носом в чужую грудь, тяжело дыша. — Да. Костёр давно догорел. Да и там вдалеке, на берегу, один за другим стали гаснуть огни, погружая мир в первозданную черноту. В какой-то момент Чайльду, убаюканному плеском волн и исходящим от Чжун Ли теплом, начало казаться, что на свете не существует ничего кроме бесконечного океана и этого острова. Чайльд сладко зевнул и приоткрыл один глаз, чтобы украдкой полюбоваться на безмятежное лицо бывшего Архонта. — Вы ведь так и не… — начал было Чайльд, но его перебили. — Смотри, падающая звезда. — Где? — встрепенулся он. Чайльд уставился на небосвод, усеянный светящимися точками. О Архонты, как же это было красиво. В Снежной никогда не удавалось насладиться подобным зрелищем из-за постоянной хмари тяжёлых, готовых каждую секунду разразиться снегом облаков. Да и не было в распоряжении Чайльда столько свободного времени, чтобы отвлекаться на подобную чепуху. Только сейчас в объятиях Чжун Ли, до сих пор пребывая в неге от самого яркого за всю жизнь оргазма, Чайльд смог по-настоящему проникнуться красотами тёплой восточной ночи. — В Ли Юэ есть традиция, что падающая звезда приносит удачу, — прошептал куда-то в район его макушки Чжун Ли. — Как интересно, — отозвался Чайльд, машинально наматывая на палец прядь длинных каштановых волос. — В Снежной принято загадывать в такой ситуации желание. Считается, что оно непременно сбудется. Жаль, что я не успел. — Август — сезон звездопадов в Ли Юэ. Как знать, может, тебе ещё повезёт, — загадочно улыбнулся Чжун Ли. Словно по волшебству в этот же момент небо расчертила ослепительно сияющая полоса. А затем ещё одна и ещё. Некоторые из них отливали голубым цветом, некоторые переходили в фиолетовый или даже золотой. Чайльд следил за происходящим, приоткрыв рот. «Я хочу, чтобы эта ночь никогда не кончалась», — загадал он, выбрав особенно яркую звезду. Пусть время застынет в этом прекрасном моменте, и они с Чжун Ли останутся на необитаемом острове, которого нет ни на одной карте. Сюда не доберётся Царица, их не разыщут Предвестники, и ничего не надо будет решать. Хотя, конечно же, в реальности это было невозможно. Настроение Чайльда резко испортилось. — Вам не провести меня, сенсей. Я знаю, что это ваших рук дело. И после этого вы ещё делаете мне замечания, что я расходую силы понапрасну? — пожурил он, толкая Чжун Ли острым локтем в бок. Ответом ему послужил низкий грудной смех. — Может, я тоже хотел произвести на тебя впечатление, м? — беззлобно поддразнил Чжун Ли. — Скажи, ты успел загадать желание? — Да, — буркнул Чайльд, вновь против воли залившийся краской. — Это самое главное, — устало выдохнул Чжун Ли. Сейчас, в холодном свете звёзд, его лицо вдруг показалось Чайльду невероятно бледным. Под глазами проступили непривычные резкие линии, а вокруг губ вырисовалась незнакомая складка. Создавалось такое впечатление, что по идеально гладкой поверхности камня пошли трещины. «Он устал, — понял Чайльд. — У него же больше нет доступа к мощи Селестии. И о чём он только думал, притягивая столько метеоритов?» — Вам не нужно пытаться произвести на меня впечатление, сенсей, — во внезапном порыве искренности проговорил Чайльд и принялся осыпать мелкими поцелуями усталое лицо. — Оно осталось неизгладимым ещё с нашей первой встречи. Чжун Ли довольно прикрыл глаза, позволив губам Чайльда поочерёдно коснуться чуть подрагивающих век. — Хм, кажется, загаданное мной желание уже начинает сбываться, — протянул он. — Как знать, может в традициях Снежной и в самом деле заключена великая мудрость. Чайльд замер, обдавая горячим дыханием бледную кожу. — Что вы загадали, сенсей? — Это неважно. — Вы должны мне один честный ответ после поединка, помните? — не оставил путей для отступления Чайльд. — Ты можешь спросить меня о чём угодно. Любая загадка, скрытая шести тысячелетней историей, отделена от тебя одним словом. Как разбогатеть? Как обрести несравненную мощь? Ты уверен, что хочешь потратить свой шанс на такой пустяк, как моё желание? Наверное, Синьора была права, и Чайльд по праву заслуживал титул величайшего глупца во всём Тейвате, раз он, ни секунды не раздумывая, выпалил: — Да. — Что же, — в голосе Чжун Ли сквозило плохо скрываемое разочарование. — В таком случае, я отвечу честно, как того и требовали условия. Я загадал, чтобы тебе захотелось остаться в моих объятиях навсегда безо всякого контракта. Чайльд положил голову обратно на грудь Чжун Ли и затих, крепко задумавшись. «Безо всякого контракта? В смысле… по доброй воле?» Он попытался представить себе такую ситуацию. Каким-то чудодейственным образом связующий их договор удалось разрушить, и они оба остались при этом живы. Как бы поступил в такой ситуации Чайльд? Скорее всего, прыгнул бы на первый корабль до Снежной, да и помчался бы в Заполярный дворец так, чтобы только пятки сверкали. Поклонился бы Царице, поцеловал подол её платья. Съездил на несколько дней в Морепесок, чтобы убедиться, что с отцом всё действительно в порядке. А дальше бы что? Привычно ходил бы на миссии, загружая себя работой до изнеможения, только чтобы не думать о месяцах, проведённых в Ли Юэ, и тех чувствах, что возникли у него к бывшему Архонту? Это была бы пытка. Руки сами собой крепче сжали Чжун Ли в объятиях, словно бы тот мог прямо сейчас исчезнуть. По всей видимости, молчание затягивалось, так как, облизав губы, Чжун Ли добавил: — Наверняка ты сейчас думаешь о том, что я старый дурак. Должен тебе сказать, баобэй, что ты не так далёк от истины. Со стороны может показаться, что шесть тысяч лет — невероятно долгий срок. Но, как видишь, даже его оказалось недостаточно, чтобы научиться жить без иллюзий. — Не болтайте чепухи, сенсей, — буркнул Чайльд. — Вам нужно отдохнуть и восстановить силы. Поспите. Завтра от этих мыслей не останется и следа. — Возможно, ты прав, — согласился Чжун Ли и перевернулся на бок. «Сейчас даже и не скажешь, что он способен возводить посреди океана острова и смещать траекторию комет в небе, — подумал Чайльд, ласково заправляя прядь каштановых волос за ухо. — Он кажется таким уязвимым и беззащитным». Наверное, впервые в жизни мысль о чужой слабости не вызвала у него отвращения или желания воспользоваться ситуацией. — Спите, сенсей, — одними губами повторил он. — А я буду оберегать ваш сон. С контрактом или без, вам от меня так просто не избавиться.