Синие глаза

Прошло уже более трех недель. На дворе заканчивался март. Фруктовые деревья и разные цветы подготавливались к своему бурному расцвету, желая заполонить сладкими запахами улицы. Вокруг летала мошкара, жужжали какие-то жуки и ползали под ногами муравьи. Пели птицы. Весна была в самом разгаре. - Давай завтра, - с печалью говорил Густав, общаясь с кем-то по телефону и идя по улице домой. – После пар или вечером. Сегодня, у меня, уже никаких сил. - Неужели, - отвечал ему молодой женский голос, - это он тебя так вымотал? - Я устал, честно… - опустил голову. – Я ничего не понимаю… - Ладно, обсудим это завтра. Прими ванну. Попробуй расслабиться. А то у тебя настолько серое лицо, что страшно становится. - Я попробую… - Если не получится – приходи ко мне. Мы, с девочками, полное спа тебе сделаем. Печальным, ты, от нас, не уйдешь. - Хах… Знаю, верю… - иронично улыбнулся. - Ладно, давай до завтра и не забудь никаких деталей. Я хочу слышать все. - Ладно, давай. - Чмок. - Чмок… - вздохнул и сбросил. Огляделся. Вокруг было так хорошо, тепло и солнечно, но его это не грело. Прошло около часа. Молодой человек размеренно следовал совету своей подруги, лежа в теплой воде и слушая расслабляющую музыку, как ему кто-то написал. Покосился на телефон, издавший звук пришедшего уведомления, неохотно достал руку, вытер ее и взял гаджет. Посмотрел, кому же он сейчас оказался нужен. Людовик: «Густав, привет! Ты сейчас дома?» Густав: «Да.» «А что?» Тот прочитал, но не ответил. Синеглазый ждал реакции еще около минуты, после чего, просто тяжело выдохнул, отложил смартфон и погрузился в ванну по самый нос, начав пускать печальные пузыри своим ртом. Около двадцати минут он отдыхал и расслаблялся, периодически играя с волнами, прежде чем в дверь позвонили. Густав сел, настороженно посмотрев в сторону выхода, и скоро поднялся, наспех вытерся. Звонок повторился. - Иду! – поспешно выкрикнул он и набросил халат, выключил музыку. Нетерпеливый гость вновь нажал на кнопку, породив характерную «мелодию». - Я уже иду! – подбегал тот к двери. – Да? – взволнованно открыл. – Луи? – удивился его визиту. - Густав! Сколько можно тебя ждать? – с усмешкой вошел, неся в руке пакет с едой и выпивкой. – Чем ты там занимался? - Луи, я… - растерянно заговорил тот, понимая, что его отдыху в ванной пришел конец. – Ты не предупредил меня, что придешь… - А у тебя не прибрано? – снял ботинки и прошел внутрь. – Уверен, что это не проблема! - Но… - Дел, ты вчера говорил, что у тебя сегодня нет! – прошел на кухню. – Так давай посидим вместе! Хах! Я взял сока, пирожных, закусок и пива! – начал ставить что-то в холодильник. – Поиграем! Отдохнем! Тот поник, обездолено стоя на пороге: «Да, - опустил он голову. – «Поиграем и отдохнем…»» - тяжело вздохнул, прежде чем закрыл, за своим гостем, входную дверь и аккуратно поставил его обувь. - Наливай себе сока, если хочешь, - послышалось с кухни, - а я – ненадолго в туалет! – решительно направился туда. – Заодно и приставку включи! – зашел в санузел и закрылся. Людовик уже направлялся к такому желаемому унитазу, как краем глаза заметил полную воды ванну, с растворенной в ней солью, и несколько горящих ароматических свеч, стоящих по ее краю. «Он принимал ванну?» – неловко застыл посреди комнаты. Подошел к воде и погрузил в нее несколько пальцев, проверяя температуру. «Теплая еще… - виновато обернулся. – Он отдыхал, а я так завалился…» - опустил глаза. Сделав свои дела, за которыми Людовик и уходил в санузел, а также помыв руки и погасив огонь свеч, молодой человек вышел в гостиную. Увидел своего знакомого, сидящего на диване с готовностью к игре. И неловко подошел, желая то ли извиниться за свой неожиданный визит, то ли вообще уйти, как остановился: «Этот мокрый затылок… - с тоской разглядывал его блондин, будучи за спиной. – Эта голая шея… Он только вышел из воды… Он, буквально, только что был там… Отдыхал, и расслаблялся…» Приятель обернулся, явным образом чувствуя его присутствие: - Будешь садиться? – кивнул на соседнее место. - Да, конечно, - кивнул и поспешно сел, взял свой маленький геймпад, покосился на друга, с едва затянутым поясом на халате. Его грудь так ненавязчиво, и в то же время эротично, показывалась наружу, что ее хотелось погладить, провести по ней ладонью и ощутить ее манящее тепло на пальцах. Эта голая влажная кожа, только недавно вышедшая из ванной, казалась настолько нежной и шелковистой, что Людовик с трудом сдерживал сам себя, дабы не двинуться к ней и не прикоснуться. Широко зевнул, отводя взгляд и потягиваясь конечностями к небу. Этот бутафорский зевок был лишь прикрытием, лишь отвлекающим маневром для следующего действия – такого подлого и хитрого приставания, которое он идеально продумал в своей голове. Закончив потягиванием, молодой человек не глядя опустил свои руки на ноги и, будто случайно, положил одну на чужое колено. Ладонь его ощутила шершавый халат, а кончики пальцев – шелковистую кожу внутренней части бедра, что так быстро покрылась мурашками. - Луи… - тихо смутился Густав, покосившись на этот жест. Тот одернул руку, ненарочно зацепив и край халата, что тут же отлетел в его сторону. - Прости. Я случайно, - смотрел в экран он, будто ничего не замечая. Приятель же взглянул на свою оголенную ногу, что открывалась чуть ли не до промежности, покосился на друга, чьего внимания он так жаждал, и наклонился вперед, уперевшись в колени локтями. Казалось, игра шла весьма непринужденно, однако Густав ясно чувствовал, как плечо его медленно обнажается, давая халату беспрепятственно сползать на локоть. Когда оголилась и эта часть его торса, молодой человек откинулся на спинку и забросил пятку на колено, открываясь, тем самым, еще больше. В такой позе, даже можно было рассмотреть его промежность, которую прикрывал лишь загадочный полумрак, создаваемый плотной тканью. Периодически, Людовик косился на это расслабленное тело, с его обнаженными частями, украдкой глотая слюни. Но, как бы гость не пытался делать вид, что он невозмутим и у него, в штанах, ничего не происходит, в какой-то момент, Густав заметил эти изменения. Смутился, отведя взгляд. Щеки его быстро покраснели, а член начал медленно подниматься. Молодой человек полностью отвернулся, прикрыв часть лица воротником халата. Это было даже не «предательское» возбуждение, а вполне естественное и нормальное, когда рядом сидел такой красивый и симпатичный Людовик, возбужденный от него самого. Густав не хотел уходить, хотя в игру он уже и не играл. Он хотел показать всего себя, себя еще более желанного и привлекательного. Фантазия начала свою работу. Синеглазый представил своего друга голым, вспоминая его тело из раздевалки спортзала, куда они регулярно ходили. Вообразил его на себе, как тот бы его желанно целовал в шею и губы. Людовик косился на него ошеломленно, не в силах оторвать свих глаз. Взгляд его ходил туда-сюда по этому телу, пытаясь насладиться видом каждой клеточки этого организма. Молодой человек пожирал его, поедал глазами и, в то же время, не мог пошевелиться. Слишком желанен был этот плод и слишком велик был страх перед ним. Он мог бы наблюдать за своим другом вечность: как тот стеснительно изгибается, как сладко стонет. Но подойти к нему он боялся. Блондин честно хотел присоединиться к нему – отбросить уже этот халат, оголить его полностью и прильнуть всем телом, но собственная неготовность к чужой реакции, на такой жест о своей стороны, полностью его останавливала. - Луи… - смущенно прошептал приятель, заставляя таять от своего сладкого голоса. - Густав, - двинулся к нему тот и встал на одну ногу, уперевшись другим коленом в сидение. - Я думаю, нам нужно взять перерыв, - навис над этим возбужденным телом, словно желая лечь сверху. Тот поднял на него томные синие глаза и открыл рот, из которого вырвалось настоящее пламя. «Какие синие! – паникой закричали мысли верхнего, сильно сжав оббивку мебели, держась из последних сил. – Как же они прекрасны!» - Я думаю, ты прав… - стеснительно поджал колени друг к другу. - Я помогу, - не сводя с него взгляда, опустил руки к его бедрам и неторопливо прикрыл эту обнаженную часть. - Луи, - уязвимо вздрогнул, когда он коснулся пальцами его кожи. - Прости меня... – виновато посмотрел в глаза. - Просто ты… - Настолько…? – положил ладонь на его грудь, будто сдерживая от других действий. - Да… - заторможенно протянул, утопая в возбуждении. - Я думаю, тебе нужно немного одеться, - прикрыл и плечо. - Да, может быть… - опустил взгляд. - Я помогу тебе, - поднялся и подал ему руку, рывком поднял, буквально бросив его на себя. - Луи, - неловко прикрыл глаза, ощутив, как члены их столкнулись. – Прости меня, - отвернулся. – Просто ты мне нравишься, - отстранился и, поспешил в спальню, пряча свой взгляд. - Оставлю тебя на несколько минут одного… - проводил его взглядом и скоро ушел в туалет. Спустя некоторое время наедине друг с другом, знакомые вновь встретились в гостиной. Густав уже был одет побольше. Говорить они не хотели, не зная, как можно обсуждать данную ситуацию, так что просто молча сели на свои места и продолжили играть, делая вид, что ничего сейчас не произошло. На следующий день, еще до начала той самой общей пары, что собирала их группы вместе, Людовик подсел к Густаву. - Да? – неловко взглянул на него синеглазый, прекрасно помня вчерашние события. - Слушай, - тихо начал тот, - я хотел извиниться за то, что так вломился к тебе вчера. Ты отдыхал, а я так... Короче, - расстегнул портфель и достал белый фирменный пакет с какой-то коробкой внутри, - это тебе, - поставил ему на колени. - Надеюсь, я не прогадал с запахом и тебе такое понравится. Ну, и, - залез в рюкзак, начав там копаться, - это тоже тебе, - достал шоколадку и отправил ее в тот же пакет. – Ты ж любишь сладкое, - усмехнулся. – В общем, отдыхай и расслабляйся. Сегодня, я к тебе неожиданно не завалюсь, - задорно подмигнул, поднялся и отправился на задворки аудитории, где находилось его место. Густав провел его взглядом, после чего, с любопытством заглянул в ту самую упаковку, желая все-таки узнать, что же ему такое подарили. Покопавшись в пакете, он смог найти там соль для ванны, несколько бомбочек, арома-свечи, скраб и мыло. Обернулся на Людовика и ласково ему улыбнулся, давая понять, что подарок ему нравится. Тот усмехнулся в ответ, радуясь тому, что угадал с предпочтениями. Приятели же, сидящие рядом, немного не понимали такого обмена хорошим настроением. Агат толкнул знакомого локтем: - Что ты ему даришь? И по какому поводу? - М? – взглянул на них блондин, отвлекаясь от тех синих глаз. - Что ты ему подарил? - Соль для ванной. - Соль для ванной? – озадачились те. - Что такого в соли для ванной? – не понимал их реакции. - Это ж просто морская соль. - А мне, - возмутился черноволосый, - ты почему соль для ванной не даришь? М? - У нас нет ванны, - скептично взглянул на него тот. – Где ты в ней откисать будешь? - Ты думаешь, что я ванну не найду? И вообще, по какому поводу ты даришь ему такие подарки? - Вчера, я без предупреждения завалился к нему и расстроил все планы на расслабление в ванной, куда он уже засыпал всю свою соль. Я просто возместил ему ущерб. Сегодня, он сможет откиснуть так, как планировал вчера, - пожал плечами. - И чего ты вчера заваливался к нему? - В приставку поиграть хотел, - отвернулся. – Парни, это уже на допрос похоже. Может, успокоитесь? Могу я своему другу просто возместить то, что он, из-за меня, потратил в пустую? - Так он уже друг… - закивал Агат. – А тебе не кажется, что ты как-то зачастил «дружить» с ним? - На что ты намекаешь? – неодобрительно нахмурился, посмотрев на него. - Ты слишком часто ходишь к нему в друзья. - Ну блин, - взмахнул руками, - была б у тебя приставка – я бы и к тебе так часто ходил. Да и вообще, на что ты жалуешься? Мы живем в одной квартире. Тебе что, моей компании не хватает? - Объясни на кой хрен ты вообще с ним общаешься. - Я что, отчитываться перед тобой должен? Да и я объяснял тебе это уже несколько раз. - Мне не кажется твое объяснение правдивым. Если бы ты водился с ним только из-за математики – ты бы не ходил к нему в гости по несколько раз в неделю. - Ну так, у него еще консоль есть! - Тебе так поиграться хочется? Ну так давай скинемся и будем вдвоем рубиться в то, во что вы там вдвоем играете. - Агат, что с тобой не так? – недоумевая выдал. – Тебе, что, мешает то, что я с ним общаюсь? Я же не заставляю вас, с Карлом, водиться с ним. Считаешь ты его скучным и считай, но меня в это не впутывай. Не хочешь дружить с ним – ну так я тебя и не заставляю. Сам буду дружить. Или ты, вообще, втюхался в меня и ревнуешь теперь? - Да не втюхался я в тебя! - Да что ты говоришь. А что это за претензии, тогда, такие? - Да не общайся ты с ним так часто и все! Это всё, что я хочу от тебя! Будь, с ним, на расстоянии! - Ой, да иди в жопу, - отвернулся. – Твоя ревность уже задрала меня, - взял свои вещи и поднялся. - Ты куда? – возмутился тот. - Туда, куда ты не хочешь, - начал спускаться. – Счастливо оставаться, придурки, - дошел до середины и пролез к Густаву. – Привет, - угрюмо сел рядом. – Теперь, я твой сосед. - Привет, - скромно кивнул тот и притих до шепота: - Спасибо за подарок. Мне очень понравилось… - Надеюсь сегодня, - немного успокоился, глядя в эти синие глаза, - ты сможешь отдохнуть так, как планировал вчера, - расслабленно поднял уголок губ. Тот смущенно зарумянился, подумав о тех планах, которые возникли у него, после их игры в приставку: - Я буду стараться, - спрятал глаза и посмотрел на преподавателя, что уже раскладывал на столе свои материалы для лекции. Агат же, видя этот славный дуэт, мучительно закрыл лицо руками: «Твою же мать, Людовик, он влюбится в тебя по самые уши… Ну что ты за идиот?» До конца пары, эта сладкая парочка периодически шепталась, спрашивая друг у друга о том, что же сказал профессор, что значит та или иная формула и то, как решать разные задачи. Людовик тулился к Густаву, словно самый близкий друг, укромно шепча над его тетрадкой, а Густав лишь нежно отвечал ему, смущенно покрываясь румянцем. Едва занятие окончилось, эти двое разошлись. Блондина уволок за собой Агат, жгуче желая с ним поговорить, а брюнет отправился на следующую лекцию, стеснительно наполняясь теплом в груди. - Значит так, дебил, - довольно жестко начал Агат, выйдя с приятелем на угол университета. – Нам надо поговорить по поводу твоей близости с Густавом, - сложил руки на груди. - Что? – недоумевая выдал. – Тебя так сильно колышет наша «близость»? Да что с тобой не так, в конце концов? – развернулся и собрался уходить, как тот схватил его и вернул на место. - Ты должен выслушать меня и серьезно обработать то, что я тебе скажу, если в этой черепушке еще остался хоть какой-то мозг, - постучал костяшками ему по лбу. - Да что ты хочешь от меня? – брезгливо отбросил его руку. - Людовик, ты водишься с этим Густавом уже больше месяца, - категорично продолжил. - Ты постоянно ходишь к нему в гости и очень мило с ним общаешься. - И? – не понимал тот. – Я дружу с ним. Мне что, как мудак себя вести надо? - Ты ИЗЛИШНЕ мил с ним. Ты постоянно ему улыбаешься и делаешь подарки. Ты флиртуешь с ним, в конце концов! - Что? – возмутился, незаметно испугавшись мысли, что его раскрыли. – Что ты несешь?! Ты себя вообще слышишь?! - Заткни свою хлеборезку! – показал на него. – Я еще не закончил! - Да я сейчас помогу тебе с этим! – двинулся к нему, приготовив кулаки. - Угомони свою паршивость! – положил ладонь на его грудь и оттолкнул, поставив на место. – Подумай, как все это видит он! Он думает, что ты ухаживаешь за ним! Улыбаешься, трешься рядом! Ты – красивый! Очень! И ты постоянно пытаешься быть с ним милым! Слишком милым! Он влюбится в тебя! А он влюбляется по самые уши! Подумай, насколько ему будет больно, если ты так себя ведешь, а отношений заводить не собираешься! Хочешь с ним дружить – да пожалуйста! Но перестань источать свою излишнюю благосклонность! Перестань вести себя так, будто готов на что-то, кроме дружбы! Тот недовольно молчал. - Понял?! - Понял, - негромко ответил. - Ну и отлично! У нас пара еще! Пошли! – развернулся и направился ко входу. Людовик покосился ему вслед: «Если он заговорил об этом – значит, я слишком заметно все делаю. Надо будет похолоднее на людях… - угрюмо пошел следом. – Но он так на меня смотрел вчера…» - отвел ослабевший взгляд в сторону, вспоминая эти синие глаза. Практически сразу после пар, Густав отправился в одно кафе и встретился там со своей подругой, что уже пила латте и доедала какое-то пирожное. Они помахали друг другу. - Ну, рассказывай, - с восторгом начала Грета, пока тот садился напротив. – Кто он такой, где познакомились? Покажешь фотку? Он выше тебя? Ниже? Как он выглядит? Рассказывай все. - Хах… - смущенно улыбнулся. – Какая ты любопытная, - повесил портфель на спинку. - Да-да-да. Мне не терпится все, про вас, узнать. К ним подошла официантка и вручила новому гостю меню. Тот быстро его открыл, просмотрел, заказал травяной чай с пирожным, после чего, вернул и кивнул. Посмотрел на подругу, когда их уже оставляли одних. - Не томи, - тряслась от волнения та. - В общем, мы учимся вместе. У наших групп общая пара по средам. - Так это сегодня? Ты с ним виделся? - Хах, да… - мило улыбнулся. – Мы даже сидели сегодня вместе… Он так ласково шептал мне… - смутился. - Ласково шептал? – заинтересовалась. – Ану. Что же он тебе такое там рассказывал? - Да он просто по предмету спрашивал, - посмотрел на нее. – Конспект переписывал. Но как он это делал… Я сидел всю пару румяный, - счастливо положил руку на покрасневшую щеку. – Он такой милый. Он так жмется ко мне... Вчера, - выровнялся на стуле и наклонился к ней, - он вообще ко мне без предупреждения приехал. Привез сладкое, напитки. Мы сидели и весь вечер в приставку играли. - Весь вечер? - Угу, - кивнул. - Он часто ко мне приезжает и мы играем. Но ты не понимаешь, - пересел ближе, заняв место слева от подруги, приблизился к ее уху и прикрыл губы ладонью: - Он приехал, когда я в ванной был. Я вышел к нему в одном только халате, ну и… - засмущался. – В общем, пока мы играли, он положил руку мне на колено, а я незаметно сбросил с плеча халат. Я сидел там еле прикрытый, - отстранился. - Ну? Ну? – увлеченно ждала продолжения. - Ты бы видела, как он жадно на меня косился… - хвастливо прошептал. – Я думал, что он там слюной захлебнется, - тихо хихикнул. - Ну так и что? – кивнула на него. – Вы переспали? - Нет, - отвел печальный взгляд. – Мы даже не целовались еще… Вчера, мы просто возбудились, разошлись по комнатам и снова сошлись, - тоскливо опустился в кресле. – Не понимаю я этого… Не понимаю его… Я не знаю, как назвать то, что между нами происходит, - поник. - Он будто бы хочет меня, но не приближается. Я не понимаю… - А может, он стесняется? Ты пробовал делать шаг навстречу? Может быть, его нужно подтолкнуть? - Да у нас уже несколько раз был идеальный момент для поцелуя, но он всегда отстраняется и убегает, делая вид, будто ничего не происходит. Он будто боится меня. Но иногда берет за руку, кладет ладонь на колено... Мне кажется, что он просто играется со мной, - печально взглянул на нее. – Играется, как кошка с мышкой… Принесли чай, пирожное. Молодой человек взглянул на свой заказ: - А сегодня, - вздохнул, - он вообще мне подарок подарил. - Подарок? – заинтересовалась. - Да, - кивнул и взял портфель, достал из него пакет. – Вот, - передал его подруге, которая начала там рыться. – Там соль для ванной, скраб и… Ну, ты видишь. Девушка скептически достала со дна бомбочку в виде сердца: - Друг такое точно дарить не будет. - В том-то и дело, - отчаянно заявил. – Мы, с ним, общаемся уже полтора месяца. Он приближается ко мне, будто вот-вот поцелует, иногда за руку берет и смотрит на меня с такой нежностью и лаской, будто мы уже встречаемся, минимум тот месяц. Но он постоянно уворачивается от того, чтобы выйти на новый уровень. Он ведет себя так, будто мы уже не друзья, но еще и не пара. Он балансирует на какой-то грани, которую я просто не могу понять. Та скептично кивнула на сердце в своей руке, со взглядом «ты серьезно?» - Ну я не знаю, - отчаянно вздохнул Густав. – Он нравится мне. Мне кажется, что и я нравлюсь ему. Но почему он не хочет внести хоть немного ясности, даже когда он у меня дома? Я бы понял, если бы он не хотел всего этого на людях, но у меня дома… - Странный у тебя парень какой-то, - подняла брови и положила бомбочку обратно. – За целый месяц нежностей, думаю, можно было бы и решиться на первый поцелуй, - отдала ему подарок. - А думаю точно так же, - отставил пакет на свободное место. - А он, часом, не верующий? Может, с этим связано? - Нет, не думаю. Девушек, в баре, он вообще без проблем цепляет, - устало закрыл лицо руками. - «Девушек в баре»? – удивилась. – Он би? - Если бы я сам только знал, - тяжело вздохнул. - А ты не знаешь? Тот опустил руки: - Я не спрашивал у него про его ориентацию. - Но… - неловко улыбнулась. – Догадаться ты же должен был? Ну, по своим «звоночкам». - На меня, у него, стоит, - опустил глаза. – Я это видел. Да, может быть он би. Я не знаю, - отвел взгляд. - А ты можешь ему написать? - Ты уверена, что это хорошая идея? - А что в этом плохого? – пожала плечами. – Давай выясним, хотя бы, этот момент, - отпила кофе. - Ну ладно, - тяжело вздохнул и достал телефон, открыл их чат, начал печатать. Густав: «Луи, ты бисексуал?» Тот ответил почти мгновенно: «Нет. Я не би.» Синеглазый просто показал это своей подруге. Та сделала какую-то недовольную гримасу: - Ну кто так спрашивает? – взяла его телефон и начала что-то сама печатать. - Что ты делаешь? – встревожился тот. - Спокойно, - выставила ему руку. – Хуже я тебе не сделаю. - Только аккуратно, - настороженно нахмурился. – Он мне очень нравится. - Я буду как можно корректнее, - положила смартфон между ними, чтобы приятель тоже все видел, и продолжила печатать, отправила. Густав: «Ты уверен в своей ориентации?» Людовик: «Да.» «Я себя знаю уже давно.» Виктория озадаченно нахмурилась. Посмотрела на друга: - Ану, что у вас там вчера было? - А спроси про это, - показал тот на нее. – Я сильно его смутил вчера? Та напечатала: «То, что было вчера, сильно тебя смутило?» Людовик: «Ты видел на моем лице смущение?» Нахмурился уже Густав: - Он может не загадками говорить? – отобрал свой телефон и начал писать уже сам. Густав: «Ты знаешь, что это не прилично отвечать вопросом на вопрос?» Подруга, тем временем, любопытно подвинулась, дабы читать их переписку. Людовик: «Да, прости.» «Просто я тут не один.» «Ко мне в телефон заглядывают всякие.» Густав: «Значит, те твои слова не искренни?» Людовик: «Искренни.» «То, что я написал – правда.» Густав: «Луи, вчера, ведь, произошло кое-что.» «Мы не можем это игнорировать.» Людовик: «Я это не игнорирую.» «Я это запомнил.» Грета и Густав переглянулись. Густав: «Запомнил?» Людовик: «У тебя очень красивые глаза.» «Жалко, что большую часть времени я их не видел.» Приятель смутился, мило зарумянившись. Видя это «таяние от любви», его подруга резво отобрала телефон и быстро отправила еще одно сообщение. Густав: «Ты хотел бы повторить?» - Грета! – поразился этой наглости тот. - Зато, - вернула та смартфон, - теперь, мы точно узнаем, что у него на уме. Оба посмотрели на экран, выжидая реакции, но Людовик не отвечал. Прошла минута, две, три. Синеглазый зло посмотрел на спутницу: - Ну и что ты сделала? - Может быть, он думает, когда у него время свободное есть, - пожала та плечами, в глубине души чувствуя вину. – В конце концов, если он не хочет всего этого и вчера он совершил ошибку – мы это узнаем сейчас. Разве от этого не легче? Ты не успеешь в него так сильно влюбиться. Переключишься на кого-то другого, - продолжила есть пирожное и пить уже остывший кофе. – Давай поговорим о чем-то другом. Я думаю, что рано или поздно, но он тебе напишет. - Взяла и испортила все, - обиженно посмотрел на телефон, где все еще не было ответа. - Он писал, что был не один. Может быть, дела какие-то. Не переживай ты так. Уверена, что он ответит. Просто позже. - Он мне нравится. Он красивый… - Только из-за красоты он так нравится тебе? - Нет. В нем есть что-то еще. Но я не могу понять что. Душа, что ли… От Людовика им пришлось все-таки отвлечься, так как ответ не появился, даже через десять минут. Переключившись на предмет обожания Греты, обсуждение которого заняло еще полчаса, молодые люди отправились гулять по городу. Домой Густав попал только к вечеру, когда на улице было уже темно. Молодой человек зашел, разделся, поел и принял душ, уже готовясь ко сну, как телефон издал характерный сигнал, говорящий о пришедшем на него сообщении. Синеглазый довольно быстро разблокировал смартфон и посмотрел кто же это ему пишет. Людовик: «Не сейчас.» «Давай подождем.» Густав: «А чего мы ждем?» Людовик: «Не знаю.» «Я просто…» «Не знаю, как это объяснить.» Густав: «Скажи, как есть.» Людовик: «Мне страшно.» «Я еще не готов.» Густав: «Но…» «Ты хочешь этого?» Людовик: «Как по мне, ответ очевиден.» Густав: «Но ты сегодня сказал, что ты не би.» Людовик: «А я должен любить и тех, и тех, чтобы у меня стоял на кого-то определенного?» Густав: «Но я не понимаю.» «Я запутался.» Людовик: «Ты же не би.» Собеседник нахмурился: «Ты хочешь сказать, что ты…?» «Но ты же бабник.» «Это все знают.» Людовик: «А разве бабника можно заподозрить в таком?» Густав: «Луи, неужели, ты так скрывался?» Людовик: «У меня нет столько мужества, сколько у тебя.» «Я не такой смелый, чтобы объявить о себе всему миру.» Густав: «А Агат? Он знает?» Людовик: «Кажется, нет.» «Я ему не говорил, а сам он не подозревает.» Густав: «Ты так хорошо шифровался?» Людовик: «Я был старательным мальчиком.» «Презервативов потратил немеряно на это свое «увлечение».» Густав: «Оно того стоило?» Людовик: «Даже не знаю.» Густав: «Но, возвращаясь к нам…» «Ты уверен, что ты… Гей?» «Просто мы так и не целовались еще.» «Может быть, ты сейчас просто пьян?» Людовик: «Нет, я трезв.» «Мне просто страшно.» «Поэтому, мы этого еще не делали.» Густав: «Я у тебя первый?» Людовик: «Я бы так не сказал.» «Но я хочу сам управлять процессом.» «Я еще не готов.» «Давай получше узнаем друг друга.» «Я хочу быть уверенным в тебе.» «Кроме того, я рассказал тебе свой секрет.» «Не говори о нем никому…» Густав: «Я не скажу.» «Ты сам должен будешь сделать это. Когда будешь готов.» Людовик: «Я еще не готов.»