Подвалам, крышам и дворам

      Ночных прогулок было не много, но Домовой иногда выбирался из квартиры. Сидеть в четырех стенах круглые сутки было тошно.       Всего за пару дней он целиком прочитал ветхую книжечку, едва уловив суть прочитанного.       Рассказ был про мальчика, вора и хама, которого исправляет коллектив. Ева только смеялся. Вот вам и чудо советской литературы! Да разве можно человека так перекроить! Враньё это всё.       Книга быстро наскучила. Не наскучили лишь короткие прогулки. Иногда, Домовой выбирался один. Иногда, за ним шла Лёнька или Комод. Гуляли всегда рано, когда ещё солнце не поднималось над горизонтом. Скрипнул замок, захлопнулась дверь. Тихим шумом от топота ног наполнился лестничный пролет.       Домовой вышел из подъезда. За ним вылетела Лёнька. Девочка пнула ногой металлическую банку из-под пива. В тишине звук казался громким, ярким.       На часах было не больше трёх часов. Двор, пустынный, казался совсем темным из-за грязно-коричневого снега. Светил одинокой фонарь, где ещё не перегорела лампочка.       Домовой вдохнул влажный воздух. Дышалось хорошо и свободно. Ребра заныли, но парень совершенно не обратил на это внимание.       Ленинградка вслушивались в тишину и получала неимоверное удовольствие.       — Красиво, правда? — совсем тихо проговорил Ева. Девочка кивнула, всматриваясь в ночное небо.       Прошлись по двору, затем немного по аллее. Они не боялись встретить дежурящих. На Химзаводе из почти не водилось. По крайней мере, ночных обходов не было так часто, как на тех же Низах.       Дутые зимние ботинки Лёни не совсем подходили для прогулок по такому снегу. Ноги быстро промокали, поэтому пришлось возвращаться во двор.       Шли медленно, растягивая удовольствие от прогулки. Где-то сзади слышалось чавканье слякоти. Домовой напрягся и прибавил шагу. Улица-мать научит остерегаться прохожих.       — Эй, пацан! Омская 23 где? — присвистнул кто-то сзади. Ева обернулся. Внутри все оборвалось. Позади них шли пятеро мужчин. В одном из них, Домовой узнал Варана — бритоголового, рослого мужчину лет двадцати пяти, правую руку главы «Чайки».       Омская 23… Это же адрес квартиры! Домовой выдохнул и махнул рукой в противоположную сторону.       — На лево и до упора. Там будет поворот на Омскую улицу. Третий дом справа — отмахнулся Ева, опуская голову. Он боялся, что Варан узнает беглеца. Мужчины посмеялись.       — Ты нам, мальчик, голову не морочь. Лучше скажи, чего это вы с барышней гуляете ночью? — Варан рассмеялся, а хохот подхватили другие. Ева выдохнул. Да вообще, с чего бы вообще какой-то мужик из шайки, должен его узнать! Не Домовой он! И все тут!       — Молодой человек, чего вам нужно? Денег у меня нет. Возвращаемся домой с девушкой. Вам какое дело? — Ева откинул челку со лба, пытаясь казаться уверенней.       Варан ещё громче рассмеялся и стал наступать.       — Вот стою, думаю, ты или не ты? Узнаю, узнаю. Предатель. Три месяца у нас тёрся, а потом к Северному району прибился. Узнаешь? — мужчина стал приближаться.       Домовой загородил собой Лёньку и нащупал в кармане нож. Но что этим ножом сделаешь, когда тебя голыми руками убить могут?!       — Это какая-то ошибка. Я вас знать не знаю — решил до последнего отпираться Домовой, но врать было бесполезно.       Варан замахнулся. Удар пролетел мимо. Ева нырнул вниз так резко, что ребра вновь заныли адской болью. На секунду показалось, что кости ломаются с оглушительным треском.       — Лёнька, беги! — успел прохрипеть Домовой, когда ему прилетел удар коленом в живот.       Девочка на секунду замешкалась, и ее тут же схватил кто-то из людей «Чайки».       Тоня оглушительно громко заорала, но тут же получила удар в лицо. Рот зажали рукой.       — Попались, детки. Как тебя кличут, Евгений? А то как-то нехорошо не по погонялу обращаться — Варан поставил блок на удар Домового, со смехом откидывая руку парня.       Ева не мог биться в полную силу. Ребра вновь не позволяли двигаться, но кажется, Домовой не представлял возможности своего организма.       — Да не Евгений я! — до последнего решил врать Ева, отбиваясь как мог. Сопротивление только смешило Варана. Он один ударом мог прибить этого мальчишку. Один точный удар шилом в бок, и враг повержен, но мужчину забавляли старания противника.       — Не, мужики, идите по адресу. Дом напротив. У меня с этим щенком личные счёты — Варан усмехнулся и ударил Еву ещё раз.       Бровь была разбита.       Домовой набрал в грудь побольше воздуха, так, что ребра вновь сдавило. Крик был громким, матерным, но связанных слов не было.       Плевать что люди могут вызвать ментов. Это и надо. Плевать, что будет потом. Детей же перережут к чертям собачьим!       — Ты не ори, горластый. Кадык бы тебе вырвать, чтобы не шумел — Варан ухватил Домового за шею и потянул к качелям.       Ева, до этого боявшийся бить ножом ведь мокрушником он никогда не был, нажал на кнопку, и лезвие выскочило из рукоятки.       Удар вышел сильным. В него были вложены ничтожные остатки мощи. Металл прорезал куртку и застрял.       — Щенок, ножичком махать научился? Хуево, товарищ, хуево — резким ударом Еву приложили головой о железную трубу качелей.       Домовой не понял как это случилось. Волновало только то, что где-то в дрме напротив в квартире мелкие, Артём. И куда-то увели Лёньку. Но сил на размышления не осталось. Вырубило мгновенно.       Ленька свернулась калачиком и лежала рядом с качелями, беспокойно смотря на Домового.       Хоть он и лежал недалеко от неё, но жив или нет? Невыносимо сильно болело лицо, Тоня не могла встать и что-либо сделать, да и понимала, что даже если сейчас побежит в квартиру, её просто убьют, она ничем не сможет им помешать.       Девочка закрыла лицо руками, размазывая кровь от разбитого носа. Парни подошли к квартире и открыли её. Они думали, придётся ломать дверь или взламывать замок. Но Домовой упростил им задачу, дверь можно было запереть только изнутри: ключа не было.       Оказавшись внутри, они были довольны находкой. Они нашли всех, кого так старательно прятал КОТ. — Думали, мы вас тут не найдём? — произнёс один из парней и пнул. Лежащего рядом парня он закричал и сразу все встали — Не думали, что вас тут так много.       В квартире толком не было лампочек. Когда Варан щёлкнул выключателем, свет не загорелся Моментально проснулась невыносимая толпа и с непониманием и испугом смотрели на незнакомые темные фигуры.       Ребята постарше, сразу поняли, кто это. И начали паниковать сильнее, видя их реакцию, младшие подхватывали.       Штрих-код внимательно посмотрел на парней и стал ждать их реакцию. Он уже догадывался, что не сможет их победить, и надо быстро валить. Да вообще, как бы девятилетний ребенок не смотрел фильмы о великих войнах, сам таковым не являлся. Иногда лучше спрятаться       Он прижал к себе Аньку. Девочка нервничала       — Давай сейчас незаметно, попытаемся уйти. — прошипел он на ухо Комоду.       Тот сразу нашёл взглядом стоящего неподалёку Артёма и взял его за руку. Когда удивление и шок прошли, в квартире началась полная паника, и все стали убегать, куда получилось. Многие бежали к окну и вылезали из них. Остальные бежали к двери, а особенно храбрые, пытались напасть.       Дёрнув Штрих-кода за руку, Комодаю быстро, но аккуратно побежал. Он крепко схватил Тему и проскользнул к двери.       Шансов на побег было очень мало, но они оставались, и поэтому не теряя время, они быстро выскочили из квартиры. Только чудом удалось не попасться на глаза. Только из-за их невнимательности и выкрученных лампочек. Нужно быть полными идиотами, чтобы не оставить никого на входе у двери.       Люди из «Чайки"не побежали, а остались в квартире ловя тех, кто не смог убежать.       На улице было прохладно, и каждый из них стал потихоньку замерзать. Одеть верхнюю одежду у них не было времени, и пришлось быть в том, в чем были. Немного отойти от подъезда комод заметил лежащих на детской площадке Лёньку с Домовым. — Эй… Дома… Вставай… Тут пиздец какой-то творится — Комод испуганно потряс парня. Испуг пришел только тогда, когда детская рука коснулась мокрой от крови шапки.       Ева отозвался тихим стоном. В сознании он был, просто, вопрос в каком. Увидев парня, лежащего на снегу без движений, Тёма начал рыдать. Он сразу подумал, что Домовой умер. Ленька сняла с себя куртку и накинула её на Артёма, после чего крепко прижала его к себе. — Под балкон — почти прохрипел а надорванные голосом Леня подталкивая младших в дому. Подкатывало невыносимое чувство смерти, какой смысл куда-то идти — все равно убьют. Все равно жить ещё пару часов — добьют или замёрзнут. Жизнь на улице короткая.