Подвалам, крышам и дворам

      Все сразу посмотрели на Домового, некоторые с интересом, некоторые со злобой: воспитатель им был не нужен. Но от Горбыля никто получить не хотел, поэтому все вернулись к своим делам. Ева стал оглядываться по квартире в поисках Ленинградки и Тёмы. Он увидел бегущего к нему ребёнка и сразу заулыбался.       Тема, увидев Домового, сразу бросился к нему и крепко обнял. Ленинградка шла позади него и тихо просила его не бежать, лишний шум им был не нужен, соседи и так возмущались, почему столько народу.       - Дядь Домовой, а что с тобой? - испугано произнёс Артём, увидев лицо Евы. - Больно?       Ленинградка подошла к парню и стала внимательно его рассматривать. Увидев, что он морщится от прикосновений Тёмы, она сразу оттащила ребёнка.       - Кто тебе так? - Ленька подошла к Еве, расстегнула куртку и приподняла его кофту. - А с ребрами что?       Домовой лишь отмахнулся от неё, сказал, что все в порядке. Он не хотел выдаваться в подробности произошедшего, тем более при Артёме. Вместо этого он снова обнял Тёму и дал ему несколько конфет.       Ребенок сразу заулыбался. Сладкое он уже не пробовал довольно давно, всё были консервы и какой-то невкусный чай.       - Спасибо.. - по благодарив Домового, Артём убежал в другую комнату к своим новым друзьям.       Ева вопросительно посмотрел на Леньку, не понимая с кем общается Тёма.       - Он тут со многими подружился. Даже со мной стал меньше времени проводить. - с обидой в голосе произнесла девочка. - тут самый младший ребёнок не сильно старше Тёмы, ему около девяти лет.       Самой же Ленинградке тут находиться, не очень нравится. Тут, конечно, было теплее, чем в лазе, но было слишком много людей, и из-за этого было много шума. Она такого не любила, но зато Артёму очень понравилось проводить время с другими.       Домовой приобнял Ленинградку за плечо видя её уставший взгляд.       - Вижу, тебе тут не нравится...не переживай, мы тут не надолго. - Ева не был уверен в своих словах, но он на это надеялся. - Ну, я на это надеюсь. Сильно они тебя достают? - Домовой вновь провёл взглядом по помещению все старались вести себя тихо, но это все равно получалось не очень.       - Нет, не очень..просто не привыкла, когда так много народу. - Домовой достала несколько конфет и протянул их Лёньке. - Вот держи. — Ты, это, от темы не отходи. Чего случилось-то? — Да, на уродов немного наткнулись. Хорошо, что не убили. - больше Ленинградка не спрашивала лишь с сочувствием посмотрел на Еву. — Не переживай ты так, все нормально. Жить буду.       - Ладно, верю на слово, но пойдём, помогу ещё раз раны на лице обработать. Повязка вроде ещё нормально. А лицо бы я ещё обработала. - Домовой стал сопротивляться и пошёл за Ленкой ванну.       Вернувшись обратно к остальным, он лёг на один из матрасов и быстро заснул.

****

      Шум и гам не стихали даже ночью. Постоянная возня нервировала, но привычные к сну не пойми где спали и так.       Лёнька спала в углу комнаты, на полу, застеленном каким-то одеялом. Тёма, у которого окончательно сбился режим, почти всю ночь носился с кем-то из новых друзей по комнате, был крепко отшлепан Домовым и уложен спать.       — Бяка ты, дядя Домовой. А ещё говорил что болеешь - всхлипнул Артём, потирая попу.       — У меня только правый бок болит. Левый нормально. И левой рукой я могу отшлепать.       Тёма надулся и отвернулся от Евы. Было до жути обидно. Вот почему его друга Штрих-кода никто не шлёпает? А ведь Слава не на много старше его! И носились в вместе!       — Не дуйся, мелочь. Я же не со зла - погладил мальчика по спинке Домовой. Артём обижался и дальше отполз к стене.       Ева закатил глаза, укрывая ребенка одеялом.       Парень приподнялся и подошёл к окну. Где-то далеко, по шумной автомагистрали вереницей тянулся нескончаемый поток машин. Они все ехали по каким-то своим делам, торопились, опаздывали.       Домовой вдруг подумал, как хорошо было бы жить в теплой квартире, большой, теплой, светлой. Никогда не возвращаться в лаз, не прятаться, не считать деньги на еду, не воровать. Вот взять бы Тёмку, Лёньку, написать документы, пойти на работу, даже ехать когда-нибудь на своей машине, нет, это слишком, на автобусе, оплатив билет.       — Мечтаешь о хорошей жизни? - рядом кто-то шмыгнул носом. Ева вздрогнул, обернувшись.       — А. Штрих-код, ты чего не спишь? Ночь на дворе. Набегались... - ворчал Домовой, отворачиваясь к окну.       — Да нихуя не угадал. Комод я. А Славка - брат мой мелкий. Ещё Анька, сеструха. Заебали так оба - мальчик блеснул глазами.       В полумраке комнаты почти ничего не было видно, но фигуру мальчишки можно было отличить.       — Чё выражаешься так? Тебе лет сколько? - раздражённо фыркнул Ева, провожая взглядом грузовик.       — Двенадцать скоро будет. Я чё, на допросе? - рыкнул мальчик.       Комод чиркнул зажигалкой и закурил. Противный сигаретный дым ударил в нос.       Мальчик открыл маленькую форточку, встав на подоконник ногами.       Ева фыркнул. Столько детей на улице. Сидели бы сейчас в уютных квартирах, пили теплый какао. Ходили бы по выходным в кино, смотрели по телевизору мультфильмы, а на день рождения ели большой и вкусный торт. Но жизнь распорядилась так, что все эти дети, малая часть от всех тех кого вышвырнули на улицу, вынуждены выживать, бояться и прятаться. Комод... Да кто поверит, что этому пацану одиннадцать?! Не взрослый, но уже и не ребенок.       Домовой отошёл от окна. Заняться было нечем. Ещё днём он нашел несколько увесистый книг, но свет включать было нельзя.       Где-то тихо перешептывались. Не найдя себе занятия, Ева взглянул на экран телефона. Время шло к двум часам ночи.       Домовой зевнул и лег на пол. Ребра заныли. Парень поморщился. Лежать на спине было более-менее терпимо, но неудобно.

***

      Почти целую неделю Ева валялся на полу, лечился, хотя, лечение это было сложно назвать. Тем не менее, ребра, которые все ещё ныли, беспокоить стали немного меньше, ну, или просто Ева привык к болезненным ощущениям.       Изредка Домовой выходил на улицу. Снег уже был рыхлым, грязным и мокрым. Воздух пах весной. Горбыль не заходил совсем. Даже не звонил. Хотя, его и не ждали. Никого не ждали.