Неожиданно

*** Паша и Оля сидят на корточках, пока их маленькая Аглая настороженно делает свои первые шаги. Они целуют её каждый раз, когда она доходит до мамы или папы, треплет Олины локоны или пробегается крошечными пальчиками по Пашиной небритой щеке. – А теперь пристегните ремни, мы взлетаем! – радостно произносит Паша, унося малышку на кухню. – Иии! – ликует малышка. – Да-да, обед. – Паша сажает кроху за столик и наливает в тарелку бульон. – Ой, какой супчик золотистый мама сварила, открывай ротик! – Вопреки Олиным ожиданиям, малышка уплетает его за обе щёки и заливисто хохочет. – Дочь, хватит смеяться, можно подавиться. – Аглая смотрит на папу лазурного цвета глазками так серьёзно и вдумчиво, будто понимая каждое, только что услышанное слово. – Поели? – с улыбкой спрашивает Оля, расстилая постельку в кроватке. – Сейчас умоемся и спатеньки пойдём, да,дочь? Оля укладывает дочку, раскачивая кроватку, гладит её по волосам, о чём-то размышляя. – Оль, ты чего? – участливо спрашивает Паша. – На работу хочу. Вот думаю, как я её оставлю? – Ты только не ругайся, но, может, я в декрет сгоняю, пока ты с подстанцией разбираться будешь? – Паш, ты головой нигде не ударялся? Что люди подумают? – А не всё равно? Оль, ну, правда, ей уже годик, ещё немного и можно будет в ясельки отдать, ты чего? Грудью ты её уже не кормишь, так что даже с этим аспектом я справлюсь. – Не знаю. – пожимает плечами Арефьева. – Думай-думай. – отвечает Паша, обнимая её за плечи. *** Рыков уходит на смену, а Оля, посадив дочку в коляску, выходит на прогулку. Аглая увлечённо рассматривает двор, голубое небо и жёлтые листочки. – Ммм... – тянет девочка и указывает пальчиком на песочницу. – Ну, пойдём! – восклицает Оля, доставая ведёрко, совочек и формочки. В песочнице они проводят около получаса: Аглая стучит ладошкой по ведёрку, мнёт сырой песок и периодически пытается попробовать его на вкус. – Доченька, тьфу, брось. Нельзя. – строго произносит она и грозит малышке пальцем. – Давай-ка, побегаем? Оля держит дочку за ручку, везёт коляску, рассказывая крохе о воробушках, что купаются в луже, осенних листьях и многом другом. – Привет, Оль. – Чего тебе? – Женщина заметно напрягается, увидев бывшего мужа. – Твоя? – уточняет он, переводя взгляд на Аглаю, которая как две капли воды похожа на маму. – Что ты хочешь!? – напирает она, опасаясь за дочку. – Красавица. Как же она на тебя похожа... – Рома, если ты мне скажешь очередную гадость, я тебя в асфальт закатаю. – Да нет, Оль. Зачем? Тем более, что у нас с Мусечкой сын родился на днях, а у вас тут магазин неплохой с товарами для детей. – Поздравляю, желаю счастья в личной жизни. – Аглая тянет ручки наверх, не желая идти пешком. – Малыш, давай в коляске поедем? – ласково обращается она к дочурке, нести её на руках неудобно. Аглая топает ножкой и куксится. – Точно твоя, Арефьева. Оль, скажи, а... – У тебя минута, говори быстрее, и если это касается прошлого, то сделай милость, не начинай. – Мне Муся велела купить силиконовую пустышку, глянь, я, вообще, то взял или придётся менять? – мужчина достаёт товар и показывает его Оле. – Ты и после развода ничего без меня не можешь. – не удерживается от колкости Оля. – То, иди уже. Довольный Арефьев уходит, а Оля, смирившись с воплями дочки, заходит в подъезд.