You will never come back

Пробуждение было неприятным и довольно болезненным, затылок вновь отдало тупой ноющей болью, а всё тело так затекло, что каждое движение приносило невыносимую жгучую боль от натирания верёвок. Верёвки? Открыв с большим трудом глаза, первое, на что обратила внимание Т/и — это помещение, в котором она находилась. Оно было маленькое, серое и абсолютно пустое. А ещё здесь очень неприятно пахло чём-то тухлым и железным. Ни окон, ни других источников света не было. Единственное, что здесь вообще было — это девушка, привязанная к стулу толстыми верёвками. Вид её был плачевным, макияж потёк, аккуратные губки, на которые когда-то была нанесена вишнёвая помада — треснули. Подбородок и часть приталенного к фигуре платья были в крови, некоторые ногти были сломаны и стёрты, а на ногах красовались пугающие гематомы и ссадины. Что, черт возьми, вообще происходит? Паника. У девушки началась сжимающая горло и лёгкие паника, которая лишь усиливалась от невозможности пошевелиться и увидеть хоть что-то. Она истерично стала брыкаться на стуле, шатая его и пытаясь так уронить, надеясь выбраться из оков. Конечно, ей это особо не помогло. Стул упал с громким треском, но верёвки остались на месте, а вот свет, отдать должное, появился. Шум привлек внимание мужчины, вынуждая его зайти в комнату и нажать на выключатель, заставляя лампочку на люстре загореться. Это был мужчина среднего роста и такого же телосложения, с приятными и ухоженными розовыми волосами, которые очень аккуратно подчёркивали небольшую бледность его лица. Шрамы вокруг рта были очень необычными, поэтому когда девушка привыкла к бьющему в лицо свету, она смотрела только лишь на них. — Смотрю, ты очнулась. — мужчина подошёл ближе к Т/и и посмотрел в её напуганные глаза, скрещивая руки на груди. — Знаешь, ты совершила огромную ошибку, оказавшись там. Что ты там вообще делала? — Я… Я просто шла домой, отпустите меня — Т/и смотрела на своего похитителя снизу вверх и не могла отвести взгляда от его холодных голубых глаз, которые словно прожигали её изнутри. — Отпустить? — из уст мужчины вырвался смешок — Ты, видимо, так и не поняла всего произошедшего. Ты свидетель, а свидетели нам не нужны. Конечно, мы можем отпустить тебя, но только не живой. От услышанного слезы полились с большей силой по лицу девушки, ей было безумно больно и страшно, мысленно она корила себя за эту глупую ошибку и молилась, чтобы всё решилось наилучшим образом для неё. Может, ещё есть шанс остаться в живых? Может, они пожалеют её? — Ну чего ты опять разрыдалась, — похититель сел на корточки и носовым платком убрал влагу с лица девушки, довольно улыбаясь и довольствуясь реакцией пленницы. — Хотели бы мы тебя убить, ты бы вряд ли сейчас была живой. Думаешь, нам бы составило труда пристрелить тебя прямо в том переулке? Он хотел было ещё что-то сказать, но в комнате показались ещё две мужские фигуры, в которых Т/и узнала оставшихся участников того преступления. Теперь она смогла разглядеть их повнимательнее.        Они трое были одеты в довольно дорогие и красивые костюмы, которые просто замечательно сидели на их крупных фигурах. Те двое были немного похожи между собой, в особенности в плане костюмов и причёсок. У высокого мужчины (он был здесь один, так как эти двое разительно ниже него) была аккуратно уложена короткая стрижка, с очень необычным дизайном покраски. У мужчины поменьше ростом был, как упоминалось ранее, похожий костюм. Если у первого он был светло сиреневый, то у второго он был зелёный. Стрижка у второго была совершенно другая, длинные сзади, но короткие волосы спереди. Если бы Т/и не познакомилась с ними при таких обстоятельствах, она бы точно словила краш на всех троих. Но, к сожалению, их обманчиво красивая внешность совершенно не укладывалась с тем, что они трое убили человека и держат сейчас невинную девушку в плену. — Санзу, мы вроде договаривались что как только она очнётся, то ты сообщишь нам об этом. А вы, как я вижу, ведёте очень милую беседу. — Мужчина с короткой стрижкой сделал несколько шагов вперёд, останавливаясь позади розоволосого и кладя тому руку на плечо. — Почему не развязал её? — Не успел. Санзу повёл плечом, скидывая так руку мужчины и начиная развязывать верёвки на теле Т/и, что всё это время молча наблюдала за вошедшими и находилась в глубокой прострации, видимо обдумывая ситуацию в которой оказалась и пытаясь понять, что и как ей следует делать дальше. Убивать они её не будут, по крайней мере пока, но тогда зачем она им? Как только туго затянутые верёвки перестали натирать кожу девушки, она с сожалением посмотрела на свои руки, на которых остались глубокие борозды и синяки. Выглядели они, честно признаться, пугающе и неприятно, поскольку кожа её была довольно тонкой и чувствительной, и даже небольшое давление могло оставить следы. Поднявшись с пола и встав на ноги, Т/и неуверенно оглядела всех присутствующих, всё ещё не понимая чего они от неё хотят. — Зачем я вам? Если вы боитесь, что я сдам вас полиции, я вам обещаю что никому не расскажу ни про увиденное, ни про вас самих, только отпустите меня, пожалуйста. — девушка умоляюще посмотрела им троим по очереди в глаза, в надежде найти в них хоть какое-то сочувствие и утешение, но они казались абсолютно «мёртвыми», в них не было ничего человеческого, на мгновение даже показалось что в радужках мужчин пляшут черти под громкий хоровод из душераздирающих криков. — Ран, объяснишь ей всё? — Санзу достал из кармана своих штанов пачку сигарет, поджигая одну из них и делая глубокую затяжку. — Конечно. Высокого мужчину, как оказалось, звали Ран, он переместился ближе к Т/и и холодно посмотрел на хрупкую фигуру перед собой. — Понимаешь ли, тебя не должно было быть там. Ты не должна была видеть всё это, но ты увидела. Нам не нужны свидетели, но у нас есть кое-какие планы на тебя. И сейчас ты всё поймёшь. Ран взял тонкую кисть девушки и повел её вон из комнаты, дабы привести ту в другую, но уже более красивую и обставленную мебелью. Т/и посадили за большой круглый стол, на котором стояло несколько пустых бокалов и бутылка дорогого виски. А ещё на нём лежали игральные карты, на что девушка вопросительно выгнула бровь. Они собираются играть в карты? Мужчины ничего не ответили на вопросительное выражение лица Т/и, а лишь сели за стол, сразу наливая себе немного того самого виски. Комната была намного больше, чем та конура, в которой она сидела до этого. Здесь был очень качественный и красивый ремонт, сделанный в европейском (?) стиле. Стены обклеены красными обоями, пол из тёмной древесины, а позади стола были большие окна до потолка. Боже, какой это этаж? 50? Помимо стола из мебели здесь были кресла и диван, сделанные из одного материала — чёрной кожи. На стенах также висели картины и бра, а рядом с большим книжным шкафом, стоял мини-бар. Девушку от созерцания комнаты отвлёк щелчок пальцев перед носом. Карты были разложены лишь на три персоны. — Т/и. Ты всё ещё жива лишь потому, что мы не особо любим убивать девушек. Ни отпустить, ни убить тебя мы не можем, поэтому ты останешься у нас. Но загвоздка в том, что мы так и не определили у кого. — повисла недолгая пауза, пока Ран делал глоток виски. — Каждый из нас тот ещё собственник, но если мы с братом — тот указал пальцем на того парня со странной стрижкой — готовы делить тебя друг с другом, то на Санзу эти привилегия не работают. Ты либо останешься у нас, либо у него. И решит это карточная игра, а ты будешь лишь сторонним наблюдателем. Не сказать, что это сильно удивило девушку, так как она у нас совершенно не глупая и догадывалась чем может всё обернуться, но ей было очень неприятно это слышать. Она ведь надеялась на своё спасение и освобождение от этого кошмара, а оказалось, что всё только начинается. Она бы согласилась на всё на свете, лишь бы её потом отпустили домой, а тут, оказывается, её вовсе не собирались шантажировать и пугать, за неё уже всё решили. — А если я этого не хочу? Пожалуйста, я сделаю всё что угодно, только отпустите меня, я никому не расскажу про вас. — Нам всё равно что ты хочешь. Ты уйдёшь отсюда либо с кем-то из нас, либо тебя вынесут в трупном мешке. — брат Рана был самым молчаливым из них, поэтому услышать его холодный и грубый голос было неожиданно, от чего девушка немного дрогнула. Т/и хотела ещё что-то сказать, но получив угрожающий взгляд брата Рана, она замолкла и начала наблюдать за игрой. Играли они в дурака, козырь был пики. Она не видела карты Рана и его брата, но видела карты Санзу, которому очень крупно повезло. Целых 4 козыря и два короля, один крести, другой черви. Может, у Санзу ей будет лучше? В первой партии выиграл Санзу, который после своей победы довольно улыбнулся и подмигнул Т/и. Во второй партии была ничья, а в третьей выиграл Ран. Когда началась четвёртая заключительная партия, девушка даже не знала за кого болеть. Ей не хотелось быть ни с этими братьями, ни с Санзу. А может, самоубийство? Упасть с такой высоты и выжить — невозможно. Партия была очень напряжённая и долгая, никто из них не хотел отдавать победу другому. (Кроме Рана и его брата, так как если выиграет один из них — выиграют оба) Сейчас девушка начала задаваться вопросом, а честно ли вообще играть вдвоём против одного? Ведь у двоих больше шанса на победу, чем у одного из-за численности. То есть, у Санзу с самого начала не было шанса на победу? Они спланировали это? Почему тогда он согласился, если с самого начала знал, что поиграет? У Санзу осталось три карты — козырные (черви) девятка и шестёрка, туз крести.У Рана — девятка пики, козырной король и туз. У брата — туз пики и козырная дама. Ран пошёл на Санзу девяткой, тот её перевёл. Брат Рана всё отбил. — Ты проиграл, Санзу — Ран кинул на стол карты картинкой вверх, показывая их своему сопернику и победно скалясь, окидывая взглядом свой «приз». — Т/и останется у нас. Девушка сидела на стуле поникшая, ей с самого начала было абсолютно всё равно на то, кто в конечном итоге победит. Последние пять минут она уже и не следила за игрой, лишь смотрела в окно на соседние здания, но когда почувствовала на себе довольный взгляд Рана и заметила кинутые на стол карты, быстро поняла кому она всё же досталась. — Как жаль. — Санзу налил себе немного виски в стакан и выпил все залпом, смотря Рану в лицо.— Но наш же договор в силе? — Да. Санзу ушёл, оставляя Т/и наедине с двумя мужчинами, которые не спешили делать что-либо, а лишь продолжали пить алкоголь и смотреть на девушку, которая смотрела на них в ответ. Длилось ли это долго? Нет. Спустя пару минут они двое зашевелились, вставая с насиженных мест и разминая затекшую от долгого сидения спину, а после братья повели Т/ф в коридор, где на лифте спустились на нулевой этаж. Чтобы спуститься понадобилось около минуты, которая Т/и показалась просто вечностью. Машина была большой, чёрной и с тонированными окнами, и, скорее всего, очень дорогой. Когда они начали к ней подходить, девушка попыталась вырваться из крепкой хватки рук и убежать, но приставленный к горлу пистолет её остановил. — Не пытайся убежать, всё здание — наше, везде наши люди и если они тебя найдут, то вернут обратно к нам. — Ран открыл машину ключем и посадил Т/и внутрь, на заднее сиденье. — Риндо, сядешь с ней? Боюсь, за нашей малышкой сейчас нужен строгий надзор, чтобы она ничего не натворила. Риндо согласно кивнул головой и сел рядом с девушкой, убирая пистолет в кобуру. Ран вёл машину просто божественно, спокойно и аккуратно, но при этом быстро. Он так умело маневрировал на дороге, что казалось словно он и есть машина. Т/и всё время смотрела в окно, не желая ни говорить с братьями, ни видеть их. Но говорить все же пришлось, потому что Риндо задал вопрос. — Ты понимаешь что именно мы собираемся делать с тобой? Т/ф задумалась. До этого момента она предпочитала не думать об этом, всё же надеясь что её отпустят. Но ответ здесь был довольно очевиден. Они упоминали, что не очень любят убивать девушек, что наводило на определённые мысли. А эта игра? Они бы вряд ли стали соревноваться из-за простой пленницы. Поэтому немного помедлив, она всё же ответила: — Догадываюсь. В ответ она получила молчание, но отчётливо чувствовала взгляды обоих на своей макушке. Впереди их ждала долгая дорога.