Моя душа на твоей руке

      Луна…       Что такое темнота?       Темнота бывает разной.       Ночь…       Каждый день солнце уходит в другую страну, оставляя после себя темноту, но ночное небо не всегда будет тёмным, так как его освещают лучи луны. Бывает, иногда небо покрывают тёмные облака, и из-за этого оно может быть темнее, чем обычно. Но ты всегда знаешь, что это ненадолго и скоро опять луна подарит тебе свои лучи.       Но... А что если темнота в твоём сердце? Как быть? Как жить?       Некоторым людям нравится эта темнота, они думают, что им так лучше. Но так ли это на самом деле? Они об этом даже не задумываются, потому как внутри себя знают, что им плохо, но принять это как факт по просто не могут. Если темноту ночью освещает луна, то темноту в сердце, что может освещать?       Для этого у многих есть кто освещают их жизнь просто своим присутствием. Да, в один прекрасный день можно встретить свой лучик Луны. Этот человек может быть кем угодно.       Но... Иногда бывает, это твой близкий человек, но ты не замечал его, пока не потерял. Бывает, он совершенно незнаком и совсем противоположен тебе. Но это всё будет не важно, когда он своей улыбкой подарит тебе те лучи луны, о которых ты до этого даже мечтать боялся.       Темнота…       Мин Юнги дерзкий и злой человек. Так думали многие, но это не правда. Да, он довольно известный рэпер и продюсер, но все хорошо знали, каким он мог быть, когда нарушали его личное пространство. Никто не знал какой он на самом деле. Потому что он был закрыт в своём маленьком мире.       Юнги был невысоким брюнетом с кошачьими глазами. Тёмные глаза, как ночное небо или глубины океана. Юнги даже одевался полностью в чёрное, будто это его защищало от других надоедливых людей. К слову надоедливым он называл всех, кроме Сокджина. Тот был единственным человеком, кому было разрешено без стука войти в его комнату или позвонить, когда очень нужно. То есть можно было звонить только тогда, когда Джину было действительно плохо или без Юнги он никак не мог справится. А такие случаи случались очень редко, потому как его хён тоже хорошо знал, чем всё могло закончиться, если беспокоить злого котика по именем Мин Юнги. Эту прозвище придумал сам Сокджин, так как Юнги был похож на кота: ленивый, злой и, конечно, очень любил спать.       Юнги вырос не в Сеуле, а в городе Тэгу. Его родители — учителя в старшей школе. Когда Юнги поступил в старшую школу то заинтересовался музыкой, начал гулять по ночному городу, чтобы посмотреть андеграунд-рэп баттлы. Он резко изменился и это беспокоило его родителей. Поэтому они запретили ему заниматься музыкой, так как решили, что именно это испортило их сына.       А Юнги не мог жить без музыки. Поэтому, закончив школу, он убежал из дома. Вот так он и докатился до Сеула. Родители его не искали. Юнги тоже больше их не беспокоил. Он дал себе обещание: — «Пока не доберётся до вершины своей мечты, не вернётся домой». Вот и старался изо всех сил показать родителям, кто он такой. Но раз за разом его душу окутывала темнота. А самое страшное — это то, что он сам заточил себя в эту темноту.       — Ты опять в парк?       — Да, а что? — сухо ответил Юнги.       — Да, ничего, мне кажется, или правда там кто-то есть? Ты каждый день туда бежишь, будто тебя там кто-то ждёт. А кто это, не скажешь? — вопросительно смотрел старший.       — Ну хватит, хён, не начинай, а? Нет там никого. Просто люблю тишину. Это мне поможет найти что-то новое, — сказав, это он задумался.       Ведь и правда, там был тот, кто всё время тянул его к себе. Его улыбка дарила тепло, заставляя наслаждаться жизнью. Его светлые волосы сверкали от солнца. Его глаза блестели от счастья. Тот парень невысокий со стройной фигурой притягивал его к себе. Хотя сам даже ни разу не заметил Юнги. Но всё равно, будто он каждый день провожал его домой и просил ещё и ещё раз возвращаться к нему. Поэтому Юнги как только освобождался от своей работы, в буквальном смысле, летел в парк, чтобы увидеть свой лучик.       Что Юнги, что Сокджин хорошо знали свою ориентацию.       Может, поэтому брюнет не подпускал никого к себе?       Может, думал, что это стыдно?       Ведь никто и не подозревал, кем он являлся на самом деле. Потому как его холодное, как лёд, лицо и дерзкий стальной характер защищали от всех чужих глаз. Но внутри Юнги был хрупким и ранимым. Он хорошо понимал, что темнота раз за разом, всё больше и больше поглощала его душу. Мин хорошо знал, что если он не выйдет в свет, то в один прекрасный день, его не станет в этой жизни. Каждый день, просыпаясь от очередного кошмара, он долго сидел в постели, задавая одни и те же вопросы:          «Для чего жить-то?»       «Я никому не нужен.»       «Как жить дальше?»       «Как быть дальше?»       Но эти вопросы всегда оставались без ответа.        Сокджин тоже хорошо знал его состояние и много раз пытался уговорить пойти к психологу. Но Юнги категорически отказался от этого, и так как он был очень упрямым, Сокджин сдался.        Только тот парень в парке своей счастливой улыбкой дарил ему хоть чуточку лучей солнца. Вряд ли Юнги решится подойти к нему поближе. Он рад, пусть даже издалека, смотреть за парнишкой и получать свою ежедневную дозу счастья. Поэтому сегодня он тоже торопился туда, но об этом его хёну знать не обязательно.       — Юнги-я, ты меня слышишь вообще? — задал вопрос старший. Ведь своими мыслями Юнги был в совсем другом месте. — Юнги-я, посмотри на меня. Я просто хочу, чтобы ты знал: что бы ни случилось я буду рядом, буду поддерживать тебя, слышишь? — сказал Сокджин с улыбкой.       Юнги некоторое время смотрел ему в глаза молча, чтобы собраться с мыслями, а потом тихо ответил:              — Я знаю, хён, спасибо тебе.       После его слов Сокджин просто подошёл к нему поближе и крепко обнял. А Юнги сначала недовольно пробурчал, что-то невнятно, но потом сдался и тоже в ответ крепко обнял своего хёна. Это было очень приятно.       Потом он отправился в свой любимый парк. В парке, как всегда, людей было очень много. Все были счастливы и улыбались. Юнги нашёл глазами свой лучик солнца, после подошёл чуть ближе, чем до этого, сел на скамейку и начал наблюдать.       Как бы странно это ни было, Юнги даже имя этого парня не знал. Хотя он уже почти три месяца наблюдал за ним. Мин даже в жару умудрился прийти в парк и наблюдал за незнакомцем, на лице которого запечатлена только счастливая улыбка. Иногда правда бывало, что тот обиженно дул свои пухлые губы. В такие моменты парень был настолько милым, что ему хотелось потискать его хорошенько.        Когда незнакомец со своей солнечной улыбкой на лице, этими  короткими пальчиками рисовал красивые рисунки, Юнги радовался больше, чем сами дети. Ещё парнишка так хорошо общался с детьми, он аж завидовал. Дети тоже его очень любили, это видно было даже издалека, так как они все счастливо улыбались и обнимались с парнишкой.       Иногда бывало девушки, флиртуя с красивым парнем, просили нарисовать на своём лице что-нибудь. В такие моменты Юнги видел, как щёки парнишки краснели от смущения. Это было очень мило. Нет, тот не выглядел хрупким, а наоборот, — парень был довольно крепким и сильным. Ну что сказать, Мин Юнги просто залип на этого парня, отрицать это было бессмысленно.        Юнги такой человек, который не любит холод и дождь. А сейчас осень. Поэтому погода пасмурная и чуточку прохладная. Пока он тихо наблюдал за незнакомцем, вдруг начался дождь. Юнги очень осторожный парень. В его рюкзаке есть всё, что необходимо и, конечно, зонтик тоже. Юнги, пока открывал зонт, заметил кое-что.       — Чёрт… — выругался брюнет. — Ты чего разлёгся под дождём? Точно придурок, ну-ка вставай, а то заболеешь, — тараторил он, смотря на незнакомца, но так как тот был далёко, его не услышал. Ещё несколько минут он тупо смотрел, не понимая, что делать дальше. А потом отправился в его сторону. Подошёл поближе и поднял зонтик над его головой. Парень лежал с закрытыми глазами и был чертовски красив. Юнги молча ждал реакции. Некоторое время спустя незнакомец зажмурился и медленно открыл глаза.       — Ага… помешал? Ты чего, придурок, давно не болел?       «Придурок, точно придурок, с офигенно красивыми карими глазами» — кружилось в его голове. Юнги до этого не знал, какого цвета его глаза, а сейчас увидел и потерялся в них. Брюнет встряхнул головой, чтобы избавиться от своих мыслей. А потом…       — Любишь с температурой лежать дома, не выходя на работу? Если тебе не нравится работать — просто не работай, зачем болеть-то? — проговорил он на одном дыхании, будто его будут перебивать. Но нет, ответа не было. Вместо ответа парень прищурился и похлопал красивыми глазами, разжигая сильный огонь в его сердце. Юнги смотрел не моргая, будто если он закроет глаза — это чудо испарится. Немного погодя ему всё-таки ответили или постарались ответить:       — Привет… а… ну… я просто люблю дождь, — ответил он негромко.       Его голос был просто ангельский. Юнги музыкант, он хорошо разбирался в вокале, но этот голос просто сбил его с толку. А дальше стало ещё хуже…       — И ещё, я не лентяй, я очень люблю свою работу. Я люблю дождь и мне не холодно, — ответ был негромкий, но твёрдый.       Юнги теперь согласен на всё угодно — пусть горит обо всем на свете, но он готов кричать на весь мир, что влюбился в этого ангела. Мин не уверен, может, влюбился ещё три месяца назад, когда первый раз увидел этот лучик солнца? Но это всё не важно. Важно то, что теперь Юнги точно знал — он влюблён в этого парня, даже не зная его имени.       — Чёрт… — прошипел незнакомец тихо. — Вы не могли бы так не смотреть? Мне от этого неловко.        После этих слов Юнги разозлился и ответил:       — Мм…? Да ты что? Вот так лежать в парке под дождём — нормально, а как кто-то хочет помочь, чтобы ты, придурок, не заболел, — тебе неловко?       — Да что ты хочешь от меня? — чуть грубее ответил тот, но потом тихо добавил. — Отстань, пожалуйста.       Было ли грубо? Да, но Юнги сам понимал, что был груб, может, поэтому не было обидно? Возможно. Но это же Мин Юнги, та ещё злюка, потому и ответил:       — Ну всё, я хотел помочь, но если ты не хочешь, тогда вот, пожалуйста, — ответ был не сладкий. Однако Юнги понимал, что сам тоже лез, куда не следовало бы. Поэтому он просто взял и ушёл.       Юнги со злостью шагал, тяжело дыша, будто побитый пёс. И почему он так зол? Да, он был немножко грубым. Но ведь он хотел, чтобы парень не заболел. А тот:       — Ну ты мелкий… даже так, да? Хочешь помочь, а ему не нравится, — сказав, поморщил нос. — Ах ты, засранец… значит, любит он под дождём лежать. А я не люблю… — тишина, и потом… — А я тебя люблю, придурок, и что мне делать теперь? Мне срочно нужно позвонить Сокджину, — сказав, это набрал номер старшего.       Ему ответили быстро, так как Юнги звонил очень редко, и только тогда, когда очень нужна была помощь. Именно поэтому Джин так резко ответил. Наверное, он почувствовал, что с ним что-то не так.       — Алло…       — Алло, хён.       — Я слушаю тебя. У тебя всё в порядке?       — Нет… — больше ни слова, но его поняли.       — Иди в студию, я скоро буду, — ответил старший и сбросил звонок.       — Хорошо.       Юнги быстро добрался до студии. Потом просто ждал. Он даже понятия не имел, что и как сказать Сокджину, но ему сейчас надо было проговорить всё, что он почувствовал, когда смотрел в глаза того парня. Такое у него впервые. До этого Юнги даже знать не хотел, что такое любовь. А сейчас его будто током ударили, ему нужна помощь, пока он не сгорел от собственных эмоций. Он сам не мог до конца принять это.       — Его глаза… карие глаза… почему они такие красивые? Разве можно обычному человеку быть настолько красивым? Его голос… его ангельский голос… почему я этот голос раньше не слышал? Как можно так красиво смущаться? Кто ты такой вообще? Почему я не могу тебя забыть? Что теперь будет? Как мне быть? — вопросы, много-много вопросов, но все без ответа.       Пока он задавался своими безответными вопросами Сокджин уже вошёл в его студию, а он даже не заметил.       — Юнги-я, — ласково позвал старший. — Что случилось?       — Ничего такого, хён, просто я… и это будет…       — Мин Юнги, хватит, просто расскажи, что там у тебя случилось? Ты просто так не звонишь, у меня уже паника, просто расскажи и всё, — ответил старший.       Сокджин, на самом деле очень переживал за друга, так как хорошо знал, что его друг давно начал внутри рассыпаться по кусочкам из-за тьмы в сердце, и одиночество. Юнги просто так бы не звонил.       — Хён, я… я наверное влюбился, — сказав он, опустил голову.       Ему страшно. Страшно было привязываться к кому-то, страшно осуждения людей, страшно было получить отказ, страшно было во всём.       — Оу-у… Мин Юнги, — сказав, старший покивал несколько раз. — Ты, блять, из-за этого меня так напугал? Это же здорово, — с улыбкой на лице ответил старший.       — Нет, это вообще не хорошо, — ответил младший, закрывая своё лицо ладонью. — Хён, это катастрофа. Я не могу, хён, я не могу так.       — Как так? Ты не можешь любить или не можешь быть счастливым? Юнги… — нежно улыбнулся старший. Он думал такого не произойдёт. Поэтому сейчас был безумно рад. — Ты тоже имеешь право быть счастливым, понимаешь? Не хочу больше слышать такое от тебя, понятно? Давай просто будем счастливыми. Лучше скажи, кто он? — задал вопрос старший. После долгой тишины ему всё-таки ответили.       — Я не знаю…       — Ну да, ты же Мин Юнги, прости, что забыл, — сказал со смехом. А после… — Ты чего, серьёзно? — удивился парень. — Ты реально влюбился в человека, имя которого даже не знаешь? Только не говори про любовь с первого взгляда, Юнги-я. Ты чего так со мной? Мне придётся его искать, да?       — Да пошёл ты, Ким Сокджин.       — Ну тогда объясни мне всё как нормальный человек. Хотя нет, ты же ненормальный.       — Я знаю, что он мастер аквагрима и работает в парке.       — И это всё? Я, так и знал, что ты туда ходишь не просто так.       — Да, это так, но сейчас это неважно.       — Что важно тогда, Юнги-я? Я не вижу в этом проблемы. Ты можешь завтра пойти и познакомиться с ним.       — Нет, не могу.       — Почему это?       — Не знаю, не могу и всё.       — Ты точно придурок. Знаешь, я могу это письменно подтвердить, — занервничал старший. — Ты должен с ним поговорить, узнать его имя.       — Я его знаю уже три месяца.       — И всё, а имя не надо? Давай, соберись. Ведёшь себя, как ребёнок. Завтра познакомься с ним.       — Нет, не получится, - ответил он смотря на свои пальцы.       Нет, он точно не может. Не справится. После сегодняшнего у него точно нет шансов на нормальные общения. Юнги сам всё испортил.       — Чёрт… только не говори, что уже что-то натворил, —вопросительно смотрел он своего друга. — Мин Юнги, что ты сделал?       — Да ничего такого, просто хотел помочь, но думаю не очень вежливо получилось.       — Ага… ещё бы, ты же Мин Юнги, та ещё злюка. Что ты сказал бедолаге?       — Ничего такого, хён, хватит, отстань от меня.       — Вот когда ты согласишься с ним познакомиться, тогда и отстану.       — Хорошо, обещаю.       — Веди себя как джентльмен.       — Ага… что мне, цветы купить?       — А почему бы нет?       — Хён, у тебя с мозгами что-то не так, или они и были такими, я не знал.       — Ты просто придурок.       — Хён… — тихо позвал он сгорая от смущения. — Знаешь, мне страшно.       — А почему?       — Знаешь, он там… — сказав, брюнет сделал паузу. Ведь правда он боялся получить отказ, потому как тот парень был с другом, или кто-то больше чем друг? Они всегда были вместе и по ним было видно, что они очень близки. — Там он не один работает. Там есть ещё один парень, и они близки, я это видел. Может, они пара, то есть встречаются.       — Юнги-я… — серьёзным голосом говорил старший. — Пока не поговоришь — не узнаешь. Я не хочу, чтобы ты на что-то надеялся. Вот честно, это жизнь, и в жизни всякое бывает, но если вот так будешь сидеть сложа руки, будет только хуже. Поэтому завтра просто познакомься с ним, а дальше решит сама судьба.       — Хорошо, хён, я тебя понял.       — Ты знаешь, мне его жалко, ты такой ворчливый как дед, — старался старший пошутить, чтобы успокоить друга. — Если у вас всё получится, ему будет с тобой несладко.       — Нет, он будет самым счастливым, — пробубнил он тихо.       Сокджин перестал смеяться. Подошёл поближе, сжал его плечи и сказал.       — Я знаю… я знаю, Юнги-я. Ты самый хороший человек в мире. Я знаю, что ты на самом деле очень заботливый. Сколько бы ты не старался из себя сделать злого человека, я знаю, насколько ты хороший. На самом деле, у тебя внутри живёт очень хрупкий и ранимый человек. Ты даже не представляешь, насколько я рад за тебя. Ведь любовь — это счастье и сила. Она может всё, она может изменять людей.       Юнги не ответил. Все его внутренности горели. Он был благодарен Джину за его дружбу. Ким Сокджин был его семьёй. Хён всегда был рядом, и по-всячески поддерживал.       — Прям как тебя изменил тот придурок?       — Да пошёл ты. Какой ты неблагодарный, я его одного оставил в ресторане из-за тебя. Не говори так о Джун-и, — сказав, Сокджин надул губы.       — Ого, Джун-и, а ты, наверное, его Джин-и, да? — наконец, посмеялся он.       — Мин Юнги… — зашипел старший совсем не злобно. — Я посмотрю тебя ещё, — ухмылкой ответил Джин.       — Да, хён, он у меня такой маленький и красивый, как ангел. Такой же, как ты, но твой Джун-и — он же катастрофа. Я удивляюсь, как у него синтезатор или ноутбук не сломался, композитор недоделанный.       — Сломались, и что? У всех бывает, — тихо бурчал Сокджин.       — Ага… только у него много раз бывает. Поэтому ему не идёт Джун-и. М-м… лучше «разрушитель» или «монстр приборов». Ой, да, он же у тебя Рэп Монстр, вот и зови его — «монстр».       — Всё, с меня хватит, я пошёл. Пока не познакомишься с тем парнем, не звони мне, понял? — злобно смотрел он на своего друга.       — Ага… и скажи своему Джун-и, что я его ненавижу. — проговорил он, чтобы разозлить своего хёна.       — Ты не излечим, злобный котик.       — Да иди уже.       — Хорошо, ты опять здесь будешь ночевать?       — Если скажу нет, поверишь?       — Нет.       — Вот и не спрашивай, потому что не хочу тебя обманывать.       — Ну, хорошо, только закажи что-нибудь и поужинай. Там есть плед.       — Хорошо, мамочка.       — Да пошёл ты.       — Вот я думал, на кого я похож, когда хотел ему помочь, а теперь знаю, мама, я на тебя похож, — сказав, парень начал ржать во весь голос.       Старший не ответил, просто кинул в него книгу из шкафчика. Юнги просто хотел взбесить друга. На самом деле желал им счастья. Он хорошо знал, что Намджун очень сильно любит Сокджина.       — Хён ты чего, она дорого стоит, — на этот раз старший в ответ показал большой палец. — Так нельзя, хён, ты же феечка Винкс, тебе не идёт.       После ухода Джина он ещё долго смеялся, вспоминая их разговоры. Особенно лицо старшего, когда он обзывал его бойфренда. Сокджин никогда не обижался на его слова, они были совершенно разные, но душевно близкие люди.       Юнги, как сказал старший, заказал себе пиццу и, конечно, свой любимый латте. А на десерт взял любимые кексы с шоколадной начинкой. Поужинав, он постарался ещё немного  записать новый бит, но всё было зря. Потому как тот маленький и красивый парень не давал ему этого сделать. Юнги думал о завтрашнем дне. Думал, как начать разговор, как просить прощения за грубость, но решил не извиняться. Потому что хоть и был груб, но хотел помочь, а так как тот тоже оказался не сладкая булочка, он решил, что они в расчёте.       Юнги почти до утра думал только о нём, но всё же нужно было отдохнуть. Поэтому, взяв плед, лег и начал сопеть, как ситый кот. А завтра он обязательно что-нибудь придумает.