Моя душа на твоей руке

☆Следующее утро☆

☆Чимин☆

      Следующим утром Чимин проснулся один, его друг ушёл в свою квартиру. Чимин не любил одиночество. Но бывало ему нравилось одиночество, а иногда оно его душило, перекрывая воздух в лёгких. Вот, как и сегодня.       Утром он проснулся от звука будильника. Почему-то парню не хотелось ничего, кроме как лечь обратно и спать, но учёбу-то никто не отменял. Всё его тело ныло, прося выходной, а он не мог его себе позволить.       Вчера они работали больше чем обычного. Вот и результат долго не заставил себя ждать.       — Интересно, как себя чувствует Тэ? — пробормотал парень с долей переживания.        Чимин всё таки встал и по быстрому позавтракал. Из-за вчерашнего отсутствия на уроке сегодня придётся в два раза больше трудиться в танцевальном зале.       После завтрака Чимин отравился в школу. Где его с нетерпением ждал близкий друг. Наверное, тот тоже переживал за Чимина, в глазах было видно волнение.       — Чимин-и, привет, — обнимая. — Ты как?       — Привет, — улыбнулся Пак. — Всё нормально, Тэ. Сам-то как?       — Ну побаливает всё чуть-чуть, — посмеялся младший Ким. — Ну только попа, - добавляя.       — И у меня тоже, думаю, скоро пройдёт.       — Ага… Ну, я-то переживу, а тебя ещё уроки в танцевальном зале.       — Ничего страшного. Пошли, а то опаздываем, - отмахнулся Пак.       Да, усталость будет, но Чимин привык к такой жизни. Чтобы добиться успеха, надо потрудиться, не так ли?       Начались уроки. После первого урока усталость потихоньку сошла на нет. Уже к обеду парни были, как огурчики. Конечно, после того, как с удовольствием выпили энергетический напиток.       В столовой опять все собрались за одним столом. Почему-то последнее время это у них получалось само по себе, будто всегда они сидели вместе. Хотя это было далеко не так, но никто из них не был против. А может быть, все объединились из-за Сокджина? Потому как тот был правда мамочкой и очень любил заботиться о своих детях. Но Чимин побаивался таких собрании, потому что хорошо знал, что Тэхён просто так ничего не забудет. Остальные тоже наверняка опасались очередной вспышки, и поэтому никто даже не вспомнил о Шуге. Странно, но даже сам Тэхён тоже.       Чимин решил не рассказывать о вчерашней их встрече и, если можно так сказать, о своём новом друге. Чимин ещё вчера понял: Шуга ни про их дружбу с Сокджином, ни про их субботнюю вечеринку с ребятами не знал. Поэтому он решил молчать обо всём этом. Парень понимал, что, скорее всего, Тэхён обидится, когда узнает, что Чимин уже подружился с Шугой, но он с собой ничего не мог поделать. Шуга тянул его к себе. Все мысли Чимина были заняты им, а он был и не против.       Парни пообедали мирно. Поболтали об уроках, танцах и своих рождественских планах тоже. Когда время обеда закончилось, все ребята дружно отправились по своим урокам.       — Чимин-и, может, сегодня не стоит выходить на работу? Ты же ещё танцами будешь заниматься, устанешь, — сказал Тэхён, переживая за своего друга.              Тэхён действительно переживал. Последние время Чимин не жалел себя. Со стороны было видно, что он вымотан. Но Пак-упрямый-Чимин не любил ныть от усталости и принимать помощь других.       — Нет, всё будет нормально, я хорошо себя чувствую. Нам нужны деньги, то есть мне нужны эти деньги, а ты не должен… — сказав, он замолчал.       Ведь правда, деньги — это его проблема, но Тэхён, как всегда, пытался поддержать. Чимину от этого было неловко, но Тэхён был настолько упрямым, что никак не соглашался оставлять его одного. Он был всегда рядом… всегда и везде рядом.       — Не говори так, прошу тебя, — улыбнулся он. — Чимин-а, мы друзья навеки, забыл? Я всегда буду рядом. Твоих проблем нет, они наши, слышишь? — сказав, крепко обнял своего друга.       Они вот так в обнимку стояли ещё долго, пока не прозвенел телефон друга. Тэхён, не помедлив, ответил на звонок, так как из-за мелодии знал, кто ему звонил. Это был его отец, а если он звонил, значит, это что-то важное.       — Алло… Добрый день, отец. Да, я на уроках. Как, почему? Я не могу, у меня работа. Но отец, — сказав, парень посмотрел на своего друга виновато. Тот уже понял, в чём дело, и одобрительно несколько раз покивал своему другу. — Хорошо, я к вечеру буду, — с этими словами парень сбросил звонок.       После опять виновато посмотрел на своего друга.       — Чимин-и, мне к вечеру нужно домой на какой-то семейный ужин, прости.       — Тэ, не нужно просить прощения, я не маленький ребёнок. Всё будет нормально, хорошо? Не переживай, будем переписываться.       — Хорошо. Ну всё же прости, я…       — Ким Тэхён, — перебил он своего друга. — Со мной всё нормально будет, не переживай.        — Хорошо.        Оба пошли на свои уроки. Если честно, Чимину не хотелось одному идти на работу, но не было другого выбора, так как ему нужно платить за учёбу и купить чертовы кеды. А ещё ему хотелось снова встретиться с Шугой.        Интересно, придёт ли он сегодня?       Чимин так и не заметил, что урок уже закончился и ему пора в танцевальный зал. Ему аж стыдно, его мысли полностью занял Мин. Чимин никак не мог выкинуть из головы их первую встречу, его глаза, каждый его ответ и хриплый голос.       — Его голос… в треках слышать — одно, но в жизни — совсем другое.       Нет, нет… Пак Чимин не влюбился в него, нет. Чимину просто нравятся его треки, его музыка, его голос, его волосы, его чёрные, как омут, глаза, его стиль одежды…        Он сам не замечая раз за разом продолжал этот список. Но нет, он не влюблён, это невозможно.       После тренировки Чимин отправился домой и, забрав нужные вещи, отправился в парк. Без друга было скучно и утомительно. Но он должен терпеть. Это работа единственный доход для проживания. Ещё Чимин должен быть благодарен другу за то, что тот учил его аквагриму. Он благодарен. За всё.       Спустя некоторое временя Чимин снова вспомнил о Шуге. Но сколько бы глазами не искал, не нашёл его. В конце концов он сдался. Чимин больше не высматривал по сторонам, думая, что Шуга, наверное, сегодня чем-то занят, и полностью погрузился работу.

☆Шуга☆

      Утром Шуга проснулся со счастливой улыбкой на лице. Да, он был счастлив, счастлив от того, что наконец-то нашёл смысл просыпаться по утрам и продолжать свой жизненный путь. Нет, Юнги не был таким сломанным, бедным или измученным — это совсем не так. Он просто на пути к своей мечте растерялся. Потерял смысл жизни. У него не было силы идти дальше.       Ведь все мы люди живём не для того, чтобы быть счастливыми в  одиночестве, а чтобы сделать счастливыми своих близких. Только тогда человек обретёт истинное счастье. Когда его родные и близкие счастливы. Теперь у него есть надежда… надежда, сделать счастливым того, кого так тепло приняло сердце. Пак Чимина, его нового друга. Друга ли?..       Юнги никогда не верил в истинную любовь и её силу. Он не верил, что совершенно незнакомый человек мог сделать тебя счастливым одним своим существованием.       — Разве так можно?       Как можно от одной счастливой улыбки другого человека, улыбаться в ответ и получать от него комочек счастья?         Раньше это всё для него было бы полнейшей чушью, но не сейчас. Потому что сейчас именно он сам улыбался, как придурок, смотря в потолок от одного воспоминания счастливой улыбки Чимина. Ну пусть будет, что будет, Юнги теперь пойдёт только вперёд. Он обещал себе сделать его счастливым. Значит он так и сделает.       Внезапно он вспомнил о родителях. Юнги их не видел почти четыре года. Люди, которые просто забили о существование собственного ребёнка. Юнги и сейчас не понимал, как так просто отказались от него родные люди. Не хотелось верить, что можно отказаться от единственного ребёнка из-за того, что тот хотел заняться своим любимым делом. Юнги просто не хотел идти по той дороге что ему выбрали родители. А они...       Почему они не дали ему выбор?       Почему они не хотели даже слушать его?       Может, виноват сам Юнги?       Может, это он сам не смог объяснить им, насколько важна музыка в его жизни?       Но это всё уже неважно. Юнги хорошо знал, почему родители не искали его. Но он ждал. Ждал хоть какой-то отклик или слух, что его ищут. По ночам после тяжёлого дня под тихие крики души ждал, что когда-то его вспомнят. Но не было даже намёка.       Юнги сбежал из дома, так как не смог сопротивляться своим мечтам. Он просто не мог быть учителем истории или алгебры, как его родители. У Юнги все оценки были высокие, всё-таки гены дали о себе знать, но он не мог заставить себя сделать так, как от него ждали и требовали.       Он просто хотел создавать мелодии и писать лирику, но ему не дали возможность это сделать. Потому и сбежал от них.       Он специально не менял свой номер телефона. Юнги до сих пор пользовался старым номером, но от родителей не было никаких новостей. Они даже ни разу ни спросили, как поживал их сын, как Юнги выжил в большом городе, не имея ничего. Столько бы он не старался скрыть это, ему было больно.       Юнги одновременно злился и страдал из-за их отсутствия в своей жизни.       Когда ты выйдешь на дорогу к своей мечте, хочешь или не хочешь — тебе придётся сделать выбор. Музыка была его выбор. Хоть он и не хотел терять свою семью, но те сделали выбор вместо него, разрывая их отношения. Поэтому он на половине своей дороги потерял смысл идти дальше. Слишком высоко оказалась плата.       Да, Юнги ещё не айдол, но уже имел свою собственную студию. У него много классных коллабораций со знаменитыми артистами даже в Европе. Его все знают, уважают. Самые важные уже знают и принимают его талант. У него есть небольшой, но уютный дом. А ещё есть маленький пёс. Его зовут Холли. Парень его нашёл когда-то в дождливый день, тот от испуга прятался под скамейками. И вот они уже два года жили вместе. Юнги знал, что мало времени уделял собачке, потому что всегда занят. Но он не мог его отдать в приют из-за его красивых глаз. Хотя много раз пробовал. Но так и не смог.       Парень принял душ и стал готовить себе кофе. А после…       — Холли, малыш, идём кушать, — позвал он свою собачку. Тот побежал к нему, счастливо показывая свой розовый язычок. — Холли, прости меня за то, что мало времени уделяю тебе. Но сегодня я тебя познакомлю ещё с одним ребёнком, как и ты, — сказал парень, лаская собачку. А тот будто его понял и обрадовался.       Закончив все свои дела, парень отправился в школу, а не в студию. Нет, он не собирался преследовать Чимина. Ну, если только чуть-чуть. Юнги просто соскучился по урокам и надоедливым одноклассникам.       В школе как всегда шумно и, конечно, утомительно. Но это кому как.       Юнги просто не любил, когда вокруг него много незнакомых людей. Неважно, когда он стал таким злым, дерзким, ленивым и холодным. Может после того, как потерял родных, или он был всегда таким? Важно, что он был таким человеком сейчас, вот и всё. Как бы он в голове не отрицал тот факт, что ему просто хотелось видеть младшего, убедить разум не получилось. Ему действительно хотелось увидеть Чимина. Но почему-то всё пошло не так, как он хотел. Ему казалось, все ждали только его. Он даже не смог пройти в столовую, так как все окружили его и задавали дурацкие вопросы. Кое-как узнав время репетиции Чимина он отправился в танцевальный зал.        В зале уже началась тренировка. Юнги ещё ниже опустил свою чёрную панамку, надел очки и, конечно, чёрную маску. Шуга уверен, в таком виде его даже собственная мать не узнала бы. Он быстро нашёл знакомый силуэт и чуть не уронил свою челюсть. Чимин был настолько красивый и горячий в чуть прилипшей от пота футболке, что ему стало не по себе. Он не моргая наблюдал за каждым движением Чимина, офигевая от его гибкости и кубиков.       — Чёрт…, — вслух выругался он.       Потом музыка закончилась, все ребята начали садиться на пол, облокотившись спиной к стене. Кроме… кроме Пак Чимина. Их учитель тому что-то объяснил и включил более медленную мелодию. Чимин медленно шагал в центр танцевального зала. Нет, он не просто шагал, он будто плыл по течению. Потом… а потом начался хаос… только в его сердце. Юнги, кажется, забыл дышать. Это было волшебно… настолько волшебно, что Юнги забыл всё вокруг. Кто он? Где он? Сколько здесь людей? Что он тут вообще делает? Наверное, пришёл получить свою смерть от рук Пак Чимина. Его глаза видели только ангела с белой лентой в руке. Чимин не танцевал, а летал, как бабочка вокруг алых роз. Он был настолько пластичен, нежен одновременно, что Юнги хотелось прикоснуться к чужому телу... человек ли он вообще?       Он не заметил, как закончился танец, как все покинули танцевальный зал, как он остался только один, и до сих пор смотря туда, где только что принял свою смерть от руки ангела. Его вернул в реальность чуть ли не крик учителя танца. Кажется его звали не первый раз, потому как учитель был весь красным из-за гнева. Но Юнги всё равно. Он теперь пойдёт на всё просто чтобы посмотреть на это волшебство и красоту, что только что творил Пак Чимин.       "Маленький и миленький Пак-чёртов-Чимин"       После парень отправился прямо домой, ему нужно успокоиться до вечера. Ведь он не мог пойти в таком состоянии к своему ангелу. Сейчас для него самое важное — это Чимин. Его ангел.       Дома, приняв холодный душ и выпив чёрный кофе, он со спокойной душой отправился в свой любимый парк. Юнги почему-то уверен, что Чимин его будет ждать. Сегодня он пришёл чуть позже, но это неважно. Важно — лишь то, что он влюблён в Чимина, вот и всё.       Когда он наконец-то добрался до парка, долго глазами искал золотую макушку. Найдя удивился, было очень странно, потому что Чимин был один, без друга. Юнги ещё некоторое время тихо наблюдал за ним. Он всё ждал, когда людей станет меньше. Потому как сегодня пришёл позднее, ему не пришлось долго ждать. Юнги видел одну последнюю девочку, у которой на половине лица был нарисован единорог. Парень медленно начал приближаться к Чимину. А тот, не обращая внимание, сосредоточенно продолжал работу. Творил красоту. То, как он сосредоточен на своей работе… Юнги гордился им.       Юнги раньше не замечал, что он чёртов собственник, а последнее время то, как он ревновал Чимина ко всем вокруг, его даже пугало. Парень добрался до Чимина именно тогда, когда тот закончил свою работу, но до сих пор не видел его. Может, это из-за того, что Юнги был укутан опять во всё чёрное? Может… Когда девушка ушла, Юнги сел вместо неё, и:       — Добрый вечер, почему ты сегодня один? — задал вопрос младшему. Тот вздрогнул, но узнал его голос.       — И тебе добрый, хён, — сказал младший. — Я тебя ждал, - честно признался Чимин.       — Я знаю, — ответил старший.       Оба не решились уточнять, почему один знал, что он придёт, а другой знал, что его будут ждать. Только сейчас младший увидел собачку, и моментально его глаза загорелись от счастья.       — Хён, это собачка? Она твоя?       — Да, познакомься — это Холли.       — О боже, какая она милая, хён. Сколько ей?       — Примерно три года.       — Какая прелесть, — сказав, парень посадил собачку к себе на коленки.       Кажется Холли это понравилось. Она весело виляла хвостиком, целуя Чимина в щёки. Это её первая знакомство кроме Сокджина.       — Ого, ты ему понравился. Он не очень дружелюбный, — тихий смех. — Как и я.       Они ещё некоторое время тискали Холли и разговаривали о собаках. Юнги бы подарил Чимину маленькую собачку или котика. Если это сделал бы Чимина ещё счастливее.       — Ты любишь домашних питомцев?        — Да, хён, очень люблю, но я живу в общежитие, а там нельзя заводить питомцев. Ещё я всё время то учёбе, то на работе боюсь ему будет плохо со мной, — как-то грустно ответил младший.       Шуга больше не стал давить, но решил, он обязательно подарит ему такое счастье. В будущем, конечно. А потом вспомнил — он даже не спросил, как у него дела.       — Как у тебя дела? Как прошёл день? И повторяю, почему ты один?       — Ну, хён, ты по очереди, — сказав, младший посмеялся. — У меня всё хорошо, спасибо. День тоже прошёл классно, если не считать я слегка устал. А ТэТэ сегодня на семейном ужине. А теперь можно я? — вопросительно посмотрел он, получив кивок продолжил. — А у тебя как дела?       — У меня тоже всё хорошо, спасибо, — ответил старший. — Чимин-а, я сегодня был в школе, но даже не смог выйти из аудитории, так как…       — Всё прилипали, как мухи на сахарок? Ну ты же Шуга, сахарный хён, — перебил его младший и громко засмеялся.       — Ах ты мелкий, нельзя перебивать старших. А ещё, я не совсем сахарный, как ты думаешь, — пробурчал он недовольно.       — Не-а, хён, ты ещё какой сахарный поверь, ты очень милый, — сказав, младший надел тому на голову ободок с кошачьими ушками.       — Да что ты… — зашипел старший, но увидев счастливую улыбку младшего, выдохнул. — Я сдался. Я не могу устоять перед твоей улыбкой, — оба парня замолчали, младший перестал смеяться, потому как обоим стало неловко.       — Хён…       — Прости, Чимин-а, пожалуйста, не обращай внимания на мои дурацкие слова. Я просто… я… я уже три месяца здесь гуляю и тебя не первый раз вижу. Мне нравятся твои улыбки, они дают мне силы. Прости… Если ты мои треки слышал, ты, наверное, понял, что у меня проблемы, — сказав, парень сделал паузу. — Чимин-а, ты мне дал надежду хоть что-то изменить в своей бесцветной жизни. Дал лучи солнца лишь одной улыбкой, — закончив свои слова, старший смотрел куда угодно, но только не в глаза младшего.       — Хён, — ему не ответили. — Шуга-хён… Знаешь, я рад. Когда слушал твои треки, я почувствовал там боль и одиночество. Мне так хотелось быть рядом и поддерживать тебя. А сейчас я просто счастлив, что могу тебе помочь хоть с чем-то.       — Ты делаешь меня счастливым, — честно ответил он.       — Я рад.       — Всё, Чимин-и, пошли уже домой. Уже поздно, в этот раз отказ не принимается, потому что ты один.       — Я и не собирался отказать.       Собрав все вещи, парни отправились в общежитие младшего.       — Ого, хён, я думал…       — Думал, что, я езжу на Porsche или Lamborghini? — улыбнулся парень. Он подошёл к своему чёрному Yamaha YZF600. — Познакомься — это мой верный друг Yamaha YZF600.       — Хён, я боюсь.       Чимину правда страшно. Ведь он ни разу не ездил на мотоциклах, а тут ещё сразу на таком быстром. Да, что тут сказать, он их даже близко не видел. Поэтому сейчас для него она выглядела внушительно.       — А Холли?       — Ты чего, ты мне веришь? — задал вопрос старший, но потом пожалел. Ведь они знакомы всего ничего. — Холли уже привык, — сказав, он собачку посадил в специальный рюкзак и повесил к себе на грудь.       — Я верю, — ответил младший честно. Да, Чимин верил ему. Как бы странно это не было.       — Тогда идём.       Юнги надел ему на голову защитный шлем. А сам остался без защиты, так как у него был только один — для себя. Он никогда никому не разрешал ездить на его мотоцикле, даже Джину, но Чимин — это другое. Ему как можно быстрее надо купить ещё одного шлема. Для Чимина.       — Но ты, хён, без шлема.       — Чимин-и, я не первый раз езжу, так что он больше тебе нужен. Кстати, ты первый человек, который надел этот шлем и которому разрешено кататься на моём друге, — почему-то хотелось поделиться.       А Чимин ничего не ответил. В голове был полный хаос. Вопросы… много вопросов. Когда Юнги признался своих в чувствах, если это всё можно так называть, у Чимина сердце сделало кульбит. Но он не знал, как реагировать. Ну правда, ему не признались в любви напрямую, а просто говорили, что он дал надежду идти дальше по жизни. Самые странное, от него и не ждали никакой реакции. Поэтому, собрав себя в кучу, Чимин запер все вопросы глубоко в душе. Он потом во всём разберётся, а сейчас просто будет вместе, просто будет рядом. С Юнги ему комфортно и уютно. А почему? Чимин не знал. От мыслей вернул его в реальность голос старшего.       «Тихий, чуть хриплый, но очень красивый голос» — подумал он.       — Держись крепче, — сказал старший, а Чимин послушался.       Он крепко держал куртку старшего по бокам и закрыл глаза, то ли от испуга, то ли… Он не знал, Пак Чимин теперь ничего не знал. А мотоцикл медленно двинулся с места. Потом потихоньку прибавил скорость. Чимин почувствовал ласку ветра на своих руках и всем телом, но было тепло, очень тепло. Они быстро добрались до общежитие. А Чимин был в восторге, даже чуть-чуть в шоке от ощущения. Это было настолько волшебно, что он бы согласился всю остальную жизнь кататься на мотоцикле. Но только если с этим человеком.       Чимин спустился с мотоцикла и ждал… ждал, когда старший сам снимет с него защитный шлем. Потому что он даже понятия не имел, как это делалось, но помнил ему было приятно, когда тот его надевал.       Юнги его без слов понял и был не против, он медленно снял шлем с головы младшего. Они встретились глазами. Оба тонули в них. Юнги глазами медленно спустился вниз к пухлым и манящим губам, а после так же медленно поднялся обратно. И тут его мозг показал табличку с большими буквами «SOS». Ведь правда ещё рано, ещё очень рано для всего этого. А он будет ждать столько, сколько понадобится. Собрав свои мысли по кусочкам, парень встряхнул головой.       — Спасибо, хён.       — А-а… да, не за что.       — Хён, завтра мы не выйдем на работу.       — Как, то есть почему?       — Мы получили заказ в дом.       — Это как? — не понял старший.       — Иногда так бывает. Нас заказывают домой, чтобы там рисовать аквагрим.       — Ну понятно. А почему ты мне это говоришь? Думаешь, я и завтра приду? — вопросительно посмотрел он на младшего.       — Потому что я знаю, хён, — тихо ответил парень.       Юнги не стал отрицать. Ведь правда, последнее три месяца он каждый божий день приходил в парк без перерыва.       — Правильно. Спасибо, что предупредил. Тогда пока, мой цыплёнок.       — А… какой ещё цыплёнок, хён, — засуетился младший.       — Да ты бы видел себя, когда рисуешь, — посмеялся парень. — Когда ты на чём-то сосредоточен, твои губы похожи на клюв цыплёнка.       — Это нечестно, — сказав, надул губы парень.       — Вот точно цыплёнок. Ну всё, иди уже, завтра тебе на учёбу.       — А ты?        — У меня завтра запись. Я не могу.       — А-а… понятно. Спокойной ночи тебе, хён.       — И тебе, цыплёнок.        — Ну хён.       — Всё-всё, иди уже.       Чимин сначала поцеловал Холли в носик, а потом, надувая свои губы, всё-таки ушёл, оставляя после себя темноту. Но теперь у Шуги есть надежда. Ведь это солнце ещё вернётся и осветит его тьму.       Вы даже не представляете, как Юнги завидовал своему псу, получившему милый поцелуй от цыплёнка. Ладно ещё успеет.       Только тогда когда младший ушёл из поля зрения, Юнги понял, что он не рассказал тому что видел его танец. Ну и пусть это пока будет его маленьким секретом. Ведь ему не хотелось смущать младшего.       Сегодня оба парни с счастливой улыбкой на лице провалились в сон. Но только один из них знал, почему он счастлив, а другой пока не хотел разбираться во всём этом.        На это ещё будет время, верно?