Немного горький, но всё же сладкий

Обычный летний день в Мондштадте, в одном из регионов которого выполняет своё задание Капитан Разведки Эола Лоуренс, потомок преступного аристократического клана, который держал Мондштадт в страхе и тирании. Отношение к ней в городе всегда балансировало между ненавистью и терпимостью, и если первой была заслуга её клана, то второй была заслуга скаута Эмбер и действующего Магистра Ордо Фавониус Джинн. Эти две девушки помогали бедной Эоле иметь нормальную жизнь, поскольку торговцы на улицах отказывали продавать ей хоть что-то, в тавернах её выгоняли, а также всячески пытались провоцировать на драку. После каждых таких событий, Эола произносила свои заветные слова: "Запомни мои слова, Я отомщу!" И уходила на ледяной Хребет, угощая себя своим любимым блюдом. Даже несмотря на то, что больше всего старалась Эмбер, Джин тоже иногда принимала участие в налаживании жизни Эолы, повышая её репутацию при помощи своего авторитета. Такие оказывали влияние на жителей Мондштадта и они терпели Эолу, однако проходило какое-то время и всё снова вставало на круги своя. Закончив с простым для, Эолы заданием, она собирает некоторые материалы и уходит в сторону замка Мондштадта. – «Фух, эти хиличурлы были намного легче тех слаймов, которых я повстречала на прошлом задании. Вернусь в штаб Ордо Фавониус и доложу Джинн. Затем, думаю, могу сходить в таверну и купить себе выпить, если мне никто не помешает». Уже на подходе к замку Эола заметила одного торговца, который с презрением смотрит на неё. Такие взгляды обычно предвещают, что они просто вновь начнут свои нелепые провокации или просто промолчат и будут обсуждать её с кем-то за моей спиной. Подойдя ближе это вновь началось. Она была как никогда права, считая, что вновь начнутся провокации. Теперь осталось лишь подумать над ответом. Торговец сказал: – "Убирайся из Мондштадта, отродье Лоуренсов! Этот город станет намного чище, если ты исчезнешь или погибнешь. И даже если ты героически погибнешь, то никто не обратит на это внимания, даже обрадуются, когда Ордо Фавониус огласят, что с тобой произошёл "несчастный случай". Задумайся над тем, что тебе говорят и покинь этот город, мерзавка". От таких слов Морская Пена буквально потеряла дар речи на пару секунд - впервые за все такие случаи, ей желают смерти, так ещё и в таких красках. Однако она должна ему ответить. - – «Занимайся дальше своим делом, мелкий дилетант, который зовёт себя торговцем. Твой ничтожный ум и знания об Ордо Фавониус дают тебе ровно столько же, сколько давали бы тебе эти жалкие провокации, к-которые ты нелепо бросаешь в м-мою сторону. Ты не первый, кто... осмелился мне т-так сказать. Зап-помни мои слова.. Я..» - Не закончила она фразу, ибо окончательно потеряла контроль над собой. Слёзы выступают на её глазах, в голосе появляется дрожь, а во рту очень горько, неприятно. Она очевидно не хочет больше его видеть. Не зная почему, она бежит в штаб Ордо Фавониус, сразу забегая налево, быстро распахивая дверь и так же быстро запирая её. Никто не должен этого видеть, кроме неё. С глазами полными слёз и дрожащим голосом, она кричит из последних сил её имя: – "Джинн!" И бросается к ней.       Джинн как обычно сидевшая за кипой бумаг совсем не ожидала какого-то визита в ее кабинет так еще и такого больно неожиданного. немного помолчав, Джинн наконец начала разговор: – «Эола? Что случилось? Почему ты вся в слезах?» Подбежав к Джинн, Эола упала на колени, обнимая её талию. Из-за её плача можно было мало что разобрать, однако она сказала: – «Я... Я так б-больше не могу... Они.. Они снова... Они с-снова п-провоцировали меня, желали м-мне см.. смерти..» Комната была наполнена её словами и плачем, который исходил от неё. Человек, к которому она хотела обращаться в последнюю очередь, стал для неё самым важный в данный момент, её запах, фигура, одежда и личность могли успокоить её, однако она была очень сильно расстроена, слёзы шли рекой.       Джинн, поняв всю плачевность этой ситуации начала всячески утешать Эолу гладя ее по голове, но это не помогало. Через некоторое время Эола все-таки начала успокаиваться. Джинн попросила Эолу встать с колен и повнятнее рассказать, что случилось. Встав с колен Лоруенс не хотела прекращать объятья и продолжила обнимать магистра в более подобающей позе. Джинн ответила на ее тактильность. Через некоторое время Эола все-таки чуть успокоилась. Гуннхильдр заметив это предложила своей собеседнице выпить чаю и рассказать, что с ней приключилось. Лоруенс согласилась. После рассказа о приключившимся Джинн сказала своей собеседнице что подумает, что можно сделать с этим "провокатором" и подойдя к Эоле обняла ее. Когда Джинн обнимала Эолу, ей вновь стало легче. Тепло её тела влияло на неё как-то по-особенному в данный момент. Если бы Гуннхильдр попыталась бы обнять Лоурент в какой-нибудь другой момент, то Эола бы сразу же отстранилась от неё, однако сейчас она была очень рада такому. Эола не знает, почему она внезапно стала такой тактильной, однако она совсем не хотела, чтобы Джинн её отпускала. Магистр обнимал Капитана Разведки сзади и когда она уже начала отходить, то Эола потянула руки так, чтобы Джинн оказалась ближе к ней. Повернувшись лицом к своей начальнице, Эола почувствовала какой-то жар, однако не такой, какой испытывают при температуре, а такой, будто ей чего-то очень сильно хотелось. Возможно ей стало жарко из-за атмосферы, в которой она оказалась или из-за того, что чай был горячим, когда она его пила или.. "Хм, что она добавила в чай.. что-то ещё? Но ведь мы обе его пили.. " – подумала Эола. Такая мысль прошла в её голове вспышкой. Эола не давала отчёта своим действиям и уже через пару секунд она начала немного двигать Джинн к дивану, попутно двигаясь за ней. Когда они обе присели на диван, Эола ничего не могла поделать со своим жаром, она не знала, что делать дальше, однако что-то неизвестное вело и она начала наклоняться в сторону действующего магистра немного валя её на диван. Так и повалив на диван Эола нависла над Джинн, любуясь ее чертами лица. Немного побыв в таком положении. Лоруенс нежно коснулась подбородка своей начальницы и с такой же нежностью соприкоснулась с ней губами. Это действие привело Гуннхильдр в еще большее недоумение, но все-таки ответила на поцелуй. Эола не до конца верила, что Джинн ответит на её действия взаимностью. Она не думала об этом много, ею двигала лишь страсть, которую она не осознавала в своей голове. Наверное, никто из них двоих не задумался о чём-то. Теперь, они обе будут действовать лишь под эффектом своей страсти и похоти, и исход этого сценария определялся лишь той, кто осмелилась бы взять инициативу на себя. И её взяла на себя Эола. Возможно, из-за того, что она практически не имела такого опыта и она хотела всё больше таких действий, может из-за того, что она выпила достаточно чая, настолько достаточно, что чайничек был опустошён, а Джинн выпила лишь одну чашку. В комнате была почти тишина, окна были занавешены шторами, а на улице уже начинало темнеть. Если бы они в тот момент задались вопросом, почему так быстро стемнело, то не смогли бы найти ответ, однако сейчас их ничего не волновало. Даже несмотря на то, что в комнате была тишина, в ней всё ещё можно было уловить едва слышимые шорохи одежды, которые издавали Эола и Джинн во время своего тактильного контакта. Чуть насытившись поцелуями, Эола принялась неспешно снимать одежду с Джинн. Сперва она захотела снять её накидку, которая прикрывала её плечи, однако она не понимала, как её снять. Приняв несколько безуспешных попыток и, таким образом намекнув Джинн помочь ей, Эола приняла снимать с себя лишнее, что на тот момент являлось заколкой на её волосах. Джинн, поняв намек ее уже, наверное, "возлюбленной" сняла эту несчастную накидку. После того как девушка сняла эту ненужную вещь, Эоле открылся вид на красивое декольте Гуннхильдр. Немного поглядев на это зрелище, девушка принялась целовать основание шеи ее напарницы. Во время этого магистр положила свои руки на плечи Лоуренс и отстегнула ненужный плащ, после чего ее руки переместились на талию ее "возлюбленной". Когда Эола уже стала приближаться к груди своей любимой, Джинн издала сладкий приглушенный стон. Этот звук показался Эоле таким приятным, что ее жар еще больше увеличился и она окончательно потеряла контроль над своим телом. Опускаясь все ближе и ближе к груди, Джинн издавала все больше этих приглушенных стонов. Эола отстранилась от нежной части тела своей начальницы и предложила снять всю одежду, кроме нижнего белья, на что Гуннхильдр согласилась. Находясь в лежачем положении, девушки могли лицезреть всю красоту тел друг друга. В такой момент они особо ценили размер груди, обхват талии и объём бёдер. Ни одна из них не могла подумать, что её будет привлекать женское тело, однако именно это и произошло в данный момент. Скрестив ноги за спиной своей возлюбленной, Джинн свесила свои руки на шее Эолы. Для Эолы её руки казались особо гладкими, тёплыми и приятными. Свой жар она чувствовала лишь как фоновый фактор, как что-то должное, под которым она и продолжала то, что делала. Прижавшись чуть более сильнее прижавшись к действующему Магистру, Эола начала чуть поглаживать плечи, спускаясь немного ниже к груди. Тихие стоны Джинн были для неё словно сладостью, за которой она гналась и к которой она стремилась. Желая услышать их более чётче, она приблизилась своим ухом к её рту и послушала. Она получила то, что хотела. Джинн было очень неловко из-за этого и поэтому, когда Эола отодвинула свою голову чуть подальше от её рта, она отвела взгляд, однако почти сразу же вернулась к нему. Такая реакция очень заинтересовала Эолу, и она повторила действия, однако на их конец она решила снова сойтись в поцелуе с Джинн. Наконец, закончив с этим, Эола медленно опустилась на Джинн. Действующий Магистр поняла, что она заснула и от этого почему-то снова смутилась. «Видимо добавлять в чай немного особенного препарата в таком количестве было немного лишним» – подумала она. Сложно было сказать, кто был смущён более, спящая Эола или Джинн, на которой лежала её возлюбленная. Этим днём они обе занялись тем, о чём бы никогда даже не подумали в своих фантазиях или снах. Неизвестно, как дальше пойдут их отношения, однако они точно не смогут это забыть. Уж точно не скоро, во всяком случае Раннее утро в Мондштадте. Утро, которое наступило на следующий день после особого случая лишь для двух девушек во всём Тейвате. В такое время большинство жителей очевидно ещё даже не проснулись, однако рыцари уже сменяют своих товарищей на постах. Среди таких рыцарей находится Капитан Разведки Эола Лоуренс. Однако она идёт не сменять кого-то на посту, а получать задание у самого Действующего Магистра Джинн. Она всегда так делает, потому что имеет высокое звание в Ордо Фавониус и потому, что между ними были немного особенные отношения. Они обе прекрасно помнили все детали того случая, который и создал их особенные отношения, однако они обе слишком стеснялись его обсуждать. Она решила взять задание утром именно потому, что не хотела попадаться никому на глаза, никому, кроме неё. Одно лишь упоминание о ней вгоняло Эолу в краску, что ей было совершенно не свойственно. Гладкие, длинные и вкусно пахнущие волосы Джинн, её прекрасная фигура, приятный голос, мягкие руки, гладкая кожа и её прекрасные глаза вырисовывались ангелом для Эолы. Эола не понимает, почему у неё проснулись такие чувства к своей начальнице, тем более девушке. Вроде бы, такие отношения не являются ординарными? Подходя к главной двери штаба Ордо Фавониус, она чуть сбавляет шаг, молча проходит мимо дежурных солдат и сворачивает налево. Открыв заветную дверь кабинета Магистра, она встаёт на месте. Перед Эолой вырисовывается прекрасная для её глаз картина - Её возлюбленная сидела к ней спиной, молча наблюдая за восходящим солнцем. Заметив присутствие девушки, Джинн встаёт и зашторивает окна. В комнате остаётся очень мало света. Но его достаточно, чтобы они могли разглядеть друг друга. В комнате воцаряется тишина. Они стояли молча всего несколько секунд, однако эти несколько секунд растянулись для них так, будто это были десятки минут. Вся их уверенность, которая у них была до встречи, пропала так же быстро, как и зародилась их страсть друг к другу. Понимая, что так дело продолжаться не может, Эола захотела что-то произнести, однако из её рта успело выйти лишь имя возлюбленной, поскольку Джинн её прервала. – «Эола, с-спасибо, что пришла. Ты.. хотела поговорить?» – произнесла Джинн. Эола лишь молча чуть кивнула, что дало понять Джинн, что она может продолжать. Чуть отведя девушку на знакомое им обеим место, Магистр продолжила: «Эола, послушай – начала девушка и положила свою руку на бедро своей собеседнице, чуть поглаживая его – то, что произошло между нами, было очень неожиданным и внезапным событием, однако я чувствую, что это.. нормально.. между нами, ибо...»       Дальше для Эолы началась совсем необычная картина. Картина, которую она не могла представить себе даже после того, что между ними произошло. Джинн резко перестала говорить, а на её лице появилась игривая улыбка. Она встала с дивана и жестом призывала идти Эолу за ней. Оказавшись у окна, Джинн остановилась, у неё в руке было что-то блестящее, однако Эола не могла до конца понять, что именно это было. Подойдя к ней сзади и обхватив её сжатую в кулак руку, Эола вновь решила насладиться запахом своей возлюбленной. Он был прекрасен, прекрасен точно так же, как она его представляла в своего голове и точно так же прекрасен, как и в прошлый день. Каждый раз вдыхая его, она будто пьянела, желая вдохнуть всё больше и больше. Если бы её просили описать Джинн и всё, что Эоле в ней нравится, то она бы непременно начала бы с того самого аромата, подробно описывая какие эффекты он на неё оказывает и с чем он у неё ассоциируется. Затем, она бы пошла по её анатомии, её фигуре, которую Джинн имела и которую она сама себе создала. После она бы перешла к её характеру, который ей так нравился: её элегантность, серьёзность и преданность своему делу, которые стали заводить Эолу как никогда раньше. Именно эту серьёзность Джинн и решила использовать. Держа в правой руке кинжал. Она слегка игриво, однако всё так же серьёзно спросила Эолу: «Эола, насколько ты предана нашей любви?~»       Ответа не последовало. Ожидаемо, что ответа не последовало, на это и рассчитывала Джинн, когда задавала такой вопрос. Даже имея характер Эолы и любовь к Джинн, далеко не каждый способен дать быстрый, точный и удовлетворительный ответ для Магистра. «Хммммм – немного наигранно произнесла Эола – Дай-ка подумать. С того дня, моё тело горит, моё лицо приобретает иную краску, когда я думаю о тебе, а сама не могу думать ни о чём другом как о тебе~» «Оох? – с наигранным удивлением произнесла Джинн - тогда..» «Однако же – прервала её Эола – будет очень печально, если я более не смогу жить и наслаждаться твоим существованием, я бы сказала, что это буквально было бы для меня трагедией. Я могла бы убрать кого-нибудь, кто хоть бы осмелился встать на пути нашей любви» «Прекрасный ответ – закончила Гуннхильдр – это именно то, что я хотела услышать. Перед тем как ты пойдёшь на своё задание, давай немного насладимся друг другом. Что скажешь?» Такое предложение можно воспринимать как угодно, однако Эола его восприняла как предложение простого объятия и она потянула свои руки на шею своему магистру. Это объятие.. Для Эолы оно ничуть не изменилось, оно было всё тем же прекрасным и завораживающим для её чувств. Никто из них пока что даже не думал отпускать руки. Прекращать объятие никто не намеривался. Однако Эола почувствовала внезапную боль в спине, не ту, которую испытывают при падении, а при.. колющем оружии? Хоть Эола и не имела опыта, когда её мог кто-то заколоть, однако она была уверена наверняка: В её спине находится что-то острое. Сдерживая себя от крика агонии, она посмотрела на лицо Магистра, на лице которой виднелась.. улыбка? От такого глаза Эолы наполнились ужасом и слезами, она начала сползать на колени, а её тело слабеть. От окончательного падения на пол её спасала лишь Джинн, которая произнесла: – «Ты очень предана, Лоуренс, но этот мир для тебя слишком жесток~» С этими словами она вытащила кинжал и Эола упала на пол.       От бессознательного состояния Эолу пробудил сильно знакомый голос. Это была Джинн, которая звала её по имени. Очнувшись, она пару секунд непонимающе осматривала Джинн, комнату, себя, а затем в её голове вспышкой пронеслись события, которые произошли пару минут назад. Она тут же с небольшим испугом отстранилась от Джинн, прижавшись к углу дивана. Эола, казалось бы, девушка, которая имеет боевой опыт, была скована страхом и сейчас с ужасом смотрела на свою собеседницу.       Хоть Джинн и не понимала ужас Эолы, она всё ещё хотела помочь. Поэтому она положила свои руки на плечи Эолы, чтобы успокоить её. Это подействовало и Эола начала успокаиваться, позже позволив Джинн обнять её. «Что с тобой случилось? – спросила с беспокойством Джинн – я разговаривала с тобой, как после ты начала закрывать свои глаза и легла на спину. Тебе что-то приснилось?»       Эоле не хотелось сразу рассказывать такой сон. Она поняла, что это сон, вернее кошмар. Однако она сказала, что сознается в сценарии сна лишь тогда, когда Джинн сознается в содержимом чая, который они пили на этих двух встречах. В этом разговоре соврала только одна девушка. И это была Эола. Быстро выдумав сценарий "кошмара" который являлся бы правдоподобным для Джинн, Эола поняла причину своих действий в эти два дня. Она не винила Джинн в том, что та специального разбавляла чай тем, что ей было выгодно, она просто это приняла. "Чем ты сейчас хочешь заняться?" - с надеждой спросила Джинн "Можешь.. просто обнять меня на пару минут?" - спросила Эола и потянула Джинн за собой.