Недосягаемое

Мало кто знает, что если углубиться далеко в лес, пройти сквозь могучие ветви и стволы раскидистых деревьев, вдыхая свежий аромат хвои, то на одной из опушек можно найти маленький аккуратненький домик. Неизвестно, откуда он здесь, когда его построили, и кто жил раньше тут, в такой глуши. Но почему-то никто из путников не осмеливался здесь останавливаться на ночлег, а те, кто имел неосторожность забрести - становились трусливыми беглецами, что распространяли слухи по всем окрестностям. Правда, время слишком уж быстротечно. Вскоре слухи стали легендами, а очевидцы покинули этот мир. Что же такого необычного в неприметном строении? Нет, ничего, если говорить о самом здании. Поэтому будем говорить о том, что так напугало редких гостей глухого края. Когда-то, когда ещё поистине верили в сказки, маленький домик стал приютом для двух одиноких душ. Кто они и зачем здесь живут? Да никто. Просто призраки, что забыли всё, что было до посмертия и посему не сумевшие покинуть мир живых. Возле домика лежит одинокий валун, нагретый солнцем, но сидящее на нём существо не чувствует тепла. На стройном прозрачном теле накинута невесомая голубоватая накидка - призракам не нужна одежда, они не могут её носить - ткань либо сливается с телом, либо просто проходит сквозь него. Хотя, тут и нечего было надеть. Последние тряпки, именуемые живыми платьем для светских приёмов, вывез кто-то уж очень отчаянный лет сто тому назад. —Альто. По поляне разнёсся звонкий и довольно живой для мёртвого голос, который не подхватило лесное эхо. —М? —Мне показалось, что я почувствовал ветер. —Нет, невозможно, - промолвило второе привидение, показавшись из дома. Оно походило на молодого высокого юношу с распущенными волосами на прямой пробор. Если бы нематериальное тело могло достаточно передавать цвет, они могли бы быть чёрными. —Ты ведь видишь, что не можешь. —Вижу. Прозрачные пальцы переплелись с пальцами Альто, ничего не почувствовав. Им нравился этот жест. Просто от того, что ты касаешься чего-то, не проходя сквозь это. Даже валун и то... Пропускал сквозь себя. Приходилось висеть в воздухе, создавая для себя иллюзию. Поэтому прикосновения к телам друг друга было единственным утешением. Даже если кроме ощущения опоры и преграды это ничего не приносило. Ренато закрыло глаза, погружаясь в не существующие ощущения. Прохладный, наверное, для этого часа ветерок и вправду проходил сквозь него, не колыша кучерявые волосы, из которых на макушке выглядывали пара маленьких оленьих рожек. Оно совершенно не знало, кому обязано таким причудливым элементом внешности, но что ему, что его другу это нравилось. А ещё у Рино были слегка заострённые уши, почему-то, совершенно точно, пушистые на концах. —Альто, - тихо говорит Ренато, —А когда к нам последний раз приходили гости? —Ты про кого? - Аль заправил за ухо Рино бесцветную прядь кучерявых волос, слегка покрутив на пальце. —Про бестолковых путников, пугливых зверушек или тех тварей, что являются ко мне как ночные кошмары? —Про всех, - Рино перехватило руку привидения, снова переплетая пальцы. —Кажется, живых тут не бывало уже пятнадцать лет. Мёртвые же лезут практически ежегодно. Я вчера долго не мог расстаться с ощущением, что с первой же грозой сюда кого-то принесёт. —И мы его прогоним. —Определённо. Альто "сел" рядом, не разрывая прикосновения и смотря на солнце нового затухающего дня. Кажется, много сотен лет назад именно в это время суток жизнь подкинула ему, ничего не знающему о себе, такое же несчастье, что так полюбилось привидению. Существо совершенно не походило на человека с типичным его описанием. Скорее уж оленёнок в человечьем обличье. Он никогда не говорил, но кожа Ренато, будучи и так очень светлой и прозрачной, была покрыта белыми, совсем уж донельзя светлыми пятнышками, а курносый нос с щеками - не сошедшими когда-то веснушками. Прям настоящее сокровище. —А если этот кто-то принесёт с собой что-нибудь, чтобы оставить при побеге, - мечтательно заговорил Ренато, —Что ты хочешь, чтобы это было? —Зеркало, - не думая вымолвил Альто, заглядывая в глаза собеседника. —Почему зеркало? - те самые глаза непонимающе - заинтересованно моргали, смотря из под трепещущих пышных, наверняка белёсых, ресниц. —Хочу показать тебе твою невероятную внешность. —Но мне ведь и твоей хватает, - промолвил звонкий голос. —Рино... Даже не представляешь, насколько ты прекрасен. —Представляю. Ты говоришь это каждый день. —И не перестану. Ночь постепенно опускается на лес, затягивая домик в свои владения. Воздух становится холоднее, хотя призраки этого не ощущают. Для них цвет его заметно меняется, приобретая холодный оттенок, и если бы Ренато мог выдохнуть, то изо рта обязательно пошёл бы пар. Кончики ушек мелко взгроднули, а по коже пробежался несуществующий холодок, от чего Рино прижался к Альто. —Рино, ты чего? - привидение не осознавало, что чувствует "оленёнок", что вызывало беспокойство. Ренато часто вот так вздрагивает и шепчет, что ощутил на себе дуновение ветра или окружающий холод, чего просто не могло быть. —Ветер... Холодно... От зарывшейся в кудряшки руки стало спокойнее. Кажется, Альто прав, когда говорит, что подобного даже показаться не может. Для привидения воздух настолько же неощутим, как и любое другое, принадлежащее к миру живых. Но как тогда назвать это призрачное чувство? От чего он ощущает незримые потоки на своей прозрачной бледной коже? Привидения сидят, прижавшись друг к другу, всматриваясь в темнеющее небо, на котором, подобно веснушкам, высыпают маленькие блестящие огонёчки, что зовутся звёздами. Недосягаемо - прекрасные, они редко показываются людям во всей красе - города их пугают светом. Лишь в безмолвной тиши, куда не проникает людское свечение, подобно этому лесу, можно увидеть невероятное и завораживающее зрелище. Такие моменты могут длиться довольно долго, а если их можно было бы растянуть в бесконечность... Но Рино снова шепчет что-то про ветер, а его тело постепенно расслабляется, окончательно отдаваясь в объятья Альто. Несомненно, при жизни "оленёнок" был нежным трепетным юношей, которого как-то занесло в этот глухой лес. Могут ли призраки спать? Наверное, это единственная из людских радостей, что им осталась, чтобы окончательно не завыть от своего положения. Однообразные дни тянулись унылой чередой, растягиваясь на века и сливаясь в единый поток. Лишь изредка новые люди разбавляли эту атмосферу, принося хоть какие-то вести из внешнего мира. Тогда возвращалось воспоминание того, что цивилизация до сих пор существует, развивается, одни они застыли меж двумя мирами и ничего не могут с этим поделать. Аль бездумно перебирает кудрявые волосы Ренато, смотря сквозь мириады звёзд, будто пытаясь высмотреть там новые миры. Когда-нибудь он обязательно что-нибудь вспомнит, решит и порвёт для себя и Ренато эту бесконечную, сводящую с ума, бесчувственную призрачную реальность. А пока этого не произойдёт, будет наслаждаться моментом, не позволяя себе заснуть, чтобы кошмары, верно пришедшие из прошлой жизни, снова не утянули разум за собой, в липкую и вязкую пучину, насквозь пропитанную холодом и отчаянием.