Девчонки и их тайны

Майя убежала, смеясь. А я осталась и долго смотрела ей вслед, осознавая очень, очень медленно. Но с тем вместе улыбка расползалась по моим губам. Я вдруг поняла: все было не случайно. Все, что творилось во мне: злость на мальчишек, которым Майя улыбалась, тоска при каждом разговоре о будущем и семье, и, конечно, ощущение взрыва энергии при каждой встрече. Я все, все поняла. И ещё долго не возвращалась домой от радости. Я танцевала, прыгала, бегала и даже кричала, пугая прохожих.

***

Дома меня поймал Эл. — Эля… — он был очень серьёзен, даже обеспокоен. — А как Зоя отнеслась к книге? — Обиделась, — честно сказала я. А что ещё было делать? Хотя расстройство и страх Эла меня все же обеспокоили. — Как?! Почему?! — казалось, он готов был бежать извиняться прямо сейчас, а сейчас была ночь, и Зоя, конечно, уже спала. — Ну, эта книга, вроде, считается плохой… — неуверенно отозвалась я. — Для дурочек. Эл издал жалобный звук и так же жалобно наморщил лоб. — Что же делать, Эля?.. Я задумалась. Ну вот что тут сделаешь? Зоя, вроде, поверила объяснению Майи и успокоилась. И, кажется… Хотела, чтобы Эл провел с ней побольше времени. — Пригласи её в кино, — решила я. Вот у Лены же получилось. Может и у Эла получится… — Только пусть сама выбирает фильм, Зоя все-таки очень… Ну, замороченная. Эл вдохновленно кивнул. Теперь весёлое и лишь немного беспоконое возбуждение захватило нас обоих.

***

Кукушкина собиралась умирать, и наши с Майей весёлые лица её в этом решении лишь утверждали. А мы… Ну, я точно, не могли не веселиться после вчерашнего. Удушающая неловкость была слишком уж понятной, чтобы над ней не смеяться. Зоя, задыхаясь в ней же, сомкнула руки на своей шее и закричала в воздух. — А что такое с Зоей? — мягко спросила Мила-Бублик. Она пришла позднее и, кроме того, вчера была занята поддержкой Лены. Которая, видимо, была занята своим счастьем слишком сильно, чтобы явиться сегодня. Майя хихикнула, но ответила с важным профессорским видом: — Видишь ли, она решает неразрешимый вопрос: любовь или гордость, месть или счастье? И очень страдает. — Светлова! — вой звучал вполне искренне, но, кажется, Зоя была рада переключиться хотя бы на возмущение. — Ничего ты не понимаешь, дура белобрысая! — Кукушкина! — одернула её я. Я знаю, и Майя знает, и сама Зоя знает, что она так не думает, но тем не менее, позволять такое я не собираюсь! — Громова! Ещё ты влезь! — И влезу. Эл мой брат. Кукушкина с возмущением пнула подвесное мусорное ведро. Ведро закачалось, благо, не ответив ей никаким подарком в сторону платья. — Что тут непонятного?! Мне надо дать ему ответ. Не отомстить, а сказать… Ну что… Я его поняла, и вот… — Летит ужасный Бармаглот, и пылкает огнём, — поддержала Майя, словно надеясь, что весь огонь Зои выплеснется здесь и сейчас, а значит, не заденет никого потом. — Дай ему ответ на словах. Напрямую. И все. Никаких головоломок. Ну, заодно, можешь как все нормальные люди в кино на последнем ряду… — Какие «нормальные люди»?! Раз он так тонко намекает, то и я должна! — Ну вот, я и говорю: неразрешимый вопрос. Мила, конечно, ничего не понимала, пока мы не объяснили нормально. А тогда она сразу же оживилась и выдала: — Эдвард руки-ножницы, — и лишь потом смутилась собственному воодушевлению. — Правильно, — обрадовалась Майя. — Хороший ответ. И, главное, имена совпадают! — Имена! — гневно фыркнула Зоя. — Во-первых, мы идём в кино, а не в прошлое! А во-вторых, даже если бы его и крутили, он грустный! Ещё решит, что я его отвергаю, мол, не судьба, иди со своими железными клешнями подальше! — Почему? — удивилась я. — Мы-то с Элом законченные. В нас нет ничего зловещего. А от преступлений Эл сразу отказался. И нас все любят. — Даже слишком, — буркнула Кукушкина. — Но все равно, мы уже этот фильм видели. Вообще все фильмы про «своих», наверное, посмотрели. Даже «Войну роботов». — Ой, а это что? — ожиаилась Мила. — Ну, это фильм, откуда взяли Вертера, — тут же подсказала Майя. — Вертер… — на миг Мила снова стала мечтательной, но немного грустной. — И почему только роботы постоянно в этих фильмах умирают? Но Кукушкину это почему-то не заинтересовало. — Ты что, робофилка, а, Бублик?! Не скажу, что это задело меня. Судя по лицу Милы, она тоже не то, что обиделась, а скорее растерялась. Но Майя… С очень нехорошей улыбкой подкралась к Кукушкиной и обняла её за пояс. Так решительно обняла, что у меня внутри словно что-то екнуло. Кукушкина было дергулась, но у неё ничего не вышло, и очень медленно, под панические вопли, Майя заставила её сесть на корточки. И тут же вскочила: — Вот так теперь сиди! Представляй отряд робосеков-робосекофобов! — и рассмеялась. Правда, ещё через миг мы Кукушкину подняли обратно, всю красную и пытающуюся спасти свою юбку от раскрытия секретов, и почти упавшую при этом на землю спиной. — Шутки у тебя, Светлова!.. — почти на ультразвуке возмутилась Зоя. — Ну а что ты на людей-то кидаешься, Зой? Ты же сама влюблена в робота. — Ну… Ну в одного… — попыталась оправдаться Зоя. А тихая Мила немного обиженно, но все же мягко прибавила: — То, что мне они нравятся, не значит, что я буду мешать тебе с Элом… — Ну прости! — лишь теперь, может быть, отчасти Зоя задумалась. — С этим кино, я просто не могу… Это ты виновата, Громова! — прибавила она, повернувшись ко мне. — Кто тебя просил говорить про кино?! — Я думала, ты будешь рада. Но не хочешь — так откажись. — Я уже согласилась! И вообще!.. — И вообще, как это киноделы посмели не снять ничего специально, чтобы Элу точно все стало понятно? — хихикнула Майя. — Да позови ты его просто на фильм. Который тебе будет интересно смотреть. — Да в кино сейчас такое не идет! — возмутилась Кукушкина. И лишь затем заметила, тише: — А вот в театре… — Ну так и позови Эла. — Да как я его позову?! — Да словами, Зоя, словами!

***

Пришлось нам идти с ней за билетами, чтобы она не загрызла никого в кассе. А потом и к Элу. Тут-то и оказалось, что словами Зоя изъясняться не умеет. Она встала перед Элом, выставив бедра вперёд и руки в бока, и заявила: — Эл, мой брат — болван, ну это потому, что он старший! Он купил билеты в театр, а сам, как и его девушка, театры терпеть не может, и… Ну, знаешь… Ты ведь не такой, как он! Я у него эти билеты забрала. Не хочешь… Вместо кино?.. Майя уткнулась носом мне в плечо. Мы караулили у одной из берез, потому что Зою уж точно нельзя было оставить без присмотра. Но сама Зоя тоже знала, что мы рядом, и смеха бы не простила точно. Но Эл сделал так, что усилия Майи пошли прахом: — Конечно, если ты так хочешь. Но у тебя же нет брата… — голос его при этом был настолько невинным и растерянным, и красные уши Кукушкиной стали настолько красными, что Майя завыла. Правда, её веселье быстро прекратилось под грустным и серьёзным взглядом Эла. Пришлось подойти и все объяснить. Зоя лепетала что-то про двоюродного брата, а мы наперебой объясняли, что это не розыгрыш, это мы просто группа поддержки. Долго выдерживать это Зоя не смогла, вручила Элу билет и испарилась, пискнув что-то о том, что ей нужно подготовиться. А Майя, прежде, чем уйти со мной, мягко сказала: — Только ты не забудь поцеловать её. Эл смутился и очень заметно. — А разве можно? — спросил он слабо. — Да нужно, Эл, нужно! И давно!

***

Теперь мы были вдвоём — Мила потерялась ещё по пути к театру, потому что Зоя бежала слишком быстро. — Ну, а ты куда хочешь? — спросила Майя. Мы обе как будто немного устали и немного погасли после помощи Зое, но день-то только начинался. — На море, — призналась я. Мне всегда туда хочется. — Как обычно. Прости, на это моих средств не хватит, — Майя развела руками, как будто всерьёз собиралась меня приглашать. — Но можем пойти в океанариум. Я качнула головой. — Не надо. Сейчас мне все равно, где гулять, Май. После вчерашнего… Я хочу просто быть с тобой. Она весело, но смущённо улыбнулась. Воровато осмотрелась по сторонам и потянула меня за собой. Меж гаражей, переплетя пальцы рук, мы прижались друг к другу и поцеловались, наконец, всерьез.

***

Вечером вернулся Эл. По удивленно-счастливо-отстутствующему виду и посаде по всему лицу, было ясно, что его свидание тоже удалось. И глядя на него, я с невольной улыбкой подумала: «Интересно, и когда только Мила и Света найдут для себя такие же милые тайны?»