Меченый

Глас рассудка.

  Он сидел на высоком холме в самой гуще леса. Холм зарос кустами диких ягод и был настолько правильной формы, что и не верилось, что этот холм не человеческих рук дело. Хоть Фредэрика и одолевал голод, он не сорвал с кустов ни одной ягоды. Нет. Он знал все виды ягод и отлично помнил какие ягоды ядовитые, а какие можно есть. Он боялся, что это воспримут как знак того, что он хочет навредить Брокилону. Фредэрик отлично знал, что за ним наблюдают из кустов. Дриады, которые даже после того, как заключили договор с императором, в котором говорилось, что дриады разрешают построить мост на вход в Брокилон и выход из него, подозрительно относились к чужакам. - На вход и выход в Брокилон. - вслух говорил Фредэрик сидевший на кожаной с меховым воротом и подкладкой, украшенной нашивками, ремешками и карманами куртке. - предоставление дриады-проводника, при этом запрещавший гостям Брокилона заниматься собирательством, добычей леса, браконьерством и нападать на официальных хозяев леса Брокилон. В случае с нарушением данных правил хозяйкам леса разрешается действовать на их усмотрение. - Чёрт. Вот что значит сидеть под чьим-то наблюдением. Даже на огонь посмотреть не могу. Может тогда спеть? Мне можно спеть? - громко сказал Фредэрик обращаясь к кустам и деревьям. - Спою. - сказал он уже тише смотря на предвечернее небо. Он хлопнул в ладоши, потом стал прупупукать себе поднос и начал петь. Yviss, m^tvtlienn vente catlven tell Elaine Ettariel...   L^eassanLammFeainnerenn... Aepcor...   - Эх, ёмоё. Никак не могу запомнить эту часть. Он встал, вздохнул и громко запел.      Любить тебя-вот жизни цель, Бесспорная, как смерть, Прекрасная Эттариэль! Позволь же мне посметь   В груди встревоженной нести Воспоминаний клад. От злого времени спасти Твой голос, жест и взгляд.   И колдовской цветок, заклад Любви и наших встреч, Струящий сладкий аромат, Не запрещай сберечь!   На нём крупинки серебра- Поблескиванье рос. Мне тайна чудится, игра И откровенность слёз.   - Люблю я эту песню. Он растянулся на траве, потом укутался в кожаную куртку и свернулся калачиком. " Забавно. Когда-то я бы сорвал ягоды с куста, пристрелил бы какое-нибудь животное и разжёг костёр что бы пожарить мясо. Даже здесь. В Брокилоне. Не опасаясь дриад. Как тогда. Да как тогда, когда сопровождал пару, спешившую на свадьбу. Там были ещё... три дуболома. Переходили через Брокилон, я уверил что так короче. Идиот. Прошли до самой чащи. Там все захотели кушать. Недолго думая, я пошёл. Ушёл. Пришёл с оленем. Зайцем... Двумя зайцами и корзиной ягод, которую сам сплёл. Из... Из... Из чего? Да и не помню. Будто это так важно. Лук вернул тому. С такими выпученными глазами». - Фредэрик зашёлся смехом похожим на кваканье лягушки. -" Голос у него тоже был лягушачьим. Чёрт, он даже смеялся, как лягуха. И дал он себе прозвище-"Жаба". Он обладал чувством юмора. Хороший был парень. Да. Мда. Отобедали мы нормально, готовил тот здоровяк по имени... по имени... " Дохляк". Поражаюсь их чувству юмора. Готовил он, кстати, не плохо. Тогда мы почти вышли из леса как вдруг, брату " Дохляка"... эээ... "Малому" кажется. "Малому" стрела пробивает шею на вылет. В меня летело две стрелы, я успел отскочить, "Жабе" попали прямо между глаз, а "Дохляку" в ногу и кажется в плечо. В меня полетели ещё стрелы, одна из них чиркнула меня по плечу... Аж шрамик остался... К тому-же довольно большой... Мы еле выбежали из Брокилона, я блин помню, как тащил на себе "Дохляка" и держал защитную ауру. Только так мы и выбрались. Хорошо, что мы ничего не потеряли. "Дохляк" не дожил до Диллингена. Скончался сразу после того, как мы пересекли Ленточку.   Решил показать какой я крутой. Те люди, которые нас нанимали выплатили мне и часть тех парней которых сгубила моя гордыня..." Фредэрик вскочил, отбросил куртку подальше, не нашёл ничего лучше, чем упасть на колени и сильно ударить по земле кулаком, да так что боль отдалась в районе локтя. Фредэрик не выходя из позы печального клубка громко и яростно заорал: -ИДИОТ! СКОЛЬКО ЕЩЁ ДОЛЖНО ПОГИБНУТЬ ЛЮДЕЙ ОТ ТВОЕЙ ГОРДЫНИ ЧТО БЫ ТЫ ПОНЯЛ- орал он с хрипом вбирая воздух через рот после каждых двух-трёх слов. - ТЫ! НЕ! ВЕДЬМАААК! Он упал на живот зарывшись лицом в землю, напрягся всем телом. Дриады, сидевшие в укрытии, забеспокоились, но потом стали расходиться видя, что ничего лесу не угрожает. Вскоре Фредэрик задёргался сухими позывами. По его лицу потекли слёзы, он не разборчиво шептал слова: - Люмьен, прости. Бьёрн, прости... Простите меня! - закричал он, подняв голову. После этого Фредэрик ещё долго не мог уснуть, а когда уснул ему снились разные сны. В основном такие, которые указывали на все промахи, совершённые им за жизнь: Когда ему не удалось "повеситься" на пуповине в тот момент, когда он появлялся на свет, когда он начал охоту в Брокилоне, когда спас тех людей от выверны, когда устроил резню в Вызиме, когда согласился обучать Люмьена, когда пристал к Бьёрну с его спутниками и ещё много, много тех ошибок, которые он совершил за двадцать два года своей жизни.