среди них ты

— боже… — локи молился, чтобы тор не додумался открыть двери, ведь тогда бог обмана свалится на его ноги. сердце бешено стучало по ребрам, пытаясь сломать их и вырваться из тела, уворачиваясь от щепок ребер. локи ещё никогда так не волновался. волнение проступало мелкими каплями пота на лбу и частым дыханием, который слышал виновник этого концерта, который для него устроил организм брата. — может, откроешь? — тор присел напротив двери и легонько постучал косточкой кисти руки. врываться самому совсем не хотелось, ведь во-первых это будет не очень прилично, а во-вторых мало ли что локи там делает. конечно же, громовержец не знал, что его брат опёрся на дверь и слушал его, пытаясь придумать план. долго ждать не пришлось. дверь со скрипом открылась, а перед сидящем на корточках тором был строгий взгляд. —чего тебе? — дрожь подавлять получилось, но не очень хорошо. тор резко встал и закрыл за собой тяжёлые двери. — хочу узнать правду. — громовержец скрестил руки на груди и опёрся на стену, ожидая ответа от бога обмана. — какую же? требовать правду от меня очень иронично, знаешь. — локи пытался язвить, дабы сохранить свое достоинство первым делом перед самим собой. сердце предательски стучало на всю комнату, желая выбраться из оков кожи и костей. — ну, хочу узнать что было тем вечером и почему мой братец избегает меня. — тор медленно начал подходить к локи, прищурив глаза и так же ожидая ответ от младшего. — я... тогда... — локи явно занервничал и начал пятиться назад, дабы не попасть в руки к этому громиле. — я жду ясный ответ на два поставленных вопроса, а не твои мее, бее — тор ускорил шаг, прижимая брата к кровати, в которую младший упёрся икрами. — тогда ты уснул, а я... эй, ты что себе позволяешь?! — руки старшего начали нежно проводить по бокам локи. с лёгким напором тор повалил младшего на кровать и посмотрел в темные и зелёные глаза. — не важно... — тор нежно проводил по телу локи и смотрел в глаза, ожидая ободрения локи, которое долго ждать не пришлось. жилет сразу пропадает с тела младшего, как и вся последующая одежка. перед громовержецем открывается прекрасный вид — бледная кожа, которая обтягивает ребра. хоть локи был худым, но его тело было достаточно спортивным. держа локи за бока, тор нежно строил мокрую дорожку из поцелуев, ведя по шеи, спускась все ниже. грудь локи за секунду была усыпана ощущениями мягких губ брата, а бока ощущали прикосновения больших ладоней, которые нежно поглаживали его. старший уже спустился до пупка, ниже... глаза локи почти закрывались в сонной дымке, как вдруг тот подскочил на локтях с выдохом, когда почувствовал прикосновения ниже. массивные руки сразу же опустили его обратно и вернулись к своему делу. сначала слетели темные штаны, а потом и нижнее белье. смущение давило на грудь и лицо алым румянцем, но взгляд старшего был устремлён точно не на лицо. дабы унять дрожь братца в коленях, тор невесомо прикасался губами к внутренней стороне бедер, поглаживая тело от тазобедренной кости и обратно. конечно, это придавало ещё больше возбуждения, но чувство того, что все пройдет отлично медленно увеличилось в разуме локи. он зажмурил глаза, дабы не видеть этот весь стыд. простыни, которые совсем недавно оправляли бога обмана в рай резко сжались в руках младшего, когда тот почувствовал руку на своем органе. казалось, что кожа на лице уже горит от смущения и взгляда тора, который даже каплю не покраснел. — ты... сам когда-нибудь делал это? — тор медленно начал водить рукой то вверх, то вниз, надавливая большим пальцем на головку. в ответ пришло только отрицательное мотание головой в стороны и тихое мычание. локи всегда считал это не очень приятным и не понимал, почему люди занимаются этим. но сейчас, когда его брат, хоть и неродной, но все же брат, что очень неправильно, дрочит ему, он понимает их всех сразу. тор с ехидной ухмылкой наблюдает за братом, который, как змей извивается под его руками, дрожа от каждого его прикосновения. дыхание было частым, а когда младший приблизился к точке, то дыхание участилось ещё сильнее, а сердце билось как бешеное. даже через стоны локи и мельком заметное хлюпанье были слышны удары сердца, которое нервно настукивало пульс. себе под нос младший стал бубнеть что-то похожее на просьбы остановиться, а руки резко освободили простыни от плена и пытались остановить большие ладони. тору показалось это движение чем-то милым. локи оставлял красные линии на коже тора, пока тот наращивал темп. в один момент прерывистые и частые стоны прекратились, а по телу локи пробежала дрожь, которая заставила его выгнуться. белоснежные бедра остались на кровати, а поясница с хрустом выгнулась и стала дугой. — а ты просил прекратить. вот, понравилось же! — тор показал свою ладонь локи, который, кажется, потерялся в ощущениях и не может найти себя и источник этих слов. перед громовержецем лежало подрагивающее тело с румянцем на груди и лице, с частой отдышкой и закрытыми от наслаждения глазами. тор, не теряя времени, нежно целовал живот и бока младшего, пока тот снова открыл глаза и положил руки на простыни. дорожка поцелуев остановилась около бусины соска, который был охвачен нежными губами. за секунду вторая рука пропала с боков и нежно поглаживала второй сосок, который остался без внимания губ. губы были сжаты, со стороны локи было слышно только мычание, выдох через зубы и резкие вдохи. локи считал это пыткой, очень приятной пыткой. ... — доброе утро, спящая красавица в зелёном! хотя сейчас на тебе ничего нет... — тор улыбнулся, когда увидел, что зелёные глаза в сонной дымке начали оглядываться по сторонам, а руки натягивать на тело одеяло. конечно, тор не мучитель, сам накрыл младшего, поправил подушку и волосы, которые опять надоедлево лезли в рот и глаза. это ощущение, что он полностью доверил свое тело заставило тора улыбнуться ещё раз. среди них ты — самый нежный и чувствительный.