Вот скажи, почему ты любишь яблочные пироги?

Перепачканный в муке Коля пытался вымесить густое тесто для пирога, чтобы оно не распласталось смесью для блинчиков по форме, которая являлась по факту стеклянной тарой. — Надо было тебя поставить на место приготовления теста! Да какого чёрта тебя приспичило начать стряпать пирог? — с недовольством ворчал Некоглай, пытаясь поставить нормальный ракурс для стрима. — Да ладно тебе, зато как-то себе актив поднимешь. — тут Рома должен был засмеяться, вот только на кукинге было только тысяча зрителей. Мешая ложкой смесь из яблок и сахара, Мокривский пытался дотянуться до последнего штриха его начинки — корица. — Ебать ты низкий, видел бы себя — в обморок упал, умора! — заливая смехом небольшую кухню, Коля подхватил тело чуть ниже собственного, давая достать нужный пакетик. — Иди к чёрту! Ты не выше моего роста! — Давай поспорим? — опираясь на столешницу сказал Некоглай, пытаясь засунуть пирог в печь. Камера, что перегрелась и разрядилась была забыта и отставлена в сторону. И забытый стрим всё так же шёл. Коля подхватил парня за бёдра, прижимая к себе. — Что ты делаешь, долбаёб?! Отпусти! — Вот видишь, наши бёдра на одной высоте, но моя голова находится выше твоей. — приподняв голову в знак гордости, Коля чуть посмеявшись стал смазливо глядеть на парня около, что исподлобья прожигал чёрную точку ненависти. — Не расстраивайся, малыш. Но Рома только чуть опустив голову, схватился за плечи, обнимая чужие бёдра ногами. — Да ладно. Тогда пусть мой огромный папочка будет выпекать ещё один пирог? Тесто же осталось. — Рома ухмыльнулся своим словам, прижимаясь сильнее к парню. — Но яблок же не осталось. — Зато осталась корица.

***

Медленно проводя по нежному телу Ромы, Коля обводил впалый пупок, что так привлекал внимание заляпанного до сих пор в муке парня. — Сам меня мыть будешь, нафиг пачкаешь меня, иди руки помой! Лебедев немного подумав вытер грязные руки об волосы Мокрицы. — Ты ахуел?! — конечно Роме было неприятно, когда пепельные волосы пачкались в том, что на них мука была похожа на перхоть. — Мука, как сухой шампунь, сегодня свои жирные волосы мыть зато не будешь. — После тебя — я себя до белу вымою, идиот. Но Рома резко замолчал, понимая, что домашние штаны были сняты с трусами резче, чем он предполагал. Неожиданный холод пронёсся по нижней части тела Мокривского, заставляя выдать мурашки с дрожью. Холодные пальцы в смазке прошлись по внутренней части бедра, пачкая ненужную в этом часть тела. — Идиот. — этот шёпот расслышал только Рома, который сам его и произнёс. Растягивая дрожащего парня, Коля пытался приподнять Мокривского со стола, притягивая его к себе. Из-за обилия смазки пальцы издавали хлюпающий звук, что эхом разносился по кухне. И они забыли, что камера выключена, а стрим нет. — У меня ВИЧ, а у тебя? — с усмешкой и насмешкой над Ромой спросил Лебедев. — Иди нахуй с такими шутками, еблан! Заёрзав, Мокривский дал понять, что надоело. Вытащив мокрые склизкие пальцы — встал вопрос: обо что их вытереть? — Если замараешь этим мои волосы — въебу. Этого было достаточно, чтоб вытереть их об чужие штаны. — Еблан! Снова приподняв Рому за бёдра — отрылся отличный вид на взъерошенного красного парня, что со злостью и со всей ненавистью пытался содрать на спине ногтями кожу. Грубый толчок и из смелого смельчака, Рома превратился в котёнка, что стал прижиматься к большому телу. Мокривский, что в такой позе выглядел меньше своего роста стал немного наклонять голову назад, чтобы издать вой. Самый настоящий вой. Но запах палёного стекла стал разносится по всей кухне, не проходя мимо двух парней. Стеклянная миска, что использовалась как форма — расплавилась, издавая неприятный запах вместе с пирогом. — Сука! Бедный пирог не был спасён, как и их секс. — Вот скажи, почему ты любишь яблочные пироги? — Потому, что яблоки всегда кислые, как ты. А в пироге сладкие, потому что в сахаре. — Хочешь сказать, что я яблоко в сахаре? — Скорее яблоко в муке. Парни так и забыли о трансляции, пока компьютер не сел. — Я всё равно выше тебя, у меня просто ноги длинные, а туловище — нет!