Часть 1
18 июля 2022 г., 08:07
-Когда ты снова засмеешься,-шепчет Хаус, уставляясь в стену.
-Когда ты снова заплачешь,-прячет лицо в ладонях Уилсон.
Он снова садится на край моей кровати.
Но больше не для того, чтобы слушать джаз.
Я поднимаю глаза.
Он призрак.
Лишь отблеск.
Былого величия.
Жизни.
Энергии.
Счастья.
Он просто пятно.
Почерневшая дыра на белом полотне жизни.
Он ожог.
Ушиб.
Очередной перелом.
Он ошибка.
Вся его настоящая жизнь ошибка, которую я не смог предотвратить.
Я касаюсь пальцами его холодной щеки.
И поверх моих пальцев текут ручьи его хрустальных слез.
Мои руки застывают на его лице.
И я больше не могу взять гитару.
Не могу сесть за пианино.
Я падаю на колени рядом с его кроватью.
Он больше никогда не услышит джаза.
Он больше не будет тихо подпевать моим песням.
Он больше не растворится в свете уличных фонарей.
И не сядет на край этой кровати в своем неизменном очередном костюме.
Больше никаких красоток.
И никаких переживаний.
Он больше никому не будет врать.
И мне не от кого будет утаивать правду.
О том, что ему тоже бывает больно.
Что он сжимает рубашку в районе сердца.
И плюется собственной кровью на кафель ванной.
Что он не знает, что ему делать.
И, если быть честным, не знал никогда.
Что он всё-таки любит вино.
Яблоки.
И совсем не блондинку из лор отделения.
Джаз.
Меня.
О том, что я надеюсь, что он любит меня.
Но не знаю зачем.
О том, что он умирает.
-Значит, это будет, когда ты умрёшь,-выдыхает Грег.
-Сейчас. Ты не настолько черствый, как думаешь,-улыбается Джеймс.
Он просыпается посреди ночи от кашля.
И даже не может сам повернуться на бок, чтобы стало легче.
Я закрываю глаза.
И слезы жгут мои щеки.
Он когда-то сказал, что я обращаюсь к богу, потому что исчерпал все другие надежды на свое исцеление.
Господи.
Я обращаюсь, потому что не желаю собственного исцеления.
Я умоляю, разбивая собственные колени в кровь.
Пусть его исцеление будет безусловным.
Пусть ему только станет легче.
И я спущусь, Господи, хоть в ад.
Я умоляю.
Он умирает на моих руках.
Умирает и гладит меня по щеке.
И в его глазах продолжает светиться любовь.
Он продолжает мне улыбаться.
А я падаю.
Все глубже и глубже.
И не нахожу в себе сил подняться.
Я умираю.
Медленнее, чем он.
Вот оно, наказание.
Он все-еще любит лилии, а не розы.
Бои грузовиков.
Дурацкие костюмы.
Всех своих пациентов и подчинённых.
Классические произведения.
Новые ножи.
Готовку.
Мои идиотские шутки.
И меня.
А я не знаю, как проснуться от кошмара, в котором я даже не могу открыть рот, чтобы сказать ему о том, что я без него утону.
Чтобы спеть ему.
Чтобы прошептать, что я его люблю.
И я глажу его по волосам.
Пока он смотрит пустыми глазами в трещины на потолке.
Он просто хочет спать спокойно.
Хочет моря.
Но боится воды.
Он хочет остаться.
Но должен расплатиться за чужие грехи.
Он любимый сын бога.
Которой умирает, чтобы такие, как я, ублюдки, продолжали жить.
И я кричу и хочу, чтобы соленые брызги унесли все его боли.
Оставив мне лишь мгновение.
В котором он снова слушает мой джаз.
В котором я целую его родинки.
И глажу руками его молочную кожу.
В котором он улыбается мне своей вечно лучезарной улыбкой.
В котором он есть.
Такой отчаянно любимый.
Таким отчаянно несчастным.
