Камушками по стеклу

Я не смогу быть ни с кем, кроме тебя. Не хочу забыть твои прикосновения.

Иногда дождь это то, что нужно для настроения, он подходит под твое состояние. Тэхён любил дождь, пусть даже атмосфера была грустная, но для его нынешнего состояния она подходила идеально. Вот и сейчас он сидел возле дома, поставив пятки на край плетеного кресла. Руками обхватил согнутые ноги и поставил подбородок на колени. Смотрел на дождь, слушал его шум, он идет с раннего утра. А может ночью начался, он не знает, не слышал, потому что спал. Когда он уходил, Чонгук не проснулся, а только перевернулся на другой бок. Они ночью ни о чем не говорили, хотя оба понимали, что это необходимо. Просто целовались и обнимались, вдвоем решив по умолчанию сохранить ту атмосферу, которая царила между ними. Но поговорить придется, Тэхён это знает и понимает. Прошло две недели с тех пор, как он ушел от Чонгука, и сейчас внутри полная неразбериха. И вроде все очень просто. Если ты уже признался себе, что не можешь отпустить, то попробуй. Ведь если бы это было не так, то он бы не согласился на эту поездку, не допустил бы того поцелуя и не позволил бы опять к себе прикоснуться. Сам подавлял чувства, потому что обида за эти месяцы не отпускала, но и сам шел навстречу. Разрываться надоело, на самом деле хотелось, чтобы все было, как раньше, когда они были счастливы. Но мешал страх. Да, именно он останавливал. Потому что если опять это повторится, если они снова отдалятся, то будет еще хуже, больнее. Не хотелось так жить. А разве не от самих людей зависит, какими будут их отношения? Ведь решают они. Решают как поступать, что делать или не делать для того, чтобы сохранить тепло между ними. Потому что если бы Чонгук тогда ответил, не отмахнулся, а попытался вместе с Тэхёном разобраться, то, возможно, все было бы по-другому. А сейчас Чонгук хочет, Тэхён видит это. По взглядам, поведению, он снова пытается завоевать его. Им действительно нужно поговорить и что-то решить, потому что Тэхён уже не сможет просто уйти, как это сделал в тот вечер. Снова внутри все проснулось, затмило злость, обиду и боль. Вспомнилось, как было им хорошо вдвоем, когда они были ближе некуда. Только страх не отпускал. На одни и те же грабли наступать не хочется. Тем более, если будет так плохо, как было в этот раз. Тэхён слышит, как открывается дверь, но не оборачивается. На его плечи накидывают легкий плед, Чонгук садится рядом во второе такое же кресло. Они молчат, только шум дождя окружает их. Чон смотрит на профиль Тэхёна, кусает губу и думает, что сказать. Он уверен, что Тэхён сейчас не уйдет, выслушает, поэтому он обязан уже начать двигаться вперед, хочет, чтобы его услышали. — Я ни разу за эти шесть лет не изменял тебе, Тэхён, — тот напрягся и медленно повернул голову, черные глаза смотрели твердо и серьезно. — Я понимаю, почему ты мог так подумать, прекрасно понимаю. Но нет, этого не было. Не знаю, как тебе это доказать, что сказать, есть только мои слова, но я тебе клянусь в этом. Да, наши отношения стали хуже некуда и вина на мне, я это понимаю и признаю, многое обдумал за эти дни. Я идиот, я мудак, я тот, кто сам отталкивал. Но Тэхён, ни разу, поверь мне, ни разу я даже не думал о том, чтобы быть с кем-то другим. Я просто не смог бы так с тобой поступить, да и никогда не хотел никого так сильно, как тебя. В этом ничего не изменилось, Тэ. Тэхён продолжал молча слушать, положив голову на колени и смотря в серьезное лицо Чонгука. Тот тихо вздохнул и продолжил: — Я понял, как поступал и что делал, все вспомнил и о многом жалею. Когда ты тогда сказал, что любишь того Чонгука, которым я был раньше, словно в прошлое меня окунул, мне стало так стыдно перед тобой, так плохо. Вспомнил наше знакомство, тебя в том кафе и как сильно ты мне понравился с первого взгляда. Понял, кого я потерял. И я признаю, что просто убегал от проблемы вместо того, чтобы поговорить и решить ее. Мне казалось тогда, что мне нужно немного свободы, что ли. Жизнь будто на месте застыла, хотелось больше движения. И вместо того, чтобы менять это у нас дома и в наших отношениях, я выбрал путь попроще и уходил к друзьям. А потом просто сбегал туда же от наших ссор и твоих упреков, хотя должен был не злиться на тебя, а поговорить. Блять, я такой идиот, — Чонгук вздохнул и провел ладонями по лицу, снова посмотрел на Тэхёна, который не сводил с него взгляда. — Сам довел тебя до того, что ты не выдержал. Я все это понял, медвежонок, правда. Так много думал… Я не хочу с тобой расставаться. Не хочу думать о том, что ты меня не любишь, нет. Не хочу, чтобы это было правдой. Мы же можем опять быть вместе, да? Мы будем говорить, общаться, потому что я понял, что без тебя я не хочу. Я все так же тебя люблю, но почему-то забыл об этом. Полюбил давно и сейчас продолжаю любить любого. Стало легче от того, что он поделился хотя бы частью своих мыслей. Да, этого Чонгук отрицать не мог. Он хотел это сказать, хотел как-то объяснить, надеясь, что Тэхён ему поверит и поймет. Готов и дальше говорить, выслушать те же упреки и обвинения, но убегать и забивать на проблемы уже нет никакого желания, если он таким образом потеряет Тэхёна. Слишком высокая цена. Они смотрели друг другу в глаза и молчали, а Чонгук думал, вдруг Тэхён не простит его? Вдруг и правда внутри перегорел и не хочет возвращаться. То, что их сегодня ночью сорвало, Чон пришел, а Тэхён не оттолкнул, точно не значит, что снова стало все прекрасно. Они смогут что-то решить только поговорив и приняв решение, что будут стараться. Вместе будут. — Скажи что-нибудь, Тэ, — прошептал Чонгук, не отводя взгляда от красивого, но грустного лица. Тэхён моргнул пару раз, вздохнул и выпрямился, поставил ноги на пол. Плед упал с его плеч и остался лежать на стуле, когда Ким встал и ушел в дом, закрыв за собой дверь. Чонгук прикрыл глаза и сглотнул. Он только надеялся, что Тэхёну нужно обдумать то, что он услышал, и это не ответ на его просьбу быть вместе. _________________________ Дождь не прекращался, то становился сильнее, то стихал, и опять по-новой заливал все вокруг. Тэхён сидел в своей комнате и думал о том, что ему сказал Чонгук. Чон не пошел за ним, когда Тэхён ушел. Он слышал, что тот собрался и уехал, удаляющийся звук мотора смешивался с шумом дождя. Слышать эти слова было огромным облегчением и очень хотелось верить. Хотелось верить словам про измены, господи, эти мысли изводили его так часто, что жить было невозможно. Каждый раз, когда Чонгук уходил, Тэхён думал о том, куда именно он пошел. Не считал нужным бегать, ехать, проверять, у друзей ли он или с кем в том баре, куда они собирались. И там ли он вообще. Казалось, это ниже его достоинства, выискивать что-то, ловить за руку. Или просто он боялся того, что узнает. И то, и другое, скорее всего. И он верил, глазам верил и словам. Не просто хотел верить, а поверил. Не хотелось думать, что Чонгук мог так поступить с ним и теперь врать. Когда все было плохо, да, эти мысли не давали покоя. Но сейчас, когда Чонгук открывается ему, признает свои ошибки и говорит так искренне, хочется верить любимым глазам, которые в ответ с любовью смотрели. Тэхён понимает, что сдается. Сейчас представляет, что пойдет к Чонгуку и скажет, что нет, он не хочет быть с ним, не любит и назад не вернется, не видит их будущего, и чувствует, что соврет по каждому пункту. Потому что хочет, любит и тянет вернуться, несмотря на сомнения и страх. Здесь и сейчас все проще. Они вдвоем и они здесь, чтобы решить проблему. А когда они вернутся, что будет? Тэхён помотал головой и вздохнул. Если думать только о плохом или о том, что опять все скатится вниз, то тогда надежды на что-то не будет никогда. Миллионы людей расходятся и сходятся, решают проблемы и более крупные, а кто-то разбегается из-за мелочи. Это тебе в твоих отношениях кажется, что твои проблемы индивидуальны и так сложны, но на самом деле с ними сталкиваются большинство людей. А что с ними делать уже каждый сам за себя решает. Стоит стараться ради отношений и есть ли там к чему возвращаться, тоже каждый решает. Тэхён понял только одно: если Чонгук, его Чонгук будет таким, каким он был эти дни, будет похож на того, кого он когда-то полюбил, то он не сможет его никогда оставить. Такого искреннего, теплого и влюбленного. Он хочет поверить еще раз Чонгуку, если тот уверен, что не отпустит и все так же любит. Боже, сколько времени Тэхён не слышал слова любви? От этой мысли горло сдавило, он поджал губы. А сам сколько времени их не говорил? Пустые отношения, вот в чем они погрязли. Без тепла, отдачи и работы над ними. И если это менять, то нужно стараться им обоим. ____________________ Чонгук ужасно замерз и промок, пока ездил в ближайший магазин, но не мог оставаться в доме после того, как всё сказал Тэхёну. Да, возможно не всё, но его хотя бы выслушали. Он купил себе бутылку виски, просто посидел в машине, пока дождь стучал по металлу, и думал, что делать дальше. Дать время Тэхёну обдумать то, что он услышал или опять пойти к нему, попытаться поговорить. Но так и не смог решить, поэтому вернулся домой, принял быстро душ, чтобы согреться, и ушел к себе в комнату, так и не увидев Кима. Сидел на кровати и держал в руке стакан, смотря в одну точку. Завтра седьмой день, как они находятся здесь. Решит ли Тэхён, что все, время вышло и пора разбегаться? Да, они сблизились и уже хоть что-то происходит в их отношениях, но нет ощущения, что они вместе, потому что это точно не так. Иначе бы Тэхён сейчас был рядом, а Чонгук обнял бы его крепко и больше не отпускал. Он и не сможет отпустить, просто не представляет, что его больше не будет в жизни. И как? Как вот так жить без него? Что делать и ради кого? Почему это раньше в голову не приходило? Почему то, что стало привычным, начало казаться и неважным? Почему нужно до края довести, чтобы задуматься над этим? Ответа определенного нет, просто человеку так проще иногда. Убегать, а не решать. Закрыть глаза, а не задуматься. Самообман ужасная вещь и ведет вот к таким последствиям. Рука застывает, губы сжимают край стакана, Чонгук хотел сделать глоток, но не смог, смотря расширившимися глазами на Тэхёна, который зашел в комнату и закрыл за собой дверь. Он был в одних черных боксерах, волосы еще не до конца высохли, влажные пряди прикрывали лоб, цепляли ресницы. Тэхён медленно подошел к кровати, смотря прямо в глаза, взял из пальцев Чона стакан и одним глотком допил остатки виски, поморщился и поставил стакан на пол. Чонгук тихо выдыхает, когда Ким садится сверху ему на бедра, обхватывает ладонями его лицо и целует, нависая сверху. Делится вкусом виски, проскользнув языком между губ, целует медленно и плавно, будто дразнит. Чон пальцами сжал его ягодицы, притянул еще ближе к себе. Сердце в ушах стучало, он поверить не может, что его Тэхён сам к нему пришел и они наконец поговорят. Он целует в ответ, наслаждаясь мягкими губами и тёплым языком у себя во рту. Жмурится и разрывает поцелуй, чуть отклоняясь и быстро дыша. — Тэ… — Я хочу тебя, Гук, — Ким быстро облизал губы, — сейчас хочу… Он снова наклоняется, чтобы поцеловать, но Чонгук отворачивается, нервный смешок слетает с губ. — Подожди, подожди, — Тэхён застывает и смотрит ему в глаза, — не нужно так. Что это, блять? Прощальный секс? Даже не думай об этом, ясно?! Что ты делаешь? — Я хочу заняться с тобой сексом, — спокойно ответил Тэхён. — Хочу, как раньше, я ведь тоже соскучился. — А дальше? — чуть раздраженно спрашивает Чон. — Что дальше, Тэ? Нам нужно поговорить. Мне… — Мы поговорим, — Ким губами водит по теплой щеке, Чонгук прикрывает глаза. — Поговорим, Гук, я обещаю. И это точно не прощальный секс. Я не могу… — Чёрт, медвежонок… Чонгук запускает пальцы в темные волосы на затылке, сам приподнимается и нажимает, сталкивает их губы в поцелуе. Тэхён руками обнимает его за шею, отвечает, глубже пихает язык и задницей трется о пах Чона, заводит, возбуждает, ощущая, как член Чонгука увеличивается и твердеет под слоями одежды. Чон обнимает его за талию и резко переворачивается, укладывая Тэхёна на постель и нависая сверху. — Не сексом, Тэ, — прошептал он в губы. — Хочу любовью. Я люблю тебя, так сильно люблю, Тэ. Тэхён снова целует, чуть приподнимаясь, ладонями гладит крепкую грудь, пальцами водит по прессу и сжимает талию. Он обожает тело Чонгука, идеальное и сильное, тату его обожает и пирсинг в губе, который сейчас скользит в поцелуе по его губам. Всего не хватало и сейчас было мало, руки невозможно оторвать от своего мужчины. — Хочу тебя, малыш, ты прекрасен, — прошептал Чон в щеку и начал губами скользить вниз. Лижет и прикусывает сосок, второй растирает пальцами, Тэхён тихо мычит и смотрит вниз. Язык оставляет влажную дорожку до резинки боксеров, Чон ладонью накрывает твердый член через тонкую ткань и сжимает пальцы, трет с нажимом. Приподнимается и смотрит в прикрытые глаза, быстро стягивает белье с длинных ног и отбрасывает на пол. Разводит ноги Тэхёна, нажимая на колени, гладит бедра, целует внутреннюю сторону, ложась между разведенных в стороны ног. Он скучал, так дико скучал, от одной мысли, что чуть не потерял любимого человека, опять ком в горле. Но не хочется об этом думать сейчас, вообще никогда не хочется вспоминать, физически необходимо наслаждаться прекрасным телом и его теплом. Язык лижет мошонку, ведет вверх от основания члена до головки, губы обхватывают нежную плоть и скользят ниже по твердому стволу. — Да, Гук, ммм… Пальцы путаются в густых волосах, Тэхён нажимает на затылок, просит еще, толкается навстречу горячему рту. Чон мычит громко, принимает почти всю длину, сжимая пальцами разведенные бедра. — Ещё, боже, ещё… Тэхён дышит громко и смотрит вниз, дрожит от быстрого темпа и губы кусает от наслаждения. Приглушенные влажные звуки смешиваются с его тихими стонами, он управляет и растворяется в удовольствии. — До конца? — чуть задыхаясь, спросил Чонгук, быстро двигая сжатой ладонью по твердому члену. — Хочешь, малыш? — Да, Гук, пожалуйста… Тэхён шипит и двигает бедрами, в кулаках сжимая черные волосы. Чонгук не останавливается, мнет мошонку и пальцами сжимает. Кима выгибает на постели, он вскрикивает громко, когда его член начинает пульсировать во рту Чонгука, а горячее наслаждение разливается от паха по всему телу. Он дрожит и разжимает пальцы, Чонгук убирает его руки и отклоняется, дышит быстро через рот и облизывает губы. Видеть такого Тэхёна, удовлетвореного и чуть дрожащего после оргазма — вот что он обожает. Целует живот, поднимается губами выше, ласкает шею, продлевает удовольствие легкими ласками. Тэхён поднимает его лицо и целует покрасневшие губы, щеку, скулы и на шею переходит, Чонгук откидывает голову, нависая сверху, наслаждаясь и облизывая губы. — У тебя есть смазка? — А у тебя? — с улыбкой спросил Чон, от нежных губ на шее твердый член в штанах напрягается еще больше. — Ну, я же как-то готовился. Чон чувствует кожей ответную улыбку. — Зачем мы брали с собой смазку, не подскажешь? — Возможно, надеялись на что-то, — фыркнул Тэхён и поднял голову. Чонгук смотрит в карие глаза, гладит мягкую щеку, говорит тихо: — Я точно надеялся и не отпущу. Он снова прижимает Кима к постели, целует настойчиво и немного грубо. Желание и возбуждение разрывают внутри, скручивают пах, даже бедра дрожат, когда он быстро достал смазку из сумки, скинул одежду на пол и снова лег между раздвинутых бедер. Разводит ягодицы в стороны, Тэхён до боли губу закусил, когда влажный язык лизнул промежность и настойчиво толкнулся внутрь. Он стонет и двигается навстречу, наслаждается, как ему не хватало этой близости, ласк, прелюдии. Когда любимый человек так правильно и идеально все делает, знает его тело и с удовольствием дарит невероятные ощущения. — Гуууук, аааах… Тэхён резче двигает бедрами, когда Чон разводит пальцами края сфинктера, чтобы глубже скользнуть языком внутрь, облизать горячие стенки. Его самого уже колотит, терпение на исходе, но как же хочется продолжить, чтобы Тэхён метался по постели. Он вводит сразу два пальца, скользкие от смазки, двигает ими быстро и поднимает голову, смотря в раскрасневшееся прекрасное лицо вдоль обнаженного тела. — Я потом тебя вылижу более тщательно, медвежонок, — голос дрожит от возбуждения, — обещаю. Но больше не могу. — Быстрее, Чонгук, ммм… Три пальца быстро двигаются, растягивают, Чон приподнимается и выдавливает смазку на свой член, быстро водит сжатой ладонью по всей длине, шипит и мычит от приятных ощущений. — Я тоже хочу, — выдыхает Тэхён и губы облизывает, смотря на член Чона в его ладони. — Потом, Тэ, все потом. Я не могу… Он входит одним медленным слитным движением и до упора, накрывая Тэхёна своим телом и зажмурив глаза. Застывает и дышит быстро, ощущая, как плотно стенки сжимают его плоть. — Блять, Тэхён… Он целует быстро и глубоко, горячие ладони гладят его спину, ногти чуть царапают. Начинает плавно двигаться, мычит в поцелуй от того, как туго и горячо внутри. Это с ума сейчас сводит, после такого долгого ожидания и воздержания. — Хорошо, чёрт, Тэ… — губы прижимаются к щеке, Ким так же плавно двигается в одном ритме, дышит глубоко. — Меня точно надолго не хватит, ты такой тугой. Ты в порядке? — Да, Гук, двигайся, — Тэхён обнимает его и ногами оплетает талию, раскрываясь больше. — Я так скучал. — Прости, Тэ, — Чонгук чмокает губы, смотрит в глаза, сверкающие от возбуждения. — Прости. Никто не нужен, только ты. Движения более быстрые, поцелуй глубокий, они в руках сжимают, гладят горячую кожу. Тэхён вцепился пальцами в накачанные ягодицы Чона и подгоняет, нажимает, мнет, хочет глубже и резче. Чонгук дает, целуя губы и шею, на локти опираясь, и двигается жестче, срывая быстрым ритмом Тэхёна на громкие вскрики, когда головка скользит по простате. Все смазанно, нетерпеливо, поцелуи, укусы, шепот сбитый, просьбы быстрые. Чонгук то замедляется, чтобы продлить эти идеальные моменты, скользит внутри плавно, но опять срывается, шипит в шею и гладкую кожу метит засосами. Тэхён расплывается под ним, ногтями впивается в спину, наслаждаясь резкими толчками и тяжестью сильного, горячего тела, которое вбивает его в постель. Не хватало, всего мало, хочется всегда и вместе, чтобы еще ближе, всегда рядом. Они соскучились до безумия, сейчас отдавая и беря взамен, не желают отрываться друг от друга. Движения становятся нетерпеливее, Чонгук целует с силой и выходит, вздрагивая всем телом, кончает и пачкает ягодицы Тэхёна. Одной рукой тянется вниз, быстрые движения по твердому члену подводят к краю, Ким в губы мычит задыхающемуся от оргазма Чонгуку, идет за ним. Они открывают глаза, дышат в губы друг другу, Чон немного приподнимается и тихо выдыхает. Улыбается в ответ на довольную удовлетворенную улыбку Тэхёна, опять поражаясь невероятной красоте своего мужчины. — Люблю тебя, Гук, — прошептал Тэхён, ладонью поглаживая мокрую от испарины шею. — Мне сейчас так хорошо. — Люблю, медвежонок, — ответил Чонгук и чмокнул кончик носа с любимой родинкой. _______________________ — Всё хорошо? — спросил Чонгук, подходя к кровати. — Всё отлично. Улыбка ленивая и довольная, Тэхён растянулся на кровати и смотрел на Чона. Тот усмехнулся в ответ, опустился рядом на постель и притянул к себе несопротивляющегося Тэхёна. Обнял и поцеловал, нежно сминая губы, языком слегка скользя в рот. — Как мне этого не хватало, — прошептал Ким, облизав губы. — Мы давно перестали целоваться. — Мы многое перестали делать, — голос, как и взгляд, стал серьезным, Чон вздохнул. — Я столько думал и столько понял, Тэ, мы так сильно отдалились, и я в этом виноват. И что теперь? Он в глаза заглядывает, Тэхён криво усмехается и отвечает: — Ничего. Завтра вернемся в город, заедем за моими вещами и вернемся домой. — Тэээ, — Чонгук закусил губу, — скажи всё, что хочешь. Я хочу выслушать тебя. — Гук, не надо… — Надо, Тэхён, — твердо сказал Чон. — Я не слушал, а ты замолчал и перестал пытаться, и вот что вышло. Просто выскажись, если тебе это нужно. Тэхён вздохнул и перевернулся на спину, Чонгук разжал руки, смотрел в серьезное лицо, пока Ким глядел в потолок. — А я не знаю, что именно сказать, — голос тихий и спокойный. — Так устал думать и мучаться от мыслей, надоело все. Я понимаю, что отношения и яркость притупляются, это нормально, наверное, с годами. Но вот так не хочу. Просто быть чужими людьми и жить в одной квартире это ужасно. Мы не только целоваться перестали, Чонгук, — Тэхён повернул голову и посмотрел на Чона. — Мы перестали общаться, перестали быть собой, парой перестали быть. Ты уходил из дома, все больше отдалялся и говорить не хотел, конечно я устал. И если такое опять повторится, я точно уверен, что не вынесу. Или мы оба стараемся и что-то делаем для нас, либо вообще не стоит начинать. — Стоит, Тэ, — спокойно сказал Чонгук и пальцем провел по теплой щеке. — Я правда сбежал от проблем, а потом и от тебя, вместо того, чтобы задуматься и что-то поменять, решил не заморачиваться и пустить все на самотек. Я в эти дни, пока жил без тебя, постоянно смотрел на нашу фотографию и не понимал, как мог забыть о твоей красоте, почему она приелась и стала привычной? Но ведь это не так. Ты как был лучшим для меня, так и остался. Ведь это я бегал за тобой, хотел быть рядом, ты из головы не выходил и я так быстро влюбился. И вот так потерял. Ты прав, отношения меняются с годами и без проблем не будет, но я вот так не хочу. У меня такое ощущение, что я теперь всегда буду бояться тебя потерять. Как вспомню эти дни без тебя в нашей квартире… Чонгук криво усмехнулся и вздохнул, поджал губы. — Прости меня, медвежонок, — тихо сказал Чонгук. — Я был полным идиотом и даже злился на тебя, когда ты ушел. Но я все понял. — Твоя злость была предсказуема, — фыркнул Тэхён. — Я знал, что первые дня три ты точно не появишься. — Конечно, ты знал, — улыбнулся слегка Чонгук, пальцами перебирая чуть вьющиеся волосы. — Ты ведь меня знаешь. Я больше не брошу тебя, Тэ, мне тебя так сильно не хватает. А твои слова о том, что ты меня не любишь… — Чонгук покусал губу, — от них еще хуже стало. — Я и не люблю тебя такого, каким ты был, — серьезно ответил Тэхён. — Люблю такого, какой ты сейчас и того мальчишку люблю. Все эти годы любого любил, но не тогда, когда ты стал чужим. — Этого больше не будет, — Чонгук нагнулся и чмокнул в губы. — Если ты согласен быть со мной, то мы будем стараться. У нас все эти годы это получалось, а я больше точно не буду уходить и забивать на проблемы. Тэхён улыбнулся и кивнул, Чонгук поцеловал нежно и положил голову ему на грудь, придвинулся вплотную. — Знаешь, о чем я думал? — спросил Тэхён, пальцами расчесывая черные пряди. — Ммм? — Как из таких прекрасных отношений получилось вот такое? Почему так происходит? Ведь мы не первые и не последние. — Думаю, потому что от проблемы проще сбежать, чем ее решать, — тихо ответил Чон, слушая размеренный стук сердца в груди. — Упреки раздражают, меня это тоже бесило. И я уходил вместо того, чтобы вникнуть в суть и что-то поменять. Наверное, так люди и отдаляются. — И продолжают так жить, — добавил Тэхён, вздохнув. — Кто-то же живет так, но я не смогу. — Мы так и не будем, я обещаю, — прошептал Чонгук и губами прижался к теплой коже на груди, задерживая приятное касание. — Если захотим, то все поменяем. А мы хотим. Тэхён улыбнулся, смотря на темный затылок. Он не сможет без Чонгука, поверит ему, потому что хочет. Хочет рядом быть и счастливым тоже, уже сейчас ощущает это чувство, потому что рядом его Чонгук. Родной, теплый и любимый.