Говоришь, внебрачный сын?

Вот в салон частного самолёта заходят два силуэта. Стюардесса приветствуя с нежной улыбкой, сопровождает жестом руки на коричневое кресло, приглашая мужчину присаживатся. Мужчина с натянутой на лице улыбкой, проходит внутрь салона и садится по правую сторону от входа. Следом за мужчиной шёл веснушчатый парень, с лёгкой походкой заходя в бежево-коричневый салон. Его уголки губ немного приподняты, создавая лёгкость и комфортности рядом с ним. Он очень устал, ехать около часа в машине, а теперь ему надо будет лететь в самолёте около одиннадцати часов. Он не любил сидеть долго на одном месте, ему жизненно было необходимо двигаться. Заходя, он медленно поднял с пола взгляд на стюардессу и нежно улыбнулся. Девушка не ожидала что парень настолько красив, смущённо и мягко поздоровалась с ним и также показала куда пройти парню. — Здравствуйте, — мягко и устало поздоровался беловолосый парень — спасибо. — ответил он на жест руки девушки и присел на указанное ей кресло. *Хм..... Она наверное бета, раз я не чувствую её запаха. * — думал Феликс — *Да, уж! * — тяжело вздохнул парень — *Как же я устал сегодня. Сегодня день вообще не пошёл по плану! Сначала это поездка в Корею, потом этот чёртов «брат», а сейчас ещё практически одиннадцать часов просидеть в этом самолёте..... Ах, совсем забыл! Ещё погода говнястая! * — уже злой, но скорее огорченный всеми этими мыслями и всем происходящем, Феликс. Феликс вздыхая посмотрел в окно. За целый час как они ехали по городу уже и вправду успела поменяться погода в худшую сторону. Вместо солнечной, тёплой погоды появилась пасмурная, тоскливая погода. У парня от такой погоды всегда болела голова и жутко скручивало живот. В эти дни он всегда принимает свои лекарства, которые ему выписал его личный врач. Беловолосый парень так задумался, что даже не заметил как к нему подошла стюардесса. — Мы скоро будем взлетать, пожалуйста выпейте таблетку от головной боли и тошноты — сказала нежно стюардесса, смотря как парень медленно поворачивал на неё голову. Феликс сразу понял, что это отец сказал ей принести ему таблетки и был этому рад. Потому что боль усиливалась. Он знал что отец внимателен к «своему любимчику» и всегда тихо ликовал что это был именно «он». Парень, быстро взглянул на отца, который сидел на переднем кресле, сейчас для Феликса там где сидел отец это была левая сторона. Тот облакатившись на спинку кресла, нервно постукивал пальцами об подлокотник и тихо слушал собеседника по телефону. Феликс снова повернулся к девушке, мило улыбаясь. — Хорошо, больше спасибо! — сказал Феликс, беря у девушки стакан воды и две таблетки. После чего Феликс выпил их и запил водой, потом отдал уже пустой стакан. Девушка покинула салон, сказав приготовиться к взлёту. Феликс сразу неспеша начал застёгивать на себе ремень. Это же действие проделывал его отец, как только закончил разговор. После самолёт начал набирать скорость, а потом и вовсе взлетел. Феликс устало откинулся на спинку удобного, мягкого кресла. Он хотел не о чём не думать, но мысли сами поступали к нему в голову. Не давая сосредоточиться на чём нибудь другом. Парень был очень заинтересован в этом авторе, который написал картины для отца. И в президентском сыне-альфе, уж больно ему хотелось посмотреть как он выглядит. *Хм… Почему этот «старик» нечего не рассказывает? Моё любопытство убьёт меня изнутри! * — думал Феликс, покусывая нижнию мягкую губу. Отец, повернувшись к сыну, увидел что тот практически до крови прокусил свою губу. — Тебя что-то тревожит, Феликс? — сказал он смотря как Феликс немного вздрагивает от его голоса и поворачивает голову в сторону своего отца. — Нет, нечего такого … — сказал Феликс, опуская взгляд вниз и немного подумав, поднял возмутимый взгляд обратно на отца — … хотя знаешь! Да меня кое что тревожит! Твоя, загодочность! Расскажи, кто тот автор картин! Я из — за этого нармольно заснуть не смогу! — Хорошо, хорошо — сказал отец, мило улыбаясь сыну — его зовут, Хёнджин. Он пишет картины. Его картины стоят состояния. Все люди из высшего общества друг с другом уже передрались, да бы убрать конкуренцию, потому что не каждому он продаёт своё искусство. — отец остановился буквально на секунду, а потом продолжил — Он достаточно богатый и известный художник. Он альфа и даже очень красивый, — на этих словах отец подмигнул своему сыну — Я был бы очень рад если, бы вы сблизились! — Почему? — сказал с интересом, Феликс. — Хм… На это я тебе отвечу после завтра, когда мы поедем в дом Хванов (говорится про фамилию президента) на их скрытую вечеринку. — от этих слов на миленьком личеке Феликса заиграла хитрая улыбка и взгляд. — Вечеринка, говоришь? — кивнул ему в ответ отец — Почему ты сразу с этого не начал? А? — парень вопросительно посмотрел на отца. — Потому что хотел тебе это сказать, когда мы приедем, сначала в отель твоего брата Вильяма. — сказал он, от этого Феликс немного встревожился. Нет не от брата. Вильям был очень хорошим братом, насколько он помнил. Он был алфой и был так же, как и Феликс, внебрачным сыном. Он был высоким с белоснежной кожей, с красивыми голубыми глазами и тёмные практически чёрные волосы. По правде говоря Феликс любил его не как брата. Вильям всегда с ним был нежен, пока не начал встречаться с другими омегами и бетами и он понял что для него он останется лишь капризным младшим братом. Несмотря на то что у Феликса с отцом были ужасно натянутые отношения, Вильям с отцом хорошо разговаривали. Отец даже начал его продвигать в одном бизнесе, в Корее. А когда ему исполнилось двадцать один год, отец ему отдал этот бизнес. Феликс на тот момент уже не разговаривал с ним, потому что тот по горло был в делах. Сейчас, Вильям, как знает Феликс готовится к свадьбе. Он встречался с каким-то парнем-омегой около двух лет, а потом тот забеременил. И вот все эти подобные «сопли». Почему «сопли»? Потому что, Феликс ненавидел слово «любовь», его тошнило от него и всё что связано с ним, и всё что делают когда «влюбленны». Ну, а причина была в том, чтобы не влюбиться как его мать и не бегать как все омеги за альфой. — А потом на следующий день, ближе к сумеркам, — продолжает отец, а Феликс от его голоса, традиционно вздрагивает — мы бы поехали на вечеринку, там бы я тебя и познакомил и с автором, и с сыном президента. — Так, хорошо… — ответил, Феликс — … А на сколько дней мы туда? — На две недели — ответил тот. — А, мы всё это время будем в отеле жить? — интересуется Феликс. — Нет — коротко отвечает тот. — А, почему нет? Тогда, куда мы потом? — как-то с грустью сказал Феликс, он хотел бы побыть с братом подольше, хотел снова испытать на себе, те ласковые слова и прикосновения его брата. — Я знаю что ты хочешь больше побывать в окружение брата, но у него через месяц свадьба и он сказал, чтобы мы приехали именно на неё. Как раз и по будем в Корее подольше. — тихо вздохнув от устолости, начал продолжать отец — А в этот раз мы будем у твоего двоюродного брата! — сказал отец, подзывая стюардессу жестом руки — Можно нам чаю лавандового, на двоих? — Да, конечно. — коротко ответив, стюардесса пошла готовить лавандового чаю. Феликс всё это время был в замешательстве. * Он что, даже чай сказал закупить на борт самолёта? * — думал он. Лавандовый чай… у Феликса был самый любимым. Хоть зелёный чай он тоже любил пить, но этот особенный. Он помнит как когда ему было года так, четыре. Они с мамой поехали в Корею к его двоюродному брату, да бы познакомиться с родными. И там он познакомился с красивой омегой. Омегой с темно-рыжими волосами и кошачьими глазами. Он был талоном грациозности и красоты. Феликса хоть и считали очень красивым, но он сам это не признавал когда стоял рядом с эти мальчиком. Мальчиком по имени Минхо. Он был двоюродным братом по маменой линии. Он был сыном маминого брата-омеги. Минхо рос без родного отца, он ушёл от них в семью Ким, когда ему был год. Но Минхо за это не осуждал отца, но и с ним разговаривать не собирался. Да и дружить с его типо «братом» Ким Сынмином он не хотел. И его папа нашёл себе нового альфу, господина Яна. На тот момент Минхо было уже четырнадцать. И у этого господина Яна был сын-омега, Ян Чонин, ему было около десяти. И Минхо пришлось с ним подружиться. Чонин был миленьким, чёрные волосы, лисьи глазки, длинные, грациозные пальцы, которые он принимал для игры на фортепиано. Самое странное было для Минхо что, все они были связаны. От Минхо ушёл отец в семью Ким и там родился Сынмин, которого он терпеть не может. Через два года где-то рождается Чонин и его знакомятся с Сынмином. Тогда Чонину было пять лет, а Киму около семи. Потом его папа находит этого господина Яна и жениться на нем, и у Минхо появляется «брат» Чонин. И ему приходится терпеть ещё не только этого брата, но ещё и Кима. Потому что, господин Ян и господин Ким (папа-омега Сынмина) были очень хорошо знакомы. Минхо это всё бесило! Он находил спокойствие только в одном месте. Там где когда-то они с Ликсом пили лавандовый чай, чай который Минхо не любил до встречи с ангелом. Они сидели на ромашковом поле, которое было где-то на холмике и с него они смотрели и на рассвет, и на закат. Минхо не хватает Ликса, так же как и Ликсу — Минхо. — А двоюродный брат… — Феликс, вернувшись от воспоминаний немного помедлив, он хотел продолжить, но не знал точно ли это может быть Минхо? Они с ним не виделись уже пятнадцать лет. Когда он туда приезжал ему было четыре года, а Минхо девять лет. Сейчас должно быть ему двадцать четыре года и до этого времени они изредка разговаривали по телефону — это ведь Минхо? Верно? — всё же задал вопрос Феликс. — Да, всё верно! Я не хотел чтобы ты упустил такую возможность с ним встретиться! Да и как раз у тебя будет время сним повесилится! — Феликс расплылся в улыбке. Его красивенькие глазки засеяли от восторга. Он наконец увидет своего брата? — Спасибо тебе большое! — сказал, беловолосый парень, немного подпрыгивая на кресле. Даже после того как они попили, принесённый стюардессой, чай. Он не мог успокоиться, но все равно летел Феликс со спокойной душой. Часами позже* Были сумерки за окном самолёта, но Феликс не был сонным на удивление себе. Он просто сидел и смотрел в окно, но иногда поглядывая на телефон. На нём была включена фотография. На ней он был на ромашковом поле с девяти летним Минхо. И в какой-то момент вспомнил с лёгкой улыбкой на лице, как их отыскали две девочки, его сестры. И они их сфотографировали. Это было смешно, так как на фотографии Минхо кривился от чая, а Феликс от смеха катался по ромашкам. От этого Минхо практически плакал, он очень любил ромашки, но сам начал на них кататься от смеха когда увидел эту фотографию. Они ещё тогда пообещали друг другу, прийти сюда когда увидятся снова и опять с лавандовым чаям. — Ещё час и мы прилетим. — возвращая Феликса в реальность, сказал отец — Солнце моё, ты сегодня сам не свой, всё время в мыслях сидишь. — Не называй меня так! Ты помнишь, при своих коллегах ты можешь называть меня по разному, а когда мы одни для тебя я только Феликс! — немного с злостью и с хриплым голосом сказал Феля. Он сам не понял почему? Зачем он так с ним? Отец и так его терпит, а он? — Извини, я не знаю что на меня нашло. — опомневшись быстро извинился Феля. — Нечего, я всё понимаю, потому что причинил тебе столько же боли, сколько и твоей матери. — Не начинай! — Хорошо не буду… Но ты так и не… — не дав договорить отцу, начал Ликси. — Это моё дело, не лез туда куда не просят. Если я иногда радуюсь твоим поступкам и не говорю что ненавижу тебя, это не значит что моё отношение к тебе стало другим! — Извини… — ответил отец. Он правда рад что у него родился именно такой сын. Он устал что всем его сыновьям нужно только место в обществе и деньги. А этот..... Самастоятельный, не любит сопли о любви, гордый, но резок на язык. Да, это именно то, что он хотел от всех сыновей. — … Я правда перебарщиваю с нежностью. Но всё равно я тобой горжусь. — За то что я один девственник из твоих сыновей-омег? То что один с мозгами и что самый красивый? — отец на это только тихо хихикнул. Это была вся правда, Ликс впрочем был самым красивым из его сыновей, и даже на уловки альф не вёлся, как например его остальные сыновья. У него и мозгов больше и думает хлоднокровно. *Отличный сын! * — думает отец, садясь напротив Ликса. В машине * * Хм..... Зная брата, отель будет пяти звёздочный. Весь роскошный, чуть ли не из золото сделан будет. * — усмехнулся Ликс и посмотрел на отца. — Мы скоро будем. — ответил он, на немой вопрос сына — Я знаю что сейчас поздно для знакомства, но познакомиться с омегой твоего брата надо. — Почему? Хотя не отвечай, мне всё равно что ты скажешь. Но, хорошо я познакомлюсь с этим омегой. — с саркастической улыбкой Ликс сказал и посмотрел обратно в окно лимузина. *Да уж, это точно машина Вильяма. Он всегда любил лимузины, а салон всегда чёрный, кожаный. * — Вот только эта мысль проскочила в голове Феликса и машина начала медленно останавливаться в повороте, да бы не задеть ограждения. Немного проехав машина делает поворот на парковку. Остановившись шофёр вышел из машины, обойдя её он подошёл к двери отца и открыл её показывая жестом руки что можно выходить. Отец элегантно вышел и сразу начал кого-то обнимать. Феликс начал слышать чей-то знакомый голос и стал побыстрей выходить из машины. Выйдя он увидел высокого альфу. *Это что Вильям? Нет это же не так, да? * — Феликс что с тобой? Не узнал собственно брата? — начал лится в уши Феликса очень мелодичный голос. — Да, не узнал. — открыто признался Ликс, на его лице наверно они видели удивление или что-то виде страха. Но в душе Феликса играло лишь необыкновенное любопытство — Ты сильно изменился! И волосы до локтя, и шрам на лице и..... Что?.. У тебя глаза зелёные? — Феликса это очень удивило, но почему-то от этого вида брата Ликс начал очень звонко смеяться. Но этот смех как гипноз для всех альф, он был очень красивый ну прям очень, очень красивый. — Ликси у тебя такой прекрасный смех, — начал Вильям, от его голоса Феликс немного успокоился. — Я знаю это хён. Ну что когда ты нас будешь знакомить с тем кто носит моего племянника? — с мягкой улыбкой говорит Ликс. — А, сейчас! — немного отойдя в сторону Вильям кому-то подал руку — Знакомьтесь это Чхве До Ён. — Можно просто До Ён. — прозвучал мягкий голос. Это был хрупкий омега с светлой традиционной для омег кожей, но у Фели светлее. И с белыли, в прямом смысле белыми волосами. *Он что альбинос? * *Ох, нет он обычный… Ну глаза у него голубые, нежные * — думал Феликс. *Да это прям омега* — сделая губки в одну лишь линию, думал Феля. — Приятно познакомиться, меня Ли Феликс. — протягивая правую руку сказал Ликс. — А, корейское? — задал вопрос До Ён, игнорируя протянутую руку. — Корейское..... Ёнбок. — ответил он с неким раздрожением и убрал руку. — Так… Хорошо Ёнбок знай, у нас с Вильямом любовь и ребёнок! Так что возвращайся ты обратно! — повышая голос говорил До Ён. У Феликса можно сказать, от удивление глаза чуть не выпали. — До Ён что ты начинаешь? — строго проговорил Вильям. — Ты же сам говорил что когда-то тебе нравился какой-то Ёнбок! — уже кричал омега на альфу и при этом положил руки на выпуклость живота. — Всмысле? — вошёл в разговор отец с такими же глазами как и Феля. — Отец я всё тебе объясню завтра, а сейчас… — Вильям взял за руку омегу и продолжил — До Ён зачем ты начинаешь это Феликс мой брат, что было в прошлом уже не важно! — начинает повышать тон на омегу — А сейчас у меня есть беременный омега, — опомнившись, Вильям подошёл ближе к омеге и обнял его — и которого я очень люблю. *Подождите… Вильям меня тоже когда-то любил?....... Что?...... * — до Ликси только это и дошло до сознания сейчас — *Подождите..... Его омега ревнует?...... Он, что?....... Прошлое?....... Что вообще здесь творится?.......... * — Не хотел я вас перебивать, но на улице прохладно! — сказал Феликс, после неловкой тишины. — Ах, да. — ответил Вильям немного отойдя от До Ёна. — Извините, меня. В последнее время на меня плохо действует беременность. — неловко сказал До Ён. Отец и Феля переглянулись. — Ну, что пойдёмте в отель? — звонко сказал Вильям — Феликс ты хочешь на какой этаж, повыше? Или по ниже? — Повыше и с балконом. — не задумываясь, ответил Ликс. — Хах… Так и знал. Чуть позже, в номере * Вот, Феликс уже купается в дорогом номере. В бежево-коричневом номере...... Здесь были большие панарамные окна, как любит Ликс. Большая кровать, в неё может поместится человека четыре? Или чуть больше. Она очень мягкая. Возле кровати на полу стелится большой бежевый ковёр. А возле стены объёмный шкаф, что как раз под вещи Феликса. Но он не стал их разбирать, так как они здесь не задержутся. Он уже искупался и одел бежевую пижаму. Как тут..... Стук в дверь *