В объятиях твоей души

Чэн прошел в указанный официантом отдельный зал и тут же остановился в дверях; Сичэню пришлось мягко его подтолкнуть, чтобы тоже пройти, но и он в удивлении застыл. За столом сидели оба брата Не, и если Хуайсан улыбался привычной добродушной улыбкой, то Минцзюэ при виде новых лиц нахмурился. — Хуайсан, что это значит?! — У меня тот же вопрос, — поддакнул Чэн. — Дагэ, я пригласил друзей на обед, что в этом такого? — младший брат мило улыбнулся старшему и тут же повернулся к Сичэню с Чэном. — Ну, что же вы стоите? Проходите. Сичэнь подтолкнул застывшего Чэна. Устроившись, они неловко переглянулись и за столом повисло тяжелое молчание. — Минцзюэ, — начал Сичэнь, — я хочу еще раз извиниться… — Да что ты все время извиняешься-то!!! — вспылил Чэн. — Твоей вины ни в чем нет! Это он тебя опоил, да еще и наркоту какую-то добавил в алкоголь! — Что? — дернулся Минцзюэ. — То! — огрызнулся Чэн. — Твой муженек, или уже бывший?.. — Чэн вопросительно посмотрел на старшего Не, — а впрочем, не важно! Он не только алкоголь подлил Сичэню, но и ещё какую-то химию добавил, видимо, чтоб наверняка! Минцзюэ только опустил голову. Хуайсан невозмутимо обмахивался веером, внимательно оглядывая мужчин за столом. В этот момент зашел официант принять заказ. Минцзюэ покачал головой, Сичэнь тоже отказался от заказа. — Воды принесите, пожалуйста, — попросил Чэн. — Тебе надо больше пить! — обратился он к Сичэню. — И больше ничего не надо, аппетита нет. — А я закажу, — оживился Хуайсан. Пока не принесли заказанный Хуайсаном салат, все так и сидели, молча буравя друг друга взглядом. Даже умевший поддержать любой разговор младший Не молчал, только обмахивался веером. Минцзюэ, внимательно наблюдающий за братом, уже собрался было спросить, что же происходит, когда дверь открылась и вошел человек. Чэн сразу же вскочил, Минцзюэ просто застыл на месте, глядя на вновь пришедшего. — Яо… — тихо произнес Сичэнь. От грозившей мгновенно разразиться бури комнату спас официант, принесший заказ Хуайсана. — Спасибо, — улыбнулся Хуайсан, — больше пока ничего не надо, не беспокойте нас, пожалуйста. Официант, кивнув, ушел, закрыв дверь за так и стоящим у входа Яо. — Яо, проходи, садись, — пригласил Хуайсан. — Что он здесь делает? — произнес, еле сдерживаясь, Чэн. — Я уже сказал, нам всем надо поговорить! Поэтому я вас тут и собрал! Яо, проходи. Чэн, сядь! — резкий отрывистый тон настолько не вязался с обычно мягкой манерой поведения младшего Не, что Чэн непроизвольно послушался. Но тут же схватил Сичэня за руку и прожег гневным взглядом несмело усевшегося ближе к Хуайсану Мэн Яо. Сичэнь мягко сжал руку Чэна, стараясь успокоить. — Хуайсан, и все же объяснись, зачем ты нас собрал? Хуайсан опять раскрыл веер и обмахнулся им пару раз: — В тот вечер все были настолько на нервах, что никто никого не захотел слушать, особенно Яо. — Да что мне слушать, я все видел! — не успокаивался Чэн. — Думаешь, мне приятно было застать этого поганца на коленях перед моим парнем и уже расстегивающего ему ширинку?!! Минцзюэ, сжав губы, отвернулся. Яо сжался еще больше, безуспешно стараясь стать незаметным. — Успокойся, Чэн, что вы все видели и какие выводы сделали, я знаю. Но, в отличии от вас, я все-таки выслушал Яо, прежде чем делать выводы. Чэн открыл рот, чтобы возразить, но Сичэнь сжал его руку сильнее: — Чэн, прекрати, я бы тоже хотел выслушать Яо, — повернувшись к парню, он мягко улыбнулся. Яо несмело улыбнулся в ответ, но, поймав гневный взгляд Чэна, тут же спрятал улыбку. — Спасибо, Сичэнь, — Хуайсан кивнул, — в любом случае, никто отсюда не уйдет, пока мы не выслушаем его версию! — Хуайсан в упор посмотрел на мрачного брата, упрямо отводящего взгляд от своего мужа, в то время как тот, наоборот, смотрел на него, пытаясь поймать взгляд. — Начинай, Яо. — Кхм, да, — Яо откашлялся, кинул виноватый взгляд на Сичэня и опять посмотрел на Минцзюэ. — Как вы знаете, мой биологический отец Цзинь Гуаньшань…