Песнь Красного Цветка

Роскошь государства Саньлэ погреблась под черным пеплом и людским прахом, под ними остались лишь несгораемые драгоценности, разноцветные бусины, белый мертвый жемчуг, искривленное золото. Золотая ветвь с яшмовыми листьями, Его Высочество Наследный Принц лишился абсолютно всего: страны, дома, приближенных, последователей. Однако на окраине, до куда еще не дошли дьявольские языки пламени, стоял последний человек с горящим взглядом, полным восхищения, боли, безумия, пылающей, ярче чем огонь в стенах императорского двора, яростью. Все давно отвернулись от Принца, но юноша все еще смотрел на изуродованную статую божества черными глазами. Над павшей столицей разлился ливень, словно небеса плакали над похороненной под огнем нефритовой шкатулкой с драгоценностями. Бинты на лице юноши промокли, черное одеяние срослось с высоким для его возраста телом, поломанные доспехи вот-вот искрошатся от очередной россыпи дождя. Молодой солдат скалился словно от боли, смотря на изуродованное лицо божественной статуи. Он видел лик своего бога несколько лет назад. Люди пронесли с собой легенду о "Проблеске красоты на улице Шень У", когда Его Высочество Наследный Принц поймал падающего с городской стены ребенка. Тогда же маска, радующая богов, упала на землю, открыв лицо Принца. С того момента в черных глазах ребенка отразился яркий, но не выжигающий, яшмовый свет спокойного взгляда. Добрая улыбка мгновенно успокоила бьющееся от страха сердце. Бусины, вплетенные в каштановые волосы, отливали всеми цветами радуги, золотые украшения на одеждах превращали Его Высочество в нечто невозможное, недоступное для обычных людей, самое драгоценное сокровище. В тот же момент маленькое сердце заполнилось бесконечной благодарностью, восхищением и любовью. С тех пор в маленькой ладони осталась коралловая бусина с шелковой пряди волос спасителя. В существовании того ребенка не было ничего кроме коралловой бусины и любви к божеству. Его жизнь полна неудач, крови и смерти, сам он всегда являлся черной кляксой на белом пергаменте. Без родителей, без дома, без заботы, в вечных драках и увечьях. Жизнь, что могла оборваться тогда, с падением, стала ценной ношей из-за поступка Его Высочества. Но зачем он спас его? - В чем смысл если всюду меня преследует смерть?! Зачем мне продолжать жить, если я сам способен лишь отнимать жизни?! Слушать речи маленького кричащего ребенка было до ужаса больно и едва ли горько смешно. Разве могло дитя вершить то, о чем так громко кричит у храма молодого бога войны? Тогда божество действительно ответило ему. - Если не знаешь ради чего жить, то живи ради меня. Черный глаз мальчика разгорелся как падающая с небес звезда. Воспоминания сгорали. Улыбка некогда прекрасной статуи искривилась, золото почернело от темной пыли после пожара, большие, полные добра и рассудительности глаза исказились, будто пускали струи слез, привлекательные черты молодого лица размылись, одежды превратились в бесформенную изрубленную массу. Юный солдат в черных одеждах помнил, какой роскошной была статуя, когда он приходил к своему божеству в первый раз. Осознание того, что сделали люди и огонь с образом божества вводили в свирепость, пальцы сжимались на рукояти сабли. Сокрытый глаз, едва выглядывающий из-под бинтов, налился кровью. - Я никогда не забуду! Пусть все отвернулись! Ну и что?! Я, быть может и последний, но верующий! Я твой самый преданный последователь! - Забудь. Услышал юноша за спиной мрачный голос Принца. Огонь, негасимый дождем, перебрался на деревья, с них до изуродованного храма, где уже плакала золотыми слезами статуя отвергнутого бога, некогда любимого. - Никогда! Повторил последователь, резко оборачиваясь, но видя перед собой лишь дождь из искр. Языки огня отражались в залитых кровью глазах, блестящих от слез, что тут же иссыхали от адской жары. Лицо за бинтами свело от гнева и истерики, тонкие бледные губы исказились в нездоровой улыбке. Смех зазвучал одновременно с надрывным воем. - Дух Раздора - Один из богатейших чиновников столицы принял в своем поместье монаха, облаченного в простые одежды из грубой, местами расходящейся на нитки, ткани. Лицо у монаха молодое, но взгляд зрелый, как у мудреца. Шею покрывали тонкие слои бинта, такие же повязались на запястьях. На одной из рук обмоталась в несколько колец шелковая лента, ее частенько поглаживали тонкие, длинные изящные пальцы. Каштановые волосы на первый взгляд казались ухоженными, заделанными в простую прическу с пучком, но стоило разглядеть мужчину ближе, недостатки выглядывали, как нити из старого одеяния. В целом, одного яркого яшмового взгляда хватало, чтобы прочесть мудрость, несвойственную столь молодому лицу, а грамотная и рассудительная речь выдавала эксперта. - Так, даочжан уверяет, что эта напасть случилась с нами из-за женского раздора? Прохрипел чиновник, поглаживая тонкие усы. За суровыми бровями взгляд проглядывал уставший, взволнованный. По словам господина в его доме случается одна беда за другой и все с женщинами. Одна подвернула ногу на ровном месте, другая чего-то боится до смерти и не смеет выйти из комнаты, следующая, что вынашивала под сердцем ребенка, лежала на постели мертвенно бледная, ее хватил ужасный недуг. Даже прислужниц омрачали большие темные круги под глазами, которые не прятались за пудрой. Только одна женщина держалась на ногах, ее лицо едва ли трогала печаль и забота, то была новая избранница чиновника. Уже принимая чашку чая из рук той женщины, монах почувствовал частицы темной энергии, а в самом напитке горьковатый привкус. Одного взгляда и глотка хватило, чтобы в голове забродили догадки. Только когда мужчины остались наедине, даос ответил - Все верно. Этот злой дух питается семейными ссорами, силы его растут, если его не остановить, боюсь случаи обретут еще большую жестокость… - Что же мне с этой тварью делать?! Господин в миг разгорелся гневом, опустил чашку с чаем так резко, что темные капли долетели до белых рукавов одежд молодого мужчины. Впрочем, тот просто мягко улыбнулся, вскидывая брови. Ничего же страшного не случилось, просто придется затеять стирку раньше задуманного времени. Лицо даоса быстро сделалось серьезным, золотой взгляд разгорелся решимостью, затем его мягко накрыла таинственная тень. - Есть способ, только мне потребуется…. - Просите чего надобно, даочжан! *** - Лин Вэнь? Всеведущая Лин Вэнь! Монах в простых белых одеждах приложил палец к виску, его большие глаза забегали по просторным коридорам поместья, цеплялись за гобелены, высокие расписные вазы, цветущие ветви, что покоились в них. Все прекрасное казалось едва отторгающим, будто оно покрыто тонким слоем демонической ауры. Тихо. - Да, Ваше Высочество? В голове зазвучал мягкий голос Души Литературы, под покровительством которой находятся дела небесного отдела кадров. Именно она передала задание Его Высочеству Наследному Принцу Се Ляню. Только недавно, разгребая бесконечное количество свитков, дворец Лин Вэнь столкнулся с серьезной нечистью, сконцентрированной на одной семье влиятельного чиновника. Вознесшийся третий раз Се Лянь приступил к расследованию, пусть его магические силы запечатаны после прежних низвержений, пусть он не может пользоваться магическими артефактами, пусть его неудаче можно только ужаснуться, он согласился помочь с делом. По везению или по пакости судьбы, проходя по городским улицам, на Принца налетела женщина, бледная, растрепанная, мокрая от холодного пота, словно утопленница выбежала из реки за жертвой - Помоги мне! Спаси меня! Он меня догоняет! На обезумевшей женщине четко прослеживалась темная энергия, однако никакая нечисть за ней не гналась, иначе бы Се Лянь сразу же почувствовал. Его чутье никогда не подводило. Вынув из рукава магический талисман, Принц мягко хлопнул барышню по спине, приклеивая тонкую, исписанную иероглифами бумагу. Та сразу же закатила глаза и обмякла в руках. Следом выбежал ее муж. Кто ж мог подумать, что это окажется тот самый чиновник? В поместье Его Высочество прошел уже как уважаемый гость, даос, который усмирил лихорадку жены господина. - Есть какие сведения? Его Высочество раздал указания, попросил у чиновника все необходимое для поимки злого духа и вышел, чтобы исследовать обстановку, заодно переговорить с Лин Вэнь. - Определен ранг демона - Свирепый. Это не первые его буйства в столице, здесь он успел извести около двадцати наложниц. Они умирали либо от, казалось, несчастных случаев или наносили себе увечья сами, дабы избавить себя от страха. Се Лянь задумался. Сейчас среди жен чиновника происходило то же самое, несчастные случаи один за другим, безумие и страх в глазах бегущей по улице женщины… - Наложницы, значит. Все убийства происходили в кругах женщин… Есть вероятность, что демона вызвала как раз женщина, которая измучалась от ревности. Лин Вэнь, тебе известно что-то о последней жене господина? Бог Литературы ненадолго замолчала, скоро по сети духовного общения вновь раздался ее ровный голос. - Немного. Ее имя Шан Юи, хоть красавицей ее и не назовешь, она достаточна умна. Семья занимается издательством книг, сама Шан Юи начитанная, неудивительно, что привлекла столь высокопоставленно лицо… - … и возможно нашла способ привлечь демона Заключил Его Высочество. Послышался шорох, впервые за долгое время хождений по мрачным коридорам поместья. Грохот, такой страшный, прямо за поворотом. Рука Принца оголилась от рукава, шелковая лента, подобно змее, была готова заглянуть за угол и обвиться вокруг жертвы, но осталась сидеть на запястье. Округлив глаза, Се Лянь понял, что это никакая ни угроза, всего лишь уставшая служанка с одеждами и шкатулкой в руках. - Барышня, не ушиблись? Мужчина присел на колено, но едва ли вмешался в личное пространство молодой девушки. Помог лишь подобрать ткани и захлопнуть шкатулку из которой ничего не выпало. - Ах, нет, уважаемый даос. Это одежды, которые могут подойти Вам… уже все готово - Благодарю. Тогда завершаем приготовления и приступаем. Помните, ни в коем случае не выходите из комнат до рассвета! *** Принцу выделили покои, достаточно просторные, будет где развернуться, если Дух Раздора явит себя. Сейчас Его Высочество сидел напротив столика с зеркалом, искусно выполненного из красного дерева, и расчесывал волосы нефритовым гребнем. Сквозь острые зубцы проскальзывали шелковые каштановые пряди, затем мягко падали на грудь. Тело покрывали невесомые, едва ли непрозрачные тончайшие ткани легкого ночного халата, рукава и подол украсились тонкой белой вышивкой, что несла в себе сюжет цветения. Столь привлекательный женский ночной наряд нужно было еще умудриться достать, благо, чиновник принял все просьбы с великой серьезностью. На шее блестела золотая цепочка, хранящая в себе энергию пострадавшего господина. Губы Се Ляня прикрасила неяркая помада, придав им еще более кокетливый и пухлый вид, широкие брови пришлось привести в порядок для образа, а яркие выразительные яшмовые глаза дополнительно выделила черная подводка. Щеки наливались естественным румянцем, пока мужчина, нет, точнее новая избранница господина смотрелась в зеркало. Какой же позор… но Его Высочеству не привыкать, бывало и хуже. Мужественность выдавали скулы, широкие плечи, остальное скрывали ночные парящие одежды. С приготовлением закончено. Послышался легкий звон, будто колокольчика. Из темного угла комнаты вылетела бабочка невероятной красоты, ее тонкие крылья, словно сотканные из серебряной нити издавали тот самый чарующий звук. - Какая красивая… Не удержал восхищения Принц и во все глаза загляделся на создание, робко протянул руку навстречу. Бабочка присела на палец, едва обдав его холодом серебра, затем полетела в сторону приоткрытого окна, роняя за собой россыпь серебристой крошки. - Будь осторожнее, малютка. Протянул Се Лянь, откладывая нефритовый гребень. Солнце садилось. Его Высочество прилег на постель, закрыл глаза и провалился в сон. Сновидение перенесло его в далекое прошлое, в детство. Он сидел среди высоких мраморных колонн императорского дворца, играл с золотыми кирпичиками, выстраивая из них домики. В маленьких пальцах перекатывались гладкие бусины, затем выскальзывали, прокатывались меж золотых домиков. Когда бусина задевала опоры, постройки ломались, Принц тихо смеялся. Помимо голоса юного наследника престола в зале слышалось женское пение. Чем сильнее Се Лянь прислушивался к пению в своем сне, тем менее разборчивым оно становилось. Светлые стены дворца меркли, превращаясь в темные полотна. Ничего кроме темноты не осталось. Вновь послышался голос. Низкий, мужской, приятно протяжный. Слух окутала спокойная песня на неясном языке. Его Высочество знал достаточно языков, но этот едва ли был похож на какой-то из них. Так интересно и красиво. Веки задрожали, ресницы хлопнули, тело обдало холодным потом. Голос звучал совсем рядом, стало ясно, Принц на кровати лежит не один и тот, кто рядом с ним уже заметил пробуждение, притворяться спящим бессмысленно. Это и есть тот Дух Раздора? Демон принял его за жертву? Прекрасно! Но рано радоваться. Сонные глаза, едва приоткрытые от век, скользнули в сторону. Темно, удалось разглядеть лишь силуэт с широкими плечами и небрежно лохматыми волосами. Незнакомец лежал на боку, совсем близко, но его дыхания не ощущалось. Демон. Се Лянь и незнакомец лежали лицами друг напротив друга, первый боялся пошевелится, второй продолжал тихо петь песню. Вслушиваясь в неизведанную речь, Принц распознал одно слово "цветок". Любопытно, о чем же ему поет Дух Раздора? Снаружи покоев раздался женский душераздирающий крик, полный ужаса. В груди поселилось леденящее чувство тревоги. Медлить нельзя. Демон шутит над ним, хотел напугать через страх другой женщины, чтобы напитать энергией? Принц не боялся, вскочил с постели, выставил вперед руку и выкрикнул. - Жое! Схватить! Хоть Его Высочество и не мог использовать магические артефакты, все же были исключения. Таким исключением был маленький оборотень лента по имени Жое. Порой лента вела себя глупо, как ребенок, приходилось ее учить манерам, но в бою вела себя крайне умело и бесстрашно. Жое покинула руку хозяина, белоснежной стрелой метнулась в лежащий темный силуэт. Послышалась тихая усмешка. Демон не испугался, не рассердился, наоборот, его словно что-то порадовало. Едва ли лента коснулась тела, в глаза ударила серебряно-белая вспышка. Жое мигом вернулась на руку Се Ляня, что уже прикрывал лицо от яркого света. Привыкнув к освещению, мужчина шире раскрыл глаза, разомкнул губы от удивления. Вокруг него порхали сотни серебряных бабочек. Невероятная красота мешалась с удивлением, пока малютки разлетались по площади покоев, другие неспешно направились в приоткрытую дверь, кажется, указывали дорогу. Легкие одеяния обволакивали тело, сам Принц напоминал большую белую бабочку из-за парящих при ходьбе рукавов и подола. Обнаженные ступни привыкли к прохладному полу. Небо черное, непроглядное, путь освещали лишь бабочки. Стоило ли доверять маленьким созданиям? До слуха дошел надрывной женский плач. Опять! Кажется, он доносился из другой части поместья. Се Лянь рванул по коридору, двери перед ним неожиданно захлопнулись, так резко, что чуть не ударили по носу. Отпрыгнув, Его Высочество возмущенно впился взглядом в преграду. Магическая печать. Ему не пройти. Без капли магических сил ее не разрушить. Однако в стороне открылись двери в сад, туда же неспешно пролетели бабочки. Ночной холод морозил кости, но яшмовый взгляд разгорелся ярче. Можно обойти поместье через сад, найти лазейку без печати и проникнуть в комнаты кричащей женщины. Выйдя на улицу, Се Лянь схватился за горло. Не все так просто. В воздухе витала тяжелая демоническая аура страха и смерти. Глаза наливались кровью и слезами от невозможности вздохнуть, но Принц не собирался останавливаться. Несколько шагов и в голове помутнело, ноги налились тяжестью. Но Его Высочество не упал. Его придержали чьи-то холодные руки. Сознание быстро пришло в норму. Се Лянь выпрямил спину, уверенно встал на ноги, но чувствовал, что его до сих пор придерживают за талию и руку. При белом освещении бабочек Принц разглядел белоснежную как снег кожу ладоней, красную нить на третьем пальце, серебряные наручи с узором кленов, бабочек и диких зверей. Сердце в груди замерло. Медленно и неуверенно светлые глаза поднялись, но лица незнакомца не разглядел, все затянуто темным дымом демонической ауры. Его Высочество мог выдать рост, но раз мужчина столь бережно его обнимал, значит ничего не заподозрил, счел за женщину. Сам незнакомец был высок, галантен и изящен. Одежды цвета крови придавали ему еще больше загадочного коварства. Серебряные украшения звенели даже при мягком шаге. Ожерелье раскинулось поверх широкой груди, в нем читались тернистые ветви и бабочки. Серебряный пояс с которого свисал изогнутый ятаган в ножнах. Ярче всего звенели цепочки на черных сапогах, что плотно облегали ноги. Дышать все еще тяжело, из груди вырывался тихий хрип. Оба не проронили ни слова. Был ли мужчина в красном Духом Раздора? Зачем же тогда ограждает от удушающей силы магической печати? Играется? Неожиданно в белоснежных ледяных руках оказался красный зонт. Длинные пальцы с черными ногтями обвились вокруг ручки зонта, узоры на которой несли те же сюжеты, бабочки. Кисточки на спицах зонта тихо покачнулись. Послышался легкий стук дождя по красной ткани над головой. Се Лянь осторожно протянул руку вперед, за пределы зонта, желая проверить от чего его укрывают. На ладонь капнуло несколько густых капель крови. Зрачок сузился от недопонимания, дыхание сперло. Одна рука незнакомца в красном держала зонт, вторая все еще мягко лежала на талии, обнимая. Не сопротивляясь, Принц присоединился к уверенной поступи таинственного господина. Жое была наготове, одно слово Его Высочества, и та с готовностью змеей накинется на врага. Черные тучи прояснились, сад залился ярким светом холодной луны. Его Высочество Наследный Принц в сопровождении демона прошел на мостик, возвышенный над прозрачной гладью чистейшей воды, ощутить ее края позволяли лишь плавающие круглые кувшинки с мягкими цветами. Белоснежные цветы задрожали от бесчисленных ударов кровавых капель. Вскоре все белые лепестки окрасились в бордовый цвет, а чистейшая вода напоминала реки крови после битвы. Осматриваясь по сторонам, Принц не уловил и следа черного тумана. Тяжесть смертоносной энергии рассеялась из-за пугающего, одновременно чарующего дождя. Собственные белые одеяния не омрачила ни единая капля крови. Золотой взгляд все пробегал по чужим пальцам, серебряным наручам, поднимался к ожерелью и едва ли подпрыгивал к белому лицу, сокрытому волосами цвета вороньего крыла. Звон серебра стих, шаг остановился. Ладонь покинула талию и приглашающим жестом указала на вход в поместье, там в черных коридорах уже ожидали светящиеся бабочки. Его Высочество придержал подол ночных белых одежд, шагнул на порог и едва было повернулся, чтобы бросить взгляд на мужчину в красных одеждах, тот исчез. Остался лишь шум кровавого дождя. Принц крепко вцепился в подол ночных одежд и бежал через коридоры, бабочки успевали освещать ему дорогу и помогали выбрать путь. Се Лянь знал, лучше уж положиться на сознание малюток, чем на собственное везение. Вскоре послышался терзающий дамский плач. Двери с грохотом распахнулись. Яшмовые глаза округлились от ужаса увиденной картины. Та несчастная женщина, чей взгляд окутал безграничный страх на пути к дому чиновника, висела подвешенная над собственной кроватью. Ее разорванные одения, обнажали участки изуродованного в порезах тела, руки и ноги перевязаны крепкими узлами красной веревки. На белые простыни беспрерывно стекала нить свежей крови и слез. Глаза жены господина налились кровавым цветом от долгих страданий, лицо побелело, будто бедняжка висела не только под потолком, но и на грани жизни со смертью. - Госпожа! Его Высочество рванул к кровати с целью как можно быстрее освободить связанную женщину, как на него налетело нечто из темного угла. Ледяной страх пробил тело дрожью, вздохнуть и привести эмоции в порядок не вышло, давила смертоносная энергия. Держать разум в сознании помогал лишь шум дождя за открытыми окнами. Поваленный на спину Принц жмурился от капающей на него крови с тела онемевшей от страха женщины. Собственное тело не слушалось. Веки разомкнулись, глаза, сквозь мутную пелену крови, разглядели тонкий силуэт над собой. На животе ощущалась тяжесть, грудь обдало льдом. Ворот белого халата, уже запачканного, развелся в стороны, тогда обнаженная кожа ощутила прикосновение женских ладоней. Щекотка с дрожью пробежали по всему телу. Путь Совершенствования Его Высочества подразумевал воздержание от плотских удовольствий, вина, чрезмерного гнева. Ощущение чужих касаний до тела выводили из себя, особенно, когда это были руки Духа Раздора. Столь непристойные скольжения пальцев по мокрой от пота груди вызывали на бледной от страха коже румянец. Наконец, тонкие скрюченные пальцы ухватили цепочку, что одолжил чиновник. - Ты думал меня обмануть…. Глупый монах. Устроил игры с переодеванием, переполох, как только ты прошел мои лабиринты? Се Ляню ничего не оставалось кроме того, как хлопать глазами и контролировать дыхание. Кровавая пелена ушла со взгляда, являя личину демона, точнее, его "одежки". Ни один Принц играл в переодевание. Когда последняя избранница господина выносила чай, Его Высочество заметил некую "деревянность" в образе Шан Юи. За много лет Се Лянь научился безошибочно распознавать живое от мертвого, ему хватило одного взгляда, чтобы понять. Тогда перед ним была вовсе на Шан Юи, а демон, натянувший на себя ее кожу. Искусный Свирепый принял облик жертвы и влился в семью чиновника, наводя беды уже изнутри поместья. Конечно, сама Шан Юи давно мертва. Пальцы демона почернели, вытянулись, заострившиеся когти замахнулись над Принцем, намереваясь нанести серьезный удар по шее, но вместо этого стальные когти разорвали золотую цепочку и оставили несколько неглубоких царапин на груди. - Убери свои поганые лапы, уродина! Раздался крик со стороны. Голову демона окутала вспышка пламени, сквозь клубы дыма Его Высочество разглядел налившиеся яростью и крови глаза. Пришло время действовать. - Жое! Пока Дух Раздора хлопал огонь на своей голове, черные запястья обмотала белая шелковая лента, быстро и крепко. Принц нанес удар, резко перевернулся и повалил под своим весом беснующееся тело. - Прошу простить! Все же демон находился в коже женщины, а его поведение крайне неучтивое. В покоях оказалось еще двое мужчин, помощники Его Высочества Наследного Принца, его бывшие слуги и друзья еще до времен падения столицы Сяньлэ. Му Цин опустил веки, эта деталь придавала его облику большей холодности к происходящему. Черты лица мужчины изящные, словно он не бог войны юго-запада, а бог литературы. Но вот нелепость, вместо привычных черных строгих одеяний и доспеха его тело облачал женский халат. Черные волосы вместо хвоста заделались в кокетливый пучок, проколотый парой заколок. Му Цин, он же Совершенный владыка Сюаньчжэнь одним взмахом сабли обрезал веревки под потолком, подхватил потерявшую от страха сознание женщину и отнес ее подальше в безопасное место. В грудь Духа Раздора, уже орущего от ярости и безумия, вонзилось несколько стрел с одного выстрела Фэн Синя, Совершенного владыки Наньяна. Меж его грозных хмурых бровей пролегла складка, придающая лицу еще большую суровость. Кожа цвета пшеницы налилась румянцем от гнева, возможно это было из-за одежд. Тело хоть и стройное, но крепкое сковывали те же женские одения. Надо было соглашаться на эту дурь?! Бог войны юго-востока вонзил еще несколько стрел в демона, пока тот не перестал излишне агрессивно рыпаться. Боги войны пришли на помощь Се Ляню благодаря Лин Вэнь. Изначально Принц отказывался от жестов Божества Литературы, знал, что никто ему помогать не станет. Но уже во время задания Его Высочество приятно удивился, на помощь пришли старые друзья, да еще с таким невозмутимым видом, словно прогуливались мимо и решили заглянуть Вместо ленты руки демона сковали небесные оковы, крепкая золотистая цепь, которую ни разорвать, ни разбить. Женщина все еще не пришла в себя. Чтобы смягчить боль от ран один из помощников Принца напоил ее чудодейственным снадобьем. Осталось отправить преступника в Небесную Столицу, дождаться рассвета и рассказать все чиновнику. - Дурацкие костюмы, зачем только я согласился на эту авантюру… Все равно эта тварь нас сразу же раскрыла! Басил Му Цин, нервно дергая подолы женских одеж. Пальцы крепко сжали шпильки в заколке, сминая их и ломая. Прическа лохмато распалась по плечам. - Ваше Высочество, прикройся! Только сейчас Се Лянь заметил, что его легкий наряд раскрылся до невозможного непристойно. Во время сражения с Свирепым ему некогда было думать о таких мелочах, сейчас же, когда все закончено, стоило озаботиться. Благо, Фэн Синь кинул в него какой-то темный халат. - Изначально все шло по плану. На мою ловушку действительно попался демон, только это был не Дух Раздора… В голове Се Ляня ярко расцвели воспоминания о чудесной песне на незнакомом языке, чарующие красотой серебряные бабочки, одежды, краснее кленов, холодные руки белее снега. - Что?! Так, мать вашу, в этом гадюшнике еще один демон?! И каким образом ты без магических сил пробрался через лабиринт с печатями? Вспылил Фэн Синь, яростно вытирая с лица косметику. Его Высочество, укутываясь в верхние одежды, медленно прошел к окну. Кровавый дождь прекратился, от демонической ауры смерти не осталось и следа. - Меня провел через сад господин в красных одеждах. Он вызвал кровавый дождь, прогнал черный туман и осветил мне путь серебряными бабочками… Когда Принц повернулся, то двое за его спиной стояли с огромными глазами и приоткрытыми ртами. Их брови нервно дергались, словно оба мгновенно чего-то испугались. Взгляды бешено забегали по комнате. Никто не ощущал постороннее присутствие. Се Лянь удивленно вскинул бровь, невинно улыбнулся, мол, что он такого сказал? - Он говорит, что его провел… Хуа Чэн? - Хуа Чэн? Кто это? Му Цин закатил глаза и слышно усмехнулся. Руки крепко сложились на груди, стало видно, Бог Войны занервничал и прятал эмоции за неприятной усмешкой. - Точно… Его Высочество так долго пребывал в мире людей, что совсем отстал от происходящего! - Сейчас это неважно. Нужно отправить Духа Раздора в Небесные чертоги, я возьму это на себя. Светает. Вы разберитесь с чиновником и его женой. Фэн Синь хмуро глянул перед собой, схватил демона за оковы и удалился. Его Высочество Наследный Принц и Совершенный владыка Сюаньчжэнь дождались рассвета, встретились с чиновником, раскрыли ему горькую правду о Шан Юи, передали спасенную жену, раны которой частично затянулись. - Даочжан, как я могу вас отблагодарить? - Золота не нужно. Лучше посетите храм Водяных каштанов, зажгите палочку благовоний. Чиновник нахмурился, приглаживая тонкие усы. Се Лянь мягко улыбнулся, блестя яшмовыми глазами. - Не слышал о таком храме. В честь кого он? - В честь одного Мусорного Божества *** Се Лянь возвращался в храм Водяных каштанов. Некогда его святилища возводились по указу правителя. Для создания скульптур приглашались лучшие мастера со всей страны, а лица статуй вырезались в строгом соответствии с его собственным. Вдобавок из-за знаменитого изречения Его Высочества "Тело пребывает в аду бесконечных мучений, душа - у Персикового источника" ремесленники взяли за обыкновение украшать венками его изображения и высаживать близ храмов целые рощи цветущих деревьев. В те времена Се Ляня нередко так и называли, Бог Войны Увенчанный Цветами. С третьим вознесением Принц назвался Богом Мусора. Уже никто и не вспомнит о павшем государстве Сяньлэ, не узнает в лицо Его Высочество Наследного Принца. Дверь старого ветхого домишка отперлась, мужчина первым делом повалился на циновку от усталости. Пыльно, не мешало бы прибраться. Есть нечего, хоть на столике для подношений крестьяне сделали подношение в виде овощей и крупы. Приятно. Для счастья большего и не надо. Не смотря на усталость, сон не шел. В голове крутились события прошедшего дня. Раз Дух Раздора пойман, то кто такой Хуа Чэн при упоминании которого на лицах Богов Войны выступили капли пота?