home

— Ограбление на четвертой! — Карен заботливо переводила все полицейские сигналы на него и Питер на автомате кувыркнулся в воздухе меняя направление. Люди внизу приветливо махали, а дети указывали на него пальцем нетерпеливо подпрыгивая. Будто он спуститься и заберет одного из них полетать. Он усмехнулся. Такого, конечно, не случится, но видеть счастливых детишек по утрам было… воодушевляюще. Он наконец достиг четвертой и м-да все же этот полицейский немного преувеличил масштаб проблемы. По улице сбивая всех напрочь бежал паренек, сжимающий в руке дамскую сумочку. Это скорее грабеж, а не ограбление. Но Питер не медлил. Что бы это не было он не делил преступности, а если бы стал, то смог бы смело идти в полицейский участок подписываться новым сотрудником. Почему-то только у них скорость полицейской машины зависела от того насколько все серьезно. Питер приземлился аккурат перед парнем и тот увидев его тут же опустил руки. — Черт, Человек паук! Чего ж так не везет то сегодня? — И я тоже очень рад тебя видеть приятель, постой знакомое лицо, кажется, я тебя еще в прошлом месяце ловил? Вот так встреча! — Ага, лучше не бывает. Липкую гадость пришлось час оттирать. — Оу. Могу в этот раз сразу в участок закинуть? Воришка помялся минуту и устало вздохнул. — Давай. И они побрели в участок. Питер на самом деле даже и не знал зачем это сделал. Ему и дела не было до воришки, и он бы оставил его в паутине чтобы он засомневался таскать сумочки у дам, но захотелось сегодня поступить по-другому. У воришки тоже были сомнения на счет внезапного добродушия Человека паука. — А чего это бы в этот раз милосердие проявил? Учти нас много людей видело. Питер усмехнулся. — Что, боишься, что на опыты пущу? Воришка вздрогнул и только поглядел на него из-под челки. Он же боялся. Его. Питера. Его будто под дых ударило. — Эй ты чего? Ты хоть раз видел, чтобы я кому-то вред причинил? — он возмутился. — Да кто вас суперов знает. Ты одной рукой грузовики на ходу останавливаешь. И еще… Мальчишка хотел было сказать что-то, но осекся. Питер нахмурился. Еще? — Что? Я ничего не сделаю обещаю. Все же из нас двоих чужую сумочку держишь именно ты. Шпилька задела парня, и он вскинулся. — Да что ты?! Думаешь весь из себя правильный? Вы богачи на верхушках ловите таких как я и купаетесь в лучах славы! А ты хоть минуту задумывался почему я краду? — Ну парочку вещей я все же знаю. Я знаю какого это никогда ничего не есть на ланч и мои кроссовки в твоем возрасте были точно похуже чем твои сейчас. Думаешь один ты страдаешь? Как бы жесток не был этот мир, это ты принял решение. И это полностью на твоих плечах. Парень смотрел на него пристально, не моргая. — А ведь ты жесток. Все эти прыжки, яркий костюм, но никто никогда не видел твоего выражения лица. Спасаешь людей безустанно каждый день. А кто ты? Что любишь, есть семья, друзья, возлюбленная? Судя по твоим словам жалости к себе и к другим ты никогда не чувствовал— — О! Смотри-ка! Мы уже на месте, — преувеличенно бодро воскликнул Питер. — Можешь по демагогствовать с офицерами полиции, благо времени у тебя будет достаточно. И еще, люблю я или не люблю, когда тебя в темном переулке прижмет рыба покрупнее, ты будешь молить о том, чтобы я пролетал поблизости. И этого достаточно чтобы защищать город. Паренек замолчал, но выкрикнул, когда на него надевали наручники. — А жить? Этого достаточно чтобы жить? Но Питер уже взмывал в небо. Хватит с него сегодня психоанализа. И да, этого недостаточно чтобы жить. Но пока он может делать бремя окружающих хоть чуточку легче— он будет. В конце концов мир нуждался в Человеке пауке. Не в Питере Паркере, правда, но это ничего. Ведь он и так существовал на половину. Кроме утреннего происшествия в районах было тихо, и он поспешил в квартиру. Пора идти на лекции. Он залетел в окно с разбега, (все еще отлично смазанное!) и начал кидать в рюкзак тетради. Лестер его просто прибьет сегодня. — Питер, ты вернулся? — Мэй постучалась. Он вздрогнул. Она обычно на дежурстве в это время. Он распахнул дверь и внимательно рассмотрел тетю на… да на что угодно! — Питер, что такое? — она обняла его за плечи, и посмотрела в глаза. — Сегодня тоже плохо спал. — Как обычно, — Питер увернулся. — Ты разве не должна быть на дежурстве? — Взяла отгул, у Хэппи день рождение сегодня, хотела устроить праздничный ужин. Ужин. День рождение. Хэппи. Господи, он такой идиот! С хрена ли ему дискретка если он обыкновенно день рождение близких запомнить не смог?! В конце концов, Мэй и Хэппи были единственными кто остался с ним. С Нэдом и Мишель он порвал сразу чтобы не случилось беды. Эффект Питера Паркера, так он это называл. Есть божьи коровки, приносящие удачу, а есть чуваки пауки с вагоном несчастий за спиной. Как раз таким чуваком пауком он и был. Он и от Мэй и Хэппи уйти хочет, просто пока не может сообразить как. Чтобы им было не больно. — Эй, Питер, Питер малыш, все хорошо? Дыши, ладно? Ох, Господи, — ладони Мэй, прохладные, сухие обхватывают его лицо, но все будто сквозь толщу воды, он ничего не слышит. Он просто не вмещается в комнату. Все так темно. Просыпается он, как неудивительно, в белой палате. За окном солнце, высоко в небе. Значит новый день. Охрененное наверное день рождение у Хэппи было.