Chat «Drama queens»

Ребята договорились встретиться в парке, недалеко от ларька с мороженым, среди зелени деревьев и звенящего детского смеха, разносящегося от аттракционов. Акааши, как человек пунктуальный и собранный, пришёл первым. Он стоял неподалёку от ларька, изредка поглядывая на экран телефона, отслеживая время, и всё чаще бросал взгляд в сторону аллеи, ведущей вглубь парка. Где же Куроо? Обычно он тоже старается не опаздывать, но, видимо, сегодня решил нарушить привычный порядок. Сквозь лёгкий ветер, доносящий запах сладкой ваты и травы, Акааши смотрел на качели, колесо обозрения и беззаботно кричащих детей. Словно в этих голосах звенела сама жизнь — громкая, полная движения, мечтаний и надежд. Он вдруг почувствовал лёгкую зависть. У детей всё впереди. У них — чистый лист, а у него… Акааши не мог избавиться от ощущения, что многое уже упущено. Он вспомнил свои годы. Когда ещё был помладше. Вечные тренировки, упорный труд, игра на своей позиции — и всё же внутри продолжал разъедать тихий, ядовитый голос: «Ты недостаточно хорош». Каждый раз, когда кто-то оказывался сильнее, точнее, быстрее, он принимал это близко к сердцу. Не потому, что завидовал, а потому что чувствовал — он должен быть лучше, а значит, всё ещё недостаточно старается. И всё же у него была опора. Один человек, чья поддержка, пусть и выраженная порой в странных, немного дерзких формах, не давала ему окончательно сдаться. И именно этот человек сейчас опаздывал. Мысли Акааши прервали руки, внезапно и крепко обнявшие его сзади. Он едва успел обернуться, как ощутил подбородок, осторожно опустившийся на макушку. Сердце дрогнуло. Куроо. Конечно же, это он. Кто ещё мог так запросто, так естественно нарушить его личное пространство — и при этом вызвать у него смущение, перемешанное с теплом? — Я тоже рад тебя видеть, Тецуро, — тихо сказал Акааши, позволяя себе лёгкую улыбку. Его холодные ладони легли поверх предплечий старшего, словно прощая задержку и одновременно признавая: «Ты нужен здесь». — И давно ты тут стоишь? Прости за опоздание. Лак для волос куда-то задевался, я чуть не сошёл с ума, пока искал, — пробормотал Куроо, отходя от объятий, но не убирая руки совсем. Он наклонился вперёд, и взгляд его скользнул в ту же сторону, куда недавно смотрел Акааши. — Я заметил, ты смотришь на аттракционы... Неужели хочешь прокатиться? Он повернул друга к себе и, едва встретившись с его взглядом, снова уткнулся носом в чёрные, мягкие локоны младшего. — Я не против, — спокойно отозвался Акааши, слегка кивая, будто сам удивляясь своему согласию. — Тогда пойдём, — с хитрой ухмылкой ответил Куроо, взяв его за руку и направляясь в сторону шумных и ярких развлечений. — Давно хотел прокатиться на американских горках, но всё не находилось случая. Теперь, с тобой рядом, мне уже не так страшно, — признался Куроо, глядя на крутые виражи и петли. Из вагончиков доносились радостные и испуганные крики — шум, в котором смешивались адреналин и восторг. — Только пообещай, что не будешь орать, — бросил в ответ Акааши, слегка улыбаясь уголками губ. — Эй! Я не трус, между прочим! — обиженно отозвался старший, нахмурив брови. Акааши хмыкнул, но ничего не добавил. После небольшой очереди и покупки билетов, они заняли свои места в вагончике. Аттракцион действительно выглядел внушительно — особенно вблизи. Акааши, пристёгиваясь, бросил взгляд вниз, затем вверх, туда, где крутые спуски сменялись мёртвыми петлями. Куроо же был явно в предвкушении. Когда поезд начал набирать скорость, Куроо наклонился к уху младшего и прошептал: — Сейчас посмотрим, кто из нас трус. Ветер ударил в лицо, и вагончик рванул вверх, к самому пику. Потом — падение. Сердце ухнуло в живот, дыхание сбилось. Акааши при каждом резком спуске распахивал свои обычно прищуренные глаза. Крики вырывались отовсюду, но он молчал, лишь глубже вжимаясь в сиденье. К третьему кругу его начало подташнивать, но, к счастью, он удержался — его завтрак в виде онигири остался при нём. Когда аттракцион наконец остановился, Акааши облегчённо выдохнул. Куроо тут же помог ему выбраться, подхватив за руку с неожиданной для него самого заботой. Он не отпускал ладонь Акааши, и тот, хоть и слегка смутился, позволил этому продолжаться. Лёгкий румянец тронул его щёки. Всё-таки не каждый день тебя за руку держит тот, в кого ты по-настоящему влюблён. Вскоре, после «приключения» на американских горках, друзья свернули к небольшой зоне с яркими шатрами и гомоном. Среди прочих развлечений взгляд Куроо выцепил тир — ряд мишеней и выстроенные в линию винтовки. Над самым центром красовалась табличка с надписью: «Сбей все мишени — получи главный приз!». Главный приз Куроо заметил сразу. На верхней полке, чуть в стороне от плюшевых мишек и банальных зайцев, сидел совёнок — игрушка с круглыми, чуть прищуренными глазами и пушистыми крылышками. Он был цвета мягкой серой пыли, с черноватыми перьями по краям и каким-то… необычным выражением лица. Куроо хмыкнул. — Слушай, он реально похож на тебя, — сказал он, ткнув пальцем в игрушку. Акааши посмотрел на совёнка, затем перевёл взгляд на друга. — Ты хочешь сказать, у меня такое же выражение лица, как у филина? — холодновато уточнил он, но уголки губ предательски дёрнулись. — Ну, когда ты на кого-то строго смотришь, — кивнул Тецуро с совершенно серьёзным видом. — Особенно когда я лажаю. Один в один. Только ты чуть меньше пушистый. Хотя... — Даже не продолжай. Куроо усмехнулся и уже в следующую секунду оказался у линии стрельбы. Он взял в руки винтовку, прищурился, будто примеряясь к добыче. Акааши наблюдал с некоторым скепсисом: вряд ли Куроо вообще часто держал в руках что-то подобное — максимум волейбольный мяч. И всё же, с первым выстрелом один из кружков на стенде упал. Второй. Третий. Без промахов. Акааши моргнул. — Почему он такой меткий?.. — пробормотал он себе под нос, удивлённо наблюдая, как Тецуро с небрежной точностью сбивает одну мишень за другой, будто всю жизнь этим занимался. Уверенность в каждом движении, в каждом прицеливании. Он выглядел сосредоточенным, но при этом каким-то весёлым, будто всё это для него — просто способ развлечься и произвести впечатление. И впечатление, надо признать, он произвёл. Последний выстрел — и со стенда с грохотом падает последняя мишень. Вокруг раздались сдержанные аплодисменты — кто-то из прохожих тоже наблюдал за этим мини-шоу. Продавец с улыбкой достал игрушку филина и протянул её победителю. Куроо, разумеется, даже не взглянул на других призов — он сразу же обернулся и, почти театрально, с лёгкой насмешливой серьёзностью, вручил совёнка Акааши. — Держи. Он теперь твой. Правда, мне кажется, он будет скучать по мне. Всё-таки я научил его стрелять. Акааши аккуратно принял игрушку, посмотрел на неё с видом, будто анализирует, стоит ли благодарить за комплимент или оскорбиться. В итоге, прижал совёнка к груди, как будто тот и правда стал чем-то важным. Тепло, что-то тёплое разлилось внутри. — Спасибо, — тихо сказал он, не отрывая взгляда от игрушки. И, может быть, чтобы Куроо не заметил румянец, склонил голову чуть ниже обычного. — Пожалуйста, — ответил тот, с довольным видом глядя на результат своего подвига. Акааши вздохнул, покачивая совёнка в руках. Стрелять Куроо, может, и не учил, но попадать в цель — особенно в его сердце — у него определённо получалось без промахов.

***

Малиновый закат медленно тонул за кронами деревьев, окрашивая небо в глубокие оттенки розового, оранжевого и багряного. Над головой по одной начинали зажигаться звёзды — крошечные маяки тишины и красоты. Они были далеки, но в их свете чувствовалась близость чего-то... важного, сокровенного, как будто небо дышало вместе с землёй. Два парня шагали в унисон по тихой парковой дорожке. Они не спешили. Словно не хотели, чтобы этот вечер заканчивался. Словно само время на минуту остановилось, замерло, позволяя им просто быть рядом. Путь привёл их к реке. Вода, как зеркало, отражала искры звёзд и белоснежную луну, что неспешно плыла по небосклону, заливая окрестности мягким, молочным светом. Акааши на несколько мгновений замер, всматриваясь в серебристую гладь, как будто надеялся увидеть там ответ на вопрос, который давно не решался задать. Ветер тихо шевелил листву, перекликался с дыханием ночи. Куроо уже устроился на траве, небрежно откинувшись и подставив лицо прохладному воздуху. Его глаза были прикрыты, но он знал — Кейджи рядом. Он чувствовал это кожей, дыханием, внутренней тишиной, которая приходила к нему только в его обществе. Акааши, будто по какому-то неуловимому знаку, лег рядом, прислушиваясь к ночи и к ритму чьего-то другого дыхания, почти сливающегося с его собственным. Они не говорили. И в этом молчании было всё. Ни неловкости, ни ожидания — только тишина, полная смысла. Это было одно из тех молчаний, которые дороже любых слов. На берегу лежали два сердца, и оба отбивали ритм, знакомый лишь им двоим. Два сердца, гнавшие алую кровь не только ради жизни, но ради друг друга — пусть и не знали об этом. Пока ещё не знали. Их взгляды то и дело поднимались к небу. Там, среди бездны ночи, они соединяли звёзды в созвездия. И, не сговариваясь, выводили одни и те же узоры. Это была ещё одна невидимая связь — тонкая нить между ними, сплетённая из общих мыслей и похожих чувств. А ведь они даже не подозревали, что влюблены взаимно. Что оба, уже давно, сберегают чувства, боясь разрушить дружбу, не осмеливаясь сделать шаг. Что оба думают: «Если он не чувствует того же, то лучше молчать». Но разве можно вечно молчать, когда сердце просится наружу? Ночь всё расставила по местам. Показала, что они рядом не случайно. Что души их уже давно касаются, как вода касается берега — осторожно, но неизбежно. И, может быть, именно под этим звёздным небом, в этом парке, где всё дышит любовью, кто-то из них наконец решится сказать то, что так долго хранилось внутри.

Чат

Ойкава Тоору: Почему все молчат? Ойкава Тоору: Эй, серьёзно, почему вы игнорируете? Ойкава Тоору: Да блять! Ответьте а Кагеяма Тобио: Просто ваше нытьё никто слушать не хочет, и у некоторых могут быть дела Ойкава Тоору: Тобио-чан, снова ты агрессивный :( Кагеяма Тобио: Я не агрессивный. Ойкава Тоору: Да конечно, ты сам не замечаешь, как себя ведешь. Кагеяма Тобио: Да блять... Куними Акира: Просто не слушай его, ладно? Куними Акира: Он любит действовать всем на нервы. Ойкава Тоору: ... Ханамаки Такахиро: Три точки - признак...) Мацукава Иссей: Дрочки) Ойкава Тоору: С вами я потом разберусь Ойкава Тоору: Куними, ты что, с Тобио-чаном дружишь? Куними Акира: Нет Куними Акира: Просто дал совет. Нельзя? Дайшо Сугуру: А где кошак? Кагеяма Тобио: Не знаю. Соскучился? Ойкава Тоору: А зачем он тебе? Дайшо Сугуру: Да просто он практически всегда в сети, написывает здесь Дайшо Сугуру: А сегодня его что-то не слышно Кагеяма Тобио: Повторюсь, не знаю Дайшо Сугуру: Ну и ладно Киндайчи Ютаро: Ойкава-сан!!! Подождите Куними Акира: Эх, все же придется что ли... Куними Акира: С Киндайчи Ютаро: Днём Иваизуми Хаджиме: Рождения Ханамаки Такахиро: Наш Мацукава Иссей: ЛЮБИМЫЙ капитан🥰 Ойкава Тоору: Боже, я сейчас расплачусь 😭 Ойкава Тоору: Спасибо, ребят!!! Кагеяма Тобио: А мне обязательно его поздравлять? Сугавара Коши: КАГЕЯМА Кагеяма Тобио: Ну ладно( Кагеяма Тобио: С днём рождения, Ойкава...сан. Ойкава Тоору: Спасибо, Тобио-чан) Нишиноя Ю: Я заскринил! Подпишем как событие года: «Кагеяма поздравляет Ойкаву с днём рождения» Сугавара Коши: С днём рождения Хината Шоё: С днем рождения!! Ойкава Тоору: Да-да, спасибо) Куроо Тецуро: Хай Дайшо Сугуру: О, явился Куроо Тецуро: Соскучился? Дайшо Сугуру: Блядь. Кагеяма Тобио: ХАХАХ я тоже самое спросил. Куроо Тецуро: С днём рождения, Ойкава Куроо Тецуро: Где мой бро? Куроо Тецуро: Бро Куроо Тецуро: Броо Куроо Тецуро: БРООО Акааши Кейджи: Думаю, он занят... Куроо Тецуро: Эх, ну ладно... Кагеяма Тобио: Я добавлю ещё кое-кого? Сугавара Коши: Конечно

Кагеяма Тобио добавил(а) пользователей Мия Осаму, Мия Атсуму, Суна Ринтаро, Ушиджима Вакатоши, Тендо Сатори, Ширабу Кенджиро, Семи Эйта

Ойкава Тоору: УШИВАКУ ТО ЗАЧЕМ? Ушиджима Вакатоши: Ойкава Ойкава Тоору: НЕЕЕЕЕТ Ушиджима Вакатоши: ...Переходи в Шираторизаву Ойкава Тоору: РОТ СВОЙ ЗАМОЛЧИ. НУ МОЛЮ. ХОТЯ БЫ В ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ. Фукунага Шохей: Может "закрой"? Кагеяма Тобио: Ты тоже замолчи свой рот Мацукава Иссей: ХАХХАХАХАХА Ханамаки Такахиро: ХАХХХАХАХАХХВЭВХ Киндаичи Ютаро: Эти двое передо мной так крипово рассеялись, но на моё перепуганное табло почти синхронно ответили: "это богатый смех, ты не понимаешь" Хината Шоё: ХВХВХХВХВ Ямамото Такетора: ХАХХХВХВХ Козуме Кенма: Я бы тоже посмеялся, но лень Куними Акира: Жиз Козуме Кенма: 🤝 Куними Акира: 🤝 Мацукава Иссей: Давайте анекдот расскажу Мацукава Иссей: Идёт как то мужик по лесу.... Ойкава Тоору: О НЕТ