Четвертый год (Fourth Year)

ХАЙНРИХ: Как бы вы описали свои отношения с Гарри Поттером? СНЕЙП: Я бы их не описывал. ХАЙНРИХ: Значит, друзьями вы не считаетесь? СНЕЙП: Не совсем. ХАЙНРИХ: Мне показалось, что вы… занервничали, когда он ушел. Вы предпочли бы, чтобы он остался? СНЕЙП: Я предпочел бы уйти вместо него. ХАЙНРИХ: Я так понимаю, у вас нечасто берут интервью. СНЕЙП: После окончания войны – нет. ХАЙНРИХ: С тех самых пор? Какая честь для меня принимать вас сегодня. СНЕЙП: Не стоит меня умасливать, я не бутерброд. И будет лучше, если я не почувствую вдруг вкус Веритасерума. А я могу, и вы это знаете. ХАЙНРИХ: Это обыкновенный кофе. Вы собирались мне лгать? СНЕЙП: Нет. ХАЙНРИХ: Тогда к чему опасаться сыворотки правды? СНЕЙП: Честному человеку незачем бояться авроров. Мы уже постановили, что я – не честный человек. Остальное вычислите сами. Предложить вам листок бумаги? ХАЙНРИХ: Так вы утверждаете, что могли бы солгать? СНЕЙП: Я мог бы и гигантским селезнем в мантии быть. Только это не так. (Щелчок выключенного, а потом снова включенного диктофона) ХАЙНРИХ: Вы считаете себя должником Гарри Поттера? СНЕЙП: Должником? ХАЙНРИХ: Можно сказать, что он спас вам жизнь. СНЕЙП: Можно также сказать, что я спас жизнь и ему, и его чудовищно невыносимым друзьям. ХАЙНРИХ: Значит, Гарри Поттер обязан вам? СНЕЙП: Нет. Мы в расчете. ХАЙНРИХ: То есть после того, как вы расправились с аврорами, пришедшими к нему домой, вы рассчитались с обоюдными долгами? СНЕЙП: Мы были квиты еще до этого. ХАЙНРИХ: Но тогда вы не квиты сейчас. СНЕЙП: Ошибаетесь. ХАЙНРИХ: Не понимаю. СНЕЙП: (вдохнул) Они наверняка убили бы меня заодно с Поттером. Так что мой поступок вряд ли можно назвать бескорыстным проявлением отваги. ХАЙНРИХ: Вы уверены, что они убили бы вас? СНЕЙП: Да. ХАЙНРИХ: Но они не угрожали вам. СНЕЙП: Они к нам не за столовым серебром явились. ХАЙНРИХ: Сложно не заметить, что вы довольно жестоко с ними обошлись. Можно сказать, излишне жестоко. СНЕЙП: Я выжил не потому, что учился дуэлировать у маркиза Квинсбери. Дерись грязно, беги, если можешь, думай на несколько шагов вперед и не трать время на показуху, если связанные узлом шнурки дадут желаемый результат. Вы ведете себя, как дети, когда речь заходит о «правильной» драке. ХАЙНРИХ: Сейчас в комнате три волшебника с палочками. Двое из них авроры, третий – бывший аврор. Вы смогли бы нас одолеть? СНЕЙП: Да. ХАЙНРИХ: Да? СНЕЙП: Да. Смог бы. ХАЙНРИХ: Почему вы так считаете? СНЕЙП: Я знаю то, чего не знаете вы. ХАЙНРИХ: И что это? СНЕЙП: Если я скажу, вы тоже будете знать. ХАЙНРИХ: Вот тут вы правы. (Смешок.) СНЕЙП: Вам не удастся расположить меня к себе. Вас это раздражает? ХАЙНРИХ: Вам нравятся авроры? СНЕЙП: Нет. ХАЙНРИХ: Вы не доверяете аврорам. СНЕЙП: У авроров есть причины не доверять мне. Главная из них – метка на моей руке. ХАЙНРИХ: Вы покажете ее нам? СНЕЙП: Нет. Там не на что смотреть. Шрам в форме черепа со змеей. Вряд ли он имеет отношение к нынешней ситуации. ХАЙНРИХ: Вы живете с Гарри Поттером, правильно? СНЕЙП: Да. ХАЙНРИХ: Вы могли бы сказать, что проводите с ним много времени? СНЕЙП: С кем же еще мне его проводить? ХАЙНРИХ: Так вы проводите много времени вместе? СНЕЙП: Мы завтракаем. Он уходит на работу. Приходит домой. Мы ужинаем. Оскорбляем друг друга по выходным. Его часто нет дома. Не представляю даже, где вы тут разглядели "много времени". ХАЙНРИХ: Похоже, вы славно устроились. СНЕЙП: Все, что угодно, только не это. ХАЙНРИХ: А секс? СНЕЙП: Извините? ХАЙНРИХ: Ваши отношения с Гарри Потером носят половой характер? СНЕЙП: Ваши отношения с матерью носили половой характер? ХАЙНРИХ: Вовсе незачем грубить. СНЕЙП: Сколько лосьона для волос вы используете? ХАЙНРИХ: Мне выключить диктофон? СНЕЙП: Мои отношения с Гарри Поттером не носят «половой характер». Они никогда не носили "половой характер". Отбросим мои собственные предпочтения; Поттер крайне щепетилен в этих вопросах, да и натурал к тому же. ХАЙНРИХ: Ваши собственные… вы хотите сказать, что испытываете к Гарри Поттеру безответные чувства? СНЕЙП: Нет, я испытываю безответные чувства к садовой мебели. Давайте лучше об этом поговорим. (Звук выключенного, а потом снова включенного диктофона) ХАЙНРИХ: Вы знаете, что во вчерашнем выпуске Пророка выдвинуто предположение, что вы - ручная змея Гарри Поттера? СНЕЙП: Не знаю. ХАЙНРИХ: Вы находите это смешным. СНЕЙП: Смешным я нахожу то, что у кого-либо, включая авроров, хватает наглости вломиться в дом, где могли находиться мы с Поттером, а потом жаловаться, что я - опасный человек. Разумеется, я опасный человек, оттого меня и изолируют. Им следовало бы быть более осмотрительными. ХАЙНРИХ: Вы считаете, что это резонно - поджечь волшебника только потому, что ему следовало быть более осмотрительным? СНЕЙП: Нет. Меня вел инстинкт. Он просто под горячую руку попался. ХАЙНРИХ: То есть нападение не было запланировано заранее? СНЕЙП: Мое - нет. ХАЙНРИХ: Что вы делали до вторжения? СНЕЙП: Курил в гостиной. ХАЙНРИХ: А когда вы последний раз видели Гарри Поттера? СНЕЙП: До того момента? ХАЙНРИХ: Да. СНЕЙП: Он рано ушел. Съел полтарелки хлопьев на завтрак. Вскоре после шести, вероятно. Возможно, в шесть тридцать. ХАЙНРИХ: Вы можете утверждать, что преданы Гарри Поттеру? СНЕЙП: Не понимаю, куда вы клоните, но тут пахнет хитростью. ХАЙНРИХ: Вы думаете, я обманываю вас? СНЕЙП: Я думаю, что все пытаются меня обмануть. Обычно потому, что они действительно пытаются. ХАЙНРИХ: И Гарри тоже? СНЕЙП: Смотря когда… Скорее всего, нет. Думаю, он знает, что не может. ХАЙНРИХ: Вы бы сказали, что довольно хорошо друг друга знаете? СНЕЙП: Нет. ХАЙНРИХ: Вы живете вместе уже много лет. СНЕЙП: Да. ХАЙНРИХ: Но плохо знаете друг друга? СНЕЙП: Да. ХАЙНРИХ: Трудно поверить. СНЕЙП: В ваши волосы трудно поверить. (Диктофон отключают, потом снова включают.) ХАЙНРИХ: …прямо к делу, ладно? Вот ведь… (Кашель.) Вы готовите для Гарри Поттера. СНЕЙП: Это вопрос? Да. ХАЙНРИХ: Вы убираете его дом. СНЕЙП: Поскольку не испытываю удовольствия от жизни по колено в грязи, а домовых эльфов на дух не переношу. Вот и убираю. ХАЙНРИХ: Что еще вы для него делаете? СНЕЙП: Вы по выходным женщин в парке кадрите, да? ХАЙНРИХ: Если бы Гарри Поттер попросил вас что-либо сделать, вы бы исполнили его просьбу? СНЕЙП: Как сказать… ХАЙНРИХ: Скажите, как есть. СНЕЙП: Зависит от просьбы. ХАЙНРИХ: Судя по записям в личном деле, мистер Снейп, вы - человек, который, я думаю, может отлично подойти на роль слуги при могущественном волшебнике. Вы убивали для Тома Риддла, известного как Лорд Вольдеморт, и для Альбуса Дамблдора. Вы даже самого Дамблдора убили по его собственному приказу. Вы станете отрицать, что Гарри Поттер – могущественный волшебник? СНЕЙП: Не стану. ХАЙНРИХ: Учитывая все вышеупомянутое, будет ли несправедливо заметить, что… СНЕЙП: Я не принимаю приказов от Поттера. Никогда не принимал. И никогда не приму. Так вам достаточно ясно? ***** Улыбчивый колдун – про себя Северус нарек его Пузырем - положил конец интервью до того, как это сделал сам Северус. Вероятно, намек на сомнительную легальность его происхождения оказался последней каплей. Поттер ведь не просил его быть вежливым! Прихватив с собой думосбор, раздраженный Пузырь сбежал, оставив Северуса наедине с двумя растерянными аврорами. Один из них предложил принести еще кофе и поспешно ретировался. Другой неожиданно выдал, что имеет жену и ребенка, и попросил Северуса быть помягче, «если вдруг что». Снейп только усмехнулся. Ситуация напоминала ему старые школьные дни – добрые дни, когда ученики тряслись перед ним от страха, а не язвили в ответ. А потом случилось странное – в комнату проскользнул человек в форме клерка. Оставшийся аврор скрестил руки на груди. - Здесь проходит закрытое совещание, Джон. - Но это же… вы же… - тот сделал шаг вперед. – Вы - Северус Снейп. - И что меня выдало? – осведомился он, осторожно сунув руку в карман с палочкой – просто на всякий случай. - Вам здесь быть не положено, - мягко произнес аврор. Клерк Джон внимания на него не обратил. - Мой брат воевал. - И на чьей стороне: идиотов или психов? – поинтересовался Северус. - На нашей, сэр. - Идиотов, значит, - подытожил Снейп. Клерк улыбнулся, как будто услышал шутку. - Он участвовал в битве за Хогсмид. Крест Цирцеи получил в награду. Снейп выпрямился. - Вот как. - Все в порядке, он сам хотел быть там. - Как его зовут? - Да вы его не знаете. Он позднее примкнул. Он письма домой писал о вас и… Гарри Поттере. Так что я хотел просто зайти поздороваться, - он протянул было руку, но тотчас отдернул ее. – Я не… Здравствуйте. - Здравствуйте, - ответил Северус. - Вам здесь быть не положено, - повторил аврор уже второму нежданному посетителю. И еще одному. И еще. И еще. Все они смотрели на него такими огромными глазами, какие бывают у ребенка, впервые увидевшего вблизи дракона. - Мне понадобится очень много кофе, - объявил Северус. ***** Он давно не появлялся в магическом мире, и в глазах толпы это, как выяснил Северус, придавало ему необычный статус. В отличие от слепого восхищения, уготованного Поттеру, во взглядах, обращенных к нему, между приязнью и отвращением скользила тень уважения. Всего лишь тень, но даже ее он был лишен так долго. Похоже, он напоминал им какое-то мифическое существо. Вроде сфинкса. Или Сциллы. Северус Снейп, Последний Упивающийся Смертью. Будьте осторожны! Он не терпит касаний, но смотрите! Смотрите, пока он здесь! Новость о его присутствии разнеслась по Министерству, а уровень безопасности резко снизился. Если бы сейчас объявился расфуфыренный и наверняка злющий Поттер, его бы точно хватил удар. Северус не слишком возражал. Такого внимания удостаивались, возможно, только участники шоу уродцев, но все же здесь были люди, и неважно, что за причины ими руководили. Люди, не носившие фамилию Уизли и улыбавшиеся без фальши, - и они, похоже, не слишком презирали его, хотя позднее, в беседе за ужином наверняка разнесут в пух и прах. Он скучал по людям: их лицам, дыханию, теплу, их энергии. Общение для него вовсе не подразумевало разговоры. Он был одним из тех, кто стучится в окно, но так и не попадает на празднество – но как же ему не хватало этих лиц! Стоило намекнуть, что ему хочется кофе/чай/сэндвич/покурить/передохнуть, как множество ведьм и волшебников в форменных мантиях тотчас организовывали все желаемое. Некоторых он смутно помнил. Северус даже снизошел до того, чтобы подписаться под собственной кривящейся фотографией в «Истории Хогвартса». Думосборные записи нападения оказались практически у всех, после того как появился Эшби Зилч – бывший слизеринец, у которого, если Снейп правильно помнил, отлично получалось работать с настоями, а еще он как-то принес ему домашней выпечки, оказавшейся вполне съедобной – и предложил помочь с удалением и заменой воспоминаний. Подобные махинации должны были быть запрещены, но его никто не остановил. Одни задавали вопросы. Другие жали ему руку. Третьи улыбались во все тридцать два зуба. Остальные просто стояли в сторонке и наблюдали. Курьер доставил записку от Поттера. В ней значились четыре фамилии и сроки, на которые их обладателей взяли под стражу. Поттер также просил простить, что оставил его одного, и сообщал, что вернется, как только сможет, и что Северус может доверять аврорам, находящимся с ним в одной комнате. Они принесли кресло - ведь ему пришлось ожидать. Северус устроился поудобнее. - Кто-нибудь телевизор смотрит? Сериал «Спасительная Гавань»? Невысокая ведьма в красной мантии подняла руку. Он отпил кофе и подумал – уж не таким ли образом становятся Темными Лордами? - Что произошло за две последние серии? Она присела на стул рядом. - Кристина выбралась из колодца! - Не может быть. ***** Левое веко Поттера подозрительно дергалось. - Мы уходим, - спокойно сказал он, протягивая руку. На секунду у него возникло желание возразить. Впрочем, Северус принял предложенную ладонь, и Поттер помог ему подняться. Толпа безмолвно расступилась перед ними. Они молча добрались до места аппарации. Дважды журналисты пытались подойти к ним. Одна из репортерш уже направила на них фотоаппарат, когда на ее лице появилось выражение крайнего замешательства. В конечном итоге она сделала снимок пола, а потом ушла. Поттер крепко сжимал его руку. Необычайно крепко. Если бы один из них ненароком упал в пропасть, другой запросто бы его удержал. - Насколько хороши твои способности к беспалочковой магии? – поинтересовался Снейп. - Пожалуйста, не начинай, - произнес Поттер. – У меня за сегодняшний день шесть человек в голове побывали. Там теперь сплошная каша, - он обиженно поджал губы. – Ланкашир вскрыл секретные данные, чтобы заполучить пароль для нашего камина. Это тот, которого ты сбросил с лестницы. Они просмотрели примененные им заклятия. На допросе он сломался. Выдал остальных. Так что им крышка. Если они все признаются, то только их и видели. - Ты говоришь так, будто недоволен этим. - А я должен быть доволен?! Четырех колдунов, вероятно, отправят в Тритонскую Тишину, а все из-за того, что они подделывали накладные. У них семьи. У одного двое маленьких сыновей. Трех и пяти лет. И знаешь, что? Зови меня наивным… - Ты наивен. - …но я не думаю, что они бы меня убили. Они собирались запугать меня и добиться отзыва иска. А потом просто запаниковали. Думали, я разрушу их карьеры. А получилось, что я им всю жизнь испоганил… Да уж, я просто счастлив, - горько произнес Поттер. - Заметно. Ты мне руку сейчас сломаешь. - Не хочу потерять тебя в толпе. - Ну да, и поэтому решил сделать так, чтобы мы срослись в области кистей… Поттер. Поттер, ты что-то позеленел слегка... - Давай просто уйдем отсюда. ***** Они приземлились в заросшем высокой травой поле. - Не пора ли домой? Снова уизлевская развалюха, Поттер? Тот вдруг согнулся пополам, и его вырвало. Несколько секунд жестоких спазм пустого желудка миновали. Поттер откашлялся, сплюнул и вытер рот тыльной стороной рукава. - Ты сегодня ничего не ел, - констатировал Северус. Поттера скрутил очередной приступ рвоты. - Плохо себя чувствовал, - слабым голосом ответил он, опускаясь на колено, чтобы не упасть. – Это все из-за прошлой ночи? - Нет, тогда было нормально. Из-за того, что произошло сегодня. Мне нужно прилечь, - Поттер присел на траву и, - и выпить стакан воды. Или чашку чая. Северус мгновение помолчал, потом схватил Поттера за шиворот и поставил его на ноги. - А ты сильный, - прошептал Поттер. - А ты воняешь рвотой, - ответил Снейп и потащил его к домику. ***** - Ему нездоровится. Уизли и Грэйнджер стояли на кухоньке. - Он обещал, что мы поговорим. - Повторяю: ему нездоровится. Он съел немного супа, и я уложил его спать. Они непонимающе пялились на него. Уизли выглядел слегка напуганным. - Учитывая, что мое благополучие зависит от мистера Поттера, думаю, я обязан по мере скромных сил помочь ему выжить, - Северус включил телевизор и устроился на диване. Его руки дрожали. Министерский кофе был крепким. – Я же не слепой. Между прочим, я готовлю ему еду. Думаю, он об этом упоминал. - Он говорил, вы полы моете, - выпалил Уизли. - Нет больше учеников, которые делали бы это за меня, - Северус прищурился. – Разве что вы соизволите вызваться, - к его радости, Уизли отступил на шаг. - Профессор, Гарри не может позволить себе спать сейчас. Вы видели сегодняшний спецвыпуск? То, что Пророк напечатал вчера, возмутительно. Сплошная клевета! Несправедливо, ужасно и просто… совершенно неправильно. - Гарри вовсе никого не запугивает. А они называют его лжецом, - добавил Уизли. По телевизору шла передача о садоводстве. - И что же? Неужели вы полагаете, будто он метит на должность Министра Магии? –Снейп опустился на колени у телевизора и принялся искать что-нибудь поинтереснее. – Или директора Хогвартса? А может, Темного Лорда? - Нет, конечно! – взорвалась Грэйнджер. - Тогда прекратите его воспитывать. Он выполнил свой долг перед магическим миром. Если вы считаете себя вправе называться его друзьями, оставьте его, черт возьми, в покое. О, смотрите-ка. «Блэкаддэр», - Северус перестал крутить ручку, усилил громкость и вернулся на диван. – Мой любимый эпизод – история коварного негодяя, со всех сторон окруженного полными идиотами. - Профес… - Тихо. Я сериал смотрю, - прошипел он и продолжал смеяться над каждой шуткой, пока они, наконец, не ушли. Когда передача закончилась и Северусу пришлось искать что-нибудь еще, он увидел, как обтянутые носками ноги протопали к дивану. - Не знаю, что это такое, но было смешно. - Уже закончилось, - сообщил Снейп. - Ну что ж. Может, еще как-нибудь покажут. Снейп задумался. - Можно ведь и записать. - Что? - Ну, есть такие маггловские машинки. Кассеты, диски и прочее. Записываешь передачу, а потом можешь посмотреть ее снова, когда захочешь. Или заказать можно, - Снейп рассеяно смотрел на мерцающий экран. - Хочешь, купим такую? Он задумался. В только что начавшейся программе двое занудливых мужчин пили кофе с двумя скучными женщинами. Герои неловко перебрасывались якобы остроумными фразами. Их шутки не столько попадали в цель, сколько падали, как кирпичи. - Что это – моя награда? Своеобразное поощрение? - Нет, я спросил из эгоистичных соображений, - Поттер устроился в углу дивана, плотно закутавшись в одеяло. – У меня теория. Если дать тебе то, чего ты хочешь, тебе будет лучше. Чем лучше тебе, тем меньше шансов, что дурное настроение ты станешь срывать на мне, а это означает, что и я не отвечу грубостью. Так что все в выигрыше. - Все – значит, мы? - Кто же еще? ***** Проснувшись, он обнаружил в своей ладони руку Поттера. Северус нахмурился. Губы юного мага были полуоткрыты. Ниточка слюны протянулась из уголка рта к лужице на подушке. Он нахмурился еще сильнее. Их пальцы были переплетены. Руки могли случайно коснуться друг друга. Могли непроизвольно упасть рядом. Но пальцы неумышленно не сплетешь! Ладони у Поттера были маленькими. Он весь был маловат, будто не доедал, пока торчал у жестоких магглов, да и после обрел склонность к голоданию во времена сильного стресса. Его ногти были не обрезаны, а тщательно сгрызены, но не до мяса, словно желая сэкономить Северусу излишнюю жалость. Большой палец, впрочем, был обкусан в кровь; похоже, Поттер превратил безобидную привычку в абсурдную необходимость причинять себе боль. - Балбес непередаваемый, - проворчал Северус. Сродни неудачному смертельному проклятию, фразе не хватало убедительности. Поттер что-то пробурчал во сне и уцепился крепче. ***** "А с этим будет проблема", - подумал Северус. - Я постараюсь добиться сегодня, чтобы нам разрешили вернуться домой. Не хочу больше тут оставаться. Неуютно. Тебе тоже неуютно? Поначалу в доми жили они да домовой эльф. Эльф надолго не задержался. Северус постоянно ощущал нацеленный на себя взгляд нечеловеческих глаз-бусинок. Начались угрозы, и чертов зверек напищал Поттеру, который в свою очередь попытался вякнуть на Северуса. После особенно жестокой ссоры Поттер отослал эльфа – на время, а Снейпу велел справляться самому, раз уж он такой привередливый – без сомнения предполагая, что эльф вернется ко своим обязанностям на будущей же неделе. Снейп постарался поскорее убить в нем такую надежду. - Есть немного. Мало что могло заставить его подняться с постели в те дни. Еще меньше хотелось выбираться из халата и пижамы. Но доказать, что Поттер не прав? Вот великая движущая сила. - Снейп? Уборка за Поттером очень помогала перенести трудности первых месяцев. Северус осваивал жизнь без магии примерно с тем же успехом, с каким форель изучала бы международное финансирование. Каждое приспособление в маггловском доме грозилось выставить его на посмешище. Тогда они враждовали в открытую. Впрочем, Северус в основном видел Поттера мимоходом. У студентов аврората было безумное расписание, а на то время, которое Поттер проводил дома, он обычно запирался у себя в спальне. Несмотря на беспокойство, что Поттер затащит в дом всю толпу своих бывших знакомых (и его врагов по совместительству), даже Люпин ни разу не явился со стопкой полезных памфлетов общества ветеранов. - Снейп? Что с тобой? Он прочистил горло. - Тебе еще не пора на работу? - Я вчера допоздна задержался. Могу и опоздать на пару минут, - Поттер, скрестив ноги, сидел на диване, снова завернувшись в одеяло. – Могу вообще не пойти. Устроить себе длинный уикэнд. Вдруг меня уволят, - радостно сказал он. – Яичница пахнет вкусно. На самом деле, не будь Поттер совершенно неприспособлен к уходу за собой, они ни за что бы не стали питаться вместе. Мальчишка притаскивал домой еду из забегаловок, а покупки делал, словно дитя малое. Поттер приобретал конфеты, кислые огурцы, расфасованный в длинные колбаски паштет (который Северус немедленно вышвыривал в мусор). Произошла ссора под заголовком "Ты Питаешься, Как Самоубийца", ссора из-за Списка Для Покупок, ссора на тему "Это Моя Чертова Кухня", и ссора Капусты (эпический трехдневный скандал, касающийся замены шпината капустой, а чили – перцем другого сорта, когда запасы еще прикупал Поттер). Через некоторое время его упорство одержало верх. Северус готовил, составлял списки продуктов, а взамен на предоставление кухни в его распоряжение Поттер получал горячие домашние блюда – хоть их и приходилось есть в обществе Снейпа. Даже если ни он, ни Поттер не желали заводить вежливую беседу, это не шло ни в какое сравнение с торчанием у себя в комнате, пока сосед закончит возиться на кухне. Но даже и в ту пору они частенько ссорились. Поттер нередко проводил вечера вне дома, возвращаясь, когда Северус уже ложился. Когда все изменилось? Когда он стал вовремя приходить к ужину? Или даже раньше обещанного? Когда Снейп начал будить его по утрам? Когда Поттер впервые спросил, как он себя чувствует, доволен ли он? Почему захотел принести ему сигареты? Книги? Предоставить легкий путь к побегу? Похлопотать о пересмотре его дела? (Кстати, когда оно произойдет? Поттер так и не сообщил.) В свое время Северус предположил, что последнее было продиктовано желанием избавиться от него, дабы Поттер мог устроить собственную жизнь, но... что, если он был не совсем прав? Что, если тот чувствовал по отношению к нему нечто помимо отвращения и нежеланной ответственности? Вдруг Поттер действительно думал о нем, как о большой кошке, бродящей по дому и царапающей мебель? У него ведь не было домашнего животного с тех самых пор, как полярную сову настигло проклятие – возможно, Северус был взят в дом, чтобы заполнить эту брешь. А теперь, когда мисс Уизли сгинула с глаз долой, привязанность усилилась. Пусть так; но как затея с держанием за руку прокралась мимо Северуса незамеченной? Поттер явно был хитер и коварен. - Впрочем, Гермиона да Рон обязательно появятся, - вздохнул Поттер, рассеянно листая книгу. – Эй. Хочешь, уедем из страны? Станем беглецами от правосудия? – он натянуто рассмеялся. - Поттер. Возьми лист пергамента и перо. Запиши следующие слова. Готов? - Нет. - "Я. Увольняюсь." Теперь подпишись внизу, сделай несколько копий и раздавай направо и налево. Потом отправься домой и запрись у себя в комнате до тех пор, пока не научишься не придавать внимания общественному мнению. - И это говорит человек, который вчера собрал свиту в здании суда. Северус гордо выпрямил спину. Сжал губы в тонкую полоску и продолжил стряпню завтрака из того, что было под рукой. Близнецы Уизли оказались далеко не идеальными поставщиками. Яиц почти не осталось, а вот в буфете до сих пор лежала целая гора котлокексов. - Ты привел меня туда, Поттер. Ты бросил меня посреди Министерства с уродливым грубияном, который улыбался вместо того, чтобы шевелить мозгами... - Я не это имел в виду. Я хотел сказать... постой, Хайнрих тебе не понравился? - Да. - Но ведь Бен всем нравится. - А мне – нет. - Почему? Тебе просто никто не нравится? Или ты предпочитаешь зрителей собеседникам? Он перевернул омлет на сковороде. - Не начинайте, мистер Поттер. - Ты столько раньше издевался над моей «известностью», - последнее Поттер пробасил, имитируя его собственный голос. – А вышло, что ты тоже знаменит! Меня постоянно о тебе спрашивают. В каждом интервью. - Я эти твои интервью не читаю. - Разумеется. - Да, не читаю! – рявкнул он. – А в последнее время не читаю вообще, потому что ты, похоже, решил, что я недостоин утреннего издания «Пророка!» - Дело не в этом. Наша подписка доставляется домой, - ответил Поттер. - Уверен, что все пропущенные мной выпуски ожидают нашего возвращения. - Э-э... Ноздри Снейпа раздулись. - Вообще-то мне не хотелось бы, чтобы ты их читал. - Дай-ка угадаю – тебя описывают в не слишком лестном свете. - Не одного меня, - тихо ответил Поттер. - С каких это пор тебе есть дело до того, что я думаю о статье «Пророка?» - Нескольких статьях «Пророка». - Нескольких. Все настолько плохо? - Да. - Попробую догадаться. Ты безнравственен и близок к тому, чтобы стать следующим Темным Лордом, в то время как я – ничтожный слуга, ожидающий твоих распоряжений, - Северус разделил омлет пополам и разложил его по тарелкам. В кухне стало тихо. Северус обернулся. Поттер стоял позади него. - Ты ведь знаешь, что я не такой, - он говорил совершенно серьезно. – Я ничего тебе не сделаю. Ты это знаешь, правда? - он даже кивнул, словно уговаривая Северуса согласиться. О том, что Поттер смог бы, и говорить не стоило. Северус не всегда ощущал всю силу его магического потенциала, но знал, что тот присутствует в подкорке, в дреме ожидания. - Завтрак, - объявил Северус, вручая ему тарелку. К восьми утра они выпили сначала по чашке чая, потом кофе, а Поттер так и не двинулся никуда, кроме туалета. Даже одеваться не стал. - Я мог бы отправить с сову с запиской, что остаюсь дома, - предложил он. – Если не возражаешь. Если я не помешаю. Делать тут особенно нечего, но... я мог бы сходить купить чего-нибудь к обеду. И шахматный набор. Мы, правда, не играли никогда, но вдруг тебе захочется. Ты у меня точно выиграешь. У меня кто угодно выиграет. Вот Рон - того не обыграешь. Хочешь, покурим? Северус изумленно уставился на него. - Поттер. - Не думаю, что мне нравится кофе. Но ты его пьешь с удовольствием, так? Есть маггловские кофеварки – или нет, мы могли бы купить такую навороченную штуковину, которая кипятит молоко и готовит всякие кофейные напитки. А впрочем, вряд ли она нам пригодится. Вообще дом пора привести в порядок. В нем слишком много... барахла. Раньше мне не хотелось беспокоиться о покупке мебели. Я тогда сказал посреднику: «Найди что-нибудь, куда можно будет сразу въехать», - Поттер кивнул. – Надо бы его приукрасить. - Поттер, - Северус собрался было помянуть те времена, когда на дом проливался щедрый ливень рыжеволосых визитеров. – Растолкуй-ка мне, почему ты время от времени держишь меня за руку. Ох. Что ж теперь поделаешь. Это вырвалось случайно, но он, кажется, открыл очередной способ заставить Поттера замереть, как вкопанный. Рот его несколько раз открылся и закрылся. - Ты, э-э... – Поттер тщательно сглотнул. – Ты сказал, что не возражаешь. Если не нравится, я перестану. - Я не прошу тебя перестать. Я прошу объяснить. - Значит, ты не хочешь, чтобы я перестал? - Ответь на вопрос! – рявкнул он. Поттер колебался. - Просто... потому, что я могу, - щеки его порозовели. Снейп удивленно уставился на него. - К большинству людей мне сложно прикасаться. Да и вообще... Иногда даже близко подойти не могу. Как будто они пытаются... не знаю. Схватить меня. Почему-то с тобой такого ощущения нет. Наверное, это оттого, что ты всегда рядом, - он неуклюже пожал плечами. – Извини, если тебе это мешает. - Я этого не говорил. Мне не мешает; меня это беспокоит. - Беспокоит? - Да. - Вот как, - Поттер посмотрел на него. Северус выдержал его взгляд. - Это все? - Да, - ответил Снейп. Неожиданно он почувствовал себя очень неловко. – Тебе стоит пойти на работу. Поттер вздохнул. - Знаю, - он слегка повеселел. – Может, удастся пораньше выбраться? - Если мы останемся здесь на выходные, понадобятся припасы и одежда. - Я расспрошу насчет дома. Может, придется нанять кого-нибудь, чтобы сделали уборку, пока мы не вернулись. Там наверняка ужасный беспорядок. - Нет, - возразил Северус, - я сам уберу. - Тебе необязательно. - Другие не сделают этого, как полагается. Неужели ты хочешь, чтобы чужие люди касались твоих вещей? - Но это же несправедливо, что ты и готовишь, и убираешь. - Будь я в состоянии найти себе работу, я бы с тобой согласился. - Некоторые люди заводят хобби. - Они у меня есть. К несчастью, все они требуют регулярного использования той самой вещи, которая не лежит у меня в кармане. Неужели никого не волнует, что она исчезла? - Все думают, что ее забрали в качестве сувенира. Как письма, - ответил Поттер. – Сделай мне одно одолжение. Прибереги ее до той поры, когда обходиться без нее не получится. - Меня не нужно предупреждать. Я не собираюсь отправляться в каталажку из-за того, что поленюсь самостоятельно налить себе чашку чая. Поттер кивнул. Потом помолчал. - Мне нравятся твои волосы. Они стали такими длинными. Северус поперхнулся кофе. Поттер похлопал его по спине. - Порядок? – кончики его пальцев задержались у поясницы – пять точек едва ощутимого тепла. У него заслезились глаза. - Д... вполне. - Пойду оденусь. Выйду на работу. Пусть ругаются, - Поттер уныло повесил нос и убрался в ванную. Северус сел. А через некоторое время встал с пола и опустился на диван. ***** Беспокоили отнюдь не комплименты и не держание за руки. Беспокоило то, что сразу вслед за полученным комплиментом он подумал: как все-таки хорошо, что я не сбрил себе тогда волосы! Северус умылся. Посмотрел в зеркало. Капелька воды повисла на кончике его внушительного носа. - Нет. Ты этого не сделаешь. Не сделаешь, - он утерся полотенцем. – Нет. Отражение неожиданно ухмыльнулось. - Но ты об этом думаешь. - Ничего подобного. Отстань. Вот именно из-за этого я и не выношу зеркал. - А я думало, это из-за носа! - Пошло к черту, - прорычал Северус, захлопывая за собой дверь ванной. Беда была в том, что он действительно думал об этом. Кристина все еще набиралась сил после мучительного падения в колодец. Чарльз без отдыха дежурил у ее постели. Алтея приступила к первому из явно планирующейся серии монологов... Он выключил телевизор. Держание за руки, несмотря на все, что говорил Поттер, было не слишком платоническим занятием. В особенности между двумя взрослыми волшебниками. Оно имело... последствия. Как мог Поттер не знать этого? Возможно, он об этом знал. Должен был знать. При всей его наивности, думал Северус, не мог же Поттер понятия не иметь о том, к чему это приводит. Может, четкой цели он и не преследовал, но это не делало Поттера невинным агнцом. Да, он перешел из одного строгого заведения в другое (с перерывом на войну) и вряд ли приобрел опыт, наличествующий у большинства юношей его возраста – не курил, не пил ничего, кроме нескольких глотков шампанского на министерских приемах, был, скорее всего, девственником... Разрази его гром, он действительно был невинен. Северус просто все истолковал превратно. Иначе не могло быть. - Он – твой бывший студент. Ты сумасшедший. Сумасшедший, - сказал он своему отражению в телевизоре. Тот, по крайней мере, не дерзил в ответ. Несколько добрых слов вовсе не служили приглашением пустить их отношения в горизонтальном направлении. Или в вертикальном, но поближе к стене. Может, ему просто надо отвести душу хорошей мастурбацией. Интересно, Поттер хоть иногда дрочит? Вряд ли - потому-то он всегда такой взвинченный... - Ф-фу, - секс. Поттер. Нет. Остановись. Перестань. Пожалуйста. Северус с силой прижал ладони к зажмуренным глазам. В возникшей под веками фиолетово-черной вспышке он мог бы поклясться, что видит лежащего на кровати Поттера в распахнутой алой мантии, с приоткрытыми губами и рукой между ног. ***** Он зарылся лицом в подушку. Попытался представить первый половой акт, свершенный на этой кровати, и был вознагражден ответным волнением внизу живота. Входная дверь с грохотом отворилась и захлопнулась спустя некоторое время. - Снейп? Он не шевелился. Он был мертв. - Снейп? ...Снейп! - Тут я, - пробурчал он, растопыривая пальцы в знак приветствия. - Спишь? - Я хочу умереть, Поттер. - Надо же. Ты уже довольно давно не грозился покончить с собой. Плохой день? – противоположная сторона кровати прогнулась. - Хуже некуда. - Жаль. У меня тоже, если это тебя утешит, - Поттер повалился на кровать рядом с ним. Северус повернул к нему голову. - Но у тебя такой голос... бодрый. - По двум причинам. Хочешь их услышать? – верхняя пуговица мантии Поттера была расстегнута, оставляя бледное горло открытым для... - Пожалуй. - Первая: мы отправляемся домой. Вторая: я уволился, - улыбка не помещалась у Поттера на лице. Он изогнул бровь. - Честное слово. Точь-в-точь как ты советовал. Надо еще разобраться с последними делами, но потом я ухожу. Вторая бровь Снейпа присоединилась к уже поднятой. - Сегодня на меня орали четыре человека. Нет, не орали; авроры не повышают голосов - они говорят с выражением. Оказывается, я вызвал настоящий общественный протест. Теперь всем придется следить за собой, сдавать тщательно заполненную документацию и все такое. Столько усилий! Министр Магии прислал мне официальную похвалу и пригласил на чай, а начальство выставило из собственного кабинета. Он фыркнул. - Неудивительно. - Сказали, что меня переведут в более активную сферу деятельности. Наблюдение. Вылазки. И тому подобное. Нашлись четыре вакансии, - Поттер вздохнул. – Я подумал - вот здорово. Это как раз то, чего мне хотелось, правильно? - А разве нет? – прядь волос лезла Поттеру в глаз. Северус потянулся и отвел ее. Поттер помедлил, прежде чем покачать головой. - Нет. Не хочу каждый день врываться в дома и уводить под арест чьих-то отцов и матерей. Неважно, что они натворили. Мне осточертели люди, которые отвратительно друг к другу относятся, - какое-то время он молчал. Рука его словно сама по себе забралась под одеяло. – Спрос на персонал сейчас огромен. Мое место в момент займут, - его указательный палец уцепился за мизинец Северуса. – Даже Рон и Гермиона решили, что не хотят становиться аврорами. Рон занялся стратегическим дизайном, а Гермиона решает проблемы социальных прав баньши. - И прочих жалких существ, которых она обнаружит на пути к правосудию. - Ну да. Почему бы и мне не заняться чем-нибудь другим? – улыбка Поттера немного померкла. Он опустил глаза. – Ты и правда не возражаешь? Насчет... ну, рук? - Мне это не мешает. - Ладно. Хорошо. Я просто хотел узнать наверняка. Сам понимаешь. Не думаю, что ты солгал бы, чтобы пощадить мои чувства, но... сам знаешь, - он уставился в потолок. - Но будь осторожен, Поттер. Я могу ненароком подумать, что ты кое-на-что намекаешь, - сказал Северус. Смотреть, как Поттер медленно заливается краской, было все равно, что закат наблюдать. - Ведь ты не намекаешь, правда? – усмехнулся он. Искушение Поттера было одной из немногочисленных доступных ему жизненных радостей. Улыбка исчезла. - Не знаю, - тихо ответил Поттер, сглотнув. – Я не... – он резко отодвинулся на дальний край постели и сел прямо. – Это было абсолютно неуместно, прости. Я... – лицо Поттера слилось цветом с мантией. – Пора собираться. Я наведу здесь порядок, а ты захвати свои вещи. - Поттер. Тот остановился в дверях. - Полушай, Снейп, если тебя это не устраивало, надо было так и сказать – я, между прочим, делал это не для того, чтобы дать тебе повод меня унизить... - Если бы я хотел тебя унизить, нашел бы повод подостойнее. Я уже говорил, что мне это не мешает. - Нет, тебя это «беспокоит», - презрительно фыркнул Поттер. – Какое между ними отличие, хотел бы я знать? - Мысль о держании тебя за руку не кажется мне отвратительной. Мне это не мешает. Тем не менее, меня беспокоит, что последний длительный физический контакт между нами имел место, когда я вытаскивал твое бесчувственное, изувеченное тело из-под груды тлеющего шифера. Неожиданные перемены в поведении, Поттер, – вот что меня беспокоит. - А почему ты так мне и не сказал? - Ты не спрашивал. - Черта с два я не спрашивал! - Если бы ты спросил, я ответил бы. - Ничего подобного. Ты... ты всегда так витиевато отвечаешь. Половина твоих ответов ничего не значит, половину можно воспринимать двояко, а половина наполнена сарказмом. - Ты насчитал три половины, Поттер. - Ты до такой степени сбил меня с толку! Все, чего я хочу, это нормально с тобой уживаться. - Зачем? – Снейп перекатился на спину и скрестил руки на груди, откидываясь на подушку. - Что – зачем? - Зачем со мной уживаться? Откуда такая внезапная необходимость? Раньше ты к этому не стремился. Поттер умолк. Когда он наконец заговорил, его голос звучал неуверенно. - Вовсе это не внезапно. Я... Ты постоянно рядом. И ты все время меня спасаешь. - Я сражался с аврорами отнюдь не ради тебя. - Суть не в этом. В тот день... Я тогда всерьез об этом задумался, но... дело в мелочах, - он засунул руки в карманы мантии. – Мне можно с тобой курить. И ты вежлив со мной за ужином. - Я далеко не вежлив, - ему показалось, что за собственную репутацию пора вступиться. - Но и не ведешь себя, как раньше. После войны я должен был стать Великим Аврором Гарри Поттером. Пройти подготовку, совершить кучу геройских подвигов. Предполагалось, что я повстречаюсь с Джинни, обручусь с ней, потом женюсь, мы купим дом. Заведем семью. Вот каким я должен был стать. Но вышло, что ничего из этого я не могу и, совершенно непонятно почему, ты – единственный, кого это не волнует. Мне это нравится, ясно? Мне нравится приходить домой, когда готов ужин и никто не говорит со мной свысока – хоть ты и важничаешь немного, - и автографа не просит. А ты, когда не ведешь себя, как полный мерзавец, довольно-таки славный. Меня это устраивает. Я здорово перенервничал, когда на тебя напали. Думал, все это уже в прошлом, - Поттер увлеченно разглядывал пол. – Пора бы им оставить нас в покое. - Нас не оставят в покое. Ни тебя, ни меня. Не оставят, пока мы живы. Поттер поднял глаза. - Я думал, ты не выносишь Прорицания. - Я не выношу истеричных старух, склонных каждому предрекать трагическую гибель, - Северус немного подумал. – И Прорицания не люблю; ты прав. Поттер хихикнул. Оперся о притолоку, прижав ладони к деревянной обшивке. У него была приятная улыбка. Не из тех, что сверкают зубами и лицемерием. - Предскажешь нам возвращение домой в ближайшем будущем? Северус скрестил лодыжки. - Прошу простить, мистер Поттер. Боюсь, волшебство мне более не под силу, - он чувствовал, что Поттер смотрит на него во все глаза, и попытался отыскать на кровати что-либо, достойное внимания. В конце концов, Поттер сам утверждал, что подслеповат. Ему подумалось – в размытых красках и неясных тонах его внешний вид мог оказаться вполне сносным. Впрочем, вряд ли Поттер когда-либо посмотрит на него с подобной целью. Ему, похоже, хотелось заполучить лучшего друга, с которым было неплохо подержаться за руки. - А жаль. Я слышал, тебе оно неплохо удавалось. - Давным давно, - усмехнулся он. – Прекрати говорить мне комплименты. Я тебя насквозь вижу. - А что? Сработало ведь, - Поттер ответил улыбкой на его ухмылку и покинул комнату. – Собирайся! – прокричал он снаружи.