Семейный бизнес

      — Что за фигня?       Нанон проснулся и увидел лежащего рядом с собой Ома. Телохранитель спал, свернувшись клубочком и причмокивал во сне.       Мило.       Корапат встряхнул головой. Не думать об этом.       Он толкнул парня в бок, но тот лишь шевельнулся и продолжил спать.       — Пават, вставай уже! Просыпайся, придурок!       Ом медленно открыл глаза и потянулся.       — Что ты вообще здесь делаешь?       — А ты что, не помнишь?       — Что я должен помнить?       — Ты сам попросил меня не уходить.       — Что? С чего бы мне просить тебя не уходить?       — Я пришел к тебе вернуть костюм, а потом услышал твои всхлипы. Я успокоил тебя, и уже собирался уйти, но ты схватил меня попросил остаться. Не помнишь?       Нанон отрешённо смотрел вдаль.       — Нет. Не помню.       — Тебе опять приснился кошмар? — Ом смерил парня взглядом.       — Не твое дело, — бросил Корапат и сполз с кровати.       Ом откинул одеяло и пошел за парнем.       Нанон вышел на балкон и облокотившись на перила, посмотрел вдаль. Пават встал рядом.       — Почему ты все держишь в себе? Почему не можешь поделиться своими проблемами?       Корапат вздохнул и повернулся к Ому.       — Да кто ты такой, чтобы лезть в мою жизнь?       — Верно. Я никто. Но я могу выслушать тебя. Ты можешь довериться и рассказать мне все.       Нанон ухмыльнулся и отвернулся.       — Ладно, как хочешь. Я пойду.       Ом сделал несколько шагов, но остановился, услышав робкий голос.       — Мне было двенадцать. Мы с мамой играли в саду, когда ворвались люди в черных масках.       Пават вернулся обратно и молча слушал, не нарушая рассказа парня.       — У них было оружие. Мама спрятала меня и велела сидеть тихо. Я плакал, звал помощь… — Нон грустно смотрел вдаль. — Но никто не пришел. Отца дома не было, он тогда уехал на какие-то важные переговоры, а когда вернулся было уже поздно. Мама лежала на траве вся в крови, а я сидел рядом с ней и плакал.       Нанон перевел дух и поднял глаза к небу. Наверное, пытался скрыть подступающие слезы.       — Отец сразу же помчался в погоню за теми людьми. Не знаю, что произошло после в тот вечер, но вернулся он другим. Нанял целую дюжину телохранителей, начал чересчур опекать меня и все время искал кого-то. А когда не смог найти, стал делать пожертвования в детский дом. Тот день раз и навсегда изменил мою жизнь. Прошло уже так много времени, а для меня все будто было вчера. Воспоминания все ещё свежи.       — Нон, — Ом положил ладонь на напряжённое плечо.       — Вот только не надо жалеть меня, — Нанон дернулся, уходя от прикосновения.       Пават опустил руку и попытался заглянуть в его глаза.       — Я не жалею тебя. Это сочувствие. Ты столько пережил будучи совсем маленьким. Поверь, я знаю какого это — потерять родителей.       — Знаешь? — всхлипнул Нанон.       — Я потерял обоих родителей в один миг. Мы ехали домой и попали в аварию. Машина съехала в реку. Я выжил, а родителей спасти не смогли. Моя жизнь тоже перевернулась с ног на голову в тот день, Нон. Мне приходилось жить с дядей-алкоголиком. Каждый раз, как напивался он избивал меня до полусмерти. Я сбежал от него, когда мне было семнадцать. И пусть мне приходилось работать на нескольких работах, чтобы сводить концы с концами, но я был счастлив, что смог сбежать от этого монстра.       Ом снова положил руку на плечо Нона и тот повернулся к нему.       — Я потерял всех. Но у тебя все ещё есть отец и он любит тебя. Ты не одинок.       Нанон молча смотрел на Ома, а потом вдруг разрыдался. Пават положил его голову себе на грудь и погладил по волосам.       — Поплачь. Если так ты сможешь хоть немного унять свою боль, можешь плакать сколько хочешь.       Нанон ухватился за футболку Ома и крепко стиснул ее в руках, громко всхлипывая.       — Все хорошо. Хорошо.       — Не вздумай никому рассказывать об этом, — бурчал Нон сквозь слезы. — Иначе я убью тебя.       Ом улыбнулся.       — Даже сейчас ты пытаешься казаться суровым боссом. Нон, показывать свою боль — это не слабость. Ты можешь плакать, если хочешь.       — Заткнись.       Пават положил подбородок на лоб Нона и издал смешок.       — Хорошо. Я буду хранить этот секрет до самой смерти.       — Придурок.       Ом улыбнулся уголками губ и свободной рукой обнял парня. Нанон завел руки за спину Ома и обнял вдоль спины, положив ладони на плечи.       Он все ещё продолжал тихо всхлипывать, а Ом просто обнимал его, позволяя выплеснуть накопившуюся за долгие годы боль.