Гарри поттер и спаситель магии

Гарри взмахнул палочками в сторону другого берега озера, на территории замка Поттер. Он практиковался в дуэльных заклинаниях и был полон решимости совершенствоваться после дуэли с Волан-де-Мортом. Два огненных кнута обезглавили цель, пока он заканчивал стрелять заклинанием по тренировочному манекену, стоявшему позади него. Вспотев и задыхаясь, Гарри рухнул на землю с усталым видом. Он тренировался несколько часов подряд. Прошел месяц с тех пор, как они с Диланом вернулись домой из школы, и за это время многое произошло. После допроса Барти Крауча и дебрифинга Гарри Сириус и Амелия выдали ордера на арест всех Пожирателей Смерти, которых Волан-де-Морт опознал на кладбище. К сожалению, все они сбежали и ушли в подполье. Отправка команды авроров на кладбище Литл-Хэнглтона после того, как место было идентифицировано, оказалась бесполезной, поскольку не было никаких доказательств, кроме следов темномагического ритуала. Неизвестно, как исчез большой дом, который когда-то стоял на вершине холма в деревне, и никто в деревне не помнил о его существовании и не знал, где он находится. Дамблдор, пытавшийся расследовать дело, понял, что Волан-де-Морт применил к дому, о котором он не мог вспомнить, заклинание филелиус, и направился в штаб-квартиру. Тем временем Волан-де-Морт не терял времени даром, и показал магам, что он вернулся. Барти Крауч-младший был казнен Министерством, но информация, которую ему удалось получить для Волан-де-Морта, в сочетании с информацией, которую смог предоставить Руквуд, заставила его переправить великанов в Британию, не активируя сенсорную сеть. Уже произошли многочисленные нападения и массовые убийства магглов, заставившие Министерство изо всех сил стараться стирать воспоминания различным магглам и на их приспособлениях — если Международный Статут Секретности будет нарушен, все станет очень ужасно, очень быстро. Сириус также проинформировал премьер-министра магглов о том, что происходит: Магическая Британия находится в состоянии войны. Дементоры также поклялись в верности Волан-де-Морту, так что теперь по всему материку бродят тысячи этих мерзких тварей. Сириус уничтожил всех оставшихся дементоров в Азкабане с помощью Адского пламени, а затем сбросил их останки в море. Несколько сотен дементоров было уничтожено, но их слишком много, чтобы всех их поймать. За последние несколько столетий Министерство стало слишком зависимым от дементоров, чтобы они могли измениться за такое короткое время. Было несколько случаев нападения дементоров на магглов, но не было ни одного нападения на ведьм и волшебников — пока. Однако не всё так плохо, потому что вампиры и гоблины решили оставаться нейтральными в войне, к большому облегчению Сириуса и Амелии и разочарованию Волан-де-Морта. Нападений оборотней пока не было, но всем известно, что это лишь вопрос времени. С политической точки зрения Сириус не имеет большого успеха, поскольку члены Визенгамота боятся голосовать по любому законопроекту. Если они выступят против Волан-де-Морта и его Пожирателей Смерти, они будут следующими, кого убьют. На Руфуса Скримджера уже было совершено покушение, и люди не хотели оказаться в списке целей Пожирателя Смерти. «Зеркала Миллер» оказались выдающимся источником информирования общественности. В Министерстве знали, что они не могут транслировать ничего такого, чего Пожиратели Смерти в любом случае не узнали бы, поэтому они использовали это как средство информирования обычных ведьм и волшебников страны о том, как защитить себя и свои семьи от Пожирателей Смерти. Дементоры, Инфери и масса других вещей. Отставной аврор обучал публику защитным и наступательным заклинаниям с помощью записывающих кристаллов, чтобы они могли защитить себя в случае нападения. Тем временем Гарри усиленно тренировался с тех пор, как вернулся в замок Поттеров. Дилан, тень Гарри, решил, что он тоже хочет тренироваться и помогать брату, поэтому он начал практиковаться против дуэльных манекенов. Гарри также одолжил Дафне книги, чтобы она могла их изучать, и она тренировалась с ним всякий раз, когда он был в режиме обучения. Гарри был выдающимся учителем, в чем Дафна и Дилан согласны. Было несколько нападений на менее населенные магические торговые районы, но до Косого переулка дело пока не дошло. Гарри также было любопытно, что задумал Волан-де-Морт. Очевидно, у него что-то есть в рукаве, потому что он еще не занял такой серьезной позиции против магического мира. Безопасность, предоставляемая министру магии и главам различных департаментов, также была значительно усилена. Сириус, Амелия и Ригель находились в серьезной опасности и были главными целями наряду с Гарри. Он также поднял военные чары вокруг замка Поттеров и всех его оборонительных сооружений, чтобы в случае нападения он мог защитить себя. Когда он смотрел вдаль, он почувствовал, что кто-то сидит рядом с ним на земле. — Закончил тренировку? — спросил Дилан, задыхаясь, его тело было покрыто потом. — Эти тренировочные манекены действительно могут меня утомить. Я использовал их на третьем уровне, и заклинания должны быть смертельными. — Как долго ты смог продержаться, прежде чем тебя ударили? — Пятнадцать минут, — самодовольно ответил Дилан. — Не будь самоуверенным, — предупредил Гарри. — Это всего лишь чары. Когда ты сражаешься с кем-то, то смертельными будут проклятия, а не вспышки света. — Прости, — пробормотал Дилан. — Все в порядке. Я на самом деле горжусь тобой, ты молодец. Я просто не хочу, чтобы ты стал слишком самоуверенным. Я на собственном горьком опыте убедился, что чрезмерная самоуверенность ведет к падению. Я не хочу, чтобы ты столкнулся с еще одним Локхартом или Волан-де-Мортом, чтобы усвоить урок. Некоторое время они оба молчали, глядя на лебедей, плывущих в воде озера на обширной территории замка. Рядом щебетали птицы, трава была зеленой, и чувствовался легкий ветерок; это было так мирно. — Трудно представить, что снаружи идет война, не так ли? — тихо сказал Дилан. — Словно мы находимся в другом мире по сравнению со всем хаосом, происходящим снаружи. Гарри тихо сказал: — В Ноттингеме произошло еще два нападения дементоров на магглов. — Что? Н-но это просто… просто… — Меньше чем в двадцати километрах отсюда? Да, — сказал Гарри. — Я собираюсь научить тебя заклинанию патронуса. На самом деле оно не такое сложное, как все говорят. Обучение может занять некоторое время, но ты сможешь ему научиться. Как и все формы магии, заклинание требует намерения. Тебе нужно захотеть вызвать стража, который поможет тебе против дементоров. Кроме того, для заклинания также требуется эмоциональный компонент, как, например, большинство сложных заклинаний, основанных на древней магии. Убивающее заклинание очень сложно наложить, потому что тебе нужно почувствовать ненависть, чтоб убить. Проклятие круциатус, с другой стороны, сработает только тогда, когда хочешь причинить боль, хочешь, чтобы другой человек страдал. Аналогично… — Подожди, если эти проклятия обладают такими свойствами, то почему ты считаешь, что магию нельзя классифицировать? Я знаю, что ты не особо вдаешься в теорию светлой и темной магии, — сказал Дилан. — Хороший вопрос, — похвалил его Гарри, одобрительно кивнув. — Скажи мне, Дилан. А что, если перед тобой пациент, которого укусила змея, и ты не можешь определить источник? Яд распространяется по нервам пациента, и тебе нужно знать, откуда он исходит, чтобы сдержать его. Этот метод использовался до изобретения более современных заклинаний исцеления и магических технологий. Или что, если сердце пациента перестает биться из-за неестественных причин? Проклятие круциатус может помочь спасти жизнь пациента в обоих случаях. — Проклятие Империус очень помогало в случаях исцеления пациентов, которым нужно было направить целителя к месту травмы. Оно использовалось в основном в случаях операций на мозге и лечения. Смертельное проклятие — это быстрая, безболезненная смерть для животных, которых люди используют в пищу, или, может быть, быстрая смерть для пациентов, которые постоянно страдают. Это может показаться жестоким, но если бы моих родителей запытали до безумия, как Фрэнка и Алису Лонгботтомов, если бы право принятия окончательного решения было предоставлено мне, я бы не позволил им так страдать. Я бы одобрил медицинскую смерть, чтобы они могли обрести покой. Я бы не хотел, чтобы они страдали только потому, что я — эгоист, не желаю отпускать. Августа Лонгботтом никогда по-настоящему не понимала, какое влияние это оказало на Невилла, которому приходилось видеть своих родителей в таком состоянии снова и снова с тех пор, как он был младенцем. Дилан встал и подошел ближе к озеру, окунув лодыжки в воду. — Ты говорил о чарах Патронуса? — Точно так же, для создания Патронуса требуются положительные эмоции, подкрепленные сильными позитивными воспоминаниями. Радость, безмятежность, счастье, любовь… эти эмоции помогут создать идеального Патронуса, подкрепленного сильными воспоминаниями. Вспомни время, когда ты был самыми счастливыми. Позволь эмоциям пройти через тебя, и ты сможешь его призвать Дилан кивнул. Подняв палочку вверх, он сказал: — Экспекто Патронум! С его палочки вылетело много серебристого тумана, но такого отличительного животного, как животное Гарри, не было. Дилан попробовал, вложив в него больше магии, но это не сработало. Он рухнул на землю, задыхаясь. — Это было чертовски утомительно! — громко сказал он. — Это так, — сказал Гарри. — Ты уже устал после столь долгих тренировок и не мог сосредоточиться. Давай, поиграем в квиддич. Неделю спустя Гарри и Дилан нахоодились в семейной гостиной замка. Гарри сидел на диване, рядом с ним Дафна, и они наблюдали за Диланом. Мальчик был близко, но что-то удерживало его. — Экспекто патронум! Серебристый туман появился снова, но как только существо собиралось сформироваться, оно исчезло. Дилан застонал, сидя на диване напротив пары. — Почему не получается? — отчаянно крикнул он. — Твои воспоминания недостаточно сильны. Может быть, ты не позволяешь эмоциям пройти через тебя или просто не соединяешься с воспоминанием, — сказала Дафна, слегка нахмурившись. — Давай, Дилан. Попробуй еще раз, — ободряюще сказала она, когда Дилан встал и пошел в центр комнаты. Они наблюдали, как Дилан поднял палочку и сказал: — Экспекто Патронум! Серебристый туман появился снова, но взгляд Дилана остановился на Гарри и Дафне. Он думал о том, как сильно он их любит, он думал о своем дяде Сириусе, тете Амелии, Астории… Серебристый туман искривился, когда начало формироваться существо. Появились мощные крылья вместе с острыми когтями и клювом. Дилан с благоговением наблюдал, как его Патронус принял форму золотого орла… очень знакомого золотого орла — вплоть до шрама над правым глазом. — Это ты, — прошептала Дафна, глядя на Гарри. Она улыбнулась, увидев счастье, которое сияло в глазах Гарри, когда он понял, какую форму принял патронус его брата. — Я не знаю, что сказать, — тихо сказал Гарри. — Я тронут, Дилан. Спасибо. — Я не выбирал вид патронуса, но если кто-то и должен защищать меня от высасывающих душу демонов, то это должен быть ты, — ухмыльнулся Дилан. Гарри усмехнулся. — Ладно, теперь давайте начнем с обучения анимагии. Глаза Дафны и Дилана загорелись, когда Гарри сказал это. Сев напротив них, Гарри начал объяснять им процесс. Надеясь, что они смогут освоить трансформацию в течение года. *** Гарри мысленно ворчал, когда его ноги коснулись земли на площади Гриммо в Лондоне. Он все еще не мог поговорить с Дамблдором о следующем учебном году. Он получил результаты ЖАБА и получил отличные оценки по всем семи предметам с дополнительными баллами. Он написал нескольким профессорам, чтобы узнать об ученичестве, но все, кроме профессора Слагхорна, сказали, что ему также нужно сначала поговорить с Дамблдором, поскольку в основном они преподают в Хогвартсе. Чтобы поговорить с «очень занятым» директором, Гарри и Дилан прибыли в штаб-квартиру Ордена Феникса. — Как, во имя Мерлина, тебе удалось скрыться от своих телохранителей, дядя Сириус? — с любопытством спросил Дилан. Сириус ухмыльнулся. — Не просто так я считаюсь мародером, Дилан. Авроры думают, что я все еще в Блэк-Мэноре. Мои телохранители верны, но мы не можем позволить, чтобы кто-то узнал местонахождение штаб-квартиры. Вот, прочтите это и запомните, — сказал он, протягивая им листок бумаги. Штаб-квартиру Ордена Феникса можно найти в доме номер двенадцать на Площади Гриммо, в Лондоне. Как только два брата прочитали, Сириус сжег лист бумаги. Едва они подумали об этом месте, как между номерами одиннадцать и тринадцать материализовался дом. Как будто еще один дом надулся, оттеснив остальные со своего пути. Сириус быстро повел их к входной двери и постучал по ручке. Раздалась серия щелчков, когда дверь открылась, ведя их внутрь. Тусклый свет освещал коридор, который хоть и не был очень привлекательным, но, по крайней мере, был довольно чистым. — Я понимаю, почему ты не хотел здесь жить, — небрежно сказал Гарри, пока они шли вперед. Сириус фыркнул. — Знаешь, когда я рос, это место не было таким уж плохим. Раньше оно было очень элегантным и со вкусом, но с тех пор, как умерла моя мать, оно стало ужасным. Все чары в доме мутировали вместе с дикой магией в воздух, чтобы создавать странные проклятия и дом для магических вредителей. Я попросил других домашних эльфов наконец прийти сюда, чтобы провести элементарную уборку. Так и осталось, потому что я обычно не прихожу сюда, и даже другие эльфы не хотят бросать вызов старому домашнему эльфу моей матери. Он годами ничего здесь не убирал, и ты можешь увидеть результаты. В любом случае, скоро будет собрание. Не хочешь пойти со мной? — Чтобы меня попросили вступить в маленький клуб линчевателей Дамблдора? — сказал Гарри, закатывая глаза. — Нет, спасибо. Я не работаю на этого человека и никогда не буду. Я вообще шокирован тем, что ты предоставил ему дом. — Волан-де-Морт — наш главный приоритет сейчас, — мрачно сказал Сириус. — И как бы мне не хотелось этого говорить, все будет намного проще, если я буду работать с Верховным Судьёй без каких-либо проблем. В любом случае этот дом пустует, но хорошо защищен, а Дамблдор предложил также наложить заклинание Фиделиус, и поскольку я Хранитель Тайны, то я подумал, а почему бы и нет? Поднимитесь по лестнице, мальчики, и вы обнаружите, что одна из комнат чистая… Надеюсь. — Все в порядке, дядя Сириус, — пожал плечами Дилан. Он осмотрел некоторые из хмурых портретов. — Хм, эти портреты не так уж плохи в Блэк-Мэноре. Большинство из них, может, и не болтливы, но они не ведут себя так. Я точно знаю, что портрет Ориона Блэка на самом деле меня любит. — Опять же, дикая магия и испорченные чары повлияли и на портреты, — раздраженно сказал Сириус. — Что этот эльф делал, я никогда не узнаю. Кстати, я забыл сообщить вам, что Уизли останутся здесь до конца каникул. Не знаю почему, но, похоже, их дом еще не защищен, и Дамблдор говорит, что они являются главной целью. В любом случае, пока они могут позаботиться о себе сами, мне все равно. Я позову вас через час или два. С этими словами Сириус исчез в коридоре, пока Гарри и Дилан осматривали некоторые комнаты. Они поднялись по лестнице на площадку первого этажа, когда услышали треск и сбоку открылась дверь. — Гарри, Дилан! — Фред приветствовал их широкой улыбкой. — Мы не думали, что вы почтите нас своим присутствием, — сказал Джордж, широко улыбаясь. — Заходите. Они вдвоем вошли в комнату и осмотрелись. — Ну, по крайней мере, эта комната чистая, — пробормотал Дилан. Сзади он услышал голос: — Что они здесь делают? — Я пришел встретиться не с тобой, Уизли, — равнодушно сказал Гарри. — Я пришел сюда, чтобы поговорить с Дамблдором, но мне сказали, что у них встреча, так что мне придется подождать. Уши Рона порозовели, когда он начал дуться. Гарри просто поднял бровь, глядя на близнецов, которые пожали плечами. — Он хотел стать частью Ордена, но мама и все остальные отказались, — объяснил Джордж. — А ещё мама заставляла нас убирать этот дом, — сказал Фред. — Это похоже на войну, позвольте мне вам сказать. — Вы с ума сошли? — недоверчиво спросил Гарри. — Без обид, но при таком уровне магического распада никто без опыта работы с проклятиями не должен приближаться к этим комнатам! Я бы не позволил Дилану прийти сюда, да и вашему брату определенно не следует. Дилан нахмурился. — Неужели… — Рон, я все еще не могу попасть в библиотеку! — сказал очень знакомый голос. Дилан заметил, что глаза Гарри слегка потемнели, но, похоже, никто этого не заметил. — Рад тебя видеть, Грейнджер, — сердечно сказал Гарри. — Что ты здесь делаешь? Гермиона нахмурилась, увидев Гарри. — Я подруга Рона и Джинни, — сказала она своим обычным властным тоном. — Миссис Уизли решила, что мне небезопасно оставаться в мире магглов. Я могу считаться потенциальной целью, потому что Пожиратели Смерти преследуют магглорожденных. Гарри и Дилан встретились взглядами, оба думали об одном и том же. У Волан-де-Морта есть дела поважнее, чем специально преследовать Гермиону Грейнджер, чье самомнение не разделяют другие. Однако она права в том, что магглорожденные находятся в опасности, хотя Гарри сомневается, что Волан-де-Морт станет нападать на них в большом количестве так скоро. У него есть дела поважнее, а именно Министерство магии. — Так кто же вообще состоит в этом Ордене? — спросил Дилан, нарушая молчание. — Множество людей, — пожал плечами Фред. — Мы пытались подслушать собрания, но дверь хорошо заперта. Мы уже встретили нескольких человек, так что у нас есть довольно хорошее представление. Есть старые друзья Дамблдора, такие как Дож и Грюм… — Отлично, — пробормотал Гарри. — Есть еще несколько авроров, таких профессоров Хогвартса, как МакГонагалл, Снейп… — Снейп? — воскликнул Дилан, нахмурившись. — Профессор Снейп, — поправила его Гермиона. — Как будто этот придурок заслуживает этого титула, — усмехнулся он. — Что он делает для Ордена? — Он шпион, — тихо ответил Гарри, небрежно прислонившись к стене и скрестив лодыжки. — Он должен шпионить за Волан-де-Мортом, потому что Дамблдор убежден, что Снейп на его стороне. — А ты как считаешь? — с любопытством спросил Джордж. — Снейп не на стороне Дамблдора. Дамблдор идет на очень рискованный шаг, чтобы приспособиться к этому жирному ублюдку. — И откуда ты это знаешь? — огрызнулась Гермиона. — Профессор Дамблдор доверяет профессору Снейпу, так что этого должно быть достаточно для всех! — Я тоже не доверяю Дамблдору, Грейнджер, так что всё намного сложнее, — парировал Гарри, закатив глаза. — Как ты можешь такое говорить?! — возмущенно закричала Гермиона. — Ты говоришь о профессоре Дамблдоре! Он величайший волшебник на свете! Единственный, кого Сами-Знаете-Кто когда-либо боялся! Гарри не мог сдержаться. Он расхохотался. — Единственный, кого Волан-де-Морт когда-либо боялся? — повторил он недоверчиво. — О, пожалуйста! Волан-де-Морт не боится Дамблдора. Он его ненавидит, это правда, и сделает все возможное, чтобы избавиться от этого человека, но бояться его? Нет. Это всего лишь пропаганда, распространяемая сторонниками Дамблдора. — Почему бы вам не продолжить? — сказал Дилан, прекращая разглагольствования Гермионы, когда она яростно открыла рот, чтобы перечислить «факты», которые она вычитала из книг. — Да, — медленно сказал Фред. — Затем в состав Ордена входят наши братья Билл, Чарли и Перси. Хотя Перси здесь только для того, чтобы выслужиться перед Дамблдором и министром Блэком. — Как так? — с любопытством спросил Дилан. — Я думал, Билл работает в Египте, а Чарли в Румынии? — Ну да, но Дамблдор хочет заполучить ведьм и волшебников из разных стран на случай, если война выйдет за пределы Британии, — сказал Джордж, пожав плечами. — Билла перевели сюда, в лондонский филиал Гринготтса. Не сказать, что он обрадовался, но есть и другие компенсации. — Например какие? — Помнишь Флер Делакур? Судя по всему, она захотела стать разрушителем проклятий. Она подала заявление в Гринготтс на работу и персональное обучение в этой области, ее направили сюда, в Лондон, и угадайте, к кому ее приписали? — К Биллу? — спросил Дилан, приподняв бровь. — В точку, — сказал Джордж, широко ухмыляясь. — Из того, что нам удалось выяснить, они провели вместе несколько недель и решили сходить на свидание, и, ну, похоже, все идет хорошо. — Да! — радостно воскликнул Дилан, потрясая кулаком в воздухе. — Она никогда не была проблемой, Дилан, — сказал Гарри. — Не нужно быть таким счастливым. — Говори за себя! Мне не терпится рассказать об этом Дафне! Гарри закатил глаза, когда дверь спальни открылась и вошла Джинни Уизли. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что в комнате находятся незнакомцы, и когда ее взгляд упал на Гарри, ее лицо порозовело. — Привет, Гарри! — громка сказала она. — Привет, — вежливо поприветствовал ее Гарри. — Итак, с вашего позволения, — сказала Гермиона, вставая. — Я посмотрю, смогу ли я снова попасть в библиотеку. — Не сможешь, — коротко сказал Дилан. — А почему нет? — сердито потребовала Гермиона. — Потому что ты не Блэк по рождению и у тебя нет близких кровных родственников, являющихся Блэками. Если глава дома не даст тебе разрешения, ты не сможешь войти в библиотеку или любое другое место, защищенное фамильными чарами. — И откуда ты это знаешь? — с подозрением спросила Гермиона. Дилан просто поднял бровь. — Большую часть времени мы с братом живем с дядей Сириусом и тетей Амелией, — сказал он. — Я не Блэк по крови, поэтому мне нужно было разрешение. В венах Гарри течет кровь Блэков, поскольку его бабушка урождённая Блэк, но его положение крестника дает ему автоматический доступ. Гермиона села с расстроенным видом. — Какой смысл иметь библиотеку, если другие люди не могут туда войти? — Это семейная библиотека, Грейнджер, — тихо сказал Гарри. — А не публичная. Семейные книги и гримуары тщательно охраняются членами рода. — То же самое и в замке Поттеров, — пожал плечами Дилан. — Я не мог войти в библиотеку или кабинет Лорда, пока Гарри не ввел меня в систему защиты — Замок Поттеров? — недоверчиво спросил Рон. Гарри небрежно пожал плечами. В этот момент дверь в комнату открылась, и миссис Уизли просунула голову внутрь. — Собрание окончено, дети, можете спускаться. Будьте осторожны, спускаясь по лестнице, и не шумите. Мы не хотим, чтобы кое-кто проснулся. — Кое-кто проснулся? — недоверчиво прошептал Дилан. Гарри небрежно обнял Дилана за плечи, когда они вышли из комнаты. Как раз когда они делали последний шаг на первый этаж, раздался громкий звук. КРУШЕНИЕ! — Тонкс! — отчаянно воскликнула миссис Уизли, поднимая подставку для ног, но прежде чем кто-либо успел что-либо сказать, раздался ужасный, пронзительный, леденящий кровь визг. Портрет Вальбурги Блэк кричал во весь голос, и вместе с ней начали кричать и другие портреты. Дилан закрыл уши руками и выжидающе посмотрел на Гарри. ХЛОПОК! Гарри выстрелил из пальцев, когда портреты затихли и в шоке посмотрели на него. — Если я услышу хоть шепот от кого-нибудь из вас, вы очень пожалеете, — опасно сказал Гарри, и из его пальцев посыпались искры. — И кем ты себя возомнил, чтобы требовать подобное от меня в моем же доме? — визжал портрет Вальбурги. — Гарри Поттер. — Сын Джеймса? — яростно кричала она. — Этот предатель крови женился на грязнокровке! Вон! Род Блэк не принимает таких грязных полукровок, как ты! Мерзость! Мерзость! О, какой сюрприз, мой сын, такой же предатель крови, тоже здесь! Позор моей плоти! Уйди, Сириус, и никогда больше не возвращайся! Как вы все смеете осквернять дом моих предков… Хлопок! Люди подбежали к источнику шума и были поражены, увидев, что Гарри направляет свою палочку на портрет Вальбурги со светящимся кончиком. — Еще раз оскорбите моих родителей, леди Блэк, и вы узнаете, насколько я опытен и талантлив в Темных искусствах, — холодно сказал Гарри. — Защитные знаки, которые вы установили, могут предотвратить любой ущерб полотну от большинства заклинаний, но я хотел бы посмотреть, выдержит ли он что-то столь же смертоносное, как адский огонь. Я мог бы сжечь этот дом в одно мгновение, и я уверен мой отец был бы совсем не против. Если я использую вас в качестве примера, остальные портреты дважды подумают, прежде чем оскорблять родителей. — Ваш племянник, предатель крови, женился на грязнокровке, да, — усмехнулся Гарри, глядя на потрясенный портрет. — Но эта грязнокровка на самом деле была наследницей рода Слизерин. После смерти моей матери Лили Поттер я унаследовал её титул. Вы должны быть польщены тем, что я потрудился почтить своим присутствием ваш дом, леди Блэк, потому что я — лорд Слизерин! Глаза Вальбурги вылезли из орбит, когда она увидела на его пальцах кольца Гриффиндора и Слизерина, а также кольцо Поттеров. — Этот предатель крови, которого вы называете своим сыном, также является лордом Дома Блэков, — сердито продолжил Гарри. — Я не отношусь благосклонно к тем, кто оскорбляет человека, которого я люблю так же сильно, как своего отца. Сириус Блэк — министр магии, и он принес больше славы роду, чем вы и ваши предки когда-либо. Вы промолчите и уйдете спать. Это ясно, бабушка? — Да, — тихо сказала Вальбурга. Гарри просто взмахнул палочкой, и шторы захлопнулись, погрузив коридор в тишину. Никто не произнес ни слова. Всё были восхищены или напуганы, чтобы говорить. Некоторые удивленно посмотрели на Гарри, когда он назвал Сириуса своим отцом, но никто не задал ему вопросов. Причина изменения титула заключалась в том, что Гарри смирился с тем, что произошло на кладбище. Тот факт, что он был так близок к смерти, когда Волан-де-Морт манипулировал им, чтобы он присоединился к нему, задел Гарри за живое. Только благодаря своей семье ему удалось удержаться и не поддаться предложению Волан-де-Морта. Без Сириуса и Амелии в его жизни за последние четыре года все сложилось бы для него совсем иначе, и не все из них было бы хорошо. Именно по этой причине Гарри начал называть их своими мамой и папой. Сириус и Амелия расплакались, когда Гарри впервые назвал их так. Хотя Гарри всегда любил и лелеял своих биологических родителей, он также стал считать Сириуса и Амелию своими приемными родителями, и если кто-то так явно оскорбил кого-либо из них, будь то Джеймс и Лили или Сириус и Амелия, то его долг как их сына — защитить свою честь. — Это было жутко великолепно! — с благоговением сказал Джордж. — Страшно, но великолепно, — согласился Фред. — Вот почему, дамы и господа, не стоит связываться с Гарри Поттером, — сказал Дилан, широко улыбаясь. Гарри закатил глаза. — Должен сказать, я не ожидал, что ты урезонишь мою мать, — сказал Сириус, хихикая. — Ты говорил на ее языке и заткнул ей рот. Я уже говорил это раньше, но она всё бы сделала, лишь бы ты был её сыном. Жизнь определенно была бы интересной в этом доме, если бы ты был здесь все эти годы назад. Отцу, Регулусу и мне бы это определенно понравилось. — Она не единственная, — пробормотал Гарри, вспоминая предложение Волан-де-Морта всего месяц назад. Но не все были впечатлены. Миссис Уизли выглядела в ужасе. — Т-ты знаешь Темные искусства? — прошептала она, ее лицо слегка побледнело. Гарри не удосужился удостоить ее вопроса ответом. — Где Дамблдор? — Он уже ушел, — раздражённо сказал Сириус раздраженно. — Я сказал ему, что ты хочешь поговорить с ним, но он сказал, что вернется примерно через час. Очевидно, у него есть дела поважнее. У него какая-то травма, поэтому он, вероятно, пошел к мадам Помфри. Глаз Гарри дернулся от раздражения, но он молча последовал за отцом на кухню. Там стоял длинный стол, вокруг которого толпились люди. Гарри сел на стул напротив Сириуса, а Дилан сел рядом с ним. Дилан подражал брату, наблюдая за его поведением, поэтому неосознанно многие манеры Гарри были внедрены в его повседневную жизнь. Выражение лица, то, как он себя вел — все это было видно в Дилане, когда он садился. — Гарри, Дилан, — сердечно сказал Ремус, пожимая им руки. — Как вы оба поживаете? — Все в порядке, Ремус, спасибо, — сказал Гарри, его лицо снова стало бесстрастным. — Лорд Поттер, рад снова с вами встретиться с вами, — приветствовал его мистер Уизли с теплой улыбкой. — Я тоже очень рад, мистер Уизли. — Позвольте мне представить вас всем, — быстро сказал Сириус. — Гарри, Дилан, это Артур Уизли и его старший сын Билл, с обоими вы уже встречались на чемпионате мира по квиддичу, его другой сын Перси, который работает в Департаменте международного магического сотрудничества, ваша кузина Нимфадора Тонкс… — Не называй меня Нимфадорой, Сириус, — прорычала она, ее волосы стали красными. — Я Тонкс. — Привет, Тонкс! — весело сказал Дилан. — Эй, Дилан! — взволнованно ответила Тонкс. Ее улыбка стала хищной, когда она невинно спросила: — Что насчёт слухов о тебе и девушке по имени Астория Гринграсс? Дилан шокированно уставился на нее, но как только он пришел в себя, он набросился на своего брата. — Ты сказал ей? — сказал он, обвиняюще глядя на него. Гарри посмотрел на Тонкс с легким недоверием. — Я говорил, что нужно держать данную информацию в секрете. Что непонятного? — Ой, да ладно, Гарри! — Тонкс фыркнула. — Как будто я не собиралась его дразнить после того, как ты мне об этом рассказал. — Идем дальше, — громко сказал Сириус, его глаза весело блеснули. — Как вы уже знаете, Тонкс — аврор, как и Кингсли Шеклболт и Гестия Джонс, — продолжил Сириус. — Затем у нас есть Элфиас Дож и Аластор Грюм, Стерджис Подмор, Дедалус Диггл, Эммелин Вэнс, Мундунгус Флетчер и Молли Уизли. — Все, это Гарри Поттер и Дилан Лестрейндж. Все в комнате внезапно почувствовали себя неловко, когда Дилана представили, а Молли Уизли даже вздрогнула. Дилан сделал вид, что не заметил этого, и вежливо поприветствовал всех. — Если мы хотим поужинать до полуночи, мне понадобится помощь, — резко бросила Молли среди тишины. Тонкс с энтузиазмом поднялась, увеличив уровень шума. Пальцы Гарри дернулись, когда он увидел, как многие люди бросают на Дилана подозрительные и испуганные взгляды. Он действительно видел, как Грюм взял палочку. — Вот и всё, — пробормотал Гарри. — Пошли, Дилан, мы идём домой! — Подожди, Гарри, куда ты идешь? — спросил Ремус, многие из них замолчали и уставились на высокого подростка. — Я пришел сюда, чтобы поговорить с Дамблдором. Я пришел сюда не для общения и не для того, чтобы встретиться с членами Ордена Феникса. Я могу выдержать очень многое, прежде чем взорвусь, и я не ценю подозрительных взглядов, направленых на моего брата, так можете ли вы винить меня в том, что я хочу уйти, прежде чем нападу на кого-нибудь? — Мы не виноваты! — возмущенно воскликнул Диггл. — Он… он сын Рабастана Лестрейнджа! Откуда ты знаешь, что ему можно доверять? — Насколько нам известно, Лестрейндж мог убедить мальчика шпионить за нами, — прохрипел Дож. — Постоянная бдительность! — рявкнул Грюм, его взгляд — магический или нет — был сосредоточен на молодом наследнике Лестрейнджей. К его чести, Дилан вообще не отреагировал. Его серые глаза были устремлены в потолок, как будто он никого не слушал. Температура внезапно упала, и окна потрескались. Магия Гарри вытекала из его тела, когда он сжал руку в кулак. О, как же ему хотелось проклясть этих невежественных дураков! — Гарри, успокойся, — тихо сказал Сириус. — Ты не сможешь изменить их мнение, я уже пытался. Просто не беспокойся о них. — Откуда я знаю, что ему можно доверять? — очень тихо прошипел Гарри, глаза приобрели черновато-зеленый оттенок. — Я знаю, потому что он мой брат, и я люблю его всем сердцем. Я доверяю ему свою жизнь, чего я не могу сказать остальным из вас. Тот факт, что вы судите кого-то по имени, мальчика, который ни разу не встречал своего отца, вне всякого сомнения, доказывает, насколько вы фанатичны. Вы верите в его худшее, потому что он Лестрейндж, вы верили, что мой отец был предателем, потому что он — Блэк, и вы бросили его в Азкабан без суда, бессовестно нарушив при этом международное право; вы приветствовали ребенка как спасителя, но не удосуживались проверить этого ребенка в течение многих лет, в результате чего меня чуть не убили эти грязные магглы, которых я называю своими родственниками, вы считаете, что людям нельзя доверять только потому, что заколдованная шляпа помещает одиннадцатилетних детей в тот или иной Дом, в конце концов, вы все такие же фанатики, как и темные! Меня тошнит от вас! После этого заявления раздались крики возмущения, но Гарри проигнорировал их. Сириус в раздражении закрыл глаза, но знал, что Гарри прав. В конце концов, он сам был таким до того, как его бросили в Азкабан на десять лет. Дамблдор сознательно бросил его в Азкабан и подверг Гарри опасности, отдав мальчика к Дурслям. Барти Крауч тоже санкционировал Непростительные против подозреваемых во время последней войны и приговорил множество людей без малейших доказательств в поддержку своего заявления, и тот же человек нарушал закон, когда ему было удобно, тайно вывезя своего сына-Пожирателя Смерти из тюрьмы и пряча его в своем собственном доме более десяти лет. Именно в такие моменты он не мог не думать о том, что однажды сказал Гарри — кто сказал, что есть разница между светом и тьмой? Схватив Дилана за руку, Гарри вышел из кухни, за ним последовали люди. Когда он уже приблизился к двери, он увидел что-то. В углу стоял сморщенный старый домовой эльф, чья кожа казалась ему в несколько раз больше, лысый с белыми волосами, растущими из ушей, похожих на уши летучей мыши. — По дому снуют предатели крови и полукровки, — пробормотал эльф. — О, что бы сказала бедная госпожа? Кричер должен что-то сделать. Да, Кричер не может позволить им остаться, позор Дому Блэков… Впервые за почти два года на Гарри напали воспоминания, которые врезались в его сознание, заставив его согнуться пополам от боли. — Гарри! — встревоженно крикнул Дилан, пытаясь удержать брата от падения. Он стоял посреди небольшого острова, победно ухмыляясь. Это был его величайший крестраж — медальон самого Салазара Слизерина. Пещера имела особое значение, потому что именно здесь он впервые использовал более слабую, более примитивную версию проклятия круциатус. Конечно, тогда он не знал об этом, когда использовал его на Деннисе Бишопе и Эми Бенсон. Он просто знал, что это причинило им боль, потому что он хотел, чтобы им было больно. Эти двое не должны были его мучить. Он зачерпнул еще немного зелья, чтобы проверить его, и напоил им домового эльфа, которого одолжил у Регулуса Блэка. — Нет, хватит! — закричал эльф и рассмеялся над мольбой жалкого существа о помощи. — Мастер Регулус! Госпожа Вальбурга! Кричер не может пить! Хватит, пожалуйста, Кричер не хочет больше пить! — крикнул эльф. Бросив медальон-крестраж в чашу, он позволил эльфу-домовику закричать от боли и страха, увидев, как инфери схватили его за хрупкие руки. Он вышел из пещеры, зная, что эльфа уже утащили в озеро. Еще один крестраж находится в безопасности. Гарри задыхался, схватившись за голову, когда боль усилилась. Ни одно из воспоминаний Волан-де-Морта не врывалось в его сознание таким образом с тех пор, как он надел диадему Ровены. Это было так же, как в первый раз, но на этот раз это было мучительно больно. Всё было похоже на проклятие круциатус, наложенное на его мозг. — Гарри, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Сириус. — Я в порядке, — сказал Гарри, тяжело дыша, но рухнул на отца, когда его вырвало на ковер, и глаза закатились из орбит. — Думаю, постельный режим поможет ему почувствовать себя лучше, Сириус, ты согласен? — тихо предложил Дамблдор, наблюдая, как Гарри схватился за голову от боли, когда появился с помощью камина в доме. Его худшие опасения подтвердились. Связь, которая, как он всегда подозревал, существовала между мальчиком и Волан-де-Мортом, должно быть, усилилась из-за того, что последний использовал кровь Гарри для своего воскрешения. Это опасно. В будущем ему придется очень внимательно следить за Гарри. — Дилан, отведи его на второй этаж, — тихо сказал Сириус. — Спальня Регулуса должна быть свободна для вас. Я приведу сюда леди Гринграсс, чтобы она его осмотрела. — Да, дядя Сириус, — прошептал Дилан, обнимая Гарри за талию и помогая ему идти. Гарри все еще не оправился от перенесенных им пыток, независимо от того, во что он хотел заставить поверить других. Проклятие круциатус имело долгосрочные последствия для разума и тела, и, должно быть, произошло что-то, что причинило Гарри слишком много боли в мгновение ока. Войдя в комнату, носившую имя Регулуса, Дилан закрыл дверь. Взмахом палочки он снял с Гарри одежду и уложил брата в постель. Убедившись, что ему комфортно и он крепко спит, Дилан взял свое сквозное зеркало и связался с Дафной. Через несколько минут разговора он переоделся, тихо скользнул в одеяло рядом с братом и закрыл глаза. Он не мог вернуться домой без Гарри, а поскольку его брат не в состоянии аппарировать или использовать портключ, им придется пока остаться здесь. Черт, насколько же сильным пыткам подвергался Гарри, если последствия не исчезли даже через месяц?