Homework

            Хенджин неловко теребит рукава свитера, пока они молча идут по коридору. Шаги гулко отдаются в полной тишине, отражаясь от гладкого мраморного пола. Наконец, они сворачивают в нужное крыло и подходят к светлой двери художественной мастерской. Хван долго роется в своей сумке, пытаясь отыскать ключ, то и дело поглядывая на скучающего рядом Минхо. Тот стоит, прислонившись к стене и прикрыв веки из-за косых лучей света, бьющих в глаза. Ресницы немного подрагивают, переливаясь рыжими отблесками на солнце.       Хенджин на секунду застывает, забывая о ключах, и завороженно рассматривает парня рядом. Он думает о том, какой же красивый Минхо-хён, и как, должно быть, приятно будет рисовать его портрет. Парень резко вздрагивает, когда объект его восхищения приоткрывает один глаз, чтобы проверить почему так долго ничего не происходит, а затем отталкивается от стены и делает шаг к Хенджину.       - Ты чего копаешься? Ключи забыл? - Минхо не скрывает лёгкого раздражения в голосе и вопросительно приподнимает бровь.       Хенджин испуганно округляет глаза и тут же натыкается рукой на ключ на самом дне шопера. Он быстро достаёт его, но, не успев даже поднести к замочной скважине, роняет на пол. Младший прикрывает рот рукой в удивлении и смущённо заливается румянцем, в очередной раз тормозя с действиями. Ключ с тихим мелодичным звоном скачет по полу и останавливается у ноги Минхо.       Ли закатывает глаза и быстро наклоняется за упавшим предметом. Молча оттеснив Хенджина в сторону плечом, он быстро проворачивает ключ в замке и дёргает ручку. Распахнув дверь, он первым проходит в помещение. Хенджин торопится следом и чуть не налетает на спину старшего, когда тот резко останавливается посреди мастерской. Он спокойно осматривается и поворачивается к Хвану в ожидании. Хенджин на пару секунд с непонятным выражением лица зависает перед Минхо, а затем идёт мимо него, начиная приготовления. Парень суетится, его руки слегка дрожат, пока он ставит мольберт и раскладывает тюбики с краской, он несколько раз роняет карандаши и раздражённо фыркает.       Старший неторопливо осматривается и подходит к одному из подиумов, загроможденных разными предметами, служащими натурой для натюрмортов и композиций. Окидывает задумчивым взглядом, а затем, нисколько не церемонясь, сдвигает все в сторону и садится на подиум, вальяжно закинув ногу на ногу. Хенджин забывает про приготовления и наблюдает за этим действом приоткрыв рот. Задней мыслью мелькает, что ему потом точно попадёт от преподавателей за испорченную постановку.       Хенджин думает, что у Минхо плавные и правильные движения, которые постоянно притягивают взгляд, и безумно красивые ноги. Особенно бедра... А ещё он думает, что они очень сексуальные. Непозволительно роскошные, их так и хочется сжать ладонями, укусить, оседлать... Хенджин, кажется, слишком много думает.       - Ты решил дыру во мне просверлить взглядом? Или налюбоваться не можешь? - старший снисходительно усмехается.       Хенджин нелепо смыкает и размыкает несколько раз губы и, снова мило розовея, резко опускает взгляд на чистый холст. "Он что, мысли мои читает?..."       Парень резко выдыхает и наконец берет в руки кисть, но не успевает даже коснуться поверхности холста, как новый провокационный вопрос выбивает его из колеи:       - Мне нужно как-то сесть? Повернуться, может какая-то поза? Или лучше мне раздеться? - старший хмыкает и продолжает развивать мысль, - Обнажённая натура - очень хорошая практика для первокурсника. - Хенджин не смеет поднять лица, но слышит улыбку в голосе Минхо и хмурится, пытаясь остановить поток разбушевавшейся фантазии. Хван отчего-то уверен, что всё тело у Минхо прекрасное, и тот легко мог бы заменить статую Аполлона, что обычно рисуют студенты.       - Нет, не нужно. - голос у Хенджина тихий, но очень приятный.       Несколько долгих мгновений младший борется с самим собой. А затем тихо произносит:       - Хён... - он неловко перебирает кисточки в длинных тонких пальцах и прикусывает в неуверенности губы, но после ответного "мм?" продолжает твёрдо: - Но смотри только на меня, когда я буду писать твой портрет.       Должно быть, это прозвучало глупо, учитывая, что кроме них никого в студии нет и смотреть Минхо больше не на кого. "Но это нужно для работы!" - утешает себя мысленно Хван. У Минхо очень пронзительный взгляд, красивые большие глаза, в глубине которых хочется утонуть, и, конечно же, Хенджин обязан запечатлеть это. Парень делает первые мазки, краска мягко ложится на полотно, и постепенно процесс целиком увлекает его. Хенджин преображается, его рука плавно двигается вслед за кистью, лицо проясняется, а в глазах появляется живой блеск. Нет даже намёка на того неуверенного и робкого первокурсника, что рассыпа́л кисточки и карандаши под взглядом старшего.       "Сейчас он ещё красивее" - Минхо пользуется возможностью, разглядывая сидящего за мольбертом Хенджина. Он скользит взглядом по чужим скулам, лёгкой горбинке на носу, подрагивающим ресницам, задерживается на милой родинке под глазом и, наконец, опускается к красивым пухлым губам. Старший непроизвольно облизывается, и именно в этот момент Хенджин поднимает глаза от холста, чтобы в очередной раз взглянуть на своего натурщика. Он прослеживает взглядом чужой язык, широко распахивая глаза и с трудом сглатывая. Хенджин думает, что так Минхо похож на дикого хищного кота, который готов сожрать его прямо сейчас. И не то чтобы Хван был особенно против стать жертвой. Возможно, он даже не сопротивлялся бы. Возможно, он даже хотел этого.       Лёгкий смешок вырывает младшего из фантазий, и он, вздрогнув, судорожно начинает сгребать кисти. Инстинкт самосохранения вопит бежать отсюда как можно скорее. Хван не уверен только, спасается он от хёна или от своих мыслей.       - Уже закончил? - Минхо недоуменно вздергивает бровь и поднимается с подиума, пока младший, не поднимая глаз, суматошно пытается закрутить тюбики с красками и заикаясь отвечает:       -Н-нет, хён.. Просто... Я эээ... я устал сегодня. А ещё м-мне нужно... Да! Мне нужно сделать одно задание... Оно оче... - Минхо, умиляясь быстрому потоку оправданий, огибает мольберт и подходит сзади, укладывая руки на чужую талию. Хенджин резко умолкает на полуслове и замирает, низко опустив голову, закрывая стремительно краснеющие щеки длинными прядями волос.       - Тшшш... Я помогу тебе расслабиться, раз ты так устал. - Минхо шепчет возле уха младшего, мягко сжимая ладонями его бока. Хенджин дрожит в чужих руках и дышит через раз, а потом резко приходит в себя, слыша звонкий смех за спиной:       - Ты такой милый, когда смущаешься...       - Хён, ты... Хватит издеваться. - Хенджин недовольно морщится, все ещё пытаясь скрыть смущение, и быстро скидывает художественные принадлежности в свою сумку. А затем так же быстро выворачивается из рук Минхо и стремительно сбегает из аудитории, буркнув напоследок:       - В с..следующий раз закончим, хён. Минхо растерянно моргает несколько секунд, а после довольно щурится, запуская пальцы в волосы, и произносит в пустоту мастерской:       - В следующий раз мы обязательно закончим, Джинни.

***

      Как только за Хенджином захлопывается дверца туалетной кабинки, он прислоняется спиной к холодной стене и закрывает горящие щеки ладошками. Что творит этот Ли Минхо?! Но голос в голове навязчиво подсказывает: Хенджину нравится. Ему нравится эта игра, нравится рисовать старшего, как он и думал, и самое главное - ему нравится Минхо. Чертовски нравится.       Хван совершенно не понимает, что творится с ним, когда Ли находится так близко. Он разочарованно выдыхает, приглаживая волосы. Как так? Он ведь может постоять за себя и вовсе не такой стеснительный, он любит внимание, хоть и ведёт себя со всеми довольно мило и, порой, чуть скромнее, чем нужно, но это всего лишь первый курс, им положено заводить полезные знакомства, помогать друг другу и зарабатывать репутацию. Но почему-то рядом с хёном Хенджин вовсе превращается в робкую лань, неспособную двинуться с места, загипнотизированную взглядом большого хищника, наметившего её себе на обед.       Всю дорогу до дома Хенджин проводит в мыслях, что сменяются одна за одной. Портрет Минхо маячит в подсознании туманным притягательным образом. На самом деле Хван думает, что тот достоин стать моделью для целой дипломной работы, не то что для какого-то потокового домашнего задания первокурсника.       Зайдя наконец в свою маленькую студию в общежитии, которая скорее представляла из себя комнату, совмещенную с кухней, отгороженную от внешнего мира четырьмя тонкими гипсокартонными стенами, Хенджин небрежно кидает шоппер на кровать и встаёт напротив высокого зеркала, размещенного рядом. Он окидывает себя взглядом с ног до головы и недовольно цокает: и почему не подумал одеться как-то получше. Он вскидывает тонкие запястья и задумчиво расстегивает маленькие пуговки рубашки, подцепляя их длинными ловкими пальцами. Когда руки наконец добираются до талии, Хван осторожно отгибает край рубашки и осматривает свой бок, проводя кончиками пальцев по собственной коже. Тут его уверенно сжимала ладонь Минхо. Он ожидает увидеть следы от чужих прикосновений, потому что до сих пор чувствует жар на тех местах. Этот жар уже успел расползтись по всему телу и приятно дурманил мысли. Хенджин тихо рассмеялся своему отражению: так реагирует на простые касания, словно самая невинная девственница.       Но на Минхо нельзя было реагировать по-другому. У него была неповторимая аура, он тянул к себе как магнит, увлекая своим внеземным обаянием. Минхо любили: его младшие уважали как хёна, а преподаватели как хорошего ученика. Он был талантлив, умен, харизматичен и красив. Но в то же время будто совершенно не нуждался в том внимании, что готовы были давать ему окружающие. Он сам дарил свое внимание тому, кому считал нужным, с ленивой своенравностью, присущей котам, которые снисходительно дают погладить себя, когда они сами того хотят. Он совершенно не был надменным нарциссом, просто знал себе цену и пользовался этим в полной мере. Хенджину так заявлять о себе пока что не хватало ни статуса, ни смелости. Но притяжение Минхо не обошло его стороной.       В первый раз парень заметил старшекурсника, когда, впечатленный, возвращался домой, в общежитие, в конце первой учебной недели. Минхо, со слегка растрепавшимися волосами, стоял на углу обшарпанного здания, окутанный разводами серого сигаретного дыма, в компании двух парней, и ослепительно улыбался. Они перебрасывались репликами, которые вызывали очередной взрыв хохота, и когда он, смеясь, запрокидывал чуть назад голову, закатное солнце чётче очерчивало красивый профиль и чёткую линию подбородка, оседая бликами на скулах. Под смех и мирно тлеющие сигареты, зажатые меж пальцев парней, Хенджин не заметил, как чуть не врезался в проходящих мимо студентов, и ему пришлось резко ретироваться, отрываясь от своего наблюдения. Но с того вечера взглядом он постоянно искал парня с кошачьим взглядом и яркой улыбкой.       Вскоре он узнал, что его зовут Ли Минхо, и что учится он на два года старше на том же направлении. В Хенджине зародилось нестерпимое желание нарисовать старшего, как и всё, что вызывало в нем восхищение, а Минхо определённо был самым первым в списке.       Чем больше Хван наблюдал за Минхо, тем чаще думал о том, насколько он хорош. Хенджин успел изучить его силуэт, фигуру, пропорции, он ничего не мог поделать с собой, это получалось интуитивно, будто рисовать в своей голове. Одни его бедра чего только стоили. На такие бедра хотелось молиться. Хенджин и молился. По вечерам, закрывшись в общажной душевой, задыхаясь от горячего пара и вязкого наслаждения, возрождая в голове живописные образы. Душными осенними ночами, прикусывая ладонь, в полутьму комнаты выстанывал чужое имя, словно последнюю свою молитву.       И вот сейчас, стоя полуобнаженным перед зеркалом, Хенджин чувствует мурашки от призрачных воспоминаний рук на своей талии, прикусывает губы, в попытке не дать потоку мыслей снести последние тормоза, не поддаться слабо и позорно на все реакции своего тела. Но желание уже опутывает, погружая с головой в шепот, что отпечатался в памяти, подкидывает варианты развития событий на случай, если бы Хенджин не сбежал вот так, испугавшись.       Он торопливо расстегивает штаны, высвобождая свое возбуждение, и с тихим стоном выдыхает, когда обхватывает ладонью свой член. Минхо, вероятно, не смог бы сделать это с такой же лёгкостью, руки у него меньше и аккуратнее. И чёрт, это самая неправильная мысль сейчас, потому что от неё Хенджину становится жарче внутри, и голова начинает кружиться, стоит только начать толкаться в кольцо из собственных пальцев, отчаянно желая чувствовать на их месте чужие. Свободной рукой он хватается за белую раму зеркала, удерживая равновесие, понимая, что иначе просто рухнет на пол. В голове кто-то продолжает шептать голосом Минхо, распространяя дрожь по телу и заставляя ноги подгибаться.       Этого всего Хенджину чертовски мало, ему отчаянно хочется большего, хочется чувствовать его губы на своей коже, ощущать тяжелое дыхание, обжигающее шею, и блять, как же чертовски хочется быть наполненным чужим прекрасным членом. Парень тихо стонет, представляя это так ярко в своей голове, что пары быстрых движений хватает, чтобы излиться прямо на гладкую поверхность зеркала, отражающую его изящное тело, застывшее в напряжении. Хван прикрывает глаза и наконец позволяет себе рухнуть на колени, беззвучно смеясь.       - Блядство... Ли Минхо, клянусь, в следующий раз я не сбегу, и мы посмотрим, как далеко зайдут твои игры.

***

      - Я хочу посмотреть. - Минхо точно пытается просверлить своим взглядом дыру в Хенджине, не иначе.       - Хён, давай я сначала закончу. - Хван устало вздыхает, в очередной раз исправляя рефлексы на портрете. Сдача работы уже завтра, а прогресс так и не сдвинулся с прошлого раза. Хенджин правда очень хотел написать Минхо на следующий же день, но обнаружил, что убежал, даже не взяв номера.       Конечно, можно было всего лишь подойти на перерыве и договориться о следующей встрече, когда младший заметил Минхо на выходе из университета. Но сказать проще, чем сделать. Хенджин внезапно обнаружил, что не сможет спокойно находиться рядом с Ли после того, как он так самозабвенно осквернял имя старшего, выстанывая его прошлым вечером. О том, чтобы смотреть хёну в глаза, а уж тем более говорить, не шло и речи. Даже попытки убедить себя в том, что Минхо и сам с огромным удовольствием провоцировал Хенджина, не стали слишком убедительным доводом.       Так прошла вся следующая неделя, отведенная на выполнение задания. Хенджин обходил старшего десятой дугой, боясь столкнуться с ним один на один. Пару раз он правда все же ловил на себе неоднозначные взгляды Минхо в толпе студентов, но попыток подойти тот не предпринимал, и Хенджин раз из раза спасался бегством. А вечерами снова и снова устало откидывался на кровати, выдыхая имя старшего в посторгазменной неге и тихо досадливо матерясь чуть позже, когда осознание стукало по голове.       Наконец, тянуть дальше стало невозможно, оставались жалкие пару дней до сдачи работы. Минхо сам выловил Хенджина после занятий, ухватив того за локоть и оттаскивая в сторону от потока людей, спешаших домой из стен учебного заведения.       - Ты хочешь завалить первое же серьёзное задание? - не дожидаясь ответа от оторопевшего Хенджина, Минхо раздражённо продолжил: - Завтра я жду тебя после занятий в той же аудитории.       А затем, после секундной задержки, выдал то, что заставило Хвана в очередной раз удивлённо распахнуть глаза и мило заалеть румянцем на щеках:       - Милашка~.       Минхо очаровательно и хитро улыбается, а потом, подмигнув напоследок, быстро исчезает в толпе, оставляя младшего стоять, перебарывая смущение и шок.       - Ли Минхо... Ну ты! - Хенджин приходит в себя не сразу, пытаясь совладать с бурей жарких эмоций внутри себя.       И вот сейчас он стоит перед холстом и совершенно не знает, как себя вести с хёном. Ли встретил его сегодня крайне серьёзным, не бросал никаких лишних взглядов в его сторону и много хмурился. Хенджин даже на секунду успел подумать, будто Минхо на самом деле волнуется за него и успешность его работы.       Минхо раздражённо закатывает глаза и отворачивается. В сотый раз за вечер. Хенджин злится и достигает точки кипения, когда все в очередной раз валится из рук. Он делает шаг из-за мольберта и резко произносит, разрушая напряженную тишину:       - Хён, ты можешь не хмуриться?! - и когда в ответ на его реплику Минхо лишь недовольно усмехается, и, опуская голову, качает ей, Хван быстро преодолевает расстояние между ними. А затем, возвышаясь над старшим, он берет Минхо за подбородок и заставляет посмотреть в глаза: - Я же просил смотреть только на меня.       Ли смотрит на него со смесью удивления и восторга, и выглядит так, будто наконец удовлетворен реакцией Хенджина. Через секунду до младшего доходит осознание того, что он сделал, он тут же отдергивает руку и торопится скрыться за мольбертом. Он упирается взглядом в холст, откуда на него пронзительно смотрит все тот же красивый Минхо, и опускает глаза на свои руки, судорожно сминающие подол хлопковой рубашки. Пытаясь уследить за хаотично мечущимися мыслями, парень не замечает подошедшего виновника своего замешательства и вздрагивает, когда совсем близко слышит вкрадчивый тихий голос:       - Так малыш Хенджин-а у нас умеет кусаться? - во фразе явно слышится насмешка, но такая мягкая и теплая, что от неё даже обидно не становится.       - Мне нравится эта твоя сторона. Что-то новенькое~.       Хвану хочется срочно заткнуть старшего. Желательно своим же языком.       Минхо придвигается ещё ближе, мягко накрывая своей ладонью вцепившуюся в ткань руку Хенджина, и касается щеки кончиком носа, ведёт им вверх, к скуле и шумно выдыхает, пока тот едва дышит. А потом просто, без всяких намекающих интонаций и насмешек говорит прямо, мелодично растягивая звуки чужого имени:       - Хенджин-ааа, я и так смотрю только на тебя. От этих слов у Хвана мурашки по всему телу, дыхание, застрявшее где-то в горле, и лёгкий трепет внутри.       - Не...неправда, хён. - Хенджин сам не понимает, что говорит, лишь бы не молчать. Запоздало думает, что он сейчас, будто капризный ребёнок, доказывает, что хён не имеет права уделять внимание кому-то кроме него. Но ведь так и есть. Он просто не имеет права после такого.       Минхо тихо переливчато смеётся где-то слева, незаметно утягивая младшего в свои объятия, поглаживает ладонями плечи, делясь жаром своего тела, прижимается теснее. И Хенджин совсем теряется в ощущениях, он пытается восстановить дыхание, но голова все ещё кружится, и ко всему этому прибавляется быстро растущая необходимость ощутить чужие губы на своих, прикоснуться в ответ. "Это всего лишь эмоции, успокойся. Ты просто слишком долго хотел этого." - пытается отрезвить себя в голове, боясь сорваться и показать свои желания. Этот вечный контраст из бешеного вожделения, смущения и неловкости, который он чувствует каждый раз рядом с Минхо - слишком разрушительный. Минхо подавляет его своей энергией, заставляя краснеть и тушеваться, и одновременно с тем поднимает изнутри потребность грубо присвоить, заявить о себе.       Старший замечает колебания Хвана и подталкивает его к решению, легко прихватывая зубами кожу на изгибе плеча и смещая руки вниз, на талию.       Хенджин, не успевая даже развернуться всем корпусом, поворачивает лишь голову и резко хватает рукой Минхо за загривок, отвлекая от своего плеча, целует его. Все предохранители слетают, он врывается языком в рот старшего и задушенно стонет. Целует так, как хотел все это время, как мечтал уже давно, грубовато и слишком страстно. Это оказывается лучше всех фантазий, которыми он распалял себя вечерами.       Минхо думает, что может позволить Хенджину все, что тот захочет: кусать его нижнюю губу, сжимать пальцы на задней части шеи до синяков, беспорядочно и мокро целовать, бесцеремонно толкая язык в его рот. Он тоже с трудом сдерживает себя. Он хотел заполучить Хенджина с самого первого дня, когда увидел его на посвящении студентов-первокурсников. В тот день Хван выглядел словно принц, сошедший ненадолго с престола, с длинными чёрными прядями волос, которые были собранными на затылке в небольшой хвостик, перевязанные белой лентой. Белая полупрозрачная блузка, небрежно заправленная в идеально сшитые по фигуре брюки, легко трепетала на осеннем ветерке. Парень держался очень уверенно и слегка отстранённо, хотя и был очень вежлив со всеми. Минхо ещё тогда подумал, что характер у этого красавчика точно непростой. Однако, насколько он был удивлён, узнав через некоторое время, что Хван Хенджин - один из самых милых и скромных первокурсников этого года. Минхо старался не выпускать Хенджина из поля зрения пару месяцев, но специально встреч не искал, держа того на периферии. Вокруг милого красавчика Хвана постоянно кто-то крутился, а привлекать ненужное внимание Минхо не планировал. И без того он получал его намного чаще, чем хотел бы.       Хенджин словно поселился навязчивым образом в голове Минхо, заставляя каждый день пытаться мысленно разобраться в том, что из себя на самом деле представляет этот первогодка. И конечно, старший не мог каждый раз не думать о том, насколько парень красив и притягателен. Желание обладать принцем росло в Минхо медленно, но неумолимо.       Он выжидал, сам даже не зная чего, пока в один момент не стал замечать на себе изучающие взгляды первокурсника с плохо прикрытым интересом. Но несмотря на это, просьба побыть натурщиком для портретной работы Хенджина все равно стала для Ли неожиданностью.       До ужаса приятной неожиданностью, если учесть их настоящее положение, когда младший плавится в руках Минхо, так жадно целуя его.       С характером, кстати, Минхо не прогадал: Хенджин являл собой сочетание постоянных противоречий. Даже сейчас, так рьяно отстаивая свою власть внутри чужого рта, он отчаянно хватался за мольберт и рукав старшего, будто они были единственным, что держало его.       Ли неохотно с трудом отстраняется, давая им обоим глотнуть немного кислорода. Его руки все ещё находятся на чужой талии, в привлекательной близости от подола рубашки. Минхо осторожно приподнимает край и едва касается прохладными кончиками пальцев горячей кожи. Хенджин крупно вздрагивает и заливается краской ещё сильнее, радуясь, что хён стоит сзади и не видит этого.       - Хён, я... - он тихо всхлипывает, когда Минхо пробегается пальцами по его животу выше, к груди, и накрывает её ладонями, задевая чувствительные соски. Ли совершенно не понимает, как может Хенджин так смущаться, когда секунду назад буквально трахал его рот своим языком, кусая губы в почти диком порыве страсти.       - Всё хорошо. Расслабься и получай удовольствие. - Ли в усмешке приподнимает уголок губ.       Минхо исследует руками тело Хенджина под рубашкой и непроизвольно прижимается ближе, чувствуя нарастающее напряжение внизу живота. Обладание, такое долгожданное, пьянит разум. Или это запах младшего, Минхо сейчас точно не сможет понять.       С каждым тихим вздохом и с каждым касанием Хенджин будто набирается уверенности. Он уже чувствует чужое возбуждение и трётся о него своей задницей, слыша как у старшего, явно не ожидавшего таких действий, сбивается дыхание. Хван вжимается сильнее, тут же получая крепкую хватку на бёдрах. Он хмыкает и с нахальной ноткой бросает:       - Расслабься и получай удовольствие, хён.       - ВАУ... - только и выдаёт Минхо, а потом сам резко тянет на себя бедра младшего, перехватывает его за талию одной рукой и грубо разворачивает к себе лицом. Хенджина от падения назад спасает только небольшой столик мольберта, кисти валятся на пол, и на мгновение он чувствует между пальцев холодную влажную краску, когда выставляет руки позади себя для опоры. А уже мгновением позже Минхо неистово целует его и, забыв обо всем, Хван теряется в ощущениях, оставляя красочные разводы на щеках парня, обхватывая их крупными ладонями.       Он пытается прикоснуться везде, где может достать, и раздражённо дёргает ворот толстовки парня, перекрывающей доступ. Минхо небрежно и очень быстро сдергивает с себя толстовку, тут же прижимаясь обратно к желанным сладким губам, пока руки Хвана уже без препятствий задирают свободную белую футболку, пробираясь под ткань. Грудь у обоих вздымается, воздуха не хватает, но оторваться друг от друга сейчас хуже, чем задохнуться.       Возбуждение бьёт по нервам волнами, джинсы неприятно теснят член и Хенджин ёрзает на краю прогибающегося, жалобно поскрипывающего столика для красок, который явно не предназначен для подобных нагрузок. Наконец, они отрываются друг от друга, хватая воздух измученными губами. Хенджин смотрит на Минхо, в глазах которого отражается его собственный лихорадочный вид. От ответного взгляда старшего ему хочется спрятаться, но тот не даёт ему времени на эти мысли и, аккуратно запустив одну руку в волосы, оттягивает голову Хенджина назад, открывая шею для поцелуев и горячего языка. Хван прикрывает глаза и издаёт полустон-полувздох, когда чужое бедро вклинивается между его ног, надавливая на пах. И после стонет уже в голос, потому что свободной рукой Минхо накрывает его возбуждение, и этого снова чертовски мало.       Старший подцепляет пряжку ремня, в попытке справиться с ней, но Хенджин опережает его, быстро расстегивая, а следом и сами джинсы. Минхо ухмыляется куда-то Хенджину в шею, а затем кусает, одновременно с тем, как большим пальцем надавливает на головку. Хенджина кроет так сильно, что он думает, что готов кончить прямо сейчас, и из его рта вырывается несдержанный громкий стон.       - Ты такой, блять, красивый... - Минхо хрипло шепчет, касаясь мягкими губами места укуса, проходится по нему широким мазком языка и обхватывает ладонью чужой член. След после такого укуса останется надолго и ему нравится думать, что скромному милашке Джинни придётся каждый раз придумывать, как скрыть его на время занятий, или оправдываться, смущённо краснея.       Кажется, у Минхо новый фетиш, и зовут его Хван Хенджин. Сейчас же этот милашка, явно не намеренный быть скромным, выгибается под руками старшего, тяжело дышит через раз и судорожно сминает пальцами чужие плечи. И Минхо соврет, если скажет, что есть кто-то, кто выглядит лучше, чем Хенджин, которому доставляют удовольствие. Даже вот так, сумбурно, в учебном классе, на краю мольберта. Насколько хорошо будет, когда они доберутся до постели, Минхо даже представить не может.       Хенджин чувствует, как напрягается от каждого чужого движения, как низ живота сводит от наслаждения, но ему все ещё мало. Он добирается руками до кромки чужих джинсов и ловко расстегивает их, стягивая ниже вместе с бельём. Чувствует, как старший отстраняется от его шеи, глубоко дышит и замирает напротив, все ещё сжимая в кулаке волосы на затылке Хвана. А затем Хенджин опускает взгляд и распахивает глаза. Теперь он уверен, что в Минхо ему нравится абсолютно всё.       Он с лёгкостью обхватывает чужой член, сочащийся смазкой, и делает пару плавных движений. Слегка прокручивает ладонь на головке и слышит первый глубокий стон из приоткрытых губ напротив. Хенджин чувствует, что Минхо пытается подстроиться под его движения, и это вызывает у него лёгкую улыбку. Он рассматривает лицо старшего, видит трепещущие ресницы на прикрытых глазах, приоткрытые, красиво очерченные губы, с которых продолжают слетать тихие полустоны, и слегка сведенные на переносице брови.       Он тянет Минхо ближе к себе, целует уже не так неистово, но не менее страстно, отбрасывает чужую ладонь в сторону и соединяет стволы вместе, окольцовывая длинными пальцами и начиная быстрые движения. В ответ на эти действия Минхо кусает его губу и резко отстраняется.       - Больше не смущаешься, милашка? - он опасно усмехается, кладёт ладони на бедра Хенджина.       - Развернись, детка.       Хенджин послушно поворачивается, опирается на мольберт, отставляет задницу, прогибаясь в пояснице, и прикрывает глаза в ожидании. Отсутствие чужих рук на теле и стимуляции немного остужают голову, и Хенджин резко оборачивается, вспоминая о важных деталях:       - Хён, но у меня нет... Ах!       В этот момент раздаётся звонкий шлепок, и Хван удивлённо выдыхает, чувствуя жжение на ягодице.       А затем, оглядываясь, видит, как Минхо выливает на пальцы смазку из небольшой бутылочки. Жидкость красиво стекает с его руки, срываясь вниз крупными тягучими потёками на ягодицы младшего, влажно отблескивая на свету, и красивое сосредоточенное лицо хёна завораживает его. Ли поднимает взгляд и мягко улыбается, замечая, что Хенджин на него смотрит через плечо, тянется вперёд, увлекая в поцелуй, пока пальцами аккуратно надавливает на вход. Проталкивая наконец внутрь один, Минхо удивлённо мычит в пухлые губы и отстраняется, впрочем не останавливаясь. Он вопросительно смотрит на младшего, пока тот в очередной раз краснеет.       - Х-хён, я... Я.. - это злит Минхо, потому что какого чёрта? Он ожидал встретить гораздо больше сопротивления. Собственнический инстинкт внутри хлестал по нервам, подсказывая, что, очевидно, Минхо не первый, с кем развлекается вот так Хенджин, раз он так подготовлен. Минхо без раздумий добавляет второй палец и тут же находит нужную точку, заставляя Хвана вздрогнуть, выгнуться назад и громко, чуть плаксиво застонать.       - Минхооо... - Хенджин задыхается в его руках, пока Ли раздражённо продолжает мучить его, не давая времени на передышку. Парень чувствует его раздражение и спешит успокоить:       - Чёрт, да, да! Ах... П-пожааа..алуйста! Я утром использовал игрушки, представляя т-твой.. Ммм... Твой член, хён! Доволен?! - младшему еле хватало дыхания, чтобы выпалить это, забыв про смущение. Какое тут смущение, когда Минхо, пусть и злится, но так сладко трахает его пальцами.       От такого неожиданного заявления старший замирает на секунду, а потом облегчённо и почти беззвучно смеётся в затылок Хенджина.       - И давно ты представляешь мой член в своей очаровательной заднице? - шёпот в самое ухо запускает мурашки по телу и Хенджин стыдливо отворачивается, всхлипывая от движений внутри, но все же почти беззвучно выдыхает "да".       Минхо этот ответ настолько нравится, что терпения не остаётся совершенно, быстро заканчивая с подготовкой, он надевает презерватив и нетерпеливо толкается внутрь. Хенджин наконец-то чувствует такую необходимую наполненность, и она не сравнится ни с одной из его игрушек, ни с пальцами.       Он сжимает края мольберта и тонет в ощущениях, подаваясь навстречу резким толчкам. Минхо задирает его рубашку, оглаживает ладонями бока, надавливает на поясницу, заставляя прогнуться сильнее и тихо постанывает от собственных движений. Кладёт руку на чужую шею, заставляя запрокинуть голову, едва заметно царапает нежную кожу и слегка сжимает, вырывая отчаянный вскрик наслаждения. Хенджину перехватывает дыхание от сжимающей его горло руки, и он распахивает глаза, видя перед собой, словно в дымке, слегка покосившийся холст с незаконченным портретом, откуда на него пронзительно-мягким взглядом смотрел Минхо. Совсем некстати это отрезвляет Хенджина, и он вспоминает про срок сдачи:       - Ах, хён... Стой! Но моя работа.. Что же д-делать?..       В ответ на это Минхо ускоряет движения, слегка меняя угол, попадает по простате, вырывая из Хвана громкие с придыханием стоны, и с усмешкой произносит:       - Рисовать и трахаться, сладкий. Не отвлекайся~       Хенджин обречённо выдыхает, понимая, что задание явно идёт к чёрту, но он абсолютно не жалеет, отдаваясь удовольствию в руках лучшего парня.       Минхо освобождает шею младшего от своей ладони, вместо этого грубо оттягивая тёмные волосы на себя, и резко вдалбливает всхлипывающего Хенджина в несчастный мольберт. Ноги младшего дрожат в коленях, напряжение внизу живота уже становится болезненным, член ноет, требуя прикосновений и капая на пол мутной смазкой.       - Блять, Минхо! Пп-пожалуйста.. Не останавливайся! Минхо-хён, н-не... Хё-ооон, пожалуйста... - Хенджин как в бреду повторяет, чередуя слова со стонами. Минхо от этих просьб ведёт и он чувствует что балансирует на грани. Движения становятся беспорядочными, он целует плечи Хвана сквозь тонкую ткань рубашки, обхватывая возбуждение младшего. Наверняка из-за его хватки на бёдрах и боках парня останутся синяки.       От такой стимуляции Хенджин кончает спустя несколько резких движений, с именем Минхо на воспаленных губах, пачкая руку старшего. Но несмотря на подгибающиеся ноги продолжает насаживаться на чужой член, приближая оргазм старшего, который изливается следом.       Ещё пару долгих минут они стоят так, тяжело дыша и доверяя свой вес непрочному каркасу мольберта, а затем Минхо плавно выходит и тянется за бумажными салфетками, оставленными рядом Хенджином, когда он стирал лишнюю краску с кистей. Ли вытирает себя и Хенджина, помогая ему привести в порядок одежду, и заботливо усаживает в большое кресло для натурщиков, стоящее в углу аудитории. Опуская младшего на кресло, он замечает, что тот тихо разомлело смеётся, разглядывая его.       - Ну что? - Минхо недовольно фыркает, в недоумении приподнимая бровь, так и оставшись стоять склонившимся над креслом. Хенджин, не отвечая, поднимает руку и осторожно пальцами проводит по чужим скулам, под губой, пробегается вниз по подбородку, к шее, прослеживая весь путь взглядом и потом хриплым, сорванным от стонов голосом тихо произносит:       - Я, кажется, всё-таки нарисовал твой портрет, хён.       До старшего доходит, что, вероятно, он сейчас выглядит очень нелепо, перемазанный краской Хваном в порыве страсти. Минхо качает головой, улыбаясь в ответ, и мягко касается своими губами чужих, сразу отстраняясь.       - Я приберу беспорядок. - он оставляет Хенджина, устало прикрывшего глаза, засыпать под тихий шум перекладываемых вещей.       Закончив с уборкой, Минхо бросает взгляд на младшего, подобравшего под себя длинные ноги, мило свернувшегося комочком в кресле. Накрывает его своей мятой толстовкой и осторожно убирает спадающие на лицо чёрные пряди волос. Затем опускает мольберт ниже, придвигает стул и, усаживаясь на него, берёт в руки кисти.       Минхо устало зевает и смотрит на часы, тихо тикающие на стене, прикидывая сколько у него времени. Еще несколько часов до назначенного для Хенджина времени сдачи работы, он должен успеть закончить. Возможно, даже вздремнуть удастся.

***

      Хенджин получает высший балл за портрет, много всяческих похвал от преподавателя и зависть однокурсников. Он все также смущённо кивает на все комплименты, мягко улыбается всем вокруг и робко благодарит.       Как только появляется возможность, Хван спешит сбежать от излишнего внимания и, выскользнув из аудитории, опасливо озираясь по сторонам, быстро шагает в сторону выхода по длинном коридору. Он так торопится поскорее покинуть здание университета, что не замечает на выходе резко появившуюся фигуру перед собой, и врезается в твёрдую грудь. От неожиданности парень жмурится и громко вскрикивает, но сразу ощущает, как сильные руки сжимают его в нежных объятиях, и открывает глаза.       - Хенджин-а, куда ты так спешишь? - Минхо ярко улыбается, явно не собираясь выпускать парня из объятий и младший мгновенно расслабляется.       - Ты так прекрасно "помог" мне с работой, что теперь все мои сокурсники от зависти готовы меня проклясть. - Хенджин устало утыкается носом в нагретую на солнце кожу чёрной куртки Минхо. Тот в ответ лишь смеётся и игриво говорит:       - Хочешь я снова попозирую тебе? На этот раз ты уж точно сможешь порисовать обнаженную натуру. - в самое ухо произносит Минхо, и Хенджин покрывается мурашками, представляя все прелести такой перспективы.       - Ну уж нет. Больше я на это не поведусь! - он насупленно выпутывается из чужих объятий и тянет Ли за собой, в сторону общежитий. А потом оборачивается, тепло улыбаясь, и с озорным блеском в глазах добавляет:       - Сегодня моя очередь позировать, хён.