Две олимпийки одного цвета

- Тебе нужна помощь, Вань. Словно ведром с ледяной водой парня окропили слова отца. Осознание того, что ему нужна помощь постепенно начало приходить в голову Воробьёва. Неосознанно он причинил много боли своим близким, повторять такое снова - желания не было совсем. Как отец ещё не отвернулся от него? Хоть отношения у них были натянутыми, но сейчас Сергей стоит перед ним, жалостливо смотря, совершенно без капли злобы, как обычно было в последнее время и говорит о помощи. Почему - то стало безумно стыдно перед отцом и руки затряслись с новой силой. "Избил друга, разбил зеркало, нагрубил и пропал на три дня - за такое и отпороть было бы мало." - подумал Ваня. Отец резко начал приближаться к парню, от чего тот резко пригнулся, будто ожидая удара, но вместо этого Сергей прижал к себе сына, крепко обнимая. Глаза Вани моментально расширились от ощущения отцовских рук на своей спине. Когда папа в последний раз обнимал его? Парень уже и не вспомнит. От этих ощущений, захотелось рыдать то ли от счастья, то ли от собственной ничтожности - непонятно. Уткнувшись лицом в плечо Сергея, Ваня обнял его в ответ, начиная рыдать от чего отцовская кофта быстро промокла от слёз. Семья стояла по среди узкого, тёмно освещенного коридора. Из открытого окна были слышны звуки проезжающих машин, голоса мимо проходящих людей и ветер, который заставлял деревья царапать фасад многоэтажки, издавая противный звук, но сейчас на него никто в этой квартире не обратит внимание. Мужчина хотел опустить руку на голову сына, но тот будто почувствовав, поднял взгляд на отца: - В лечебницу я не пойду. - неожиданно выпалил младший Воробьёв. - Конечно. Я найду способ, чтобы в этот раз не тащить тебя туда, хорошо? - глянув на сына, ответил мужчина. Ваня в ответ лишь угукнул и выпутался из объятий Сергея. Осмотревшись вокруг, парень сказал: - Я устал. Обсудим это завтра. - тихо произнёс подросток, направляясь в свою комнату. Проходя мимо ванной, Ваня не упустил возможность заглянуть в неё и заметил новое зеркало, оно так скоро пришло на замену старому, которое весело там ещё с момента его жизни в полноценной семье. Прошлое покупала мама. А сейчас его осколки лежат в ближайшей мусорке около их дома. Парень развернулся, кивая отцу, в знак благодарности, тут же послышался хлопок и звук закрывающегося замка в комнате Вани. Сергей вытер рукой пот со лба, его переживания только что были окончены положительным ответом на лечение сыном. Все эти дни мужчина не находил себе места, думая, как преподнести факт помощи Ване, рассматривая всяческие варианты развития событий, вплоть до драки, но всё закончилось лучшим образом.             Улыбаясь, старший Воробьёв отправился в свою комнату, набирая номер на кнопочном телефоне, ожидая ответ: - Алло, Сергей Анатольевич, вы что - то ещё хотели уточнить? - послышался низкий голос из динамика. - Здравствуйте, Владимир Алексеевич, Ваня объявился и дал согласие на лечение, акцентируя внимание на то, что ни в какие заведения ложиться не будет. Надеюсь, это возможно? - скрывая волнение в голосе, спросил отец Вани. Небольшая пауза в ответе, заставила нервничать ещё сильнее. - Сейчас ничего не могу сказать, но я учту это. Когда Ваня будет готов начать наши сеансы? - Как можно скорее. - быстро ответил Сергей, сжимая телефон крепче. - Я зайду к вам завтра вечером после работы. Устроит? - спросил Владимир. - Да, я скажу сыну, он будет вас ждать. - Договорились. Тогда до завтра. - черкая что - то на бумаге, попрощался мужчина. - До завтра. Разговор был окончен. Сергей почувствовал некое облегчение и думая о том, как завтра преподнести всё сыну, отправился на кухню.       Музыка тихо играла из компьютера на котором частенько прибегал играть в гонки Стёпа. Старшему всегда было интересно наблюдать за игрой Смирнова, но особенно он любил его ругань во время процесса, она всегда вызвала дикий ржач. Воробьёв много раз валялся на полу после эмоционального монолога Стёпы, во время проигрыша. Хорошее было время. Ваня не любил тишину, а сейчас наедине с ней оставаться вообще не хотелось. Переодевшись, парень увалился на кровать, глядя в потолок. После краткого разговора с отцом будто стало легче или это так действует ощущение приближения лечения, делая вид, что оно не нужно и всё итак хорошо. Отогнав эти мысли, парень стал думать о завтрашнем дне. Вдруг уже завтра ему придётся столкнуться с решением его нестабильного состояния? Готов ли он к этому? Конечно, нет, но откладывать это уже нельзя. Кто знает, что может случиться в следующий раз. В голову стали лезть самые худшие варианты развития событий: убийство, тюрьма, полная потеря контроля над собой и одиночество. Остаться самому был одним из самых больших страхов Воробьёва, который мог начать сбываться уже сейчас, учитывая его поступок. Отвернуться ли от него друзья по его возвращению или всё будет как раньше. Нет, как раньше уже явно не будет. Отряхнув себя от пугающих мыслей, Ваня прислушался к песне, тихо подпевая, дабы отвлечься. Глаза постепенно начинали закрываться, но распахивались каждый раз по новой. Подросток боялся засыпать, так завтрашний день наступит быстрее, страх неизведанного пробирался по всему телу Вани. Что если отец его обманул и завтра в квартиру он пустит санитаров, которые заберут и насильно затолкают лечиться? Верить в это совершенно не хотелось, больная фантазия отыгрывалась сейчас по полной. В глубине души верилось, что в этот раз отец будет его слушать. Расслабившись, парень позволил себе уснуть, что в очередной раз выходило с трудом.       Утром, хотелось бы проснуться от пения птиц или лучей солнца на лице, но пришлось встать от зашедшего отца в комнату. Кое - как открыв глаза, проверяя положение волос на ушах, Ваня взглянул на отца, который стоял в дверном проёме: - Иван, пора вставать. - возвращая привычное официальное обращение, сказал Сергей. - Ты так весь день проспишь, а у нас сегодня много дел. - Встаю - встаю. - потянувшись, ответил подросток. - Еда на столе. - от этих слов глаза, кажется, полезли на лоб. - Что? - Говорю, еда на столе. Быстрее вставай и на кухню. Надо поговорить. - закрывая дверь, сказал старший Воробьёв. "Когда он в последний раз готовил что - то на двоих?" Ваня уже не помнил, когда утром его ждал завтрак или обед по приходу со школы. Раньше отец уделял питанию сына большое внимание, но потом Ваня стал старше, ругань чаще, отношения хуже и за своим рационом Воробьёв должен был следить сам. Благо, что в школе была столовая и это очень облегчало задачу, но научиться готовить просто пришлось. Это было что - то простое, лишь бы унять чувство голода. Иногда парень делал что - то посложнее: "Подросток стоит в фартуке, который не помогал ему совсем и был явно на пару размеров больше, весь заляпанный чем - то красным. Мешая ложкой некое подобие на борщ, засыпая капусту и пробуя на вкус: - Вроде неплохо, думаю папе, понравится. - продолжая мешать, сказал мальчик. Закончив готовку, Ваня убрал всё, чтобы не получить очередной подзатыльник от отца и глянув на время, принялся разливать приготовленное по тарелкам. Как только он закончил, послышался звук ключей в скважине. Воробьёв поспешил в коридор, чтобы встретить отца. Мужчина зашёл и оглядев фартук сына, сказал: - Не отстирается, вычту из твоих карманных. - и принялся разуваться. Что - то больно кольнуло, но Ваня постарался не подать виду при Сергее. Мужчина молча прошёл на кухню и сел за стол, осматривая приготовленное сыном блюдо. Папа быстро начал есть, явно проголодавшись на работе, а Воробьёв младший стоял рядом, ожидая вердикта от отца. Когда мальчик что - то готовил, то всегда оставлял отцу половину, но благодарности в ответ никогда не получал. Отец молча ел после работы и оставляя посуду, уходил в свою комнату. Было обидно, но младшего радовало, что его старания хотя бы не оказывались в мусорке. В этот раз было точно также, на что Ваня - непонятно."       Отбрасывая неприятные воспоминания, Воробьёв поднялся с кровати и выключил музыку, которая играла всю ночь, но совершенно не мешала. Странно, что отец не обратил на неё внимание, когда заходил. Разблокировав телефон и заметив, что уже середина дня, парень зашёл в сообщения. Настрочив Дане смс, что не знает когда появиться в школе, но с ним всё хорошо, положил телефон обратно на кровать. Пройдя в ванную, заглядывать в зеркало было странно, стараясь игнорировать своё отражения, парень закончил процедуры и прошёл на кухню, где его уже, сидя на стуле, ждал отец: - Присаживайся, нам надо кое - что обсудить. Перед собой парень увидел не особо приятную на вид картину, завтрак не был аппетитным, но Сергей старался и Ваня, не подавая вида, приступил к трапезе. На фоне играло радио, на кухонной тумбе с характерным звуком закипал чайник, а из окна слышались голоса детей, которые играли в какую - то игру на площадке во дворе, где Ваня часто любил сидеть до и после школы, лишь бы не идти домой: - Спасибо. - на вкус было не очень, как и на вид. Отец или разучился готовить, или тогда это делал вовсе не он. - Брось, я понимаю, что это не вкусно. - ковыряя яичницу, сказал отец. - Что хотел обсудить? - жуя салат, спросил младший. - Твой ответ я вчера расценил как согласие начать лечение. Думаю, что затягивать нет смысла. - Сегодня? - Да, вечером придёт специалист, он лучший в этом деле. Я уверен, что он поможет тебе, без посторонней помощи. Это было главным критерием для Вани. Ему были приятно, что отец прислушался и пытается решить всё с комфортом для сына. - Хорошо. - Постарайся не думать о плохом, я думаю, что всё пройдёт отлично. Я верю в тебя. - сказал Сергей. "Я верю в тебя" - было крайне неожиданно услышать, но приятно. - Я буду стараться. Правда. - уверенно ответил Ваня. - Я знаю. - улыбаясь, выпалил мужчина.       Вечером, отец не отходил от Вани, стараясь успокаивать сына. Парню казалось, что мужчина сейчас нервничает больше чем он, давно он его таким обеспокоенным не видел. Сергей даже заставил сына надеть рубашку, чтобы тот предстал перед Владимиром в лучшем виде. Ваня сначала пытался оспорить решение отца, но безуспешно. Сейчас он, сидя в идеально выглаженной белой рубашке на диване гостиной, ждёт прихода специалиста, который поможет ему справиться с нестабильным состоянием. Мог бы Воробьёв подумать о таком буквально неделю назад? Нет. Тогда он шатался по району в олимпийке со Стёпой, обжимался по углам с Элей, смотрел фильмы с Даней и проводил собрания в банде, а не вот это всё. Послышался звонок в дверь, по телу будто прошёл электрический разряд. Ноги задрожали, а руки стали сжиматься в кулаки, чтобы хоть как - то успокоить дрожание пальцев. Отец, вздохнув, отправился открывать дверь, оставляя сына наедине с собой. "Вот и всё. Это снова начинается." - подумал Воробьёв. Из коридора были слышны голоса мужчин и скрип вешалки от веса верхней одежды гостя. Ваня смотрел на своё отражение в серванте, на лице была лишь одна эмоция - страх. Стали слышны приближающиеся шаги в сторону гостиной, нервозность накатила с новой силой. Мужчина с рыжей шевелюрой, в бежевом официальном костюме и с маленьким чёрным чемоданном зашёл в комнату. Глаза Вани округлились, гость был ему знаком: - Владимир Алексеевич? - удивленно спросил парень. - Здравствуй, Вань. Такую реакцию я и ожидал. С сегодняшнего дня мы с тобой начинаем совместную работу. - сказал мужчина, протягивая Воробьёву руку. - А Даня знает, что вы тут? - пожимая руку в ответ, спросил Ваня. - Нет, я ему рассказывать не буду. Расскажешь сам, если захочешь. Владимир Алексеевич был лучшим в городе психиатром и по совместительству отцом Дани. Парень часто слышал положительные отзывы от пациентов Владимира. Он не мог подумать, что окажется на их месте. Отец Вани молча наблюдал за ними в углу гостиной, не оставаясь незамеченным. Владимир развернулся к мужчине и жестом указал тому на выход. Сергей уже подумывал начать возмущаться, но остепенился, понимая, что так будет лучше и для него, и для Вани. С грохотом закрывая деревянную дверь, мужчина покинул комнату, оставляя сына наедине с гостем. Психиатр присел на диван, напротив Воробьёва, и начал раскладывая свой чемодан. Ваня внимательно наблюдал за движениями мужчины, будто что - то выискивая: - Здесь не будет ничего, что может тебе навредить. Не переживай. - спокойно сказал мужчина, доставая бланк с тестом. - Я не переживаю. - хрустя пальцами, ответил парень. - Здесь можешь не врать, Вань. - положив на стол блокнот с ручкой, выпалил Владимир. Мужчина за годы практики уже научился распознавать ложь, которая так свойственна подросткам. Принимая удобную позу, Владимир взял в руки блокнот с ручкой и начал сеанс: - Твой отец описал мне твоё состояние, но я бы хотел услышать это от тебя. Как ты можешь его описать и что тебя беспокоит? - мужчина внимательно глянул на парня, крутя пальцами ручку. Вопрос заставил Ваню задуматься, врач не торопил его, давая возможность полностью обдумать ответ, наблюдая за эмоциями и движениями пациента. В голове Ваня прокручивал свои поступки за последнее время, как вёл себя с отцом и что чувствовал в это время. Со стороны казалось, что он стыдиться своих мыслей: - Не переживай. Я здесь не для того, чтобы тебя осуждать, а чтобы помочь. Запомни это. - располагая к себе, сказал мужчина. Помявшись немного на диване, Воробьёв наконец - то начал ответ: - Иногда я не могу себя контролировать, делая при этом ужасные вещи. Это было ещё в детстве, потом в ходе принудительного лечения прошло, но вернулось буквально пару дней назад. С этого момента была уже пара случаев, когда я замечал, что снова не могу себя контролировать. - опуская взгляд в пол, сказал Ваня. - Можешь рассказать за эти случаи или ты бы не хотел это сейчас вспоминать? Перед глазами уже в который раз появились моменты из драки, которые всё также продолжали приносить боль. Гул толпы, запах крови, лицо Стёпы - это всё, казалось, никогда не удастся выкинуть из памяти. Лицо парня скривилось, а кулаки сжались на ляжках, сминая ткань джинсов. Психиатр внимательно наблюдал за реакцией Воробьёва, делая пометки в своём блокноте. Зеркало. Осколки, которые валялись по всей ванной, замазанные собственной кровью. Зачем он тогда его разбил? Чтобы не видеть себя? Было непонятно даже самому Ване. Зачем ударил стену в разговоре с отцом? Это ведь могло быть и лицо папы. Верно? "Могло" - будто отвечая сам себе, подумал парень. - Первое и самое страшное это была та драка в школе, думаю, вы слышали о ней. - будто спрашивая мужчину взглядом, сказал Ваня. - Слышал. - Всё уже поняли, что это был я. Мои друзья пытались это скрыть, думаю, я не хотел бы, чтобы моё участие осталось в секрете и вину повесили на кого - то другого. Пусть лучше все знают и я принял последствия в полной мере. - стараясь не смотреть на психиатра, говорил парень. - Я рад, что ты осознаёшь свой поступок и готов понести за него ответственность. - старался поддерживать парня Владимир. - Лучше бы я вообще не совершал его, а не сейчас был готов разгребать последствия. Воробьёв замолчал, мужчина уже подумал, что говорить дальше парень не будет и надо продолжать сеанс, не затрагивая пока болючие для пациента темы, но тут Ваня заговорил: - Драка не единственное, что заставило меня задуматься о своём состоянии. После драки, по приходу домой, я разбил зеркало в ванной, не знаю зачем, правда. Наверное, мне просто не хотелось видеть себя в этот момент. На мне тогда ещё были следы крови Стёпы... Мужчина более активно начал делать записи в блокнот, конспектирую чуть ли не каждое слово и эмоцию Воробьёва. - Ты заметил какие - то внешние признаки во время своего приступа? - спросил Владимир. Парень задумался, вспоминая свой облик в зеркале в тот день. Растрёпанные чёрные волосы, местами слипшееся от крови, расширенные, почти до краёв серых глаз, зрачки, взгляд был пуст, а лицо было перепачкано кровью. Всё тело трясло настолько, что приходилось держаться за раковину. - Глаза. Пустой взгляд, думаю, он напугал моих друзей и знакомых. В зеркале я видел явно не худший его вариант, а во время драки просто не мог видеть себя со стороны. И тело начинает трясти, что не могу его успокоить. - уточнил подросток. Делая записи, мужчина сказал: - Учащается сердцебиение? Трясутся руки? Становится трудно дышать? - спросил отец Дани, в ответ Ваня лишь помахал головой, соглашаясь. - Давай начнем с малого и научимся избавляться от этих симптомов? - Владимир говорил так, как будто тоже страдал такой же проблемой и они решают её с Ваней вместе плечом к плечу. - Моя информация будет полезна тебе в любом случае, даже если мы только начали наше лечение, не углубляясь. Я могу предположить, что твой организм говорит о том, что ты не можешь справится со стрессом от сюда и вытекает твой гнев и отсутствие контроля. Ты знаешь что такое стресс - реакция? Ваня отрицательно покачал головой. - Это реакция твоего организма на стресс. Если вовремя не закончить эту реакцию, то эмоции будут накапливаться, тем самым изводя тебя. Период от начала реакции до окончания называется цикл. В это время можно заметить, что вы делаете однообразные, бессмысленные действия снова и снова, либо вас тянет к саморазрушительному поведению. Когда мозг застревает посреди цикла, он может глючить и работать с перебоями. Это похоже на заевшую пластинку. Вы неадекватно и преувеличенно реагирует на заурядный раздражитель. Причина - скопившаяся боль, которая неожиданно пронзает так, что вы не можете сдержаться. Но, с точки зрения вашего тела, ничего неожиданного нет. Оно давно страдало от непроработанного напряжения. Такое извержение вулкана означает, что порог стресса превышен и нужно немедленно заняться его проживанием. - Я не могу просто заставить себя успокоится в такие моменты - "А вдруг просто не хочу". - Завершение цикла - это не умственное решение, а физиологическая трансформация. Вы же не приказываете своему сердцу биться, а кишечнику - переваривать еду. Стресс - реакция не подчиняется вашей воле. Когда ты чувствуешь какие - то признаки гнева физическая нагрузка - самая эффективная стратегия для завершения цикла стресс-реакции. Сгодится даже попрыгать на одном месте или от души пореветь. Это всё для организма, чтобы отвлечь его от эмоций. Для того чтобы минимально отвлечь мозг, можно считать до 10, дышать, отвлекаться на просмотр чего - либо или звонить друзья. Делай что угодно, лишь бы успокоиться. В мыслях парня всплыл образ Дани, вероятнее всего, звонил бы Ваня именно ему. Рыжий всегда был рядом в трудные моменты, за что Воробьёв был ему безумно благодарен. Напрягать Захарова иногда бывало стыдно, но тот, закидывая руку на плечо, прижимая к себе ближе, утверждал, что Ваня совсем его не напрягает и он рад помочь другу. - Смотри. У меня есть небольшой тест. Никто, кроме меня не будет знать ответы, я тебе обещаю. - протягивая парню бланк, сказал мужчина. - У тебя неограниченное время, можешь внимательно изучить вопросы, если что - то будет непонятно, то спрашивай. - говорил Владимир. - Хорошо. Я могу начинать? - держа в руках лист, спросил Ваня. - Да. Мне выйти? - Можете остаться, мне вы не мешаете. Взгляд Воробьёва опустился на первый вопрос теста:       "Как вы ведёте себя в критической ситуации?" "Пизжусь, исходя из случившегося" - подумал про себя парень. Выбрав вариант, который был больше всего схож с собственным поведением, парень продолжил проходить тест. Иногда вопросы были максимально тупые, по мнению Вани, но не мог же он предъявить за это Владимиру, приходилось отвечать. Пару раз Воробьёв кидал взгляд на мужчину, который внимательно наблюдал за ним, анализируя каждое действие.       "Временами я не могу справиться с желанием причинить вред другим?" Этот вопрос застал парня врасплох, точно попадая по больному. Холодный пот стал проступать на лбу, а руки стали крепко сжимать ручку. - Всё нормально? Какой - то вопрос непонятен? - спросил Владимир. - Вопрос полностью описывает меня. Это пугает. - тихо сказал парень. - Поставь около него пометку, хорошо? Я постараюсь акцентировать на волнующих тебя вопросах больше внимания. Поставив чёрточку около злополучного вопроса, Ваня стал проходить тест дальше, ставя пометки около пары строчек. Казалось, что тест идёт вечность, а судя по часам на серванте, прошло только десять минут.       "Тот, кто оскорбляет меня или моих близких, напрашивается на драку" "Ебать." - единственное, что подумал Ваня. Сколько раз он дрался за друзей или ту же Элю? Уже не сосчитать. Но когда близкий тебе человек, оскорбляет такого же близкого, в такой ситуации парень был единожды. Слова Стёпы про Элю на репите крутились в голове: "Мне потасканные, использованные вещи не нужны..." - было худшим, что он когда - либо слышал из уст Смирнова.       Закончив тест, Воробьёв облегчённо выдохнул и протянул лист Владимиру. Мужчина внимательно стал рассматривать ответы, параллельно конспектируя что - то для себя. Ваня наблюдал за ним, не отводя взгляд. Психиатр выглядел совершенно спокойно, в отличии от парня, ни одна мышца не дёргалась от прочитанных ответов. "Наверное, он видал и хуже. По - этому такой спокойный." - подумал Ваня. Спустя пару минут, мужчина отложил бланк и посмотрел на подростка: - Всё плохо? - Нет. Я примерно понимаю, что теперь нам нужно делать и как работать дальше. На следующем сеансе мы уже начнём терапию, а сейчас, думаю, нам нужно просто поговорить. Согласен? - спросил Владимир Александрович. - Согласен. - Для начала дам понять, что выяснить сразу же на первом сеансе, страдаешь ли ты одним из этих недугов, не получится. Это не грипп, который можно распознать, заглянув в горло и измерив температуру, и даже не венерическое, которое выдаст анализ. В голове придется покопаться пару месяцев. - сказал мужчина, глядя на парня. - Пока могу сказать лишь то, что у тебя проблемы с контролем агрессии, но ты это итак знаешь. Подробней смогу сказать спустя несколько сеансов. Ваня молча кивнул. - Возможно, придется пить таблетки или же обойтись терапией, понимаешь? - спросил психолог. - Таблетки? - Да, сегодня я ещё тебе ничего давать не буду, мы пока не настолько изучили проблему. Спустя пару сеансов уже смогу прописать что - то, дабы облегчить тебе приступы. Но помимо этого ты должен помнить советы, которые я дал тебе в начале, если вдруг таблеток не будет рядом или понимаешь, что их недостаточно. Помнишь, что я говорил? Сможешь повторить? - поинтересовался психиатр. - Начинай считать до 10, дышать, бегать, приседать, отвлекаться на просмотр чего - либо или звонить друзьям. - повторил парень. - Отлично, молодец.       Сеанс длился еще полчаса, за это время мужчина задавал несчётное количество вопросов, чтобы лучше понять проблему. Ваня не всегда охотно отвечал, но Владимир умел найти подход в любой ситуации. Профи, это стало понятно почти сразу. Часто под дверью были слышны шаги отца, который не находил себя места весь сеанс сына. Под конец было видно, что Воробьёв уже устал и начинал совсем кратко описывать ситуации и делиться чем - то не особо важным. Владимир посчитал это поводом закончить сегодняшний приём: - Думаю, на этом всё. - Правда? - Да, мы увидимся с тобой завтра. - складывая вещи в чемоданчик, сказал Владимир. - Мы будем заниматься каждый день? - спросил Ваня. - Изначально да, я планирую привести тебя в более менее стабильное состояние до начала следующей учебной недели. Эту ты сидишь дома, чтобы не было никаких инцидентов. В идеале мы закончим усиленную терапию примерно к вашему с Даней концу учебного года, но я ничего пока не обещаю. - Так быстро? Разве это возможно? - удивляясь, спросил подросток. - Это не значит, что ты уже будешь здоров, пойми. Тебе просто станет немного легче, что позволит меньше чувствовать приступы и продолжать жить не нанося вред себе и другим. Понимаешь? - Да, я понял. Спасибо, я думал, что будет намного страшнее и хуже, но после разговора с вами мне стало немного легче. - поднимаясь с дивана, чтобы провести Владимира, сказал Ваня. - Я рад это слышать. Мы справимся, Вань. Я обещаю. - направляясь к выходу, сказал мужчина. В коридоре их уже ждал Сергей, нервно перебирая ногами по полу. Как только дверь гостиной распахнулось он подорвался и поспешил к сыну: - Как всё прошло? Ты себя хорошо чувствуешь? - обратился мужчина к Ване. - Пап, отпусти. Всё хорошо, как видишь Владимир Алексеевич вышел без синяков. - от этих слов психиатр усмехнулся. - Шутит. Это хороший признак. - Что можете сказать по поводу Ивана? Можно что - то сделать? - спросил Сергей. - Конечно, я ним займусь. Не переживайте. Пропустите? - указывая на вешалку, поинтересовался мужчина. - Да - да, проходите. - отец явно нервничал. Психиатр быстро оделся и напомнив о завтрашнем приходе, поспешил удалиться из квартиры Воробьёвых. Ваня кинул взгляд на отца: - Не нервничай ты так. Всё прошло хорошо, я уверен, что он мне поможет. - Я надеюсь. - осматривая сына, сказал мужчина. - Очень устал, пойду в комнату. - направляясь в конец коридора, сказал Ваня. - Зови, если что. - крикнул в след отец.       Закрыв за собой дверь в комнату, Ваня скатываясь спиной, опустился на пол, зарываясь головой в колени. Чувствовал ли парень облегчение - определённо да, но осознание того, что каждый день придётся вспоминать ранящие душу моменты, не давало ему радоваться. На улице уже было темно, лишь фонари освещали путь, свет от которых пробивался в к комнату парня, разгоняя темноту. Оставаться наедине с собой совершенно не хотелось, но на улицу парня сейчас точно никто не выпустит. Добравшись до кровати, уваливаясь на неё всем уставшим после занятия телом, Ваня стал рыться в постельном, ища телефон. Поднимая одеяло, Воробьёв достал оттуда средство связи, начиная рыться в контактах. Парень сразу знал кому наберёт, этот номер был в избранном не просто так. Спустя пару гудков, из динамика послышался голос рыжего: - Ну наконец - то, я думал ты там подох уже. - Не дождёшься, Захаров. Придётся ещё потерпеть. Ты можешь сейчас говорить? - спросил Ваня, доставая из нычки сигареты. - Как раз захожу домой, после собрания. - на фоне послышался звук закрывающейся двери. - Как всё прошло? Вы там справляетесь? - подкуривая, спросил Воробьёв. - А как же, все ждут твоего возвращения, Вань. И не только они. - намекая на Элю, сказал Даня. - Как она? - кратко спросил парень. - Каждый день строчит мне вопросы о тебе и твоём возвращении. Не хочешь сам с ней связаться, а? Заебала уже, если честно, но игнорить тоже не могу. Обещал же. - после этих слов на Ваню накатило чувство вины за то, что сейчас все его проблемы вынужден разгребать Даня. "Как он ещё не послал меня нахуй?" - Я не уверен, что готов сейчас с ней разговаривать. Можешь передать ей, что мы поговорим как только я выйду в школу. - тихо сказал Ваня, выдыхая дым в окно. - А как там..ну..Стёпа как там, короч? - Без б, брат. Из медпункта его мама ещё в первый день забрала, чтобы в больничку отвезти. - в трубке послышался громкий выдох из уст Вани. - Ему там вроде бровь зашивать надо, в нашей шараге таким не промышляют, сам понимаешь. - Насколько всё хуёво? - нервно спросил Воробьёв. - Достаточно, сил ты не пожалел. Буду откровенен. - как можно мягче пытался говорить Даня. - Я могу сейчас что - то сделать? - Не думаю, но ты можешь рассказать где пропадаешь? Съебался тогда и только смс - ками меня кормишь. Хуй знает где ты, с кем, я волнуюсь вообще - то. Блять.. - Соскучился? - Да иди ты нахуй, гандон. Говори где ты, быстро. - угрожал рыжий. - Дома я, дома. - Не пиздишь? - спросил Захаров, по звукам, усаживаясь на кровать. - Могу позвать батю, если хочешь. - Ладно, верю. Как ты там вообще? Напугал всех. До сих пор вся шарага обсуждает тот день, слухов поползло пизда. - говорил Даня, внимательно прислушиваясь к звукам из динамика телефона. - Столько произошло, Дань. Я даже не знаю с чего начать. - из трубки послышался голос Владимира, который вернулся домой. Захаров сказал, что договорит и подойдёт, на что отец дал согласие и парни продолжили разговор: - Обо всё по порядку, чел. Я заебался быть в неведенье, прикрывать твою жопу и даже не знать где ты. После этих слов снова стало стыдно перед Даней, но изменить уже ничего нельзя было. Воробьёв поступил так, как хотел в тот момент, пиздецки эгоистично - да. Думал только о себе, забивая болт на остальных. Как ему вообще доверили банду? - Эй, брат, ты тут? - заговорил рыжий, прерывая мысли парня. - Да, прости. Остальной разговор Ваня пересказывал другу, что произошло за эти три дня, что он не выходил на связь, под комментарии Дани по типу: "ахуеть", "ебать, ты гонешь, чел", "пиздец" и всё в таком духе. Скуривая от нервов сигарету за сигаретой, парень дошёл до момента с психиатром, замолкая, дабы обдумать как преподнести это Захарову. Он знал, что рыжий не осудит, но говорить за это вслух кому - то, кроме отца, было трудно. Даня знал о его прошлом, постоянно поддерживал, так почему сказать ему об этом снова тяжело? - Дань, это ещё не всё. Сейчас помолчи, не перебивай меня. - Хорошо. - Твой отец сегодня приходил ко мне, то дерьмо снова началось. Думаю, ты и сам догадался, да? В трубке послышался глубокий вздох.                  Ваня продолжил рассказывать о том, как прошел сеанс и почему пришлось на него пойти: упоминая уже не только драку, про которую итак знал Захаров, а уже и случай с зеркалом, и когда он чудом не ударил отца, заменяя его лицо стеной в коридоре. Даня внимательно слушал, не вмешиваясь в разговор, как и просил друг. По вздохам было слышно, что он переживал. Конечно, а кто бы не переживал, когда близкий тебе человек снова вынужден бороться с недугом, о котором так хотелось всем забыть. - Вот так. - закончил рассказ Ваня. Даня немного помолчал, переваривая полученную информацию: - Вань, мне жаль, что тебе снова приходиться с этим сталкиваться, но я рад, что ты так быстро принял помощь. Я знаю своего отца, он тебе точно поможет. Если что, я всегда рядом. Можешь звонить, писать или приходить ко мне в любое время, хорошо? - говорил прямо в динамик Даня. - Спасибо. - тишина. - Мне страшно, Дань. - неожиданно выпалил Воробьёв. - Я знаю, Вань. Оставшийся разговор состоял из поддержки Захарова, что сейчас была так необходима Ване. Парень вываливал рыжему всё, что было у него на душе за эти дни, не выслушивая даже капли осуждения. Даня был почти также хорош, как и его отец, если бы он серьёзно занялся этой профессией, то в будущем превзошёл бы отца в два счёта. Парни говорили беспрерывно несколько часов, уже была глубокая ночь, давно они не разговаривали так по душам, раньше это было часто: - Всё, братан, меня вырубает. - послышалось из динамика. - Я наберу тебе после сеанса? - с надеждой, спросил Воробьёв. - Конечно, я буду ждать. Держи меня обо всём в курсе. Спокойной ночи, Ванёк. - Спокойной. - и парень повесил трубку. После общения с Даней стало чуть легче и развалившись на кровати, Ваня на удивление сегодня быстро начал засыпать. Сеанс с Владимиром и разговор с Даней высосал все силы с парня. В комнате, впервые за последнее время, была тишина.       Остальные дни проходили однообразно: подъём, очередное подобие на завтрак от отца, сеанс, разговор с Даней и сон. Каждый сеанс открывал для Ваня что - то новое о его недуге и психиатр всё больше подбирался к проблеме. Сергей уже не так переживал за сына и спокойно оставлял его наедине с Владимиром Алексеевичем. С каждым занятием Воробьёв говорил всё больше и раскрепощённые, что помогало лучше увидеть ситуацию:       " - Люди, не способные контролировать агрессию, зачастую неправильно понимают намерения окружающих. Им кажется, что по отношению к ним проявляют агрессию, даже когда это не так. - сказал отец рыжего, заставляя Воробьёва задуматься. Действительно ли отец хотел ему зла? А Стёпа? А Эля? Мысли парня стали заполняться моментами с близкими ему людьми, заставляя понять, что зачастую он преувеличивал значение их действий в его сторону."       " - Чтобы избавиться от расстройства, мало приглушить симптомы. Важно устранение причины. Хорошая новость - чаще всего можно лечиться дома, а не ложиться в клинику. При этом, моё наблюдение обязательно, Вань. Облегчённый вздох послышался из груди парня. Ложиться куда - то на лечение - это последнее чего сейчас бы хотел подросток. Воспоминания из детства с этим местом были ужасны. С детьми отвратительно обращались, казалось, что только усугубляли ситуацию. Медсёстры были злыми и жестокими, а врачам на них было будто - то всё равно. Позовут к себе в кабинет, раз в пару дней, зададут одинаковые вопросы и всунув таблетку, выставят из кабинета и вали куда хочешь. А когда мальчик говорил об этом отцу, тот отнекивался, ссылаясь на то, что лечение не может быть быстрым и лёгким и надо терпеть все методы. По ночам Воробьёв плакал, как и большинство детей тут, но сотрудникам было всё равно. Уход из этого "ада" был, наверное, одним из счастливых дней Вани. Он ещё долго отходил, часто просыпаясь по ночам от кошмаров или ощущений, что тебе хотят что - то вколоть и засунуть таблетки в горло лишь бы успокоить."       " - Занятие спортом - это своего рода выход эмоций, но при это с пользой для тебя и для твоего окружения. Многие во время вспышек гнева срываются на близких - кричат, ругают, бьют. Последнее слово несколько раз пронеслось в голове Воробьёва, затрагивая один из самых тяжелых для него моментов из жизни. Возможно, если бы не этот день, то он бы и не дошёл до такого состояния? Сейчас уже не известно. Наверное, с этого момента бухать за школой, вместо уроков физкультуры, Ваня не будет."       Последний сеанс перед школой. Ваня сидел в гостиной в ожидании Владимира, который снимал верхнюю одежду в коридоре, переговариваясь о чем - то с отцом, расслышать не получалось как бы Ваня не пытался. Двери открылись и мужчина зашел в комнату, здороваясь с парнем: - Здравствуй, Ваня. Как ты себя чувствуешь сегодня? - усаживаясь напротив, спросил Владимир Алексеевич. -Здравствуйте, немного нервничаю. Завтра в школу уже. Даже не знаю чего ожидать, когда я дома себя легче контролировать, а там..Я не знаю. - глядя на мужчину, сказал Ваня. За время сеансов, Воробьёв перестал бояться и стесняться мужчину и уже мог спокойно смотреть на него, не опуская взгляд после каждой фразы: - Я понимаю твои переживания, Вань, но пора выходить в общество, чтобы следить как ты будешь вести себя, когда вокруг раздражители. Если что, звони мне или пиши. Главное помни о советах, что я дал тебе на первом занятии и пользуйся сразу как только чувствуешь что - то неладное, понял? - Да, просто боюсь, что это не поможет. После наших занятий, приступов ещё не было, я не смог пока проверить сработает какой - то из них или нет. - перебирая рукава кофты, говорил Ваня. - Я посоветовался с коллегами и мы пришли к выводу, что тебе уже можно прописать лекарства. - начиная рыться в своем чемодане, сказал мужчина. - Это сильные таблетки, Вань. Пока начнём с них, дальше будут полегче. Посмотрим как твой организм отреагирует на них. - доставая пластинку с белыми таблетками, продолжал мужчина. - А как они действуют? - спросил парень, разглядывая упаковку. - Транквилизаторы - успокаивающие средства, способные устранять страх, тревогу, эмоциональное напряжение. Эти таблетки сделают тебя спокойнее, но не превратят в овощ. Здесь мало снотворного воздействия по - этому ты сможешь нормально учиться и переваривать информацию. Возможна индивидуальная реакция на некоторые компоненты, но я буду наблюдать за тобой. - сказал мужчина, глядя на парня. - И ещё, отказаться от алкоголя очень советую - спиртное активирует в нас не лучшие порывы и позывы. К тому же зачастую мы пытаемся запить проблемы и забыться, хотя на деле алкоголь - сильнейший депрессант, который только усугубляет ситуацию а в совместимости с препаратом который я тебе дал может быть очень опасно употребление алкоголя. - уточнил мужчина, глядя на подростка, который был явно недоволен таким исходом, но кивнул в знак согласия. - Сколько нужно пить и как часто? - спросил Ваня. - Утром и вечером по одной, но если сильный приступ и не помогают мои советы, то ещё одну можешь выпить. Больше нельзя, уяснил? - строго сказал мужчина. - Да, я понял. Остальной сеанс прошел как обычно, Ваня рассказывал свои переживания, а мужчина задавал вопросы, чтобы лучше понимать состояние парня. Очередной написанный тест, который казался Ване бессмысленным, но Владимир всегда очень внимательно вчитывался в вопросы, что означало его полезность в лечении. Время пролетело быстро, и вот психиатр уже собирает свои вещи и направляется в коридор: - Как всё прошло? - выходя из кухни, спросил Сергей. - Ваня определённо делает успехи. Сегодня выписал ему таблетки, этой упаковки ему хватит на наделю, как раз до следующего сеанса. - эти слова застали Ваню врасплох. - Мы больше не будем видеться каждый день? - спросил подросток. - В этом уже нет острой необходимости, я буду наблюдать за реакцией организма на таблетки, а для этого достаточно видеть тебя не настолько часто, как раньше. В любом случае, ты можешь мне звонить, писать. Я бы посоветовал начать ходить к школьному психологу. Будет достаточно пары занятий в неделю, он поможет разобраться с твоими травмами, Вань. Их тоже надо решать, а это уже не мой профиль. - обуваясь, говорил мужчина. - Там хороший психолог? - спросил Сергей. - Да, я лично знаю Ирину Витальевну. Она отменный специалист, я просто так её не советовал. Я лично ручаюсь за её профессионализм. Я могу созвониться с ней по приходу домой и утром зайдёшь к ней познакомишься и вы решите график занятий. Хорошо? - надеваю верхнюю одежду, говорил Владимир. - Раз вы так в ней уверенны, то хорошо. Вань, ты как? - глядя на сына, спросил отец. - Если это так необходимо, то я согласен. Хочется уже по быстрее с этим разобраться, если честно. - сказал парень, глядя на мужчин. - Мы итак быстро двигаемся, Вань. Ты молодец. Не забудь выпить таблетку. Воробьёв кивнул в знак благодарности и мужчина поспешил удалиться из квартиры пациента. Сергей с Ваней перекинулись парой фраз по поводу сеанса и разошлись по комнатам. Закрыв за собой дверь, парень по привычке залез на подоконник, закуривая и набирая Даню: - Я уже ждал твой звонок. - послышалось из трубки. - У меня новость. - выдыхая дым в окно, сказал Ваня. - Не тяни меня за яйца. - Я завтра выйду в шарагу. - тихо сказал Воробьёв. Из трубки послышались крики: - Ебать, братан, наконец - то. Заебал уже дома сидеть, пидор. - громко говорил Даня. - Ха - ха, будешь ещё молить, чтобы опять съебался. - засмеялся парень. Давно они так не смеялись вместе, последние их разговоры были не особо весёлыми, обычно Ваня рассказывал о своём состоянии, а Даня о ситуации в банде и в школе, иногда упоминая Элю, а ещё реже Смирнова. - Не дождёшься. - поддерживая смех, сказал Даня. - Я сейчас сообщу всем. - Не, не надо. Завтра сами увидят. - Ах ты, ну ладно.       Остаток разговора Ваня рассказывал как прошёл сеанс, про таблетки, между этим парни вставляли глупые шутки и смеялись как не в себя, будто выплёскивая все эмоции, что накопились за эти дни. Ближе к ночи, в комнате послышался стук в дверь: - Подожди. Что - то хотел? - спросил, глядя на дверь, Ваня. - Закругляйся, завтра в школу. Уже поздно. - сказал отец и послышались удаляющееся шаги. - Папочка зовёт спатки? - послышался смех из трубки. - Дэган. Я пошёл, до завтра, пидрила. - сказал Ваня, сбрасывая трубку.       Отложив телефон, Воробьёв направился на кухню за водой, попутно хватая со стола таблетки. Закинув одну в рот, Ваня запил её прямо из графина и выглянул в окно. Взгляд упал на дорогу по который парень ходит в школу, попутно захватывая по пути Стёпу с Элей. Как всё пройдёт завтра? Было немного страшно, но после разговора с Даней стало легче, хоть один друг у него остался. В Захарове Ваня никогда не сомневался, казалось, что тот остался бы с ним даже после максимального пиздеца. А Зуева с Стёпой останутся? Не желая дальше думать о плохом, Ваня направился в комнату, доставая рюкзак из шкафа. Тот уже успел покрыться небольшим слоем пыли, как тогда при домашнем аресте. Сложив всё необходимое, Ваня увалился на кровать. Сон никак не шёл из - за переживаний о школьном дне, в голову лезли глупые мысли. После очередной, Ваня просто заставил себя заснуть, дабы не начать переживать ещё больше.       Дни летели быстро и вот уже понедельник. Первый поход в школу после случившегося - было страшно. Владимир за это время привёл Воробьёва в более менее стабильное состояние, сеансы действительно помогали. Ваня собирался на учёбу в ожидании косых взглядов, шепотов в его сторону и не только в его, понятно, что они заденут и Элю, и Стёпу, и Даню та и парней из банды тоже. Интересно сколько отвернуться от него после случившегося? Сергей зашёл в комнату с намерениями разбудить сына, но тот уже встал и собирался в ванную: - Так ты уже встал. Не забудь выпить лекарство, еда на столе. - Хорошо. - вставая с кровати, ответил Воробьёв. - Я ушёл работу. Удачного учебного дня, сын. - сказал мужчина и послышался звук закрывающейся входной двери. Пройдя на кухню, Ваня увидел на столе бутерброды, которые выглядели явно лучше, чем все прошлые попытки отца приготовить завтрак, а рядом стакан с водой и пластинка с таблетками. Есть не хотелось совсем, заставив себя запихнуть часть бутерброда, дабы не пить таблетки на голодный желудок, Ваня запил лекарство и отправился в ванную. Смотреть в зеркало уже было не так тяжело, но пока ещё сложно. Волосы торчали в разные бока, глаза были заспанные из - за ужасного сна, наверное, стоит сказать об этом Владимиру. Парень привёл себя в хоть какой - то адекватный вид и направился в комнату, чтобы переодеться и захватить рюкзак. Переодевавшись, Ваня кинул взгляд в окно на дорогу, которая вела его к Эле. Ждёт ли она его? А может стала выходить раньше, чтобы не пересекаться с ним. Будет избегать его в школе то ли от страха, то ли испытывая отвращение. Всё это придётся узнать сегодня, как бы сильно не хотелось. Закрыв квартиру, Ваня поспешил по лестнице вниз, доставая сигарету, вновь натыкаясь на соседку: - Бежит балахманный, не вздумай курить в подъезде. - кричала та, махая уже явно старым пакетом, в котором были продукты. - Хорошо выглядите, Татьяна Васильевна. - выпалил парень, пройдя мимо, игнорируя сказанное. Соседка говорила что - то в ответ, но Воробьёву было всё равно, сейчас его мысли были заняты Элей или тем, как они будут выяснять отношения после случившегося. Вокруг бегали дети, которых догоняли родители, школьники шли в школу с недовольными лицами, взрослые торопились на работу, запихиваясь в переполненный транспорт. Жизнь вокруг шла полным ходом. Дул небольшой ветер, но всё же было тепло, учитывая, что уже завершение весны и скоро будет конец учёбы и настанет лето. Зайдя на нужную улицу, Воробьёв убавил шаг, растягивая путь на пару минут дольше, собираясь с мыслями. "Тебе всё равно не избежать этого разговора." - мысленно сказал себе парень.       Выдохнув, Ваня позвонил в звонок поместья Зуевых, ожидая ответа. Калитка дома автоматически открылась, даже без вопросов. На пороге дома стояла хозяйка в привычном для себя пеньюаре с тонкой длинной сигареткой в руках. Возмущённый взгляд женщины был направлен прямо на Ваню от чего стало не по себе. Парень подошёл вплотную к женщине на что та даже не шелохнулась. Поднеся сигарету ко рту, мама Эли втянула едкий дым и выдохнула его прямо парню в лицо. - Доброе утро, Изольда Викторовна. Вы как всегда замечательно выглядите. - младший Воробьёв проигнорировал жест женщины и постарался разбавить напряжённую тишину. - Не подлизывайся, Воробьёв, не поможет. Ты зачем заявился? - возмущалась женщина. - Провести Элю в школу. А что она уже ушла? - Нет, не ушла. Зато ты ушёл на полторы недели, Ваня! Ни слуху, ни духу. Даню своего подсунул опять. Мог бы хотя бы позвонить, а то я так понимаю Эля тоже не в курсе где ты пропадал? Вот только попробуй сказать, что я не права. - как же Эля была похожа с мамой. Уверенные, наглые и острые на язык. Ваня уже в который раз чувствовал вину за то, что просто пропал никого не предупредив. - У меня были причины, извините. Я должен поговорить с Элей. - Ваня попытался пройти в дом, но Изольда загородила ему проход рукой. - Объяснись прежде чем входить в мой дом. - строго, глядя прямо в глаза, произнесла женщина. - Я не хочу перекладывать ни на кого ответственность, я сам виноват во всём: что не звонил и что подорвал ваше доверие, Изольда, но я не мог правда... - Ваня совсем не хотел делиться с мамой Эли информацией, что он полторы недели занимался с психиатром и сейчас стоит под успокоительными препаратами. Парень просто молился, чтобы Изольда поверила ему и впустила. Женщина ещё раз скептично окинула младшего Воробьёва взглядом и всё - таки убрала руку, пропуская его в дом. - Спасибо. - тихо произнес Ваня, поднимаясь по ступенькам в комнату Эли. За спиной девушки тихо скрипнула дверь. - Да, мам, я уже иду. Эля стояла спиной к двери, собирая сумку и никак не могла заметить как парень подошёл почти вплотную, аккуратно касаясь плеча девушки и разворачивая её к себе. - Ты... - Зуева вздрогнула увидев перед собой Ваню. Такого испуганного Ваню. Парень легонько, насколько получилось, виновато улыбнулся. Было очень необычно видеть свою девушку после такого долгого и тяжёлого перерыва. Воспоминания разом хлынули в голову парня. Все хорошие и плохие моменты перемешались. Ваня помнил как Эля мило морщит носик, когда смеётся и как резко, в манере самого Воробьёва, может прижать кого - то к стене. За эти дни он совсем забыл её образ. Забыл как она выглядит, забыл как она думает и как поступает. Сейчас перед ним стояла такая знакомая, родная, но такая не предсказуемая девушка. У Зуевой была такая же ситуация. Всю неделю девушка не могла найти себе места. Образ заботливого, смелого Вани перечеркнулся жестоким и при этом испуганным мальчиком. Наверное, такая смена поведения любимого человека должна была напугать и оттолкнуть, но нет. Эля продолжала беспокоиться о Ване. Все эти дни Зуева пыталась у всех узнать где её парень, что с ним и почему он не выходит на связь. Испортила все нервы себе и всем окружающим, а Воробьёв не удосужился ей не позвонить, ни написать даже короткую смс - ку. Взгляд Эли сменился с удивлённого до такого, каким можно испепелить собеседника. Девушка резко оттолкнула Воробьёва от себя и схватив сумочку ударила ей Ваню в плечо. - Ты, сука, не писал - удар. - не звонил - удар. - просто сбежал где - то пропадал полторы недели, а теперь приходишь ко мне и улыбаешься? - удар. - Воробьёв, ты серьезно!? - Эля замахнулась в очередной раз, но парень перехватил сумку рукой и притянул девушку к себе чтобы успокоить. - Я не мог позвонить и не мог написать. Всё очень хуёво, Эль. - Воробьёв прижал девушку к груди, а сам смотрел вперёд, но взгляд ни во что не утыкался, а проходил сквозь. Взгляд в никуда. - Я не должна была так шутить над Степой... - Ваню передёрнуло от упоминания этого имени. - Мне нужно было сразу ему всё объяснить и ничего бы не случилось. Мне так жаль, прости меня... Я так боялась за тебя. Что сказал Эдуард? Отец? Они узнали? Ваня? Вань! - Эля отстранилась от парня, заглядывая в пустые глаза. - Прости, - парень вышел из транса. - нам нужно поговорить. Отец знает обо всём. Он заставил меня ходить к психиатру. Сейчас всё очень сложно, я не уверен, что мы ближайшее время сможем общаться как раньше и... Блять, это сложно объяснить - парень ходил по комнате кругами и пытался подобрать слова. - Мы расстаёмся? - это прозвучало так резко и так уверенно. Ваня обернулся и заметил слёзы в глазах Эли. Слёзы и Эля. Несовместимые понятия. - Эй, нет, нет, нет! Это не значит, что мы расстаёмся. - Ваня был не на шутку испуган. Несколько приёмов с психиатром ещё ничего не решили. Он всё ещё не знает, что чувствует к Эле, но он точно знает, что нельзя принимать сейчас никаких важных решений. Он боится их принимать. Он боится перемен. Иллюзия стабильности почти единственное, что держит парня на плаву. Всё как и было. Всё так же, да? - Просто я сейчас так загружен, я не смогу так эмоционально... Мне трудно. Врач прописал таблетки, а из-за них я вообще как муха сонная, хотя мне обещали другое. Я буду рядом, всё будет также. Просто меня будет чуть меньше. Этот психиатр из меня все силы сосёт, комар ебучий. - Эля усмехнулась с такого сравнения и немного расслабилась. - Я понимаю, что тебе тяжело. Я буду рядом в любом случае. Чтобы не случилось, мы будем вместе. - девушка заключила парня в объятия. Ваня легонько потрепал Элю по волосам, на что Зуева в своей привычной форме возмутилась. - Ах ты, нахал, прическу мне испортишь. И вообще мы опять опаздываем. Воробьёв, всё у тебя по пизде идёт.       Дойдя до школы и отведя Элю в кабинет, где у их класса сейчас будет урок, Ваня спустился на первый этаж и остановился у злополучной двери, боясь постучать. Урок должен начаться с минуты на минуту по - этому людей в холле и на лестнице можно было пересчитать на пальцах. На вахте сидела женщина средних лет, яро уставившись на Воробьёва или это лишь бурная фантазия, которая прогрессирует на фоне стресса. Собравшись с силами, парень постучал в железную дверь, мысленно подумав о том, почему в школе только тут не деревянная створка, услышав краткое "Проходите", зашёл в кабинет. Ваня остановился около высокого цветка, который доставал чуть ли не до потолка и глянул на сидящую в кресле психологиню: - Ваня Воробьёв? - спросила довольно молодая женщина, парень почему - то ожидал увидеть даму преклонного возраста. Каштановые волосы чуть ниже лопаток, аккуратно лежали на плечах, голубые, даже уходящие в синий глаза будто смотрели прямо в душу, руки были заняты заполнением каких - то бумаг, но тут же освободились после прихода Вани. - Да. - ответил парень, продолжая стоять у входа. - Проходи, садись. Будем знакомиться. - голос у женщины был властный, но в тоже время приятный на слух. Кабинет был в бежевых тонах, на стенах весели различные постеры с чем - то про психологию, а растения были практически по всей комнате. Помещение было правда уютным, что было большим плюсом после страшной, на первый взгляд, железной двери. Жалюзи немного пропускали солнечный свет, что падал на небольшой белый стол за которым сидела брюнетка. Подойдя ближе, Ваня опустил рюкзак на пол и сел на стул, глядя на женщину: - Ирина Витальевна, будем знакомы. - протягивая руку с красным маникюром, сказала женщина. - Приятно познакомиться. - пожимая руку в ответ, сказал Воробьёв. - Владимир Алексеевич меня кратко ввёл в курс дела, но подробности я бы хотела узнать от тебя. Урок уже начался, я бы не хотела, чтобы ты пропускал слишком много. Думаю, сегодня мы лишь назначим график приёмов и я тебя отпущу. Договорились? - спросила психолог. - Да, хорошо. - перебирая пальцами, ответил парень. - Начнём с двух раз в неделю, а там я посмотрю по мере проблем и твоих возможностей. Вторник и четверг тебя устроит? - заглядывая в своё расписание, спросила женщина. - Вполне. Сделав пометки в блокноте, женщина улыбнулась парню: - Не переживай. Я думаю, у нас всё получится. Владимир Алексеевич сказал, что ты очень способный. Улыбнувшись, Воробьёв кивнул в знак благодарности и женщина отправила его на уроке. Выйдя с кабинета, Ваня выдохнул с облегчением и отправился на занятия, совсем не замечая, что за ним в это время наблюдал ученик из параллельного класса. Проводив Ваню взглядом, парень поспешил рассказать об увиденном своим одноклассникам. Школьник так торопился, будто узнал ебать какую важную и секретную информацию.       В столовой как всегда шумно и многолюдно. Школьники беспрерывно движутся туда - сюда и впервые Ваня чувствует себя лишним в этом хаосе. Он видит всё как будто в десятки раз медленнее, изображение размытое, а глаза бегают в поисках кепочки. Мир под таблетками воспринимается совсем по - другому. В груди что - то екнуло, когда парень увидел Стёпу возле буфета. Паренёк стоял совсем один без друзей, опустив голову вниз и что-то упорно крутил в руках. Подойдя ближе Ваня увидел маленький кошелёк с машинкой в руках младшего. Этот кошелёк Ваня сам когда - то купил Стёпе. "- Оооо, давай зайдём в "Всё для дома"? - спросил Стёпа Ваню на одной из прогулок, когда они только начали общаться. Была уже середина осени. Улица была засыпана листьями, которые срывал холодный ветер, а Стёпа уже носил Ванину старую олимпийку. Воробьёв долго удивлялся почему Смирнов ходит в лёгкой кофте по такой прохладной погоде, а затем узнал о материальном состоянии семьи младшего. Ваня предложил Стёпке свою старую олимпийку, получая реакцию из разряда " Олимпийка самого Ваньки Воробьёва! Ого, можно мне еще автограф на ней? " Тогда Ваня от души посмеялся с этого.</i> - Нахуя? Сковородку купить хочешь, хозяюшка? - отшутился Воробьёв. - Та не, там можно же много всякой херни найти. Пойдем. - младший просто в наглую потянул Ваню за руку в дурацкий магазин.       Парни ходили между рядами и смеялись со всяких подделок известных брендов, нелепых и абсолютно бессмысленных вещей, которые продавались действительно почти задаром. - О, Стёп, тебе подойдёт. - Ваня снял какой - то тремпель с рядом стоящей стойки и зрительно примерял на Смирнова огромный старомодный лифчик с треугольными чашками. Парень просто разрывался от смеха, когда Стёпа сначала посмотрел на находку с интересом, не понял, задумался, осознал, что на него примеряют и стал истерично кричать о том какой Ванька дэган. - Эй, молодёжь или вы что - то покупаете или выматываетесь от сюда! Нечего людей распугивать! - женщина за кассой была очень недовольна таким поведением и всё время пристально наблюдала за мальчиками. - Ахахаха, хорошо - хорошо. Сейчас что - нибудь купим. - еле успокоившись, прокряхтел Ваня и пошёл дальше вдоль стеллажей, выбирая, что купить. - Та она просто нам завидует, на! Сама - то не может так круто тусоваться как мы. - Ооо, да. Стёпка, у нас тут прям тусовка века, ахаха. О, смотри это ты! Воробьёв протянул младшему маленький кошелёк на котором был нарисован персонаж из тачек. Грузовик Мэтр. - Ээээ, не нихуя! - начал возмущаться младший. - Дааа, посмотри одно лицо. - Ваня поднял кошелек на уровень Стёпкиной головы и залился смехом. Действительно одно лицо. - Ахаха, я куплю его тебе, блять, не могу. - сворачиваясь пополам от смеха, сказал Воробьёв. Два паренька прошли к кассе расплатиться и надутый Стёпа кинул на прилавок колоду карт. - На купи хоть что - то полезное, дурак. Ахаха, в "Дурака" играть будем."       Из воспоминаний Ваню в реальный мир вернул какой - то очень наглый голос. - Слышь, давай быстрее мелочь. Ты всю очередь задерживаешь! - Ваня поворачивает голову и видит, как Стёпу толкает какой - то старшеклассник и из его дрожащих рук вылетает кошелёк. Звон монет и смех слышала вся столовая. Смирнов неловко замялся и под общий смех опустился на пол собирать мелочь, говоря тёте Тане, что сегодня он есть не будет, пусть обслуживает дальше. Ваня не помнит как оказался ближе, оттолкнув в сторону того старшака, упал рядом со Стёпкой. Смех сразу прекратился и все вокруг стали шептаться о возвращении Воробьёва. За время его отсутствия по школе прокатилось много слухов. Все думали, а куда же Ваня убежал после драки. Некоторые предполагали, что его всё - таки нашла полиция и он уже сидит, отбывая срок. Кто - то говорил, что он больше не появиться в школе, а переведётся в другой район.       Дрожащими ручками Стёпа пытался поднять монетки, но когда увидел Ваню уронил всё обратно. Старший, не поднимая взгляд на Смирнова, просто продолжал собирать мелочь обратно в кошелек. Для всех это было удивление. Ваня Воробьёв сидит на коленях, с опущенной в пол головой, перед всей столовой, напротив Стёпы, которого сам же избил неделю назад и помогает собрать мелочь. - З-з-зачем? Зачем ты мне помогаешь? - удивлённо спросил Смирнов. - Потому что ты один. - Ваня поднял взгляд на лучшего друга? Возможно, нельзя так идентифицировать Стёпу после всего произошедшего, но по - другому не получилось. Смотреть на Смирнова было очень тяжело, по большей части из-за чувства вины. - Хах, зачем таскать столько мелочи с собой? - Ваня попытался разрядить обстановку, но получилось так себе. - Чтобы поесть. - печально ответил Стёпа. Воробьёв пригляделся и заметил, что в кошельке нет ни одной купюры. Только монеты номиналом 50 и 25 копеек. Их было очень много, но если сложить, то тут совсем маленькая сумма. Две булочки и чай примерно. - У тебя всё в порядке? - застёгивая кошелек и протягивая его хозяину, спросил Ваня. Младший промолчал. Ваня резко встал, поднимая за собой Стёпу и направился к буфетчице распугивая всех в очереди. - Стандартную порцию, сосиску в тесте и сок. - Воробьёв протянул тёте Тане сумму чуть больше, чем нужно и направился на выход из столовой. Стёпа удивлённо смотрел вслед уходящему, пока его не окликнули забрать порцию.       Наступил вторник, что означало начало сеансов с Ириной Витальевной. Ване первое занятие далось правда тяжело. Копошить прошлое и детские травмы совершенно не хотелось, особенно учитывая его теперешнее состояние, но Владимир сказал, что лучше будет начать как можно скорее и тогда вероятность выздоровления и его скорость увеличиться в разы. Ирина была и правду отменным специалистом, это стало понятно сразу, но открыться ей так быстро не получалось. Она не торопила и действовала очень аккуратно, стараясь пока по немного узнавать с чем ей предстоит работать и непринуждённо вела беседу с парнем будто они давние друзья. Вышел Ваня из кабинета выжатым окончательно.       Среда. На входе столпилась ученики, которые поднимались по узенькой коричневой лестнице наверх, чтобы переодеться на урок. Она была мала даже для одного класса, а сегодня у десятого и восьмого классов был совместный урок, бедная лестница к такому была не готова и хрустела от каждой пары ног, которая ступала на неё. Младшеклассники толкали друг - друга, чтобы быстрее сменить форму на спортивные костюмы и бежать пинать мяч, соревнуясь между собой, пока учитель физкультуры не пришёл в спортзал. Старшие окидывали их недовольным взглядом, разнимая, чтобы толкучка не стала ещё больше.             Учитель ненавидел, когда опаздывают и мог влепить двойку даже не пуская в спорт зал. За минуту до начала урока, он поднимался по лестнице и начинал свистеть в свой ненавистный всей школой свисток, оповещая, что пора выходить и строится в линейку. Одевать форму ученики были обязаны даже, когда освобождены. Физрук называл это "Спортивной этикой". Хуйня полная. Воробьёв с парнями стояли внизу, наблюдая эту картину и посмеиваясь с нелепых падений младшеклассников. Им спешить было не за чем, они с преподом были в хороших отношениях, а сформировались они бутылками коньяка, которые парни приносили ему в кабинет каждую неделю. Учитель в ответ одаривал их улыбкой, пряча взятку в свой стол, чтобы второй физрук не нашёл и попутно вырисовывал в классном журнале 10- го "Б" пятёрки возле нужных фамилий. Одного из детей случайно толкнули, когда поднимались и он покатившись вниз, упал прям под ноги компании Вани. Подняв взгляд, мальчик уставился прямо на Воробьёва и резко схвативший за сумку, хотел подняться, но упал снова, теперь цепляясь через её ручку. Половина толпы начала громко смеяться, а вторая часть шептаться между собой, поглядывая то на Ваню, то на мальчика. Воробьёв, кажется, не обращал на них внимание совсем и чуть опустившись протянул руку мальчику, чтобы тот смог встать. Толпа загудела и звуки шёпота стали ещё громче, младший немного поколебавшись, схватился за руку парня и опираясь, поднялся: - Всё нормально? - осматривая мальчика, спросил Ваня. - Да, спасибо. - тихо сказал младший и чуть улыбнулся. Воробьёв кивнул ему и парень, развернувшись, повторил попытку подняться, в этот раз успешно. Толпа уже начала расходиться, не увидев ничего интересного. Один из банды начал разговор: - Бля, пацаны, может ну её эту физру. Пойдёмте лучше по пивку за школой. Пока парни активно соглашались, мысли Вани были заняты собственным лечением. Как бы сильно сейчас не хотелось выпить, он не мог. Владимир Алексеевич предостерег его от последствий смеси алкоголя и таблеток, которые принимает парень. Вроде становиться легче или просто хотелось так думать, но состояние оставляло желать лучшего, благо, что никто этого не замечает или лишь делают вид. Из раздумий Вани вытянула рука, которая опустилась на плечо: - Ванёк, ты как? - спросил один из западных. - Я сегодня пас. Можете идти, но чтобы не как в тот раз. За Мишей следите, первый же напьётся. У вас 45 минут, не забываем. Искать вас ходить я сегодня не в настроении. Усекли? - грозно глянув на парней, сказал Воробьёв. - Ээ, Ванёк, что с тобой происходит? Раньше первый нас зазывал свалить, а сейчас морозишься. - ляпнул западный. - Блять, я сказал идите сами. Я вам нянька что ли? Без меня уже не можете? - сказал старший, разворачиваясь к лестнице. Парни остались стоять в ступоре, молча наблюдая как Воробьёв поднимается в раздевалку. Редкое явление. Кинув на друг - друга вопросительные взгляды, парни поспешили в ближайший к школе ларёк, времени у них было не так много. Завернув в коридор второго этажа, компания увидела Стёпку, который плёлся в сторону спортзала. Вид у него был, мягко сказать, не очень. Следы драки ещё выдавали себя на теле младшего. Мальчик, заметив компанию, перешёл на другую сторону коридора, чтобы не столкнуться с ними и поспешил дальше: - Маловато Ваня ему навалял, я за такое убил бы. - сказал западный. - А потом присел бы на пару лет. Придурок. - получил в ответ парень. В компании началась дискуссия по пути в магазин, от чего на них выходили возмущаться учителя, которым громкий говор мешал вести урок. Зайдя в раздевалку, Стёпа заметил Воробьёва, который сидел на лавочке, роясь в своём рюкзаке в поисках формы. Старший его не заметил, Смирнов молча прошёл на крайнюю ко входу лавочку, подальше ото всех. Одноклассники окинули его недовольным взглядом, а старшаки и вовсе не обратили внимание на его приход. Достав мешок с формой, младший принялся переодеваться. Движения были скованные из - за синяков и ран, в следствие чего рюкзак упал на пол, привлекая внимания толпы и Воробьёва. Старший поднял голову на шум, глянул на Стёпу, неловко улыбаясь и отвёл взгляд. Кряхтя, мальчик опустился за рюкзаком, возвращая его на скамью.       Раздевалка по немного начала пустеть, в небольшой комнатке со старым ремонтом, осталось пару человек, включая парней. Это означало, что до урока осталось совсем немного и оставшиеся поторапливаясь одевались, постепенно оставляя парней наедине. До ужаса неловкая тишина. Раньше они бы уже заливались смехом от очередной шутки Вани или кривляний Стёпы, но не сегодня. Младший начал снимать футболку, чтобы одеть спортивный костюм, но зацепив болючий синяк, остановился, открывая взор на худощавую спину. Глаза старшего вмиг увеличились, смотря на травмы друга. Даже спустя почти неделю, некоторые синяки так и оставались синими. Закусив губу, чтобы не закричать от увиденного, старший начал снимать джинсы, чтобы сменить их на шорты. От чувства вины, захотелось отвести взгляд, но в тот же момент хотелось продолжать смотреть. "Прикоснуться" Прикоснуться к синякам, оставленным им же, хотелось не меньше. Если бы Ваня мог забрать боль младшего себе, он незамедлительно сделал бы это. Почувствовав спиной чужой взгляд на себе, Стёпа поёжился, но старался не показывать смущение. "Чё он так палит то, а?" - подумал Смирнов. Руки почему - то затряслись, делая очередную попытку снять футболку практически невозможной. - Да блять. - тихо прошипел младший. Это было последней каплей. Воробьёв уже не мог наблюдать за мучениями младшего и подорвавшись с лавочки, подошёл со спины к младшему. Тот от неожиданности, отступил назад утыкаясь спиной в грудь друга. - Эй, ты чего, Вань? - разворачиваясь, спросил Смирнов. - Давай помогу, не могу смотреть как ты мучаешься из - за меня. - смотря в глаза младшего, сказал Ваня. Немного задумавшись, Стёпа уставился на старшего, вглядываясь в его лицо. На нём был непонятный спектр эмоций, но что - то подсказывало, что старший действительно хочет помочь и это не новый способ сделать ему больно. - Ладно, только аккуратно. Старший ухватился за края растянутой белой футболки и начал тянуть вверх: - Руки подними. - на уровне уха, сказал Ваня. Заставив младшего содрогнуться от неожиданности. Постепенно поднимая руки, чтобы было не так больно, Смирнов начал пялиться на потрескавшуюся стену за спиной Воробьёва. Происходящее казалось ему стыдливым и неловким, хотелось, чтобы это побыстрее закончилось. Ваня аккуратно поднимал футболку по лопаткам друга, стараясь не задевать раны. Вблизи синяки выглядели ещё хуже, заставляя старшего поморщиться. Стягивая футболку с рук Стёпы, парень повесил её на крючок вешалки. Послышался облегчённый вздох друга, опустившего руки из болезненной позы. - Спа.. Рука старшего опустилась на синяк, обводя круги вокруг, не давая Стёпе договорить. Дыхание младшего участилось от неожиданности. Прищурившись, Воробьёв оглядывал каждый синяк максимально пристально, будто надеясь, что это всё неправда, но увы. - Прости.. Прости меня. - тихо сказал Ваня, поднимая взгляд на Стёпу. Воробьёв выглядел растерянно, даже жалко. Никогда ещё Смирнов не видел его таким. Всегда уверенный в себе, сильный парень стоял перед ним и просил прощение. "А правда ли Ваня был таким или притворялся всё время их знакомства?" Если бы рассказал кому - то, то не поверили бы ни за что. Но это было правдой, на которую сейчас смотрел младший и только он. - Ээй, Вань, не извиняйся. Ты не виноват. Снизу послышался свит и громкий крик учителя: - Есть кто в раздевалке? Выходите! - услышали парни. - Я ещё тут, Фёдор Михайлович, скоро спущусь. - прокричал старший. - А, Воробьёв, ну поторопись. Мы ждём. - послышались шаги в сторону спорт зала. Переглядки в тишине. Рука Вани на груди младшего. Казалось, что оба уже привыкли к такому положению, но Стёпе всё это казалось неправильным. Младший отошёл назад, утыкаясь спиной в стену. - Нужно одеваться, а то двойку получу. Бабушка потом отчитает. - хватая кофту, начал Смирной. Воробьёв молча кивнул и вернулся на своё место, думая о произошедшем. "Нахуя я его тронул вообще? Только отпугнул." Стёпа стал быстро одеваться, желая быстрее спустить вниз, чтобы перестать чувствовать неловкость, образовавшуюся между ними. Кое - как натянув на себя костюм, младший собрался выходить из раздевалки, но остановился в дверном проёме: - Ты идёшь? - спросил Смирнов. - Я позже подойду. Иди. Если доебётся, скажи, что я задержал. - Угу. - выходя из помещения, ответил парень.       Облокотившись о холодную стену, Ваня уставился в потолок, ощущая эйфорию будто он только что скурил очередной косяк. Такая реакция была вызвана младшим? Нет, не может быть. Раньше же такого не было. Воробьёв вспомнил образ Смирнова: худощавая спина, хоть и была в ранах, но выглядела отменно, руки, усыпанные родинками, которые так красиво смотрелись на бледной коже со светлыми волосками, смущённый взгляд на таком родном лице. По телу разлилось тепло, а щёки начали краснеть. "Да что за хуйня?" Потянувшись к рюкзаку, Ваня достал оттуда бутылку с водой. Открыв крышку, парень сразу же залил в пересохшее горло половину бутыля, отставив его в сторону. "Побочный эффект от таблеток что ли?" - подумал про себя старший. Снизу вновь послышался свист, учитель стал подниматься по лестнице вверх: - Воробьёв, я конечно всё понимаю, но пора выходить уже. Чем ты тут занимаешься? Как баба, ей богу, как можно так долго переодеваться? - возмущался физрук. - Две бутылки и мы забываем об этом. - Кхм, спускайся давай. На выходе из раздевалки Воробьёв заметил бумажку под лавочкой, где пару минут назад сидел Стёпа. Подняв её, парень прочитал написанное корявым почерком: " Справка №437 Дана гражданину Смирнову Степану Диагноз: сотрясение головного мозга, ушибы. Была оказана необходимая помощь. Дежурный врач: Дорошенко Н.Ф. " "Пиздец." Злость на себя стала нарастать с новой силой, с момента начала лечения, Воробьёв перестал ощущать её, хоть и понимал, что на время, но увиденное заставило его почувствовать это вновь. Подбежав к рюкзаку, парень достал оттуда выписанное лекарство и поспешил запить его водой. Владимир Алексеевич советовал начинать медленно считать до десяти, чтобы успокоится. - Раз, два, три.. - начал отчёт Воробьёв. - пять, шесть, семь, - злость постепенно утихала. - восемь, девять, десять. - парень выдохнул. Умывшись в раковине, старший поспешил вниз на урок по дороге встречая Элю с подружками. Девушки как всегда были не в форме, а собирались свалить с урока на курилку. - Вань, ты сегодня занимаешься? Ахуеть, вот это новость. - начала диалог Эля, но Ваня не горел желанием его продолжать, кивнул и ускорил шаг. - Да, будет на что полюбоваться. Чего это он так морозиться вы поссорились? - глядя в след уходящему Ване, сказала Вероника. - Нет, не ссорились. Просто не в настроении он сегодня. - развернувшись к подруге, ответила Зуева. - Хах, что не встал сегодня? Ничего, такое случается. Главное ты, Эль, не Падай духом. - Лиза выделила слово Падай и залилась смехом. В ответ ее ждал только злой взгляд Зуевой. - Та чего ты, я шучу. Или че реально любовь прошла всё? - Нихуя подробного вот увидишь. - прошипела Эля. - Он с тобой даже не разговаривает. Докажи, что все нормально. Мммм, не знаю, кофту у него попроси на физ - ре. Спорим не даст. - протягивая руку, сказала Лиза. - Спорим. Эля уверена пожала руку своей подруге, но внутренне очень испугалась. После разговора с Ваней они стали очень отстранённым, холодными. Девушка понимала, что психолог, таблетки, проблемы, всё это очень нагружает и эмоций на другие вещи может не хватать, но навязанная мысль о том, что она больше не привлекает Ваню крутилась на повторе. Но самое страшное было то, что среди всех парней, которые у нее были, единственный кого она реально боялась потерять был Воробьёв. Из раздумий Элю выдернул толчок в спину и крик подруги: - Ало, побежали на урок. Щас пизды получим. - девушки рванули на урок, обгоняя зазевавшихся школьников.       Из зала слышался гул учеников, заставляя поморщиться от шума. Открыв дверь, Ваня зашёл на урок, где все уже были готовы и ждали только его. Окинув зал в поисках Стёпы, тот стоял в конце линейки, роясь в карманах, параллельно возмущаясь. Воробьёв, под направленными на него взглядами, стал приближаться к другу: - Ты, наверное, это ищешь. - протягивая справку, сказал Ваня. - А, да. Спасибо. Где ты её нашел? - забирая документ, спросил Стёпа. - Под лавочкой, видимо упала во время твоих попыток одеться. - неловко улыбаясь, ответил старший. Смирнов усмехнулся. Ваню окликнул кто - то из одноклассников, заставляя подойти к ним и построиться на расчёт. - Иди. - сказал младший. Парень развернулся и пошёл в сторону своего класса. 10 - Б стоял по левую сторону зала, а класс Смирнова по правую. Спортзал был огромным, намного больше чем в других школах района, выполнен в красных тонах. На окнах в этом году повесили сетки, после очередного разбитого стекла из - за мячей. Крику тогда было пиздец. Учитель просвистел, заставляя учеников обратить на него внимание: - На первый - второй рассчитались. Начал он с класса Смирнова. Дети начали расчёт, выходя по очереди и называя нужное число. Ученики рассчитались быстро и физрук начал спрашивать кто освобождён. Двое девочек поднесли ему справки и препод сделал пометки в журнале. После них, под насмешливые взгляды, к учителю подошёл Стёпа, протягивая справку. Резко выхватив документ из рук младшего, Фёдор Михайлович начал возмущаться: - Что ты мне свою бумажку несёшь? Ладно девки ещё, но ты мужик и хочешь на лавке отсидеться как баба. - кричал учитель. Стёпа опустил голову, в зале послышались смешки и перешептывания между учениками. Ваня внимательно наблюдал за происходящим, наверное, если бы не выпитое лекарство, то учитель уже лежал бы на полу зала от полученного удара. - Не стыдно тебе этой запиской прикрываться? Не баба - потерпишь. Я в твоём возрасте и не с такими травмами занимался. Быстро в строй и начинайте разминку. - продолжал свой монолог физрук. Это было последней каплей. Воробьёв, вышел из строя, направляясь к Фёдору и младшему. Все ученики одновременно уставились на него, ожидая, что же будет. После произошедшего на прошлой неделе, некоторые думали, что сейчас начнется драка, доставая телефоны, чтобы запечатлеть этот момент: - Фёдор Михайлович, вы перегибаете. У Смирнова официальный документ, по которому вы обязаны освободить его от занятий. Иначе, я пойду к директору. - спокойно начал Ваня, подойдя ближе. - С твоей репутацией после драки на прошлой неделе, только к директору идти, Иван. - язвительно начал учитель. - Здесь я решаю, а не какие - то сопляки типо тебя. Воробьёв, подойдя ближе, наклонился к уху физрука и тихо, чтобы услышал только он сказал: - Вы забыли про все взятки, которые берёте у детей? Думаете, что доказательств у меня нет? Ошибаетесь. - говорил старший. - Как к этому отнесётся директор? По головке явно не погладит. - отодвигаясь, закончил Ваня. Фёдор Михайлович прокашлялся и ещё раз взглянул на справку Смирнова, сказал: - А так у тебя тут сотрясение. Не увидел, признаюсь. Сегодня можешь посидеть на лавочке. - вырисовывая что - то в журнале, сказал учитель. - Пока не разрешат врачи, он заниматься не будет. - грозно сказал Ваня. - Да, точно. Подойдешь ко мне, когда разрешат. Стёпа кивнул учителю и направился к лавочке. 10 - Б рассчитался и Фёдор свистнул, оповещая всех о начале разминки. Группа учеников стала двигать по кругу по - над стенами зала, выполняя упражнения. Сидящие на скамейках что - то бурно обсуждали, некоторые играли в телефоне или списывали домашнее задание на следующий урок. Стёпа внимательно наблюдал за учениками, останавливая взгляд на Ване. Тот, смеясь с чего - то с одноклассниками, выполнял упражнения на ноги. Смирнов не заметил как начал откровенно пялиться на старшего, оглядывая каждое движения друга. Будто почувствовав на себе взгляд, Ваня повернулся в сторону младшего и вопросительно качнул головой. Будто выйдя из транса, Смирнов отрицательно помахал головой, мол ничего не хотел. Пожав плечами, Воробьёв продолжил заниматься, так пялиться младший уже не будет. Оглядывая зал, взгляд мальчика пал на Элю, выходящую из зала с подружками, явно с намереньями покурить в туалете. После них туда войти было невозможно, несло ужасно на всё помещение.       Закончив разминку, классы стали делить на команды для игры в волейбол. Ваня ненавидел эту часть физкультуры и подойдя к учителю отпросился посидеть, ссылаясь на боль в колене. Тот кивнул, конечно, как он теперь мог вообще отказывать ученику. Заметив, что Воробьёв направляется к нему, Стёпа резко выпрямился: - Как ты? - присаживаясь рядом, спросил Ваня. - Да нормально, скучно просто. Не привык тупо на лавке сидеть на физре. - ответил мальчик. - С такими травмами, - прочищая горло, начал старший. - лучше посидеть неделю другую, чтобы не травмировать себя ещё больше. - Понимаю. Кстати, спасибо тебе. Чё ты там ему сказал, у него рожу аж перекосило тогда. Подвигаясь ближе, Ваня пересказал другу сказанное физруку и младший залился смехом. От такого у старшего что - то ёкнуло внутри, давно он не слышал смех друга, да ещё и вызванный им. Резко захотелось смеяться вместе с младшим, но подошедшая Эля отвлекла парней от разговора: - Ванечка, дай мне пожалуйста свою кофту. - девушка кокетливо наклонилась над Воробьёвым, разделяя их со Степой. - Да, конечно. - парень, без особого энтузиазма, протянул Эле кофту, которую та сразу накинула на плечи. Поцеловав Ваню в щечку, Зуева убежала на курилку. - Вы все пиздите, видали? - Эля отмахнулась от подружек и двинулась к выходу       Послышался свист, что означало конец урока. Толпа учеников рванула в раздевалку, желая быстрее переодеться и побежать в столовую или покурить за школу. Стёпа один из первых вышел, Ваня, выходя из спорт зала, заметил банду, которая махала ему рукой. На вид парни были относительно трезвые. Подойдя к ним, Воробьёв начал разговор: - Не подвели. - констатируя факт, сказал старший. - Не смогли бы. - ответил один из банды. Сказав, чтобы ждали его, пока он переоденется, Ваня зашел в раздевалку, быстро снимая с себя одежду и направляясь в душ. Там была толпа старшеклассников и буквально пару младших. Настроив воду до нужной температуры, Ваня стал под струи, смывая с себя следы от прошедшего урока. Из соседних кабинок послышалось обсуждение его и Смирнова: - Неужели помирились? После такого? Невозможно. - говорил незнакомый голос. - Та это показуха, отвечаю. Надо же как - то авторитет восстанавливать, ахаха. - А физруку чё он сказал, как думаешь? - Та шо отпиздит его, если он этого лоха не отпустит, сто проц. - говорил один из парней. Закончив с душем, Ваня оделся и проходя мимо парней сказал: - Отсос ему предложил. - проведя языком по внутренней стороне щеки, Ваня вышел с душа, оставляя парням пищу для размышления. Заметив, что Стёпы в раздевалке уже нет, Воробьёв собрал вещи и спустился вниз, где его послушно ждала банда. Компания отправилась на следующий урок.       Четверг наступил слишком быстро, будто среды не было вообще. Хотя вчерашний день несомненно навсегда останется в памяти Воробьёва. Что - то в тот день перевернуло его восприятие, но в какую сторону ещё парню было непонятно. Мысли постоянно были заняты младшим и их вчерашним столкновением в раздевалке. Второе занятие со школьным психологом прошло уже чуть продуктивнее, чем первое. Ваня отвечал уже более развёрнуто, но иногда всё же не давал ответы на некоторые вопросы, ссылаясь на то, что сейчас не готов это обсуждать. Ирина понимающе кивала и делала записи в своём блокноте. У неё уже было небольшое представление проблем ученика, но до полной картины им было ещё очень далеко. Она понимала, что всё из детства, проблемы в семье, строгое воспитание дали о себе знать. Им предстояла колоссальная работа.       Прохладный вечер пятницы. Обычно в это время куча компаний гуляют, веселятся и пьют. Почти из каждого переулка слышно счастливые возгласы, смех и громкую музыку. Вот только парню, идущему самому по улице, в этот вечер было не весело. Модная олимпийка, довольно длинные для парня чёрные волосы и сигарета в руке. Дым растворялся в воздухе и как бы хотелось, чтобы он уносил всё плохое. Всю ту боль в душе. Все гложущие парня мысли. Сегодня Ваня Воробьёв решился на очень рискованный шаг. Ноги сами несли парня в нужном направлении, тело знало куда нужно идти. Докуривая уже неизвестно какую по счёту сигарету, парень подошёл к старой панельной многоэтажке. - Блять, как нахуй сложно.. - оглядывая здание, прошипел Ваня. Воробьёв долго метался под подъездом, с телефоном в дрожащих руках, не осмеливаясь набрать номер. В голове крутились воспоминания с прошедшей недели. Одинокий беззащитный Стёпа в столовой, такой манящий в раздевалке, и такой радостный на скамейке в спортзале. В ушах эхом отдавался смех младшего и пальцы сами набрали нужный номер. - А - ало? Ваня? Ваня, это ты? - послышалось из трубки телефона и сердце ушло в пятки. - Выйди, пожалуйста, я под подъездом. - это было всё, что Ваня смог выдавить из себя перед тем, как сбросить трубку и оперевшись рукой об стену дома, скатиться вниз. Никогда ещё Ване не было так страшно. Совет Владимира Алексеевича поговорить со Стёпой был подобен смертельному приговору. - Ахах, я пришёл к своему лучшему другу, которого избил до полусмерти извиняться. Какой же это пиздец. - зарываясь руками в волосы, выпалил Воробьёв. Через некоторое время, Ваня услышал писк домофона и поднявшись с земли, быстро посмотрел в сторону подъезда. Стёпа стоял перед ним в спортивном комплектом костюме. " Он больше не носит олимпийку " - всплыло в голове парня, а в груди неприятно кольнуло. Какое - то время парни стояли в тишине и просто пялились друг на друга, пока Стёпа не начал разговор. - Ты чего пришёл? - с опаской сказал младший, глядя на Ваню. - Поговорить. Присядем? - махнув головой в сторону лавочки, спросил Воробьёв. Младший утвердительно кивнул и парни сели на лавочку возле подъезда, освещаемую уличным фонарём. Ваня достал пачку сигарет и протянул одну Стёпе, тот отрицательно покачал головой. Младший курил только в присутствии кого - то, кроме Вани, дабы казаться крутым, но он ненавидел вкус табака, который крутился на языке ещё долгое время, после скуренной сигареты. - Как ты вообще? - спустя несколько затяжек, в неловком молчании, спросил Ваня. - Нормально, ты же в школе видел у меня все хорошо. - смотря вдаль, ответил Смирнов. - Видел. И видел, что всё очень хуёво. Раны сильно болят? - парень повернул голову на младшего. - Я нормально, честно. - не охотно отвечал Стёпа. Ваня снова затянулся. - Можешь рассказать мне, что произошло когда я убежал? Стёпа тяжело вздохнув, будто не хотел вспоминать произошедшее снова. - Пожалуйста. - еле слышно, шепнул Воробьёв. - Меня в медпункте немного подлатали и Даня довёл меня домой. Бабушка так плакала, когда увидела меня... - опуская взгляд, сказал Стёпа. Сердце Вани сжалось, когда он вспомнил милые всегда и добрые глаза бабушки, которая угощала его свежими пирожками и представил слезы на месте счастливой искорки. - Она сразу позвонила маме и та сорвалась с работы, чтобы отвезти меня в больницу. Ей на работе в тот день прилетело сильно и зарплату урезали. В больнице сказали, что сотрясение мозга и бровь зашили мне. Хах, смотри шрам останется. - Стёпа на секунду повеселел, показывая пальцем на левую бровь, где было видно следы от иглы зашивавшей кожу. - Я никому не сказал, что это ты. Мама сильно потратилась на лекарства и до конца недели мы ели пюрешку. Бабушка очень волновалась за то, что мне хавать будет нечего. Я ей сказал, что буду в школе есть, типа я при бабках. - Денег у тебя нет, как я понимаю. - смотря в глаза младшего, спросил Ваня. - Сейчас нет. Деньги были на пол недели, а потом пришлось экономить. В пятницу я не кушал вообще. Ваня знал о том, что у мамы нестабильная работа, а у бабушки низкая пенсия. После того, как семья Стёпы переехала в другой город от отца алкоголика, пришлось затянуть пояса. Съёмная квартира за которую нужно было платить каждый месяц, новая школа в которую ушло немало денег на всякие взносы, какие - то минимальные потребности сына, матери и бабушки. Одежда, продукты, средства гигиены, всё это пало на плечи двух хрупких женщин. Отец даже не выплачивал алименты. Мама Стёпы работала швеёй. Весной и летом не сезон. Работы мало и она очень низко оплачивается, а если её ещё и сократили, то считай денег нет совсем. Зарплаты хватит только на проезд до работы и еду. - Чего тебе друзья не заняли? Или хотя бы не поделились? - спросил Воробьёв. - Та все откуда - то узнали за что ты меня так и... Короче, нет у меня друзей больше ни в классе, ни в школе. Сам виноват. - Стёпа опустил голову на руки и зарылся ими в волосы. - Блять, я не думал, что всё так хуево. - Ваня протянул руку к Стёпе, чтобы погладить по волосам. В тот момент младший выглядел как напуганный побитый, загнанный в угол котёнок. Впрочем, так и было. Не успела рука коснутся светлых волос, как плечи младшего задрожали, а из под рук послышались всхлипы. Ваня так и застыл, боясь даже пошевелится. - Я так виноват перед тобой, пиздец... Я такой придурок. Ты мой единственный друг, а я так с тобой поступил и ещё столько наговорил. Я, нахуй, ненавижу себя за это. Я заслужил всего этого. Заслужил! - всхлипывая, говорил младший. Ванина рука, над головой Стёпы, затряслась. Только что он увидел в младшем себя. Стёпа чувствовал всё то же, что ощущал сам Ваня. Чувство вины, отвращение к себе, одиночество. Ваня испугался, что младший повторит его судьбу с нервной системой. Даже после всего, Воробьёв очень переживал за Смирнова. Такое ощущение, что сейчас в мире не было людей более раздавленных и более понимающих друг друга, чем эти двое. - Ты поступил хуёво, Стёп, очень хуёво. Смирнов поднял на Ваню заплаканные, наполненные страхом глаза и застыл. Что сейчас будет? Воробьёв морально добьёт младшего? Скажет, что ожидал этого от него? Просто развернётся и уйдёт, оставив Стёпу одного? Снова одного? Все самые сильные страхи сейчас крутились в голове младшего - Но и я очень перегнул палку. Пиздецки сильно перегнул палку. После случившегося, я также ненавидел и винил себя во всём, также как и ты сейчас винишь себя. Я понимаю как тебе хуёво сейчас, честно. Смирнов не верил своим ушам. Они с Ваней говорят по душам. Вот так, сидя под падиком в свете жёлтого фонаря. Раньше они сидели на этом месте и играли в карты, купленные в магазине "Всё для дома", а сейчас на этом месте выясняют отношения. Ну что удивляло сильнее так это то, что Ваня не накричал на Стёпу, не отвернулся от него после всего. Он понимает, что сейчас чувствует Смирнов. Наверное, на месте Воробьёва, младший даже не стал бы слушать себя. Даже не то, чтобы слушать, а вообще близко бы не подошёл. - Я думаю, что меня осудят все вокруг и раньше я и сам убил бы себя за такое решение, но может будем общаться как раньше? Если ты сможешь меня простить. - Ваня протянул Стёпе руку. - Ты серьёзно сейчас? Это я должен извинятся перед тобой, а не наоборот! - начал возмущаться младший. - Да, давай ещё подерёмся за то, кто перед кем должен извиняться. Мне казалось, ты уже извинился. - спокойно ответил Воробьёв. Смирнов ещё немного посидел с широко раскрытыми глазами, уставившись на Ваню, а затем пожал протянутую руку. - Может в дурачка? - доставая из кармана купленную ими колоду карт, сказал Смирнов.       Ваня кивнул, улыбаясь другу, тот одарил его улыбкой в ответ от чего внутри будто всё сжалось, приятно обжигая.