Сравнительно просто

Всё шло не так. На следующий день Гарри попал в офис только к пяти. Всё потому что Лавгуд, услышавший о том, что он собирается посещать практические занятия по реставрации, вынудил его просидеть четыре лекции подряд на своём предмете - вместе с второкурсниками, а потом и с третьекурсниками, отчего теперь в голове у Гарри царил полный сумбур. Но в офис он всё-таки попал, и это было уже хорошо. Макет ратуши разбирали и по частям отправляли в кладовку - неразобранные детали заполонили стол Чжоу, поэтому она работала на месте Гарри, переложив его ноутбук на подоконник. - Тобиас у себя? - спросил Гарри Блейза. - Ушёл. - Куда? В его расписании нет ни одной встречи, - Гарри забрал свой ноутбук и теперь стоял с ним в обнимку, размышляя, где расположиться. - Хотелось бы напомнить тебе, что я не его секретарь и не его личный ассистент, - Блейз посмотрел на Гарри долгим холодным взглядом. - Сделай нам всем одолжение, займись чем-нибудь полезным. Например, разбери почту и ответь на письма - лучше всего на те, где я в копии. Гарри не было ни малейшего дела до того, что так расстроило Блейза. Всё, что сейчас требовалось - скоротать час до пятничного собрания, прослушать итоги недели, а потом всё-таки попытаться поговорить с Тобиасом. Очень хотелось понять, почему тот сперва пытался втянуть его во все дела Фонда, а теперь настойчиво отодвигал в сторону. Что изменилось? Он ведь не провалил ни одного задания, не подвёл ни разу - по крайней мере, так казалось самому Гарри. В первой переговорной всегда было слишком холодно, и он перешёл во вторую, чтобы провести этот час совершенно один в чрезмерно ярком пустом пространстве, изо всех сил стараясь не думать, что после этого ему, вероятно, предстоит вернуться в пустую квартиру и провести в одиночестве остаток вечера. А потом - вообще все вечера. И выходные, ведь у него больше не появится повода ходить в Хогвартс. Когда Сириус съедет, ужинов из Блэк-хауса, по-видимому, тоже не будет, придётся готовить что-то самому. И самому искать себе занятия на выходные. Гарри рассеянно размышлял о том, как много в его жизни в последние месяцы держалось на этих случайных, будто бы второстепенных вещах, связанных с Сириусом. И что, если Тобиас намерен по-настоящему отстраниться? Что, если он решит свести к минимуму их контакты, потому что даже если Гарри нужен ему в Фонде, хотя бы формально, то личное время и силы он тратить на него не намерен? Что-то менялось. И Гарри не понимал, готов ли он к изменениям, которые надвигались стремительно и неотвратимо. Он откинулся на спинку стула и впервые за долгое время позволил себе ощутить тревогу без попыток её заглушить. Тревога была плотной, густой и вязкой, будто тяжёлый дым. Дым, медленно растекающийся по груди, сковывал плечи, сжимал лёгкие. Минуты распадались на секунды, каждая из которых отдавалась в висках глухим стуком и отзывалась болезненной пульсацией в скулах. Гарри пытался найти в себе какую-то точку опоры, но её не было. Напряжение проползало по спине мурашками, сдавливало горло тугим узлом. Он глубоко вдохнул, ощущая, как холодный воздух наполняет лёгкие, и вдруг ясно понял: дело было вовсе не в том, что, когда переедет Сириус, он останется один, а в том, что он и так был один. Он был один давно, с тех самых пор, когда ушёл от Северуса, и даже раньше - с тех пор, когда Северус начал проводить с Лили каждые выходные, когда все вечера без исключения говорил с ней по телефону. Гарри был один уже очень, очень долго. Одиночество - это нечто глубже, шире, обширнее, чем просто отсутствие кого-то рядом. Оно тянулось далеко в прошлое - в его детство у тётки, когда он неизменно оставался лишним, чужеродным элементом в её безупречном доме, тёмным пятном на её безупречной жизни. Да, он всегда был один - за исключением того крошечного промежутка его жизни, когда он был с Северусом - точнее, когда Северус был с ним. Гарри закрыл глаза, и перед ним сразу всплыло знакомое лицо: тёмные, почти чёрные глаза, бледные тонкие губы, которые редко складывались в улыбку. Память не смягчала черты, ничего не приукрашивала - она предоставляла ему образ Северуса реалистичными до мельчайших деталей. Гарри сидел неподвижно, почти не дыша, боясь спугнуть это внезапное, болезненное ощущение присутствия Северуса рядом. Он думал о том, как на самом деле сложно всё это - неподвижно сидеть в пустой комнате и не разбивать стёкла, не кричать, не делать ровным счётом ничего. Просто сидеть и чувствовать неспособность изменить хоть что-то. Гарри открыл глаза и уставился на ослепительно белую стену переговорной. Нужно было разобрать почту. Ответить на письма, в которых Блейз был в копии. Чётко сформулированная задача, которая заняла мысли Гарри на какое-то время. Он занимался этим до тех пор, пока где-то в коридоре не хлопнула дверь - этот звук резко ворвался в стерильную тишину переговорной. Парой секунд спустя к нему заглянул Блейз: - Макет убрали, а Чжоу ушла домой, твой стол свободен, если нужно. - Ушла? А как же собрание? - Собрания не будет. Гарри благодарно кивнул спине Блейза, закрывая ноутбук и поднимаясь. Это значило, что Тобиас не собирается возвращаться в офис. Видимо, неделя была не из тех, для которых нужно было подводить итоги. Тяжелое, тягучее чувство тревоги внутри не исчезло, но его границы заметно сжались. Оно больше не было бесплотным дымом. Оно стало просто… комнатой. Комнатой, в которой он сидел. Комнатой, из которой можно было выйти. *** Подморозило. Руки мёрзли даже в карманах, от холода покалывало подбородок и щёки. Ветер, который бесновался в городе всю неделю, к вечеру пятницы наконец утих. Гарри шёл не спеша. Идти было недалеко, так что не стоило торопиться. Этот вечер он планировал провести с Ксенофилиусом и последними правками к своей работе, которая по объёму уже тянула на небольшой дипломный проект, но в последний момент всё отменилось. Гарри свернул за угол и тут же заметил нужную вывеску. Это был тот самый бар, где он когда-то сидел с Кроткоттом на верхнем этаже, куда можно подняться по винтовой лестнице. Сейчас проход в тайную комнату был закрыт на цепочку. Гарри прошёл вглубь зала и занял столик у пыльного окна с матовым стеклом. Всего через пару минут к нему присоединился Рон, буднично плюхнувшись на стул напротив. - Эм… Привет? - Привет. - Давно сидишь? Из-за снега такие пробки всю неделю… А, ну да, ты же в центре живёшь… Или уже нет? - Всё ещё тут. - Так что нового? У меня сам знаешь наверно - ничего, разве что по пятницам мы теперь до пяти, так что я успел сегодня к Джинни заехать, она просила… Рон пытался пристроить куртку на спинку стула, жестом заказал им пива и сам как-то поддерживал незатейливый диалог. Гарри толком не понимал, почему он позвал встретиться именно Рона - ведь и Джинни могла быть в курсе, куда делся Сириус. - Ну ты и выбрал место! Видел, как тут дорого? - Нормальное место. Зато нет толкучки, - Гарри вертел меню в руках, чувствуя, как предстоящий разговор давит на него неприятным грузом. - Не волнуйся, я заплачу. - А, ну да, - ответил Рон. - То есть, я и сам заплачу. И я не волнуюсь, с чего ты взял? Принесли пива. - Как дела? - спросил Рон, и в его голосе прозвучала та самая неуверенная нотка, которая выдавала: он тоже не понимает, зачем они встретились. Гарри пожал плечами. - Нормально. Наступила неловкая пауза. - Как на работе? - снова попытался Рон. - Начали один крупный проект, - нехотя ответил Гарри. - Да, видел в новостях, - кивнул Рон и сделал глоток. - А как там Сириус? Он давненько не объявлялся… Гарри хмыкнул. Выходит, Рон ничего не знает. - Думаю, он съезжает от меня. Рон молча пожевал губы. - Так вы расстались, - тихо фыркнув, выдал он. - Мы не… - Гарри резко замолчал, но тут же терпеливо продолжил, заставив себя сменить тон: - Нет. Мы не расстались. Мы не были вместе, чтобы расставаться. - Как скажешь, - скептически ответил Рон. - Он уходит из Хогвартса в Блэк Хаус, - пояснил Гарри. - Хотел найти что-то поближе, перебраться на восточную окраину, отсюда ему будет долго добираться по ночам. - Да нет же, Сириус останется в Хогвартсе до весны, - возразил Рон. - Почти до начала летнего сезона. Это точно, он мне сам показывал контракт. С чего бы ему съезжать сейчас? Гарри пожал плечами. - Его вещи пропадают, и он давно не появлялся. - И только поэтому ты решил, что он съезжает? Ты же знаешь его график. Наверно, вы просто не пересекаетесь! Кстати, на прошлой неделе он заходил к Джинни в шесть утра. А вообще, если сомневаешься, лучше позвони ему и спроси. - У него телефон выключен. Рон поставил стакан на стол и задумчиво рассматривал соседние столики. - И давно? - с какой-то другой интонацией спросил он. - Нет знаю. Несколько дней? Сообщения с понедельника не прочитаны. Я звонил вчера. И сегодня. Он заходил на неделе, забрал почти все свои вещи. Только сумка осталась, но и она пропала вчера, - перечислял Гарри. - Сириус снял место для хранения, у Джинни он тоже всё забрал, - задумчиво проговорил Рон. - Постой, ты говоришь, он заходил? Ты его видел? - Нет. - Нет? Когда ты с ним говорил в последний раз? Гарри подавил смешок. Вид У Рона был серьёзный, деловой, и даже голос как-то подобрался под стать. - В прошлую пятницу, ночью. Точнее, под утро. Рон провалился в какие-то размышления, и все его сомнения отражались на его лице. - И как? - Как поговорили? - уточнил Гарри. - С ним всё было… э-э… нормально? - Мы вроде как поссорились, - зачем-то признался Гарри. - Не такая уж ссора, но всё же он здорово разозлился. - Это ещё с чего? Гарри осторожно рассказывал, стараясь не упоминать лишнего, чтобы ссора не стала в какой-то момент похожа на сцену ревности, а Рон сидел неподвижно и слушал, уставившись в свой почти пустой стакан. Его лицо было непривычно напряжённым, брови сдвинуты, он будто что-то обдумывал, перебирая в голове варианты, и в конце концов тяжело вздохнул, словно принял какое-то сложное решение. - Думаешь, с ним что-то… - начал Гарри, но Рон резко мотнул головой. - Нет. Всё нормально, - возразил он. - То есть… С Сириусом такое бывает. - Какое - такое? - Ты его плохо знаешь, а я - получше, так что просто поверь мне. Всё нормально, - Рон пытался говорить легко, но в его тоне слышалась натянутость. - Слушай, а тут еду-то подают какую-нибудь? Может, возьмём хотя бы картошки, а то я с обеда ничего не ел, голодный как волк. Рон тут же повернулся, ища официанта. Но его плечи были всё ещё напряжены, а в быстром взгляде, брошенном на Гарри, читалось беспокойство. Он что-то скрывал, и неуклюжая попытка сменить тему лишь подтверждала эту догадку. - Рон, - позвал Гарри, глядя, как тот с преувеличенным энтузиазмом изучает нехитрый перечень блюд. Рон вздрогнул, словно от щелчка, и медленно опустил карточку с меню. - Что с Сириусом? - Слушай, понятно же, что у него свои дела. Вернётся - вот и спросишь. Если он захочет сказать, то скажет. Странно, конечно, что он не объяснил до сих пор. Наверно, не было случая или не хотел, чтобы ты знал. - Что знал? - Что-что… ничего. Рон заказал картошки, луковых колец и ещё пива, а Гарри кусок в горло не лез. Он не знал, что и думать - предположения были одно хуже другого. - Ты уверен, что с ним всё в порядке? - Он объявится, и всё будет в порядке. Не впервой. - Такое… уже случалось? - осторожно спросил Гарри. Рон кивнул. - И долго его не было? - Месяц, полтора, два, всегда по-разному, - Рон замолчал, вспоминая, но так больше ничего не добавил. - Может, всё-таки скажешь, что происходит? Но Рон только мотнул головой. - Прости, - развёл он руками. - Это не твоё дело. И не моё. Это не наше дело, а его, вот и всё. Гарри разочарованно хмыкнул. - Джинни знает? - спросил он. - Без понятия, - Рон вздохнул. - Серьёзно, Гарри, лучше просто подождать. Это их с Регом дела… - Регулус в курсе, значит, - полуутвердительно заметил Гарри. - Конечно, он же его брат… Ладно, всё. Давай больше не будем об этом, хорошо? Отчего-то Гарри был уверен, что ему удалось бы вытянуть из Рона что-нибудь ещё, если бы он постарался, но вместо этого он послушно позволил перевести разговор в безопасное русло. Идея поговорить с Регулусом вовсе не казалась заманчивой, но сейчас это был хороший запасной вариант на случай, если Сириус так и не объявится. Четверть часа спустя, когда Гарри отдал своё нетронутое пиво Рону и заказал себе чашку крепкого кофе, в углу за баром - там, где был проход на винтовую лестницу - зажёгся свет. Через пару мгновений оттуда злым быстрым шагом вышел Кроткотт, и, даже не потрудившись надеть пальто, перекинутое через локоть, покинул бар. Гарри сделал крошечный глоток кофе, наблюдая, как девушка за стойкой безмятежно расставляет по местам стаканы. Рон рассказывал что-то о своём новом начальнике, который совсем не обращал внимание на опоздания, но Гарри слушал вполуха. Он не сводил глаз с угла за барной стойкой - было крайне маловероятно, что Кроткотт сидел наверху один. А значит, рано или поздно оттуда должен был кто-то спуститься. Гарри снова поднёс чашку к губам и замер, забыв про кофе. Сердце дернулось и забилось где-то в горле. По лестнице спускался Тобиас. В отличие от Кроткотта, который только что вылетел отсюда, словно его вытолкнули, Тобиас никуда не спешил. Расплатился, перекинулся парой фраз с девушкой за стойкой, накинул пальто, расправил воротник и лишь потом, скользнув взглядом по залу, заметил Гарри. Взгляд Тобиаса задержался на секунду, а потом переместился на Рона, сидевшего напротив. - Мистер Уизли, - подойдя ближе, ровно произнёс он, протягивая Рону руку. Рон, немного скованный этим официальным обращением, пожал её и пробормотал что-то в ответ. Тобиас перевёл взгляд на Гарри, и выражение его лица едва заметно смягчилось. - Гарри, на сегодня у меня всё. Если ты ещё занят, могу заехать за тобой через час, - сказал он, и это прозвучало так, будто они заранее обо всём договорились. Но они не договаривались. Они ни о чём не договаривались! Они вообще не разговаривали уже несколько дней! Гарри сглотнул застрявший в горле холодный ком и заставил себя спокойно ответить: - Дай мне десять минут. - Хорошо. Жду на парковке. Недоумение, которое не мог позволить себе Гарри, в двойном объёме отражалось на лице Рона. - Хм. Я могу спросить? - неуверенно начал он, когда дверь за Тобиасом закрылась. - Лучше не надо, - качнул головой Гарри. Парой глотков допив кофе, он несколько тошнотворно долгих минут раздумывал, что за тайные встречи у Тобиаса с Кроткоттом - что-то, связанное со страхованием проекта Ратуши? Судя по реакции Кроткотта, никаких соглашений достигнуто не было. Тобиас обещал освободиться к девяти и освободился даже раньше, просто в другой день. Правда, предупредить об этом забыл - подумаешь, какие мелочи. Гарри даже не был уверен в том, что сейчас Тобиас действительно ждёт его на парковке - он не удивился бы, если бы обнаружил, что тот уехал. И всё же, скомкано попрощавшись с Роном, Гарри направился к нему. *** В машине было слишком тихо. Двигатель работал ровно, приглушённо, город за окнами медленно стекал огнями - витрины, фонари, редкие прохожие - всё оставалось позади. Значит, ехали в загородный клуб. Салон постепенно наполнялся теплом, но Гарри всё ещё чувствовал, как по спине пробегают мурашки. То ли от холода, который он принёс с улицы, то ли от того, что Тобиас смотрел на дорогу сквозь лобовое стекло и молчал. Гарри сидел чуть повернувшись к окну, но смотрел не на улицу, а на отражение Тобиаса в стекле. Строгий профиль, сосредоточенный взгляд, чёткая линия челюсти. На перекрёстке зажёгся красный, и машина остановилась. Стало ещё тише, и в этой тишине Гарри слишком ярко чувствовал, как внутри закипает раздражение. Он открыл рот, чтобы сказать что-то резкое, но Тобиас повернулся к нему, и слова застряли на выдохе. Взгляд Тобиаса был внимательным, изучающим. Он словно оценивал состояние Гарри и мысленно выставлял ему оценку по десятибалльной шкале. - Куда мы едем? - спросил Гарри. - Если ты помнишь, нас ждёт Кингсли. - Кингсли ждёт тебя, - возразил Гарри, хмурясь. - Полагаю, твоё присутствие будет полезно. Гарри снова отвернулся к окну. Хотелось бросить в лицо Тобиасу все обвинения и накопившиеся вопросы, но был ли в этом смысл? - Мы ни о чём не договаривались. У меня были другие планы на этот вечер, - сухо сказал он вместо всего того, что хотел бы сказать. - Я рад, что тебе удалось их скорректировать. Гарри чувствовал, как внутри всё сжимается от бессильного гнева. Противоречия разрывали на части. Хотелось попросить остановить машину, выйти, хлопнув дверью. Хотелось схватить Тобиаса за воротник и трясти, пока он не объяснит всё нормально. Хотелось просто сидеть и ждать, пока они приедут в загородный клуб, потому что это всё равно было лучше, чем пустая квартира, в которую он должен был сегодня вернуться. Гарри почти физически ощущал, как напряжение нарастает, заполняя каждый дюйм душного, густого воздуха между ними. Он слышал собственное сердцебиение, отдающееся в висках глухими ударами. Слышал собственное тихое дыхание. Зелёный свет лег на приборную панель тусклым отсветом, и они тронулись. - Отвези меня домой, - тихо сказал Гарри. Машина продолжала двигаться вперёд ровно, будто никакой просьбы не прозвучало. - Тобиас. - Гарри бросил на него короткий взгляд. - Я отвезу тебя домой завтра вечером. Тяжёлым осадком выпадала усталость. Гарри мог сейчас продолжить спорить. Мог настаивать, требовать развернуться, доказывать, что имеет право распоряжаться своим вечером. И, возможно, Тобиас бы развернулся. Возможно. Они выехали за город. Машина летела по пустой трассе, и за окном было только чёрное небо и редкие огни встречных машин. - Я устал, - после паузы произнёс Гарри. - А ты? Ты помнишь о том, что вовсе не обязан всё решать за меня? - Я и не решаю всё, - Тобиас слегка хмыкнул. - Я решаю только то, за что несу ответственность. Машина плавно вошла в поворот. - Ты несколько дней не объявлялся, я не могу застать тебя в офисе, у тебя есть время на что угодно, на личные встречи с Реджи в сомнительных заведениях, но нет и пары минут, чтобы предупредить меня, что мы едем за город на выходных? Ты вообще собирался ехать со мной, если бы не встретил меня там случайно? Пальцы Тобиаса сжали руль чуть крепче, чем следовало. - Желаешь сказать что-то ещё? - бесцветным голосом уточнил. - Возможно, - фыркнул Гарри. - Хорошо. В таком случае начнём по порядку, - Тобиас на секунду перевёл взгляд на зеркало заднего вида, будто проверяя дорогу, хотя трасса была пуста. - Мне нужно было время, чтобы решить несколько неотложных вопросов, промежуточные этапы не требовали твоего вовлечения. Гарри скептически дёрнул уголком рта. - Я действительно мог найти время, чтобы сообщить тебе о том, что я занят. Мне жаль, что я этого не сделал, - всё тем же спокойным и рассудительным тоном говорил Тобиас. - Что касается этой поездки - да, с большой вероятностью я бы поехал один. Но обстоятельства сложились иначе. Было слишком странно поверить, что Тобиас признаёт собственные ошибки. Да и это его “мне жаль” прозвучало как “мне всё равно”. Только один вопрос остался без ответа, и стоило вернуться к нему, пока у Тобиаса было настроение хоть что-то объяснять. - Что так разозлило Кроткотта? - прямо спросил Гарри. - Полагаю, у тебя есть версия, - тихо проговорил Тобиас. - Ты предложил ему обновление программы страхования, и оно ему не понравилось, так? Чтобы внести в проект новые условия, нужна компания, которая согласится на них. Тобиас нервно хмыкнул и замолчал на какое-то время, будто ему нужно было что-то серьёзно обдумать, прежде чем сказать. - Он с малой вероятностью примет новые условия, это верно, - наконец произнёс он. - И что тогда делать? - Искать другие возможности. Какое-то время ехали в тишине, и Гарри смутно чувствовал, будто что-то не так, но не мог точно сформулировать, что именно. Тобиас вёл себя странно - это были мелкие, едва уловимые странности, которые можно было счесть игрой воображения. Гарри терпеливо ждал, но так ничего и не дождался. - Значит, поиск возможностей оказался сложнее, чем ты думал? - хмыкнул он. Трасса постепенно сужалась, уходя в более тёмный участок. Машина сбавила скорость - впереди показался съезд к небольшой смотровой площадке, пустующей в это время. Тобиас свернул с трассы и остановился. Чёрное небо казалось здесь ниже. - Могу вызвать тебе такси, - сказал Тобиас, доставая телефон. - Вернёшься обратно в город. Гарри смотрел на его хмурый профиль, освещённый светом приборной панели, и пытался понять, что происходит. Тобиас нервничал. - Ты полчаса вёз меня сюда, чтобы теперь вызвать такси? - Гарри не скрывал недоумения. - Если тебе так не терпится вернуться. - Собираешься бросить меня здесь? Нет уж, доедем. Такси можно вызвать и оттуда! - рассердился Гарри. - Не трать моё время впустую. - Да что вообще с тобой такое? - рассердился Гарри. Хотя соблазн выйти из машины и позволить Тобиасу уехать одному был огромен, нельзя было вестись на такие уловки. Тобиас не ответил. Молча вышел, оставив дверцу приоткрытой - холодный воздух медленно просачивался в салон. Гарри наблюдал, как тёмная фигура удаляется к ограждению смотровой площадки. Тусклые фонари выхватывали очертания деревьев, раскачивающихся на ветру. Гарри остался сидеть неподвижно, не то из растерянности, не то из упрямства. Но время шло, Тобиас не возвращался, и Гарри, ёжась от холода, всё же покинул остывающее нутро машины. Тобиас стоял, опершись руками на перила, и смотрел вдаль - туда, где тонкой светящейся нитью уходила трасса и редкими искрами мерцали огни домов. Вокруг была чернота. Низкое небо казалось почти осязаемым. Пронизывающий ветер трепал его волосы. Гарри подошёл ближе. - Если ты можешь не предупреждать меня о том, что твои планы меняются, - сказал он напряжённым плечам Тобиаса. - То почему бы не поступить так с другими? Плечи медленно поднялись и тяжело опустились. - Вы с Кингсли можете поговорить и в другой раз. Когда тебе будет что ему сказать, - продолжил Гарри. Он был почти уверен, что верно понял, почему Кроткотт сегодня вылетел из бара. Почти наверняка причиной этому - не самый приятный поворот в его сотрудничестве с Фондом. Если соглашение развалится, поиск другой страховой компании - это время, которого не было, да и условия были не самыми привлекательными, чтобы привлечь к сотрудничеству кого-то ещё. Гарри старался не думать о том, что Кроткотт мог упомянуть об этом их почти-свидании, и сейчас причина злости Тобиаса - вовсе не договор страхования. Казалось, стоит ему даже подумать об этом, как Тобиас прочитает его мысли, поэтому Гарри сконцентрировался на тексте правок, которые видел в проекте. - Мои планы меняются, - Тобиас повернулся к Гарри. - Едва ли тебе следует вмешиваться в эти процессы, ты уже сделал достаточно. - Это не так, - мотнул головой Гарри. Тобиас молчал. Смотрел на него в упор, и в этом взгляде было что-то, от чего у Гарри внутри всё переворачивалось. Словно Тобиас видел его насквозь - всю его злость, все страхи, всю усталость - и не отворачивался. Гарри стоял неподвижно, боясь пошевелиться, боясь разрушить то хрупкое, что возникло между ними в этот момент. А затем Тобиас поднял руку и осторожно, почти невесомо, коснулся его щеки. Пальцы были ледяными. В глазах Тобиаса промелькнуло странное выражение, словно он позволил себе этот жест раньше, чем успел его обдумать. - Мне хочется верить, что сейчас я принимаю верные решения, - тихо произнёс Тобиас. Он был так близко, что его тёплое дыхание касалось лица Гарри, когда он говорил, и оставалось сделать одно крохотное движение, чтобы накрыть его губы своими. Тобиас на долю секунды замер, как будто фиксируя момент, позволяя ему случиться. И только потом ответил, уже без той сдержанности, за которой прятался раньше. Его рука соскользнула к затылку, пальцы зарылись в волосы, удерживая, не позволяя отстраниться слишком быстро. Холодный ветер, тёмная площадка, пустая трасса за спиной - всё отступило, потеряло чёткость. Огромными шумными волнами накатывало желание - такое горячее, тёмное, оглушительное, что Гарри испуганно замер. Когда они разорвали поцелуй, дыхание сбилось у обоих, и на мгновение никто не спешил отодвигаться. Тобиас всё ещё держал его близко, почти касаясь лбом виска, и в этом жесте не было ни расчёта, ни контроля - только редкая для него неосторожная честность. - Поехали, - долгие секунды спустя сказал Тобиас. Гарри отдал бы всё на свете, только бы знать, что в эти минуты творилось у него в голове. С глухим урчанием машина выехала на трассу. - Кингсли прав в том, что я получаю больше автономии в своих действиях, чем это предусмотрено. Всему есть предел, - произнёс Тобиас. - Нарушаешь должностные инструкции? - хмыкнул Гарри. Он чувствовал какое-то разочарование - они снова ехали в загородный клуб, Тобиас снова ничего ему толком не объяснял, и снова собирался каким-то образом использовать его или его имя или чёрт знает что ещё в своих делах. - И не только. - Я уже сказал, не обязательно ехать туда сегодня. Мы могли бы провести этот вечер вместе, - тихо сказал Гарри и добавил уже увереннее: - Ты должен мне один вечер. - Не говори глупостей, - ответил Тобиас. Холодом полоснуло по нервам. - По-твоему, это глупо? - медленно проговорил Гарри. - Именно так. - В таком случае, может, тебе лучше поискать кого-нибудь поумнее? - Гарри чувствовал, как внутри снова поднимается злость. - Мы могли бы побыть вдвоём и вместо этого едем к Кингсли, хотя у тебя нет ничего, что ты мог бы ему предложить! А может, ты бы вообще предпочёл провести время наедине с Кингсли? Или даже с Реджи? А что, он, мне кажется, был бы не против лёгкой необременительной интрижки! Взвизгнули тормоза, и машина остановилась так резко, что ремень больно впился в рёбра. - Выходи, - рыкнул Тобиас. За окном зияла чернота. - Никуда я не пойду. - Пойдёшь, и немедленно! Несколько секунд Гарри смотрел на него, не двигаясь, не веря, что это всерьёз. Тобиас смотрел прямо перед собой, и челюсть у него была сжата так, что на скулах проявились тени. Гарри медленно выдохнул, провёл языком по вмиг пересохшим губам и отстегнул ремень. - Отлично, - глухо бросил он, сам не узнавая свой голос. - Как скажешь. Он толкнул дверцу. Вышел. Несколько секунд Гарри просто стоял рядом с машиной, пытаясь сориентироваться - впереди была чёрная трасса, редкие огни вдалеке. Он с силой захлопнул дверцу. Машина осталась стоять на месте. Ветер тянулся по открытому пространству и цеплялся за одежду. Гарри обхватил себя руками, будто это могло защитить от холода, который уже пробирался под куртку. От злости, от абсурдности происходящего сердце всё ещё билось слишком быстро. Секунда. Другая. Машина тронулась. Сначала медленно, почти нерешительно, затем быстрее. Красные огни задних фар удалялись, становились меньше, пока не превратились в две тусклые точки, а потом и вовсе исчезли. И стало по-настоящему тихо. Только ветер. Тёмная трасса. Он остался один. Гарри стоял неподвижно ещё какое-то время, будто ожидая, что Тобиас вот-вот вернётся, что это какая-то нелепая демонстрация, которая сейчас закончится. Но ничего не происходило.