Нет, я не хочу влюбляться (Сердце будет разбито, вот и всё)

Кот по имени Фор не сводил с Чонгука своих омерзительно-желтых глаз, сидя прямо, напротив. — Чё вылупился? Где, Ба? Ничего не написала мне, договорились же, что приеду, — спросил Гук, скучая. Кот прикрыл глаза и недовольно заурчал. — Заткись, придурок облезлый, а то отвезу тебя к ветеринару, он тебя облегчит на пару Фаберже. Фор в ответ зло зашипел, но стал урчать потише. Чон обвёл взглядом маленькую гостиную, останавливаясь на огромных старинных часах, мерно покачивающих маятником. В какую бы страну или город они с Ба не направились, кот и часы были неизменными их спутниками. Часы она считала своим талисманом и никогда с ними не расставалась, ну, а после смерти деда, только котов она и пускала в свою спальню. Гук вспомнил, как шестнадцать лет назад сотрудник службы опеки привел его в похожую комнату, чтобы познакомиться с бабушкой, которую до этого никогда не видел. Часы громко тикали, как сейчас и там тоже был кот, но того звали Фри. От матери он часто слышал, что Ба ненавидит их всех, а её особенно, поэтому они никогда не встречались. Гук тогда мог это понять, он и сам не питал к матери тёплых чувств. К его десяти годам, она почти окончательно опустилась. После того, как посадили отца, первое время она ещё пыталась как-то держаться на плаву, добывая деньги мелким воровством и мошенничеством. Когда становилось совсем плохо, Гук помогал ей по отработанной схеме: они подлавливали на выезде от парковок бизнес-центров машины подороже, Гук кидался под колеса и старательно делал вид, что умирает. Мать в это время с дикими воплями начинала биться в истерике и требовать от бедолаги компенсацию. Чаще всего идиоты велись. Когда пришло известие о смерти отца, мать окончательно сдалась и в их жизни появился её новый мужик, а с ним побои и унижения. Однажды, вернувшись в их маленькую комнатуху, Чон столкнулся с полицейскими. Они быстро скрутили его и увезли. Женщина из службы опеки с очень узкими губами холодно сказала, что теперь Гук сирота. А ещё через месяц он оказался в комнате с большими старинными часами. Они быстро нашли общий язык. Бабушка Чон рассказала, что в их роду никто и никогда не зарабатывал честным путем. Его прапрапрадеда пристрелили за воровство, а прабабку зарезал богатый любовник, у которого она попыталась вскрыть сейф. Прадед Гука, был карточным шулером, и пропал, сразу после того, как выиграл огромную сумму. Отца самого Гука посадили за мошенничество, в тюрьме он не протянул и двух лет. Ба заставила Гука вернуться в школу, но они нигде не задерживались больше, чем на год, поэтому у него не было друзей. До поры до времени, она держала его подальше от своих дел, заставляя учиться. Однажды вечером, перебрав цветочного вина, Ба рассказала, что в молодости она с дедом промышляли карточным шулерством. Он удивлённо заметил тогда, как заблестели её глаза. Но, когда Гук спросил, как он умер, она промолчала, сказала только, что с тех пор она больше никогда не заходила в казино и не брала в руки карт. Ба всегда говорила, что самым ценным в современном мире стала информация. Люди слишком многое доверяют своим телефонам и компьютерам, а этим нужно пользоваться. Обладая острым умом и невероятной памятью, она легко освоила новые гаджеты и технологии, стремительно ворвавшиеся в жизнь. Её схема была проста, как и всё гениальное. Никто не мог заподозрить, что опрятная и уже пожилая женщина, которую нанимали в качестве няни или прислуги, через какое-то время, будет требовать за нераспространение домашнего порно или фото с любовницей откуп. Она не просила больше, чем они могли дать и нигде не задерживалась надолго. Так они и жили. Со временем Гук стал помогать ей. Вдвоём они уже могли заниматься не только шантажом пугливых дураков, но и промышленным воровством и шпионажем. И зачастую это не были какие-то сложные разработки и технологии. Компании готовы были платить за любую информацию, которая могла как-то скомпрометировать конкурентов. «Грязное бельё» было востребованным товаром. Гук недовольно вытащил телефон, чтобы проверить сообщения, с заставки ему улыбался Юнги. Он ласково погладил пальцем экран и нежно улыбнулся. Узнавая его всё больше, Гук понимал, что они в чём-то очень похожи. У обоих не было обычного детства, только если Мин закончил школу экстерном, Гук бросил её совсем. Ба каким-то одним известным только ей способом уговорила известного хакера взять и обучить основам своего ремесла. Чонгук тоже был своего рода вундеркиндом, легко осваивая в пятнадцать то, на что у многих уходили годы. Как и Юнги, Гук не знал, что такое нормальная семья и отношения. И в своём деле Гук тоже был лучшим, поэтому Ким Сокджин и вышел на него. Чон резко вздрогнул от звука открываемого замка, кот смешно тряся хвостом с диким скрипучим воплем ломанулся встречать хозяйку. — Соскучился, мой пупсик, я принесла тебе любимый корм. — услышал Гук из прихожей. — Доброе утро, дорогой, прости, что заставила ждать. — Привет. Всё нормально. — Как вчера всё прошло у тебя с мальчиком? — Он согласился. — Опиши свой план, пожалуйста, — Ба уселась в своё любимое кресло, — Изначально мы хотели получить только информацию о новых разработках и по идее, могли уже закончить со всем этим. — Хочу, чтобы Мин Юнги полюбил меня. Хочу иметь на него влияние. Нужно сделать так, чтобы он полностью разочаровался в Намджуне, перестал доверять и ушёл из компании. — Хм, неплохо. — Джин пообещал мне 10%, но это сущие крохи. Уверен, смогу получить с него гораздо больше. У меня будет наконец нужная сумма, мы купим тот отель на Тайване и заживем спокойно. Посоветуй мне, как мне вести себя с ним? У меня мало времени. — Три месяца? Я бы не стала доверять Намджуну, он может сорваться раньше. Ревность сложно контролировать. Мальчик рано лишился родителей, значит был лишён ласки, заботься о нём, даже в мелочах, будь очень внимателен, хвали, дай понять, что вы похожи, чтобы он доверился тебе, почувствовал связь между вами. У него была скучная жизнь, дай ему эмоций, чего-то будоражащего, — она задумалась, — и это всё равно будет не просто. Насколько я поняла, Джун для него не только бывший, и пусть они в ссоре, он и До — его единственные родные люди. Нужно что-то очень существенное. — Я знаю, поэтому хочу попросить тебя съездить в посёлок, где живут родители Юнги. Найди их, возможно у тебя получится узнать, почему они отказались от ребёнка? А если даже и нет, просто сделай фото или видео. Я уверен, эта информация может стать козырной. — У меня тоже была такая мысль. Хорошо, я сделаю. — Я не верю в чувства Джуна. Интересно, как они собираются подставить меня? — Хороший вопрос. — Как думаешь, Юн прекратит отношения, если у него появятся чувства? Меня это беспокоит. — Нет, конечно. Такое мог сказать только человек, который никогда не любил. И поверить в это мог, кстати, только такой же дурачок. Ты так уверен, что он влюбится? Между вами пропасть. Ему интересно только твоё тело. — Это не так. Сегодня мы встречаемся, как друзья. Отвезу его в парк развлечений, если у Юнги не было нормального детства, это ему должно понравится. — Как и тебе? Неплохой ход. Совет — не торопись тащить его в постель. Гук согласно кивнул. Они на несколько минут замолчали, в комнате раздавались только тиканье часов и громкое урчание кота. — Ба? Давно хотел тебя спросить. — Что, родной? Спрашивай, конечно. — За что ты ненавидела мать? На её лице появилось надменное выражение, Ба отвела глаза, но ответила: — Прости, но я никогда не любила её. Красивая избалованная сучка. И я до сих пор не могу простить ей смерть твоего отца. Она требовала очень много, а он слишком её любил, поэтому и зарвался. В нашем деле, главное не терять контроль и всегда иметь холодную голову. Он был очень талантливый, так похож на твоего дедушку, но слишком нежный и ранимый. Я попрощалась с ним, как только вынесли приговор, было понятно, что он там не выживет. — Ты пыталась вытащить его? — Конечно. Я отдала все деньги, которые накопила, но он кинул слишком влиятельных людей. — она отвернулась и несколько минут смотрела в окно. — Послушай, Гуки, я вижу, как ты меняешься, когда говоришь о Юнги. Ты уверен, что не полюбишь его? С разбитым сердцем даже на Тайване твоя жизнь превратиться в ад. Поверь, я знаю, о чём говорю. — Нет, я не хочу влюбляться. — Я не спрашивала, чего ты хочешь. — Всё под контролем, Ба, не переживай.

***

— Тшшш. Да, подожди! Куда ты так торопишься? — Гук со смехом отцепил от себя Юнги, который нетерпеливо стаскивал с него одежду. –Давай, хоть уйдем из прихожей. Мин недовольно нахмурился и потянулся к ремню на штанах Гука, но тут же получил шлепок по руке и обиженно затараторил. — Сегодня мой день. Я больше не могу ждать. Я требую мой законный секс! Я ждал целую неделю с нашей последней встречи. Чон притянул его к себе и нежно поцеловал: — Ну, ты сам назначил этот день. Ты же останешься на ночь? Ничего не изменилось? — Конечно, останусь. Я не виноват, что нас загрузили работой. Мы могли бы сделать это тогда в парке, там, куда ты затащил меня, никто бы не увидел… Я всю неделю думал об этом. — Доктор Мин, да вы любитель экстрима. Буду иметь в виду, — Чон снова поцеловал его. — Я не хочу, чтобы наш первый раз был в впопыхах. Я тут и никуда не денусь. У нас полно времени. Притормози. Я целый день работал, мне нужно в душ. Мин на секунду задумался, прижимаясь всем телом и зарываясь носом в футболку: — Не нужно. Ты прекрасно пахнешь, я ничего лучше не нюхал. Ну, же, давай! Чон недовольно нахмурился, резко развернул Юнги и прижал животом к высокому обувному комоду. В одну минуту он стянул с него штаны вместе с трусами и несколько раз шлепнул по белой заднице, оставляя на ней розовые следы, на что Мин зло выматерился, упираясь головой в стену. — Ты сам напросился. Присев, Гук раздвинул половинки и плюнул. Юнги тут же сжался, снова получив звонкий шлепок. Чон схватил его руки и положил на ягодицы, заставляя раздвинуть их пошире. — Держи так, — приказал он, облизывая пальцы и обводя колечко по кругу, слегка надавливая. Мин тихо застонал и послушно замер, крепко держа себя руками, но почувствовав, как проколотый язык мокро и широко прошёлся по промежности, снова испуганно отпустил их. Гук недовольно укусил его: — Быстро руки обратно положил! Ещё раз дёрнешься, поедешь домой. Мин тяжело сглотнул, снова выпятил зад и раздвинул ягодицы. Гук довольно хмыкнул и обвёл кончиком языка испуганно сжавшуюся дырочку, заставляя Юнги тяжело задышать. Ему безумно хотелось отпустить хоть одну руку и обхватить свой член, который сочился предсеменником и просто требовал внимания, но Гук накрыл его руки своими и крепко держал, продолжая вылизывать, запуская язык внутрь и дразня металлическим шариком. У Юнги бешено бухало сердце, он крупно вздрагивал и до крови закусывал губы, изо всех сил стараясь не стонать в голос. — Да, ты похоже уже готов? — Гук облизнул и затянул в рот одно из потяжелевших яичек, Мин, наконец, не выдержав, громко застонал. Чон быстро поднялся, развернул его к себе лицом, усадил на комод и глубоко поцеловал. — Пожалуйста, пожалуйста, — бормотал Юн, абсолютно потерявшись в своих ощущениях, хватаясь за плечи и сильнее прижимаясь. Раздвинув его ноги Гук наклонился и обхватил набухшую головку губами причмокивая и обводя языком. Юн выгнулся навстречу и зашипел, запуская пальцы в волосы Гука, надавливая и заставляя вобрать член целиком в горячий мокрый рот. Его накрыло волной удовольствия, сил сдерживаться не было никаких, дернувшись несколько раз, он кончил с громким довольным стоном, не позволяя Гуку отстранится и заставляя проглотить всё до последней капли. Удовлетворённо выдохнув, он потянул Гука к себе, чтобы поцеловать. — Что ты сделал со мной? Я никогда так быстро не кончал от минета, — лениво пробормотал Мин, медленно водя руками по спине Гука и подставляя шею для поцелуев. — Ты сам напросился. — Чон поглаживал и мягко сжимал голые ляжки. — Я был немного груб, ты не против? — Нет, мне понравилось. Можешь продолжать в том же духе. Подпихнув руки под голый зад, Гук прижал Юнги крепко к себе: — Мне всё-таки нужно в душ. — Я с тобой. Обхватив его руками и ногами, Мин повис, не желая отпускать ни на секунду. Целуясь они так и дошли до ванной, где Гук стянул с него остатки одежды. Юн в свою очередь начал довольно избавляться от так бесившей его одежды Чонгука. Присев, чтобы стянуть штаны, он на несколько секунд завис, рассматривая полу вставший член и плотоядно облизываясь. Он было уже потянулся к нему, но Гук со смехом поднял его подмышки и легонько толкнул к душу. — На что я подписался? Ты ненасытное чудовище, кончил пять минут назад. — Я тоже хочу попробовать тебя. — Попробуешь и не раз, — Гук включил воду и подставил под неё лицо. Мин с восхищением рассматривал красивое тело. — Можно я помою тебя, — попросил он. Гук согласно кивнул, наблюдая за тем, как он, надавив на ладонь гель, стал медленно растирать его начиная с широкой груди, оглаживая каждую мышцу, опускаясь на кубики пресса. — У тебя самое потрясающее тело, какое я только видел, — признался Мин. Чон довольно хмыкнул, легкие прикосновения Юнги всё больше заводили. Он планировал долгий, медленный и тягучий секс, но нетерпеливый Юн рушил к чертям весь его замысел. Честно, очень хотелось прижать его к мокрой стене и снова заставить стонать, но уже гораздо громче. Мин уже добрался до паха, старательно намывая ладошками член, стоящий колом. Гук тоже выдавил себе на ладони гель и стал намыливать раскрасневшегося Юнги. Его восхищала невероятно гладкая, без изъянов кожа, подтянутое худое тело, тонкие изящные руки. — Такая кожа у тебя нежная, я разрываюсь между желанием разукрасить её синяками и покрыть самыми нежными поцелуями. Как ты относишься к засосам? — Только не там, где их могут увидеть. — Хорошо. Он провёл большим пальцем по нежным розовым губам, обещая себе обязательно кончить на них. Мин доверчиво втянул палец в рот. — Что же делаешь со мной? Гук мягко развернул его к себе спиной, и начал обводить каждый позвонок и вырисовывать восьмерки над ямочками венеры, заставляя толпы бешеных мурашек носится по всему телу и вздрагивать. — Тебе холодно? — Нет. Мин непроизвольно выгнулся, когда Гук запустил ладонь между половинок и легко протолкнул один палец. Он тотчас уперся руками в стену, широко расставив ноги, приглашая продолжать. — Чёрт, ты сводишь меня с ума, я теряю контроль, — Гук медленно добавил второй, Мин шумно выдохнул. — Дааа, так хорошо, пожалуйста, продолжай. Гук приподнял одну ногу Юнги, прижимая головку к колечку, слегка надавливая на него и потираясь. Мин тяжело дышал, умирая от желания и предвкушения, сам подставляясь и пытаясь насадиться. — Ты опять торопишься. Нет, чёрт, так нельзя, тебе может быть неприятно, — Гук выключил воду и выскочил из душа, схватил полотенце и нежно промокнул им волосы и капли на коже Юна. — Гук, я не сахарный и не ребёнок. — Мне нравится заботиться о тебе. Он подхватил Юнги, перекинул через плечо и с хохотом потащил в кровать, куда нежно уложил, нависая сверху и покрывая поцелуями. Мин отпустил ситуацию, перестал нетерпеливо дёргать и просто получал удовольствие от нежных касаний, лёгких укусов и поглаживаний. Он наслаждался каждым мгновением, давно потерявшись во времени и пространстве, сладко стонал и выгибался от дрожи, проходящей от мизинцев на ногах по всему телу. Пальцы Гука, обильно увлажнённые смазкой массировали простату, легко и свободно входя в разработанную дырочку. Юн ловил разноцветные звёздочки перед глазами, метался на кровати и бормотал что-то нежно-умоляющее. — Юни, посмотри на меня, — услышал он через шум в ушах. Он послушно распахнул глаза, пытаясь сосредоточиться и глупо улыбаясь. — Что? — Хочу, чтобы ты смотрел на меня сейчас. Гук, медленно протолкнулся, наслаждаясь тем, как расширились глаза Юнги, ловя стон, накрывая его губами и погружаясь дальше в невероятную горячую узость тела. На несколько секунд они замерли, громко дыша в унисон. — Как хорошо, — Мин сжался вокруг члена и слегка приподнял зад, заставляя Гука зарычать. — Чёрт, что ты творишь? Я же не железный. Он начал медленно двигаться, но быстро сорвался на жёсткий темп. Мин обхватил его ногами и вцепился мёртвой хваткой в плечи, не стесняясь громко стонал, заглушая звуки пошлых шлепков и мокрого хлюпанья. Чувствуя, что на подходе, он обхватил член и начал дрочить в несколько минут доведя себя до оргазма и кончая на живот, без остановки шепча имя Чонгука. От вида Юнги, такого потрясающе красивого в своем удовольствии, Чон не выдержал и кончил сразу вслед за ним, изливаясь в презерватив. Расслабившись, Мин довольно зарылся лицом в подушку, хихикая и вздыхая, вытягивая ноги и растекаясь под Гуком в лужицу, явно получив, всё, что хотел. Гук мягко поцеловал его в губы, лёг рядом, притягивая к себе: — Чёрт, я хотел долго и медленно. — В следущий раз. — Ты потрясающий, я не могу себя контролировать с тобой. — А нужно?