Часть 1
21 июля 2022 г., 03:02
После того, как Его Высочество наследный принц Сяньлэ вышел замуж за Князя Демонов, он часто лишался самостоятельности в самых обыкновенных бытовых ситуациях, оказывался на руках, когда предстояло перейти ручеёк или лужу, бесконечное множество раз прогонял подосланных помощников с Небес, куда он жаловал и так не столь часто, сколько должен. И все подобные ситуации сопровождаются заботливым квохтаньем: «Гэгэ негоже натружать свои нежные ручки этими тяжестями», «Гэгэ, не стоит, ты запачкаешь свои белоснежные одежды», «Мой принц не должен перенапрягаться из-за тупости каких-то божков»… И это-то при том, что Се Лянь — бог войны, который, как известно всем, обделён удачей и несколько сотен лет самостоятельно преодолевал разного рода обстоятельства.
Конечно, Его Высочество понимал поведение Хуа Чэна и был не против. Наоборот, какое-то время это было невероятно приятно. Но всё чаще Собиратель цветов под кровавым дождём мудрил и перегибал, ограничивая своего супруга практически в любых работах. И Се Лянь просто устал аккуратно напоминать ему, что не является принцессой в положении. Он — бог войны!
Именно эти мысли вкупе с крайней выходкой Князя Демонов, который додумался предложить принцу покормить его же, сейчас гнали Его Высочество по улицам Призрачного города. Это было бы, наверное, очень мило, но до завтрака Хуа Чэн вновь напомнил о том, что все дела могут сделать его подданные, а дорогой супруг имеет возможность это время посвятить своим наслаждениям. Всё вместе стало последней каплей в балансирующем на краю скалы листике терпения с водой из «перезаботы» демона. Се Лянь редко злился, был благоразумен и понятлив, принимал окружающих такими, какие они есть. Однако ж… Даже Му Цин и Фэн Синь перестали закатывать глаза и язвить при виде Собирателя, а просто тяжело вздыхали, прикладывая ладонь к лицу. Это уже выглядело не забавно.
Принцу было обидно, и в то же время он боялся задеть своим резким замечанием Сань Лана. Тот ведь не виноват, что умеет выражать свою любовь только так, верно?
За мятущимися мыслями пролетели все знакомые дорожки, и Се Лянь внезапно понял, что в какой-то момент сделал поворот не в ту сторону. Его нулевое везение продолжало играться с ним даже сейчас, когда он желал разобраться в своей личной жизни, а не в обратном пути до дома Блаженства. Принц притормозил и огляделся. Улица, как почти все в городе, включала в себя множество оттенков красного. В основном, этот цвет передавали разного размера фонарики. Вместе с мудрёными вывесками и пустотой вокруг они создавали атмосферу таинственности и лёгкого возбуждения. Се Лянь пошёл вдоль улицы, стараясь заглянуть в окошки.
Здания, плотно прижавшиеся друг к другу, являлись кабаками, трактирами, постоялыми двориками для парочек, желавших уединиться без лишних глаз и будущих обязательств. В одном из таких дворов, несмотря на то, что стоял полдень, было шумно-весело и ярко. Слышался разноголосый хохот, звон стекла и керамики, доносился запах сильного ароматного алкоголя. Всё говорило о том, что демоны там что-то праздновали.
Пока Се Лянь стоял у ворот в задумчивости и полнейшей запутанности, потому что его злость на Сань Лана выветривалась очень быстро, но оставить всё на самотёк снова он уже не мог, из бреши в досках вывалился абсолютно пьяный низенький демон. Он жутко шатался, сильно заносимый собственным животом из стороны в сторону. Но ему явно было очень весело, потому что, даже отойдя на середину дороги, демон продолжал смеяться и допевать песню, которую тянули за воротами. Качающееся нечто пошло вперёд по улице, но не дошло и пятого шага, как резко остановилось, икнуло и развернулось, с прищуром глянув на высокую стройную фигуру в белом.
— Ваше… ик… Высочество! — радостно завопил пьянчуга, хлопнув себя по надутому от переизбытка вина животу. — Вот так удача! Какими судьбами вы здесь, на окраине?
Се Лянь растерянно поморгал. На окраине? Ну и занесло его…
— Я заблудился. Не могли бы вы сказать мне, куда идти, чтобы выбраться к резиденции Собирателя цветов под кровавым дождём?
Демон сощурился ещё сильнее, видимо, пытаясь сделать своё зрение более чётким.
— Конечно, Ваше Высочество! Я бы с радостью, вот… Вот только вы меня извините, я не помню…
Принц с трудом удержал вежливую улыбку на лице и задушил возмущённо-разочарованное «Что?!».
— Но вы не расстраивайтесь, Ваше Высочество. Вот здесь, — демон указал коротким пальцем на ворота. — Здесь сегодня проходит фестиваль. Вы зайдите спросите. Вам обязательно помогут! — и пошёл восвояси, больше не оглядываясь. Грубый придушенный голос духа ещё долго отскакивал эхом от домов.
Се Лянь проводил его растерянным взглядом до поворота и обернулся назад, поглядев на здание постоялого двора и высокий непроходимый забор. За ним всё так же смеялись и пели. Глубоко вдохнув, принц закрыл глаза и сосредоточился. Ничего в нём не говорило об опасности, которая могла бы ждать его за этими воротами. Лишь маленькое чувство, будто он подводит Сань Лана, бродя неизвестно где. Но мысль быстро отметается под натиском решимости зайти. Возможно, здесь он даже сможет найти ответ на то, что его мучило уже давненько. Да, наверное, ещё до дня замужества. Как убедить любимого демона в своей самостоятельности? Как помочь ему больше любить себя и заботиться не только о принце, но и себе? Когда-то Его Высочество думал, что, раз Князь Демонов ухаживает за ним и отдаёт всю свою любовь только ему, то он, Се Лянь, возместит Хуа Чэну всё, что тот тратит на него. То есть будет ответно заботиться. Но упрямый Князь ничего ему не позволяет, духа ему через ногу!
Теперь принц толкал калитку, преисполненный уверенности. Оглянувшись по сторонам, Се Лянь понял, что оказался на настоящем празднике жизни демонов. О-о-о сколько здесь всего! Фонарики, флажки с пожеланиями, искусственные и живые цветы, разбросанные всюду, огни, столики, лавки с едой… Обилие красного, жёлтого и оранжевого кружило голову, как и букет из нелицеприятных запахов. Однако ж принц бывал на больших фестивалях Призрачного города, и готовился морально к худшему.
Отлепившись от калитки, он прошёлся вдоль стены самого гостевого дома и без лишних столкновений попал во внутренний двор, где было сердце праздника. Замеченым быть не хотелось, чтобы не поднимать шумиху, но как спрятать белые одежды? Они же не лёгкое божественное сияние…
Се Лянь заозирался по сторонам. Демоны вокруг были заняты выпивкой, танцами и играми, шумели так, что в ушах закладывало. И никакого забытого плаща или длиной тряпицы. Что за неудача!
— Эй, господин!
Се Лянь слегка вздрогнул от неожиданно прозвеневшего где-то над головой голоса. Он задрал голову вверх, не успев подумать, и наткнулся на молодого парня, вальяжно развалившегося прямо на перилах балкона второго этажа гостиного дома. Незнакомец обворожительно улыбнулся ему, лёгким кивком головы откинув длинный хвост тёмных, высоко перевязанных красной лентой волос. В знак приветствия он приподнял нефритовую пиалу и глазами указал внутрь балкона, приглашая.
Это точно был человек, хоть принц и ощущал, что необычный. Его тёмные одежды с красными каймами, высокий хвост и чёлка лесенкой, лукавый взгляд и таинственная усмешка. Всё это отчасти кого-то ему напоминало. Но это же человек, верно?
Рассудив так, Его Высочество скользнул в дом, огибая разгорячившихся и всё прибывавших демонов.
— Добрый вечерочек, — вновь кокетливо потянул губы в стороны парень, когда его гость зашёл, осматриваясь.
— Приветствую, — Се Лянь вежливо сложил руки в традиционном поклоне. — Можно узнать имя господина, чтобы беседа была лёгкой?
— Конечно! — молодой человек ловко соскочил с перил и плюхнулся на подушку перед низким столиком. — Прошу, присаживайтесь.
Се Лянь принял второе приглашение и аккуратно опустился. Ему тут же подали пиалу вина, но он вежливо отклонил её.
— Прошу меня извинить, но я не имею возможности употреблять алкоголь.
Парень понимающе улыбнулся и махом опрокинул в себя порцию, предназначавшуюся гостю.
— Ничего. Чую, после этой чудесной ночки мне тоже придётся отказаться от горячительного. Мой муж тот ещё праведник. Иногда он бывает жутким занудой, знаете!
Се Лянь удивлённо уставился на человека. Муж? Праведник?
— Вы так и не назвались, — напомнил он, тихо кашлянув от неловкости. Что за странное столкновение волею судьбы.
— Ох, да, — парень отставил пиалу и устроился удобнее, поставив локти на стол, а голову уложил на ладони. — Я — Вэй Усянь из клана Цзян. А мой муж из клана Лань. Поэтому теперь я тоже принадлежу этому клану. В этих местах я более известен как Старейшина Илина, но вы, наверное, не слышали.
— Почему вы так думаете? — Се Лянь задаёт вопрос не из любопытства, а скорее чтобы дать себе несколько секунд осмыслить сказанное. Его лицо просвечивает изумлением. Он не впервые слышал эти фамилии, но никогда не вдавался в подробности.
— Потому что вы принц другого государства и бог войны других земель, господин Се, — хитро улыбнулся Вэй Усянь, смакуя растерянность на лице бога. — Его Высочество наследный принц Сяньлэ.
— Откуда вы?..
— О, это совершенно не важно. Я просто знаю, что хочу знать.
Принц с трудом оправился от удивления и тоже принял более удобную позу, притянув согнутую в колене ногу к груди. Любопытный же перед ним человек.
— Только я плохо осведомлён о вашей личной жизни, и мне было бы интересно узнать, что бог войны, нынешний Владыка Небес забыл на окраине Призрачного города? Если, конечно, это не секретная миссия.
— Ох, да какая же секретная… — отмахнулся Се Лянь и слегка покраснел. — Вообще-то я живу в Призрачном городе, но в этой части никогда не бывал и посему заблудился, когда гулял, пребывая в своих думах.
— Где же вы тут живёте? И с кем, в таком случае?.. — лицо Вэй Усяня впервые вытянулось в изумлении.
Принц не сдержал смешка.
- Я живу в резиденции Князя Демонов.
— Собирателя цветов под кровавым дождём? — парень вылупил глаза, завалившись вперёд и чуть не перегибаясь через столик.
— Он мой муж, — добил его Се Лянь, и Вэй Усянь в притворстве упал вбок, схватившись обеими руками за груди в области сердца.
— Этого мне не рассказывали!
Принц засмеялся, прикрывая лицо руками, а вместе с ним захохотал и новый знакомый. Когда волна веселья схлынула и парень вернулся на место, он стал серьёзнее и полюбопытствовал:
— Почему же вы рассказываете это мне, незнакомцу?
— Просто так, — пожал плечами Се Лянь.
— Вы удивительно искренний человек, господин Се! — Вэй Усянь всплеснул руками и схватился за кувшин вина. — Возвращаясь немного назад, вы упомянули свою крайнюю степень задумчивости. Могу предположить, это связано с вашим мужем.
— Как вы догадались, господин Вэй?
— Мне знакомо это чувство. Может, поделитесь? Клянусь, ваш рассказ не выйдет с этого балкона!
Его Высочество улыбнулся и, немного подумав, выложил Усяню свои думы и беды. Тот важно кивал головой и иногда уточнял детали, а по завершении вынес вердикт:
— Думаю, вам необходимо зелье усиления ауры.
— Зелье чего?..
— Его ещё называют зельем убеждения и уверенности. С ним вы сможете даже Короля Демонов одним взглядом убедить в чём угодно!
— И где же достать его, зелье это? — отчего-то шёпотом спросил принц, доверчиво глядя в хитрые глаза Вэя.
— Я пришлю вам утром.
— Сколько оно будет стоить?
— Да нисколько! Побеседуйте со мной ещё немного, а то сгнию от скуки. Мой любезный муж что-то задерживается. Обычно, знаете, он обнаруживает места моих гулянок за два часа максимум!..
***
Утром принц вытряхнул из своих одежд маленький сосуд, что в мягком сиянии нескольких бабочек, сопровождавших его почти всюду, блестел красивым золотом. Се Лянь подивился мастерству нового знакомого Вэй Усяня и сунул стекляшку в широкий рукав ханьфу. Его ежедневная рутина в Небесной столице уже ждала, как и трезвонящие по духовной связи с общего канала помощники. День обещал быть насыщенным…***
У Князя Демонов дел невпроворот. Кого-то поощрить, кого-то наказать, где-то испортить, где-то помочь, Черноводу напоминание отправить, поболтать с гэгэ, выслушать любимую лекцию о том, что нужно быть усердным во всём и выполнять свои обязанности, и получить пожелание хорошего дня. Хуа Чэн с большим интересом следит за полётом серебряной бабочки, чем за жаркой игрой, что развернулась за одним из главных столов Игорного Дома. Приближается конец очередного бесконечно скучного ежедневного отсутствия гэгэ, и сначала он даже почти прерывает развлечения знатных демонов, чтобы поскорее встретить Его Высочество и уделить ему всё-всё время, но перед ним мысленно предстаёт разочарованный взор любимого супруга, и Собиратель цветов под кровавым дождём с усилием остаётся сидеть на месте. Лишь закидывает ногу на другую и опирается головой на кулак. Пальцы свободной руки танцующе постукивают по холодному подлокотнику ставшего неудобным кресла. Князь Демонов практически отсчитывает минуты до того, как сорвётся с места вперёд всех, ворвётся в свою резиденцию и прикажет накрывать на стол, чтобы к приходу гэгэ всё было готово. Когда приходит нужный час (не для демонов, ведь их веселье только разгорается к середине ночи), подданым только и остаётся, что удивлённо глазеть на стремительно удаляющегося их повелителя. Но они не делают этого, потому что с появлением в жизни Князя Его Высочества, тот мог вычудить многое и даже то, что выходило за рамки воображения. Все понимали, куда так спешит могущественный Собиратель цветов под кровавым дождём, и не смели препятствовать. — Гэгэ, ты уже пришёл! — выдохнул Хуа Чэн слегка удивлённо. Он не ожидал столь быстрого прибытия своего возлюбленного. Тем более удивительно было видеть то, как принц принимает из рук слуг блюда с едой и сам ставит их на низкий столик. — Здравствуй, Сань Лан, — Се Лянь кивнул слуге, чтобы тот удалился, и обернулся немного резко, заставляя полы своего ханьфу волнообразно кружиться. Мягкая приветственная улыбка Его Высочества и взмах руки выбили опору из-под ног Хуа Чэна. Ему пришлось незаметно проморгаться, прежде чем подойти и склонить голову для лёгкого поцелуя. — Зачем гэгэ утруждает себя ненужными заботами, для которых есть слуги? — Зачем утруждать слуг, если поставить тарелку на стол очень просто? — Се Лянь игриво улыбнулся и привстал на носочки, чтобы ещё раз прикоснуться к приоткрытым в изумлении губам. Князь Демов будто застыл, внимательно всматриваясь в карие глаза своего принца. Что это за странное ощущение? Он даже не находит в себе сил перечить и продолжать убеждать гэгэ в том, что за него обо всём позаботятся… — Как скажешь, гэгэ, — Хуа Чэн изобразил на лице полуулыбку и повёл Се Ляня к столу. — Как прошёл твой день? Он не смог отказать себе в том, чтобы наполнить пиалу супруга чаем и подать ему его любимые фрукты, на что принц благодарно улыбался и касался его прохладной руки. — Очень замечательно! Правда, это утомляет. Некоторые дела…м-м…сложны с точки зрения логики, особенно если это касается каких-либо отношений между моими коллегами… За разговором Его Высочество незаметно подкладывал в тарелку демона небольшие кусочки разных блюд и смотрел, наверное, как-то по-особенному. Потому что Хуа Чэн не противился, как делал это по обыкновению, пытаясь убедить мужа, что ему вовсе незачем питаться. Хватило одного селяневского «попробуй, вот это блюдо очень вкусное», как он поднимал палочки, пробовал и… Хвалил, как ни странно. В его груди вновь и вновь, с каждым разом, когда принц не позволял привычной заботы со всех сторон и делал что-то сам, к тому же, опекая зачем-то демона, разливалось непонятное тёплое оцепенение. Он будто бы натыкался на незаметный барьер из превосходящей ауры Его Высочества. Нет, конечно, Хуа Чэн и раньше потакал своему гэгэ в его различных просьбах, просто не мог не делать этого. Однако то, что происходит этим вечером… Не поддаётся объяснению. После сытного ужина и совместного купания, где Се Лянь каким-то нечестным способом убедил своего демона сидеть смирно и принимать заботу, пока ему аккуратно мыли волосы, а потом разрешил прикоснуться к себе, они наконец оказались в спальне. Собиратель цветов после купели всё ещё находился в какой-то прострации и не мог поверить, что это гэгэ управлял им весь вечер, как хотел. Вернее было бы сказать, как всегда хотел. Потому что Хуа Чэн не дурак, то, что делал Се Лянь, понимал и ощущал себя связанным. Как непослушный маленький ребёнок, который всегда барахтался и ёрзал, когда его одевали и кормили. И вот однажды уставший от этого родитель закутал его в пелёнку и, ласково давая наставления, заботливо засунул порцию риса в рот, говоря не торопиться и жевать тщательно. Странное это чувство, противоречивое. Ведь это он, Князь Демонов, должен опекать гэгэ и делать для него всё-всё, а не наоборот! Се Лянь сел на край кровати и принялся наощупь расстёгивать свои сапоги. Его длинные каштановые волосы пересыпались вперёд и совсем перекрыли обзор. — Гэгэ, позволь помочь, — Хуа Чэн опустился на колени рядом с ним и поправил пряди, убрав их за плечи. Рядом вспорхнула пара бабочек, давая освещение. — Спасибо, Сань Лан, — принц скинул первый сапог и выпрямился. Кончиками пальцев он аккуратно коснулся острого подбородка демона и заставил его поднять голову. Его Высочество любовно улыбнулся, поглаживая гладкую прохладную кожу лица в своих ладонях. — Спасибо, но не нужно. Лучше сядь рядом и позволь мне о тебе позаботиться. — Но, гэгэ!.. — Хуа Чэн вздумал наконец возмутиться, но встретился с решительным мягким взглядом. Принц улыбался ему, но был твёрд и серьёзен. — Только сегодня? — уточнил демон в надежде, что всё это лишь единожды. Не пристало ему в противовес своим клятвам… — Нет, Сань Лан, позволь заботиться о тебе всегда. Се Лянь быстро расправился со вторым сапогом и перехватил руки демона, сплетая его пальцы со своими, потянул на себя, призывая встать. Встал сам и принялся развязывать ремешки на красивых одеждах, расстёгивать пуговки и заклёпки, вынимать цепочки, аккуратно укладывая всё это на полу. Хуа Чэн смотрел на него, будучи немного напряжённым и растерянным. Редко его можно было застать в таком состоянии, но сейчас, в ласковых руках принца, он не скрывал своих эмоций. — Почему, гэгэ? — прошептал демон, оказавшись на постели. Принц смотрел на него сверху. Его сияющий взгляд касался словно бы души — Потому что я люблю тебя, Сань Лан, — Се Лянь наклонился для поцелуев. Такими нежил его Князь Демонов, и сейчас он хотел сделать ему также хорошо. — Ты любишь меня, а я люблю тебя. И также, как и ты, я хочу дарить тебе всего себя. Принц спустился немного ниже, выдыхая тепло на прохладную кожу, грея её поцелуями и влажным языком. — Заботиться о тебе в ответ. Се Лянь перехватил руку, что хотела помешать ему стягивать нижние одежды, и вновь сплёл пальцы, прижимая конечность к одеялу. — Делать тебе хорошо, дарить подарки, пусть я и не способен делать их такими же грандиозными, как получается у тебя. Я хочу, чтобы ты позволил мне все эти вещи. — Но, гэгэ, я… Я не достоин этого. Всё, что я делаю, для тебя, — нерешительно возразил Хуа Чэн, прикрывая глаз. Его принц умел добиваться своего… И сейчас довольно умело вертел сознанием демона, вытворяя нечто невообразимое где-то ниже пупка. — Вот, Сань Лан. Ты хочешь обеспечить меня всем лучшим, но почему не позволяешь сделать то же для тебя? Почему считаешь себя недостойным заботы? Это нечестно, мой милый Хуа-Хуа. Ты достоин всей любви мира! И я хочу дарить её тебе, — оставляя возбуждение внизу неразвязанным, принц, шагая пальцами по нежной коже со множеством рубцов, оглаживая их, поднялся вверх, чтобы заглянуть в единственный, но самый красивый глаз на свете. Чтобы прошептать около губ: — Можно? И поцеловать. Глубоко. Нежно. Трепетно. Как умеет только Его Высочество. Передавая свои переживания и боль, свою любовь, которой нет конца, свою веру в него, Хуа Чэна. Своё… Всё. — Ты позволишь, Сань Лан? Разреши мне сделать тебя таким же особенным, каким ты делаешь меня… — Хорошо, гэгэ, всё, что пожелаешь… Хуа Чэн медленно сглотнул, упуская из глаза маленькую слезинку, и потянулся вперёд, целуя любимого супруга вновь. Он готов. Он будет стараться ради гэгэ и его счастья. И… Возможно, чуточку, своего тоже.Зелье, приготовленное заклинателем Вэй Усянем из клана Лань, выпавшее на мягкий ворох одежды, было чуть почато. Стекло поблёскивало в серебристом свете крылышек хрупкой бабочки, присевшей на него.
