Котики не ошибаются

*** — Кем я буду работать? — Чимин переспрашивал это в третий раз. У него в голове не укладывалось. — Кем-кем? Завтрак остывал. Юнги сразу начал говорить о делах, лишь они приехали в кафе. Чимин даже кусочка не съел. А теперь аппетит пропал. — Да как хочешь это назови. Что ты уперся в название? — Юнги начал терять терпение. Да, он понимал, что предложение очень необычное, но что непонятного-то? — И без секса? — уточнил студент. Он смотрел очень серьезно, и Юнги, который хотел отпустить одну из своих дурацких шуток, передумал. — Секс только по согласию обеих сторон, — сказал он серьезно. И все же не удержался. — Так что не смей ко мне приставать! Мои уши должны быть в безопасности, мелкий извращенец! Чимин фыркнул. Он? Приставать? Когда такое было-то?! — И вы сразу подпишите дотацию для универа? Как только я поставлю подпись? — Чимин боялся, что это очередная ловушка. Он сейчас согласится на это странное предложение, а денег так и не будет. Юнги кивнул. — Я могу прямо сейчас отправить деньги на счет универа. Если скажешь, что подпишешь. Я тебе верю, — Мин верил. Но на всякий случай включил диктофон. — Ладно, давайте подпишем контракт. Но только на месяц, — решился младший. Месяц он выдержит. — А там будет видно. Юнги встал, обошел столик и погладил Чимина по голове. Потом обхватил его лицо руками, приподнял и нежно чмокнул в нос. — Эй! Ты же только что сказал, что никакого интима! — Чимин звонко хлопнул ладонями по рукам Юнги. Тот отпустил лицо и смешно сморщился: — Так это не секс! Ты что никогда кошек в нос не целовал? — и снова потрепал младшего по волосам. — Но, если тебе так уж неприятно, я не буду. «Пока не буду» — мысленно добавил он. — «А там, и правда, будет видно». *** Если два человека с самого начала не противны друг другу и проводят много времени вместе, их отношения обязательно изменятся. Они либо возненавидят друг друга, либо влюбятся. *** Юнги предложил Чимину работать у него… котом. Домашним котом. Питомцем. В договоре его должность называлась «сопровождающее лицо». Они сидели в доме Мина, в его роскошном кабинете. Чимин читал договор. 1. Пак должен жить в доме Мина. У него будет своя комната, куда Мину нельзя будет входить без разрешения. Самому же Чимину дозволено ходить по всему дому и делать все, что заблагорассудится. 2. Ездить с Мином в командировки и на отдых. Украшая его жизнь и улучшая настроение. 3. Пак может делать все, что он хочет. Уходить и приходить в любое время. Иметь друзей и дела вне дома Мина. Не рассказывать Мину о своих делах. 4. Мин может гладить, обнимать и чмокать кота. Пак может вырываться, кусаться и царапаться. Интим — если согласны оба. 5. Пак может отказывать Мину во всем, кроме двух первых пунктов. 6. Мин решает все проблемы Пака как в доме, так и вне его. 7. Обе стороны могут разорвать договор досрочно без объяснения причин. За это Чимин получал жилье, питание, деньги на карманные расходы. А Юнги — кота. Зачем ему это было нужно, Пак так и не понял. Подписывая этот договор, Юнги слышал внутри себя свой собственный циничный голос: «Берешь на содержание альфонса? Да еще и без постельных утех? За ушком будешь его чесать? Совсем рехнулся?». Он отдавал себе отчет, что будь на месте Чимина кто-то более корыстный, он обязательно постарался бы выдоить с Мина как можно больше. Но ему хотелось верить в свой нюх. Нюх, который помогал ему держаться в пятерке лучших бизнесменов Сеула вот уже четвертый год. Чимин тоже подписал. Сильно сомневаясь, что поступает правильно. Но после визита в кото-кафе он поверил в странного господина Мина. Кошки ведь к плохому человеку не пойдут. Они пожали друг другу руки, и Юнги выложил на стол заранее приготовленные ключи от дома, ключи от машины и кредитную карту. Чимин стушевался, но все же распихал добро по карманам. — Пойдем, я покажу тебе дом. И твою комнату, — Мин прошел вперед. — Ты был так уверен, что я соглашусь? — Чимин был уязвлен. Он выглядит таким доступным? — Что заранее приготовил комнату? — Нет. Это одна из свободных комнат в доме, и она станет твоей, — невозмутимо ответил новый хозяин, не оборачиваясь. И делая вид, что не замечает обращения на «ты». Он уже понял, что так бывает, когда Чимин нервничает. — Кабинет ты видел, это гостиная, там столовая, дальше кухня. Эту комнату ты помнишь. Гостевая. Может хочешь ее? Даже его спина ухмылялась от собственного подкола. Чимин прищурил глаза. Ничего, посмотрим еще кто кого. В доме всегда самые главные коты! — Вот кстати. Я сам хочу выбрать себе комнату. Ты же не знаешь моих вкусов, — он плечом отодвинул Юнги и стал по-хозяйски заглядывать во все двери. Спальня Юнги угадывалась сразу. В темных тонах, шторы опущены и не пропускают солнечного света. Много лет он мучался бессонницей и только в таких условиях мог спать. Чимин задержался на пороге, с любопытством впитывая атмосферу этой комнаты. — Тебе тут не грустно просыпаться? — с ноткой тревоги в голосе спросил он, сочувственно глядя на Мина. — Тут же как в гробу. Темно и тихо. — Да, мне очень грустно тут просыпаться, — преодолевая внутреннее сопротивление ответил Юнги. Хотелось мрачно пошутить, но он сдержался. — Хотя мне грустно просыпаться в любой комнате. Чимин подошел поближе, на секунду замер, глядя в глаза, а потом крепко обнял старшего. Но как только тот поднял руки, чтобы обнять в ответ, ловко вывернулся и отпрыгнул. Склонил голову набок и сказал: «Мяу». Юнги хмыкнул. Распахнув очередную дверь, Чимин восхищенно присвистнул: — Вау! Какая красота! Это была самая светлая комната в доме. Молочная мебель, огромное окно на полстены. Она выходила на внутренний двор с маленьким фонтаном и уютной беседкой, до самого верха увитой яркими цветами. На окнах волновалась от ветра легкая прозрачная вуаль. Стол украшала небольшая ваза с полевыми цветами. Чимин вбежал туда, чувствуя себя именинником. — Хен, вот моя спальня! Я сразу это понял! — крикнул он и сделал круг по комнате, держа руки самолетиком. — Оу, тут еще и балкон! Здесь так здорово, хен! Так красиво! Он с восторгом гладил постель, шторы, стол и даже перила на террасе. Юнги едва заметно улыбался. Эта комната и была предназначена для Чимина. Он, конечно, не был уверен на сто процентов, но очень надеялся на согласие. Поэтому дал указание поставить светлую мебель и поменять текстиль. Воздушная комната для зефирного мальчика. — Если тебе что-то не нравится, скажи, и я поменяю, — Юнги присел на край кровати. Чимин еще кружил вокруг, трогая все, что попадалось под руку. — Можешь сделать перестановку. Можешь выкинуть ненужное. — Ты что, хен! Здесь великолепно! Мне все очень-очень нравится! — он упал на кровать, раскинув руки. Потом поднял глаза на сидевшего рядом Юнги. — Эй, а тебе разве можно здесь быть? — С твоего позволения — можно, — Юнги пригладил растрепавшиеся волосы младшего и вытер тыльной стороной ладони капельки пота с его лба. — Ты разрешаешь мне побыть у тебя сейчас? Тот сделал хитрую мордочку и кивнул: — А можно мне на потолок наклеить звездочки? Я всегда хотел поспать под открытым небом. Только в Сеуле это невозможно. Слишком много электричества и звезд не видно. — Конечно, можно, котенок. Ты устраивайся, а я поехал на работу. — Юнги еще раз провел рукой по волосам младшего и ушел, унося внутри приятное тепло. *** Вещи заняли свои места. Еще никогда им не было так просторно. Теперь у Чимина для нижнего белья был целый комод. И этот комод в темноте очень смахивал на слона. Чимин сложно привыкал к новому месту. Все было другое: тени, запахи и звуки. На вторую ночь он услышал шум за окном, открыл глаза и снова испугался массивного слоновьего силуэта. И решил передвинуть комод так, чтобы не видеть его с кровати. Но комод был очень тяжелым. Как Пак не пыжился, но не смог сдвинуть его ни на миллиметр. Он тихо постучал в дверь Юнги. Если он спит, то ладно, придется потерпеть до утра. Но Юнги не спал. Вдвоем они перетащили громадину к другой стене. Чимин по привычке старался не шуметь, чтобы не побеспокоить соседей. И даже шикал на Юнги, чем изрядно того веселил. — Теперь нормально? — Юнги даже не спросил причину этих ночных перестановок. — Щас гляну, — Чимин улегся на кровать и посмотрел в сторону комода. — Нормально, теперь только хобот видно. — Хобот? — Юнги посмотрел на комод повнимательнее. Пак помахал ему рукой и подвинулся на одну сторону кровати: — Надо отсюда смотреть. Иди. Юнги лег рядом и посмотрел на комод. Хобота не было. Чимин хлопнул себя по лбу и выключил свет. Теперь в комнате хозяйничала луна. — Когда комод стоял тут, — в темной тишине шепот Чимина казался естественным. — То он был очень похож на слона. И я никак не мог заснуть. Все казалось, что он на меня смотрит. Неуютно, когда на тебя пялится слон. Понимаешь, хен? — Конечно, понимаю. Слон — это не мышь, с ним надо поосторожнее, — Юнги повернулся на бок, и стал смотреть на силуэт Чимина. Тот лежал на спине, закинув руки за голову. Из окна пробивался лунный свет. Его губы забавно шевелились. — Мышь? Кстати, слоны боятся мышей, хен. Ты знал? Юнги промычал, что не знал. Его клонило в сон. В комнате Чим-Чима было сонно и умиротворенно. Он прикрыл глаза. А младший с энтузиазмом начал объяснять, почему большие слоны боятся маленьких мышей. — Так может не надо было двигать комод? Просто взял бы к себе в кровать мышь? — пробормотал старший в полудреме, удивляясь, насколько серьезно они оба говорят эту чушь. — Да, но где я возьму мышь среди ночи? — так же серьезно ответил Чимин. — Проще слона убрать. Верно? Юнги не ответил. Он уже спал. Чимин повозился, пристраиваясь к теплому боку хозяина и вскоре тоже сладко засопел.