Угрозы "Корвус Холла"

      Бесцельно побродив по безлюдным коридорам и переходам, Сяо Чжань оказался перед танцевальным классом. В этот час там было темно и пустынно. Рассчитывая, что будет не заперто, он толкнул дверь, как и многие комнаты в колледже, она действительно оказалась открыта. Чжань вошел внутрь. Он смутно помнил, что где-то на стене находился выключатель, обычно это Ибо гасил свет после тренировки.       Никаких здравых мыслей в его голове не было. Каждая лестница, каждый кабинет и каждый поворот в «Корвус Холле» у Сяо Чжаня ассоциировались со старостой. Теперь он с легкостью мог перечислить все укромные уголки старинного здания, в которых они прятались от посторонних глаз, чтобы побыть вместе. А в танцевальном классе Ибо проводил чуть ли не половину своей жизни. С появлением Чжаня он стал реже посещать его, но когда приходил, то полностью отдавался музыке и танцу. Временами следователь чувствовал себя одиноко, но гипнотизирующие движения не могли не производить впечатление.       Он дошел до середины помещения и опустился на пол. А ведь именно здесь, по словам Хэ Пэна, была найдена цепочка Мо Сюаньюя. Заместитель не упоминал, в какой части комнаты нашел ее, но, вроде бы, во время вечернего обхода он заметил горящий свет в зале и заглянул проверить, кто в столь поздний час здесь занимается. Кабинет оказался пуст, а на полу что-то блестело. Хэ Пэн подошел ближе и увидел лежащую цепочку, которую сразу узнал, так как сам дарил ее на первую годовщину отношений. И ему показалось странным, что столь ценная для Мо Сюаньюя вещь не была на нем в день гибели, обычно он носил ее всегда, даже душ принимал в ней.       - Почему только сейчас появилась цепочка и именно здесь? – вслух произнес Сяо Чжань и лег спиной на пол, положив руки под голову.       Он изучал потолок в надежде, что его осенит. Шло время: секунда за секундой, минута за минутой, а ничего умного в голову ему не приходило. Только одна мысль била набатом: «Ибо меня обманул». Его мысли с цепочки плавно перетекли на старосту и его признание. Сейчас Чжаню стало казаться, что он слишком резко отреагировал, может, не стоило уходить так внезапно, ничего не прояснив? Ибо сказал, что подбросил записку с угрозами своему соседу, выходит, именно поэтому на ней не было других отпечатков. Но подбросить записку и быть причастным к похищению – это разные вещи. И кто тогда подложил послание с угрозами на кровать самого Ибо? Нет, ему абсолютно точно надо поговорить со старостой и выяснить все обстоятельства этого дела. Допустим, он виновен только в этом, но кто же тогда стоит за всем остальным? Не может же быть, что в «Корвус Холле» сразу несколько преступников: один подбрасывает записки и устраивает несчастные случаи, второй – преднамеренно или нет убивает Мо Сюаньюя, а третий – это Ибо. Или никто никого не убивал, а парень сделал сам тот роковой шаг? Столько вопросов и ни одного ответа.       Сяо Чжань немного остыл, привел мысли в порядок и решил: сейчас ему необходимо отыскать старосту и разобраться хотя бы с этим. Возможно так, кирпичик за кирпичиком он и раскроет это дело. Полежав еще какое-то время, он понял – обижаться на Ван Ибо глупо. Во-первых: он и сам обманывает старосту, скрывая и цель своего приезда в колледж, и свою личность. Во-вторых: он тайком передал Ван Ичжоу найденные улики на экспертизу, даже не думая ставить Ибо в известность. В-третьих: он старше, а значит опытнее и умнее в вопросах отношений, а, следовательно, именно он должен пойти в этой ситуации на компромисс и выслушать объяснения старосты.       - Прости меня, Ибо, я был не прав, - произнес он вслух.       - Хорошо. Прощаю, - раздался от двери знакомый голос. – А если серьезно, тебе не за что извиняться.       Чжань от неожиданности подскочил и в недоумении повернул голову ко входу.       - Я повел себя глупо, - сказал он. – Даже не выслушал тебя, а ведь ты мой парень и я должен больше тебе доверять.       Ибо видя, что его не собираются прогонять, подошел и сел рядом с Сяо Чжанем.       - Я искал тебя везде. Но даже предположить не мог, найти именно здесь, - он обнял свои ноги и стал смотреть строго вперед, словно боялся, что если оглянется, то человек, находящийся рядом с ним, исчезнет.       Чжань положил голову ему на плечо и, помолчав несколько минут, сказал:       - Расскажи мне все. Обещаю, не буду тебя в чем-либо преждевременно обвинять. Ты дорог мне и я не желаю так бездарно потерять тебя.       - Как я уже сказал, я причастен к появлению записки у Цао Юйчэня.       По рассказу Ибо выходило следующее: он прекрасно знал, что с начала учебного года студенты из «обычных» семей стали получать записки с угрозами. Даже не так, на первом собрании братства было решено с этого года начать очищать стены элитного колледжа от «простых» детей. Поэтому в качестве давления на студентов каждый, кто состоял в братстве, должен был подбрасывать записки своим однокурсникам. Первая должна была предупредить, а вторая - окончательно напугать. Изначально в их план входило только запугивание, никаких реальных мер никто не должен был предпринимать. Но когда после получения второй записки несколько студентов случайно пострадали, то братство воспользовалось этим и стало активно распространять слухи по колледжу: якобы есть некий Ворон, который и решает, кому учиться дальше, а кому нет. А все несогласные будут тем или иным способом изгнаны из «Корвус Холла».       - А кто выбирал жертву? – спросил Сяо Чжань.       - Нынешний глава братства, - ответил Ибо. – То есть я. Не думаю, что есть причина дальше скрывать это.       - Нда, не зря меня так легко приняли. Никто не захотел спорить с главой.       - Захотел. Один голос был против.       Ибо по-прежнему не смотрел на Сяо Чжаня. Может, боялся растерять остатки смелости, а может по какой-то еще, только ему ведомой причине.       - За это не упрекаешь? – поинтересовался он.       - Нет. Староста, глава братства. Можно было догадаться.       Немного помолчав Ибо продолжил свой рассказ. Он не желал причинять вред кому бы то ни было, надеялся отделаться только записками, но дальше ситуация вышла из-под контроля. Юйчэнь не то что бы ему не нравился, но, находясь постоянно рядом, он с легкостью понял, что Ибо состоит в братстве. Он также грозился все рассказать ректору, если его не примут. Пришлось пойти на крайние меры и сказать, что лучше бы Юйчэню вернуться домой, если он не хочет закончить учебный год в больнице. Староста умел быть очень убедительным на словах, к тому же дальнейшая судьба бизнеса семьи Юйчэня напрямую зависела от родственников Ван Ибо. Сосед не был глупым мальчиком и при первой же возможности покинул территорию колледжа.       - А где же он сейчас? – спросил Чжань.       - Полагаю, сидит дома и не смеет даже носа на улицу высунуть, - пожал плечами Ибо. – Поэтому его родители и не подают заявление о пропаже. Зачем искать того, кто рядом?       - С чего же тогда все взяли, что его похитили?       - Это все Цзи Ли. Он так перепугался и решил, что мой сосед похищен. Я же никого не поставил в известность, что хочу избавиться и от него.       - Значит и та записка, которую мы нашли, была написана тобой?       - Нет, - мотнул головой староста. – Я не знаю, кто ее написал. Могу лишь предположить. Мой заместитель давно хотел подняться выше, а тут, после гибели Мо Сюаньюя, расследование предыдущих дел получило новый толчок. Полагаю, он не стал бы упускать такой шанс избавиться от меня.       - Думаешь, это он подложил тебе записку?       - Уверен. Больше некому, остальные беспрекословно слушались меня во всех вопросах.       Последние слова Ибо заставили Чжаня задуматься. Если все так и есть, а он очень хотел в это верить, то выходило, их предположение с самого начала было верно: за записками стоял один человек, а за убийством - другой. Он ведь сразу видел, насколько по-разному действовали эти люди. Чжаню безумно захотелось встретиться со старшим следователем и все ему рассказать, закрыть часть с записками и так называемым «похищением» и приступить к действительно важным вещам – гибели Сюаньюя.       - Пэн перед праздниками говорил, что нашел здесь цепочку, - Сяо Чжань решил задать последний значимый для него вопрос. – Из всех студентов только ты проводишь здесь почти все свое свободное время. Она же не могла быть у тебя все эти месяцы, а на днях случайно выпасть?       - Нет, у меня ее не было, - твердо ответил Ибо и впервые за долгое время посмотрел прямо в глаза. – Ты мне веришь?       - Я-то верю, - приобнял его Чжань. – Но поверит ли полиция, вот в чем вопрос.       - Наплевать на остальных – если ты веришь, значит все в порядке.       - А Хэ Пэн знал о твоих планах? – где-то в глубине сознания у Сяо Чжаня начала формироваться теория. – Ну, я про то, что это именно ты указываешь на следующую жертву, и что ты причастен к исчезновению своего соседа.       - Он мой заместитель не только в делах курса, но и братства. Полагаю, сложить два и два он мог. Обычно мы с ним вместе решали, кто следующий. Я предлагал, а он соглашался или нет. Чаще нет, но не суть.       - Хорошо. Точнее не очень, но, - Чжань запнулся. – Дай мне пару минут. Мне надо подумать.       - Как скажешь.       Следователь встал и начал нервно ходить вокруг Ван Ибо, что-то говоря себе под нос. Пару минут он спорил сам с собой, предлагая и опровергая свои же догадки, а потом внезапно произнес:       - Думаю, тебя действительно хотят подставить. Хэ Пэн знал твои методы борьбы с нежелательными студентами, понял, что ты избавился от соседа. Он завидовал тебе, хотел занять твое место. К тому же его парень лип к тебе. Не могло ли случиться так, что он убил Сюаньюя, не важно, преднамеренно или случайно, и решил спихнуть это дело на тебя? Отчего-то же цепочка оказалась у него. Вспомни, мы нашли бусину на чердаке, а Хэ Пэн, по его словам, нашел цепочку в этой комнате.       - Думаешь, все это время он держал цепочку у себя и вытащил ее на свет только сейчас?       - Да. Заметь, он как бы нашел ее только после того, как у нас запросили образцы биоматериала. Скажи, твоя ДНК могла остаться на той цепочке? Может ты держал ее, помогал застегнуть или случайно нашел и вернул однокурснику?       - Нет, ничего такого не было. Сюаньюй таскал ее на шее не снимая.       Посмотрев под таким углом на сложившуюся ситуацию, Чжань понял, как невыгодно все складывается для Ван Ибо. Прямых доказательств того, что однокурсника убил Ибо – нет, однако, хватало косвенных. А если следствию станет известно от кого-то постороннего, что староста и Ворон – это один и тот же человек, и именно он указывал, кого запугивать, то станет еще хуже. Сяо Чжань сомневался, что Хэ Пэн молчит из-за желания не выдавать Ибо, вероятно, у него есть на это причины.       - Предлагаю все рассказать следователю, - принял решение Сяо Чжань. – Если ты не хочешь в это время быть один, то я могу пойти вместе с тобой.       - Я признаюсь, но с одним условием, - серьезно произнес Ибо.       - Каким?       - Когда все закончится, ты пойдешь со мной на свидание.       

***

      Передать полученную информацию старшему следователю удалось только через несколько дней, когда все студенты и персонал вернулись в «Корвус Холл». Коллега долго и витиевато ругался в телефонную трубку, пару раз назвал Чжаня «идиотом», но на удивление легко принял его версию о наличие в колледже двух преступников. Он также пообещал навестить родителей Цао Юйченя и посильнее надавить на них, возможно, после этого они признаются, где на самом деле прячется их сын.       - Что будет с Ибо? – Сяо Чжань не мог не волноваться о любимом.       - Думаю, ничего серьезного, если он честно во всем признается, - постарался успокоить его коллега. – Запугивание, конечно, очень плохая идея, но если все остальное не его рук дело, то в суде ему нечего будет предъявить.       - Он признается, обещаю.       Из центральной лаборатории пришел ответ, что им успешно удалось выделить два образца ДНК с кожи погибшего: основной принадлежал Мо Сюаньюю, а второй – тому, кто ударил его незадолго до смерти. И сейчас сотрудники лаборатории сравнивали полученный образец с образцами биоматериала от студентов.       Найденную цепочку Хэ Пэн действительно принес на выходных к старшему следователю. В показаниях он написал, что нашел ее в танцевальном классе возле скамеек, где студенты обычно оставляют личные вещи на репетициях. Он был уверен, что в день гибели цепочка с бусиной, как обычно, была на шее Сюаньюя. А на вопрос следователя, отчего же она тогда пропала, ответил – ее забрал тот, кто убил моего парня. Заместитель настаивал - убийцей мог быть только Ван Ибо. С его слов выходило, что староста видел, как Хэ Пэн и Мо Сюаньюй ссорились в тот день, видел, как Сюаньюй пошел один на чердак. Позже он дождался, когда Пэн уйдет в свою комнату, а сам проследовал за его парнем и убил, а цепочку оставил себе. Затем он спустился на третий этаж и закрылся в душевой для старост, обдумывая случившееся. Вероятно, он решил не избавляться от цепочки по каким-то причинам, может не смог этого сразу сделать, а потом и вовсе забыл про нее. Однако, утратив бдительность, выронил в танцевальном классе. Ведь все знают, что только Ибо проводит там почти все свободное время.       - Ибо клянется, что не желал ничьей гибели. И я склонен ему верить, - вступился за старосту Сяо Чжань.       - Понимаешь, тут такое дело.., - замялся Ван Ичжоу. – На цепочке, точнее в ее замке, запутался светлый волос.       - Нет.       - Что нет?       - Я не верю, что это Ибо, - Чжань однажды видел цепочку, и никаких волос на ней не было, в этом он был твердо уверен. - Хотите взять у него волосы на анализ?       - Хотим. Завтра официально запросим их.       - Вы уверены, что это его? – на другом конце провода с полминуты была тишина.       - Наш эксперт говорит, что волос точно человеческий, окрашен, но луковицы не сохранилось, ДНК нельзя выделить.       - Да мало ли чей он может быть тогда! – Чжаню было трудно поверить, что его сосед причастен и к этому.       - Поэтому для сравнения нам будут нужны волосы всех студентов, окрашенных в светлый. Ты много таких знаешь?       - Одного. Но, пойми, мне кажется – его хотят подставить.       Чжань рассказал коллеге о своих выводах. И о том, что Хэ Пэн завидовал Ибо, хотел занять его место и вполне мог подставить таким образом. Да и волос старосты было легко раздобыть, раз комнаты не закрывались.       На следующий день после разговора Ван Ичжоу опять лично посетил колледж. В этот раз он приехал с ордером на получение волос Ван Ибо для проведения экспертизы. Сяо Чжань из лекций помнил, что в ходе волосяной экспертизы сравнивался имеющийся образец с образцами, полученными от подозреваемых. Волосы брались в количестве пяти штук с разных областей головы, а эксперт в отчете оценивал их структуру, толщину, узор, то как они были отделены, наличие или отсутствие окрашивания. И в заключение говорил, с какой процентной вероятностью имеющийся волос принадлежит предполагаемому преступнику.       Чем больше об этом деле думал Сяо Чжань, тем сильнее убеждался, что Ибо невиновен. Наличие только его папиллярных узоров на записках, внезапно найденная в танцевальном классе цепочка со светлым волосом и, конечно же, показания Хэ Пэна. Создавалось стойкое ощущение, что его заместитель всеми силами пытался убедить полицию: за всем происходящим стоит один Ван Ибо.       - Я понятия не имею, откуда на цепочке Сюаньюя может быть мой волос, – тем же вечером обеспокоенно говорил Ибо. - Ты мне веришь?       - Да, - Чжань сидел рядом с ним и пытался успокоить. – Думаю, полиция во всем разберется. Ты, главное, честно во всем признайся следователю. А я попробую разговорить Пэна.       - Нет! Даже не думай! - глаза старосты широко распахнулись, и он положил одну руку на руки Чжаня. – Он, он… вдруг он сделает что-нибудь тебе, а меня не будет рядом. Обещай не лезть к нему.       Чтобы успокоить разволновавшегося Ибо, Чжань пообещал это, однако, для себя решил, что в безвыходной ситуации ему все-таки придется поговорить с заместителем.