В синеве неба и тепле солнца

      Возможно, когда-то в будущем он пообещает себе не выходить ночью в лес. Возможно, если отсюда выберется, заречется когда-либо идти на поводу у так называемых друзей, которые бросили — не пришли — на эту чертову поляну сегодня. Руки откровенно подрагивали, тело холодело и покрывалось мурашками, когда рядом начинали звучать подозрительные звуки.       Ужас, Венти никогда в жизни больше не будет смеяться с тех видео о походах в темный лес, где люди натыкались на что-то странное. Самое главное — идея, которая привела его одного из всей компании студентов в этот чертов лес. Идея простая. Показать свое мужество и вызвать одного из демонов на этой самой лысой поляне.       Свет луны напрягал, создавал уродливые очертания теней и будил внутри организма нарастающую панику. Ему бы свалить, уйти обратно той тропой, но было странно осознавать: потерялся, забыл с какой стороны пришел сюда. Ноги будто бы прирастали к земле, будто бы окутывались лианами и корнями деревьев, поднимающихся все выше и выше, касающихся открытой кожи щиколоток.       Венти вздрогнул, подпрыгнул в попытках сбросить напряжение и выдохнул. По крайней мере телефон может заснять его нахождение здесь. Он справится. Обязательно. Крик вороны, взлетевшей с ветки и промелькнувшей в открытом от деревьев окне неба, отозвался в груди очередным всплеском паники.       Вдох-выдох. Здесь и сейчас он находится один. Один в чертовом лесу, на непонятной поляне, где по рассказам из интернета призывали демонов и отдавали им на растерзание жертву. Еще раз, не отвлекаемся. Вдох-выдох. Кажется, сердце стало стучать меньше, успокаиваясь в след за мыслями. Венти покажет потом этим идиотам, что он молодец, что справился с такой простой задачей сам.       Парень делает шаг вперед, ощущая легкость в ногах, осматривает каменные плиты в центре поляны и стоящие по кругу свечи. Вдох-выдох. На плечах, ключицах и шее противное ощущение ползающих сороконожек, но это всего лишь его косички с выбившимися колючими волосками. Вдох-выдох. Венти ставит на один из камней телефон, начиная съемку, придирчиво осматривает ракурс и нервно смеется, вновь ощущая касания к лодыжкам. Просто трава, просто колосья.       Юноша сильнее укутывается в светлую толстовку, накидывает на себя капюшон, стараясь прижать волосы так, чтобы не было этих фантомных ощущений бегущих по коже насекомых, но чувствует, как на руку кто-то все же шустро переполз. Сверчок, стрекочущий на счет каких-то своих собственных дел. Всего лишь сверчок. Парень передергивает плечами, достает зажигалку и начинает создавать все нужное для его плана. Для их плана.       Последняя свеча загорается вспышкой пламени, Венти отпрыгивает от резкого потока стихии вверх и задумчиво осматривает территорию. Напрягает. Сильно. До дрожи в коленях. На столько сейчас уродливые тени стали жуткими монстрами, прячущимися в деревьях и кустах. Треск фитиля не делал ситуацию лучше. Ночная жизнь только-только начиналась.       Пламя жило собственной жизнью, перескакивая с одного камня на другой, встречаясь под дуновением ветра друг с другом, создавая тепло внутри это круга. Но тело вновь начала бить холодная дрожь. Все вокруг плыло. Треск сверчков, крики ворон и шум перепрыгивающего огня — все давило на сознание. Венти медленно отходил к центру, стараясь быть как можно дальше от происходящего.       Камера снимала все сбоку, опираясь на одну из свечей. Сейчас это уже не казалось гениальной идеей. Сейчас все стало походить на какой-то фильм ужасов. Венти с запозданием вспомнил о каменной плите в середине этого круга. Ощущая себя на холодной поверхности, парень с тяжестью в груди переставал понимать происходящее. Давление. Давление со всех сторон. Вновь путы оплетают ноги, руки становятся неподъемными, прирастая к каменной поверхности. Вокруг головы сжимается обруч. На грудь давит будто бы мешок с бетонной смесью. Венти делает вдох, второй, стараясь ухватиться за нужный ему сейчас воздух, стараясь не потерять себя в пространстве.       Внезапно все прекращается. Парень вскакивает, садится на плиту, вдыхая полной грудью, ощущая жжение на лодыжках и кистях рук. Шум в лесу как-то резко стих, оглушающей тишиной вбиваясь в пульсирующее сознание. Перед глазами плыло, пятнами темными расплескивалось море переживаний, бликами от огня ослепляя глаза. Кажется, здесь что-то не то. Он пытается встать, но на плечах ощущает чьи-то костлявые тонкие пальцы, ощущает на ухо, открывшееся от спавшего капюшона, ледяной шепот создания позади него.       Сердце пропускает удар, конечности холодеют, в горле застревает ком. Лишь бы он пережил эту ночь. И к черту этих друзей, даже видео отошло на второй план. Венти боялся, сжимаясь, стараясь выглядеть маленьким в этом огромном лесу на этой лысой поляне, незаметным. Огонь плясал, не давал ухватиться за тени ни свою, ни того существа, что находилось позади него.       — Как давно мне не подносили никого. — меж тем доносится до сознания повторяющаяся фраза. — Жертва. — кожи касается язык, скользкий, длинный, до омерзения странный.       — Отпусти. — Венти хотел быть убедительным, но срывается лишь еле слышимый писк, тут же заглушаемый перебравшейся на лицо когтистой ладонью.       В сознании одна мысль: «Спастись, сбежать». Но кто бы дал ему этот шанс. Осторожное касание сменяется сильным, резким рывком, обнажающем его, срывающим одежду, лохмотьями зацепившуюся за руки. Липкий, холодный страх лишает возможности двигаться, замораживает тело, закрепляет его. Существо позади него вновь аккуратно проводит по лицу, опускаясь когтями на грудь, где в бешенном ритме звонко бьется сердце. Теплое, человеческое, пугливое, хрупкое. Ладонь обводит левую часть туловища, когтями задевая тонкую кожу, надавливает на ребра особенно сильно и исчезает внезапно, оставляя после себя пульсирующие мелкие ссадины.       Венти почти не дышал, прерывистыми глотками заталкивая в себя воздух, стараясь вернуть всласть над телом, никак не ожидая, что после свободы его руки резко заломят назад и перевяжут оставшейся тканью, так удачно сковывающей движения. Плечи болели от растяжения, мешали думать, создавая путаницу в голове.       — Красивый. — шепот вновь раздается возле уха, вновь проходится склизкий язык по нему, вновь парень вздрагивает от возникших мурашек. Его наклоняют вниз, к ногам, прижимая к холодной земле.       — Отпусти. — заплетающийся язык не может ничего выдать нормального, путается.       Хриплый смех служит ему ответом, а после руки исчезают. Исчезает ощущение находящегося рядом монстра, исчезает ужас, сковывающий нервы. Венти выдыхает, пытается дернуть руками, освободить их, но лишь причиняет себе неудобства. На ногах виднеются петли корней, поднявшихся уже до икр, пульсацией сжимающих конечности, перекрывая вены и капилляры, не давая крови течь в нормальном ритме.       Парень всхлипывает, замечая бледные ноги рядом с собой, прямо перед лицом, не в силах поднять корпус. Его раскрывают как книжку, вздергивают наверх, почти отрывая ноги, цепями окутанные острыми корнями.       — Так не пойдет. — доносится до сознания, пока перед глазами продолжали плясать круги вспышек.       Его чуть опускают, разрешая самостоятельно держаться на ногах, стоять. Из завесы вспышек появляются янтарные светящиеся глаза, почти медовые, темнеющие за считанные мгновения. Притягивает, манит. Мысли вновь путаются, теряется положение в пространстве. И Венти с какой-то обреченностью осознает движение бегущих по телу лиан, достигающих уже торса. В тело впиваются сотни иглы, искрами боли проносится жжение.       Янтарь напротив приближается, не позволяя отвести взгляд ни на миг. Блеск клыков с запозданием отмечается сознанием как что-то незначительное. И в его пульсирующую артерию впиваются. Боль оглушает. Крик не вырывается из разорванного горла, куда тут же налетают несколько лиан и тонкие корни деревьев, впиваясь острыми шипами, начиная высасывать его жизнь, его суть.       Венти плакал беззвучно, отрешенно смотря на мигнувшую камеру телефона, где завершилась съемка, смотря на бледное тело существа, на его язвы и тонкие раны от тех же лиан. Кажется это конец. Венти в последний раз усмехается, проклиная себя за попытку доказать что-то тем дуракам, теряет сознание и опадает в руках вампира.       Еще одна дичь за сегодняшнюю ночь. Еще одна жертва за эти пару дней. Его паразиты отлично справляются с работой, завлекая людей в глубь леса. Блондин осматривает труп парня и усмехается, облизываясь. Этот даже сам себя ему посвятил. Вкусный.