Ещё вечность

      Тренировка закончилась. Натаниэль удовлетворенно снял с головы шлем. Сегодня он попытался выложиться на полную, несмотря на тело, которое болело при каждом движении из-за побоев Рико.       Тэцудзи жестом подзывает его к себе, призывая следовать за ним.        — На колени.       Холодный голос Тэцудзи рассекает воздух.       Натаниэль стоял перед ним и не собирался опускаться. Сколько лет уже прошло, а он ещё ни разу не встал на колени добровольно.       Жесткий удар приходится на плечо, заставляя Натаниэля закусить губу, чтобы сдержать рвущееся наружу шипение. Еще один удар.       Ноги подкашиваются, подводя их хозяина. Веснински падает на колени, ударяясь ими об пол.       — Сегодня ты плохо тренировался, — Тэцудзи смотрит свысока. Удар.       Натаниэль шипит от боли и сгибается, прижимаясь к полу.       — Если так пойдёт и дальше, мне придётся рассказать о твоих «успехах», — на последнем слове бледные губы Мориямы искривляются в усмешке, — твоему отцу.       Вот оно. Чувство беспомощности.       Натаниэль не мог противостоять Натану. Гребаный Тэцудзи это знал и при любом удобном случае давил на эту болевую точку.       — Ты меня понял?       Веснински бормочет что-то нечленораздельное в пол.       — Подними голову, идиот.       — Да, я понял вас, хозяин, — последнее слово Натаниэль чуть ли не выплевывает. Мерзко.       — Можешь идти.       Веснински входит в раздевалку, заставляя всех присутствующих замолчать на мгновение. Он ловит сочувствующий взгляд Жана и изображает подобие улыбки. В дальнем углу стоит Эндрю Миньярд — номер пять, новый член Воронов, прибывший в команду всего неделю назад. Миньярд провожает Натаниэля настороженным взглядом.

***

      — Почему бы тебе просто не выполнять то, что он просит? Изобрази покорную куклу и от тебя отстанут, — успокаивающий голос Жана обволакивает, помогая расслабиться. Моро заботливо наносит мазь от синяков на тело Натаниэля.       — Блядь, Жан, я не собираюсь потакать этому старику.       — Я устал зализывать тебе раны.       — Все вопросы к Рико.       Жан поджал губы.       — Как дела? — Натаниэль сменил тему.       — Серьезно? — Жан улыбнулся от абсурдности этого вопроса, — просто отвратительно.       — Как и всегда, — пожал плечами Веснински.

***

      Единственный плюс быть сыном мясника — возможность выходить из гнезда, не спрашивая позволения у Тетсуи.       Натаниэль быстро взобрался по винтовой лестнице на крышу какого-то дома. На его месте уже кто-то сидел. Это был Миньярд, он сидел, свесив ноги и держа в пальцах сигарету. Натаниэль опустился рядом, прижав колени к груди.       Несколько секунд они сидели в тишине. Молча Эндрю протянул Веснински сигарету, предлагая затянуться. Вдох       Натаниэль втянул едкий дым и откинулся назад, прислоняясь спиной к крыше. Взгляд переместился на небо, начиная уже по привычке искать созвездия. Тело начало расслабляться под действием никотина. Миньярд бросил на него короткий взгляд и отвернулся продолжая смотреть вдаль.       Кто вообще разрешил Эндрю выходить за пределы гнезда? Или у него тоже были свои привилегии?       Натаниэль поднялся и отдал сигарету обратно. Миньярд сделал одну затяжку.       — Как ты выходишь из «Гнезда»? — вопрос прорезает устоявшуюся тишину.       — Скажем так, — Эндрю выдохнул облачко дыма, — давление на Рико даёт свои плоды.       Натаниэль усмехнулся. Как Эндрю удалось найти нужные рычаги, на которые нужно нажимать, всего за неделю?       Оставшееся время они провели в тишине.

***

      Кровь громко стучит в голове. Нога, в которую несколько минут назад влетела пуля, пульсирует и отдаётся болью с каждым шагом. Тяжелый бронежилет, который не подходит по размеру, замедляет движения. Нил чувствует, что не успевает.       Не успевает. Не успевает.       Сзади слышится очередь выстрелов. Мэри Хэтворд, бегущая за ним подгоняет его гневными криками и отстреливается от преследователей найденным пистолетом.       Пистолет против парочки вооруженных убийц. Смешно.       В этот раз им не выжить. Это уже точно.       Впереди виднеется припаркованная машина. Внутри сидит мужчина. Нил со всей скорости врезается локтем в стекло машины. Осколки брызгами летят в лицо мужчины, попадая в глаза. С криком он выбегает из салона, оставляя внутри ключ зажигания.       То, что нужно.       Игнорируя адскую боль в ноге, Нил пытается залезть в образовавшееся отверстие. У него получается. Он судорожно поворачивает ключ, заводя машину. Мэри запрыгивает сзади, держась рукой за бок. Пальцы рук окрашены кроваво красным цветом. Нил оборачивается и с ужасом видит, как ещё больше крови пропитывает одежду вокруг раны.       — Езжай, придурок!! — рявкает Мэри, кривясь от боли.       Нил вжимает педаль, что есть силы. Машины, свистя покрышками, разворачиваются и на огромной скорости едут вперёд.       Заднее стекло подвергается обстрелу. Пуля, пробившая стекло, врезается в мизинец Нила. Он шипит от боли. Пуля застревает под кожей мешая сжимать руль.       — Открой окно! — кричит Мэри с заднего сиденья.       Нил морщась от боли в ноге нажал на кнопку открытия окна. Мэри на половину высовывается из машины и целится пистолетом в шины нагоняющей их машины.       Выстрел. Выстрел.       Машину людей мясника затормаживает. Мэри Хэтворд выиграла несколько секунд.       Нил прибавляет скорости и они выбиваются вперёд, постепенно отрываясь от преследователей.       — Останови машину, — сзади раздаётся слабый голос Мэри.       Нил послушно делает несколько запутанных поворотов, и в конце поворачивает на какой-то пляж. Выходит из машины.       — Мам…? — он думал она выйдет.       Нил открывает дверь машины. Мэри лежит на заднем сиденье. Если приглядеться, можно увидеть растекающееся бурое пятно под ней.       — Мам? — голос дрогнул.       Мэри слегка поднимает голову.       — Нил, пообещай мне, что продолжишь бежать. Пообещай мне, что никогда не станешь таким, как твой отец. Пообещай мне.       — Обещаю, — выдохнул Нил. — Мам, зачем ты сказала мне остановиться? <i>Тишина. Он не слышит ее дыхания.       — Мам? — паника тихо, почти неслышно подкрадывается обнимая за плечи. — Давай, мам, вставай, дальше мы побежим. Нил нагибается и пытается поднять Мэри с сиденья.       Оглушительный хруст. С таким звуком застывшая кровь отрывается от кожи сиденья.       Она не двигается.       — Мама! — Нилу становится страшно. Он проверяет пульс, как она его учила. Ни-че-го. Тишина. Мэри мёртва. Ну может... может это ошибка? Может быть..       Нил начинает трясти ее       — Мама! Мама! Пойдём, мам! Пожалуйста! Мам... — последние слова утопают в рыданиях мальчика.       Сзади слышатся какие-то звуки. Нил не обращает внимания. Она умерла. Умерла. Умерла.       Кто-то подходит сзади и больно хватает за волосы.       — Где она?! Где эта шлюха?! Забрала деньги и сбежала, оставив тебя здесь?! — чужое дыхание опаляет кожу. Нила бьют головой об машину, чтобы он быстрей отвечал.       — Она мертва... — Нил указывает дрожащей рукой в салон машины.       — Тем лучше, — это была Лола. — Ромеро, тащи бензин.       Малкольм возникает рядом и начинает щедро поливать машину бензином, при этом тратя почти пол канистры на труп Мэри.       Понимая, что они собираюсь сделать, Нил начинает брыкаться в хватке Лолы.       — Нет, нет! Пожалуйста, не надо!       — Заткнись, — рявкает Лола, давая ему крепкую пощечину.       Ромеро поджигает бензин. Нил видит, как огонь медленно пожирает машину с телом матери внутри. Глаза наполняются слезами. Он пытается отвернуться.       — Ну, что же ты, — Лола сжала его лицо в своей ладони, — смотри, как горит тело твоей мамаши. Смотри, как с каждой секундой от неё ничего не остаётся. Смотри, ублюдок, на смерть этой стервы, смерть, которую она заслужила.       Лола до боли сжала его щеки, заставляя наблюдать, как огонь облизывает останки его матери.        — Твой папочка будет рад хорошим новостям, —ухмыльнулся Ромеро. О да, он будет очень рад.       — Ну, а теперь давай займёмся тобой, — Лола достаёт нож из кармана и начинает в предвкушении улыбаться.       Нил до боли прикусывает внутреннюю сторону щеки. Сбежать. Сбежать. Сбежать.       Боль пронзает его тело.       Лола оголяет его плечо и вставляет в него нож, начиная вертеть в разные стороны, причиняя адские мучения.       — Терпи, малыш. Если будет совсем больно, — сзади Ромеро издаёт издевательский смешок — можешь начинать кричать. Ведь теперь тебя уже никто не защитит. </i>       Натаниэль проснулся от собственного крика. Этот кошмар с его двенадцатилетней копией снился ему очень часто. Холодные пальцы судорожно сжимали жесткую подушку. Дыхание сбилось. Простыни под ними были пропитаны потом.       Сбоку послышалось недовольное сопение. Своими кошмарами он разбудил Жана.       — Нейт..? — раздался хриплый голос Моро. — Опять кошмары?       — Да, — Натаниэль сглотнул комок в горле. Дыхание постепенно восстанавливалось.       — Все хорошо? Хочешь, лягу с тобой?       Такой трюк они проделывали уже много раз.       — Спи. Я уже в порядке.       — Может выпьешь снотворное? У меня есть, — голос Жана был пропитан волнением и заботой.       Натаниэль согласно кивнул. Жан потянулся рукой под кровать, доставая аптечку. Спустя несколько секунд Моро протянул ему стакан воды белую круглую таблетку. Натаниэль сделал глоток воды, запив снотворное. Таблетка подействовала успокаивающе, будто тёплое одеяло, обволакивающее тело.       — Спокойной ночи, — Жан вернулся в постель и накрылся одеялом до самого подбородка.       — Спокойной ночи.       И так было всегда. Натаниэлю снились кошмары, Жан успокаивал его. Жану снились кошмары, Натаниэль помогал ему забыть их.       Натаниэль со скукой оглядывает комнату, в которую уже сегодня к нему должны подселить нового ворона. Мысль о том, что придётся делить своё пространство с кем-то посторонним, приводила в ужас. Но, увы, в Эвреморе главенствовала парная система и Натаниэль не мог стать исключением.       За дверью послышались шаги. За три года пребывания в гнезде Веснински научился различать приходящих по звукам их шагов. Быстрые и отрывистые. Рико. Торопливые, Кевин. Медленные, почти шаркающие, наверное, это и есть новый ворон.       Дверь распахнулась. На пороге весь в чёрном стоял Рико, позади, словно бесшумная тень, облокотился на дверном косяке Кевин. Ещё один человек скрывался за спинами пришедших.       — Натаниэль! — Рико приветственно улыбнулся. Быть может если бы Веснински отшибло память, он бы счёл это за проявление дружелюбия, но к счастью, он четко помнил, что избивая его, Рико улыбался точно также. Кевин пропустил вперёд нового соседа Натаниэля. Это был высокий Брюнет. — Жан моро, это Натаниэль Веснински, Натаниэль, это Жан. Познакомились? Вот и славненько. — Рико усмехнулся.       — Кевин, — Морияма щелкнул пальцами, — пошли отсюда.       Кевин также бесшумно, как и вошёл, скользнул за Рико, оставляя Веснински наедине с Жаном. Моро не понравился Натаниэлю сразу. Глуповатый на вид и наверняка жутко неуклюжий, он будет только мешаться.        Веснински натянул на лицо маску безразличия. Первым на контакт он идти не собирался. Жан неловко потоптался на месте, нарочно не смотря на Натаниэля.       — Ну, будем знакомы, — наконец выдавил он и с некоторой опаской протянул Нейту ладонь. Натаниэль скептически посмотрел на Жана, искривляя губы в подобии улыбки.       — Привет, — слово просто сочится обилием сарказма.       Моро боязливо одергивает руку и делает шаг назад.       — Давай уясним, — Натаниэль подходит ближе, но соблюдая дистанцию, — теперь мы работаем в паре. Твои промахи — мои промахи. Я не собираюсь огребать от хозяина из-за тебя. И не собираюсь становиться с тобой друзьями. Просто напарники. Не мешаешь мне. Не мешаю тебе.       Жан аккуратно кивает головой.       Отлично. Есть контакт.

***

      Может быть взаимное игнорирование не самый лучший способ начать сплочённо работать, но, по крайней мере, это было удобно. С Жаном Натаниэль перекидывался парой слов на тренировке. В комнате ничего. Тишина. Таким образом работали в паре они все хуже и хуже. Своей неопытностью Жан тянул Веснински вниз, а Натаниэль в свою очередь продолжал кидаться язвительными фразочками в сторону Моро.       Рико видел это. Его это раздражало. Причём очень сильно.       Перед одной из тренировок Рико поймал Жана в коридоре. Со злым рычанием он схватил Моро за шиворот, и, свалив с ног, потащил за собой. Несмотря на высокий рост и крепкое телосложение Жан был абсолютно беззащитен, зная, что сопротивляться бесполезно он обмяк в руках Рико, позволяя тащить себя куда угодно.       Морияма пинком открыл дверь в свою комнату. На кровати у стены от испуга подпрыгнул Кевин. Видя, кого притащил Рико, Дэй бросил сочувственный взгляд на жертву. Жан его не увидел, он был занят делами поважнее.       — Ты, блядь, со своим Веснински. Вы раздражаете меня! — Рико схватил Моро за волосы, несколько раз дёрнув. Жан испуганно зашипел. В глазах заиграли десятки звёзд. Рико поднял голову, приложив ее об стол. Кевин со своего места вздрогнул. Морияма приложил Жана ещё, ещё и ещё.       — Хватит, — раздался слабый голос Дэя. — Прекрати, Рико. Ты убьешь его.       Моро всхлипнул. Кровь стучала в висках гулко отдаваясь во всем теле.       — Так даже будет лучше, — выплюнул Рико. — Лучше уж приставлю гребанному Натаниэль новую пару, чем ещё раз взгляну на эту французскую потаскуху на поле. Они не могут работать вдвоём. Я уже заебался смотреть на их жалкие попытки работать друг с другом.       Моро свалился на пол. Его взгляд упал на тяжелые чёрные ботинки Рико. Наверняка если дать ими по рёбрам будет очень больно. От своих мыслей его отвлекла жгучая боль в районе носа. Морияма довольно хмыкнул. Носок чёрного лакированного ботинка врезался в идеальный нос француза. Кровь слегка испачкала обувь.       Кевин прерывисто дышит от волнения.       — Можно я…мне... — Дэй подрывается с кровати.       — Стоять, — Рико смотрит прямо не мигая, вселяя страх.       Удар       Жан задыхается. Носок ботинка врезается под ребра. Что ж, он был прав, это чертовски больно.       Удар       Изо рта француза вылетает сдавленный хрип. Из сломанного носа течёт кровь.       Еще удар. Еще. Еще.       Наконец Рико останавливается.       Он, брезгливо морщась, наклоняется к Жану. Так, чтобы Моро видел его лицо. Морияма берётся двумя пальцами за сломанный нос, сдавливая. Жан начинает поскуливать. Рико приближает его лицо к себе.       — Если сегодня я увижу тебя в медпункте, то на тренировку пойдешь со сломанными пальцами. Передай Натаниэлю. Пусть сам тебя залечивает. Может, тогда хоть подружитесь. Понятно?       — Х-хорошо, — Моро сглатывает. Рико слегка вертит его лицо, все ещё держась пальцами за нос, причиняя боль. — Хватит... П-пожалуйста, — хрипло выдавливает Жан.       — Выметайся, — Морияма отворачивается, теряя интерес к своей игрушке.       На трясущихся ногах Жан выходит из комнаты.

***

      Натаниэль сидит в комнате, смотря в одну точку на стене. Жан не появляется подозрительно долго. Ужин давно закончился, а француза все нет. Оставалось надеяться, что его не подцепил Рико, ведь от полумертвого Жана пользы в разы меньше чем от живого.       Дверная ручка медленно поворачивается, будто пришедший хочет издать как можно меньше шума. Натаниэль внутренне напрягается. Лицо приобретает привычно безразличное выражение. В комнату вваливается Жан. Футболка залита кровью. Нос вывернут в неестественном угле. Француз опирается на дверной косяк, тяжело выдыхая.       — Можешь помочь мне…с этим, — он показывает на себя рукой.       — Сходи в медпункт.       — Рико запретил.       В комнате повисла тишина.       — Это его, такой своеобразный способ сблизить нас. Он сказал, что если я пойду в медпункт, то останусь со сломанными пальцами.       Натаниэль сцепил челюсти. Чертов Рико. Как же он заебал.       — Где аптечка? — спрашивает он со вздохом.       — У меня под кроватью.       Жан сел рядом с Натаниэлем устало прислонившись к стене.       — Сними футболку, — скомандовал Веснински. Жан повиновался, оголяя синие гематомы оставленные Рико.       — Ты сможешь сделать что-нибудь с моим носом? — каждое слово давалось с трудом. Любое движение губ отдавалось болью.       — Дай посмотреть.       Натаниэль аккуратно ощупал нос Жана.       — Давай, я попробую его вправить. Не уверен, что поможет, но надо попробовать.       Веснински всего один раз видел, как вправляли носы. Точнее, это делали ему самому.       Аккуратно взяв пальцами нос Жана, он повернул его в бок, желая вернуть в изначальное положение. Моро зашипел от боли. Кровь перестала течь.       — Спасибо, — тихо пробормотал француз.       Несколько мгновений, пока Натаниэль доставал вату стояла тишина.       — Как ты попал в гнездо? — Жан поднял глаза на Веснински.       — Я... — Натаниэль прочистил горло. — Когда мне было десять моя мать, прихватив меня и 5 миллионов долларов, сбежала от моего отца. Через три года его люди нашли нас. Маму убили, а меня вернули сюда.       — Мне жаль, — сочувственно произнёс Жан, — меня продали мои родители. Они задолжали Мориямам крупную сумму, не смогли выплатить и отдали меня вместо денег.       Натаниэль удивленно выдохнул. Он-то думал, что Жан приехал сюда по собственному желанию.       Теперь Веснински взглянул на Моро под другим углом. Француз поднял голову и изобразил подобие подбадривающей улыбки. Натаниэль улыбнулся краешком губ.       Теперь они начали понимать друг друга.