Ещё вечность

      В детстве Натаниэлю сказали, что чужое трогать нельзя. Урок о неприкосновенности к чужому Нейту провел Натан Веснински на пару с Лолой. Это случилось ещё до того как Мэри успела вытащить Натаниэля из Балтимора.       Рождественский запах елки витает в воздухе. Натаниэль с наслаждением вдыхает призрачное присутствие праздника. Конечно же, он знает, что вся эта суета чистой воды показушный спектакль. Уже через несколько часов в дом вернётся привычное ощущение безвыходности и страха. А пока Натаниэль всеми силами цепляется за мимолетное ощущение праздника.       В гостиной стоит большая пышная елка. Под ней куча подарков. Другой ребёнок бы сразу же бросился туда, чтобы открыть их, но за шесть лет жизни Нейт выучил, что под елкой лежат пустые коробки, обёрнутые пестрой бумагой. По дому разносились приглушённые крики отца на маму. Так происходило каждый день. Натаниэль уже привык.       Сегодня его задача была вести себя тихо и если придут какие-нибудь гости, нужно изображать счастливого ребёнка. Что ж, это было относительно несложно.       Натаниэль устало вздохнул. Прошёлся от стены до стены.       Коробки в оберточной бумаге соблазнительно блестят в свете люстры. Мальчик бросил короткий взгляд на них.       А что если всего одну...       Что если в этот раз в коробке что-то лежит? Что если этот год станет исключением?       За свою, пока что, короткую жизнь Натаниэль ещё не усвоил: что ни в этот, ни в любой другой год он ничего не получит, в лучшем случае — холодное поздравление от родителей, в худшем — вечер наедине с Лолой и ее арсеналом оружия.       Детское любопытство взяло вверх. Постоянно поглядывая на дверь, Нейт осторожно подошёл к ёлке. Он взял коробку, что была завернута в зелёную блестящую обертку. Немного дрожащими руками, предвкушая маленькое чудо, мальчик развернул подарок.       Ничего. Пустота.       Конечно Натаниэль ожидал чего-то такого, но он не был готов, что его ожидания подтвердятся. Дурак, обозвал он сам себя за глупые мысли.       Массивные двери бесшумно открылись.       Натаниэль обернулся. Кровь отхлынула от лица, а сердце начало биться чаще. На пороге стоял Натан Веснински.       О Боже, отец убьет его.       Натан вцепился холодным взглядом в Натаниэля. Его губы были сжаты в одну линию, выражая злость.       — Натаниэль, — произнёс он. Это слово взорвалось тысячами осколков. Только оно одно означало, что впереди мальчика ждёт что-то ужасное. Нейт боязливо вжал голову в плечи.       — Кто разрешал тебе трогать коробки? — отчеканил Натан, подходя к сыну. — Кто разрешал, спрашиваю я тебя, — спросил он еще опаснее.       — Я… — начал было Натаниэль, но тут же понял: оправдываясь, он навлекает на себя ещё большую бурю.       — За мной, — скомандовал Натан.       Натаниэль покорно пошёл за ним. Веснински привёл его в свой кабинет. Здесь пахло табаком и ещё чем-то слегка уловимым, чем-то, с чем ассоциировался Натан у Натаниэля.       — Что ты должен был делать? — ледяным тоном спросил отец.       — Мне нужно было вести себя тихо, и не высовываться, — тихо пролепетал Натаниэль.       — А что сделал ты? — рявкнул Натан.       Мальчик вздрогнул и опустил виновато глаза. Больше всего он боялся своего отца в ярости. Под действием злости Натан совершенно терял голову, он не мог контролировать свой гнев.       — Я… я открыл подарок под елкой, — заикаясь, тихо ответил он.       — Именно, идиот. Сегодня в дом приходили федералы. Вынюхивали и искали что-то. Ты тут же не причём? Если я узнаю, что ты вместе со своей тупой мамашей что-то замышляешь, то я убью ее первой на твоих глазах. А потом и тебя. Понял?       — Да, — онемевшими губами проговорил Нейт.       — Если. Я. Ничего. Не. Говорил. То. Делать. Не. Нужно! — громко и с расстановкой сказал Натан. Натаниэль кивнул, все ещё смотря в пол.       — Отлично, — процедил Отец. — Лола ждёт тебя внизу.

***

      Жгучая боль обожгла тело. Натаниэль зашипел. На глазах выступили слезы. Раскалённый металл впечатался ему в плечо. Лола, держа в руках утюг ядовито улыбнулась.       — Приятно? — ухмыльнулась она.       Нейт закусил губу. Он почувствовал запах паленого мяса. Боль словно изголодавшееся животное вгрызалась в него. Натаниэль пытался сдержать крик, он знал, что если издаст хоть звук, то будет ещё хуже.       Лола подвигала утюгом взад-вперёд, специально доставляя ещё большие мучения.       — Скажи, что усвоил урок, — прошипела Лола, — нельзя ничего делать, пока не дали команду.       — Да! Я усвоил, — задыхаясь, выкрикнул Натаниэль. — Да! Да!       Лола ещё раз вдавила утюг в кожу, прежде чем убрала его.       — Пойду скажу твоему отцу, что ты все понял, — оскалившись сказала она. Натаниэль тяжело опустился на пол. Поскуливая, он улёгся на спину. Все тело горело, а боль продолжала глодать плечи.       В тот день Нейт понял, что если есть «чужое», то есть и «своё». Своим Натаниэль считал Жана. Ещё когда Жан только появился в гнезде, они пообещали, что будут оберегать друг друга.

***

      Натаниэль сплюнул накопившуюся от удара в челюсть кровь. В этот раз Липман зашёл слишком далеко. На губах Веснински тут же расцвёл кровожадный оскал. Где-то позади тихо поскуливал Жан, прижимая к груди искалеченную руку. Ублюдок Джеймс успел сломать Моро несколько пальцев, перед тем как в одном из закоулков гнезда их нашёл Натаниэль.       С глухим рычанием Веснински подошел к тому, кто посмел тронуть Жана. Третьекурсник Джеймс Липман. Опережая его на доли секунд, Натаниэль прижал Джеймса к стене, держа за горло стальной хваткой.       — За время, проведённое здесь, ты до сих пор не выучил, что трогать чужое здесь запрещено? — прошипел Нейт на ухо Липману.       — Отъебись, Веснински, — выплюнул Джеймс, стараясь выбраться.       Натаниэль усмехнулся и взял двумя пальцами Липман за нос.       — Нельзя. Трогать. Мое! — после каждого слова пропитанного ядом следовал удар затылком о стену. Джеймс сдавленно шипел. Закончив говорить, Натаниэль брезгливо отдёрнул руки, и Липман безвольной куклой упал на пол.       — Уебок, — процедил Веснински, плюя к ногам Джеймс.       Нейт подошел к Жану, который с ужасом осматривал свои опухшие пальцы. Молча Веснински поднял француза с пола и обнимая за плечи повёл его в их комнату.       Когда они пришли Жан отошёл от Натаниэля, бросив на него внимательный взгляд.       — Нейт, тебе не обязательно забивать кого-то до смерти, чтобы защитить меня. Я и сам могу постоять за себя.       — Но сегодня ты не сделал этого, — ровно возразил Натаниэль.       — Я не успел среагировать. Джеймс подловил меня и одним ударом опрокинул на пол.       Натаниэль нахмурился. Оправдания Жана начинали раздражать.       — Какие пальцы он тебе сломал? — быстро перевёл тему Нейт.       — Указательный и средний, — француз выставил перед собой правую руку, показывая опухшие пальцы.       — Скорее всего гипс тебе не наложат. Тэцудзи потребует, чтобы ты играл так. Ты же левша? — после утвердительного кивка Натаниэль продолжил: — Значит будет чуть легче. Иди в медпункт и попроси лёд.       — Хорошо, — Жан пожевал губу, явно что-то обдумывая, а после выпалил: — Спасибо, что помогаешь.       Натаниэль ничего не ответил. Ему было жарко и хотелось сделать глоток свежего воздуха. Он вышел из комнаты, оставив Жана внутри зализывать раны. В крови Нейта бурлил адреналин, ему надо было сделать что-нибудь, что-то, что поможет справиться с эмоциями. Пройдя прямо, он остановился перед одной из дверей. Не церемонясь, он открыл ее. Внутри сидели Рико и Кевин.       — Привет, Натаниэль! — Рико приторно улыбнулся, — что же, твоего французского ублюдка сегодня побили, да? Опять пришёл разбираться? — насмешливо начал он.       Нейт до скрипа сцепил челюсти.       — Это ты попросил Джеймса сломать Жану пальцы?       — Да, — резко ответил Рико, смотря Натаниэль в глаза.       — Если ещё раз ты так сделаешь, то я размозжу твою башку об стену, — рявкает Натаниэль.       Кевин ошеломлённо смотрит на Веснински. Ну конечно, Дэю и в голову не придёт что Рико можно ответить, вместо того, как просто трусливо смотреть в пол.       Морияма наклоняет голову и хищно улыбается.       — Ой-ой, кого-то вывели из себя. Неужели Здоровье нашего Моро для тебя так важно?       — Только попробуй тронуть его пальцем! — Натаниэль рывком подходит к Рико и кулаком бьет его в челюсть.       Морима поднимает злобный взгляд на Нейта. Его губы дрогнули и изогнулись в кривой линии. Рико встал почти вплотную к Натаниэлю.       — Сделаешь так ещё раз и будешь собирать кишки Моро по всему гнезду, — прошипел Морияма, наклоняясь к Нейту.       Взгляд Натаниэля почернел. Он сжал кулаки до бледных полумесяцев на ладонях.       — Убирайся, — выдохнул Рико, показывая пальцем на дверь, — иначе, в следующий раз Моро получит столько синяков, сколько минут ты тут ещё простоишь.       Нейт скрипнул зубами. Колкое выражение вертелось на языке, но Веснински удержал себя от ответа. Лучше уж он будет ходить с Жаном за руку и не выпускать из виду, чем опять собирать по частям, как делал ранее.       Кинув на Рико ледяной взгляд, он вышел из комнаты.

***

      Каждое последующее отжимание казалось невероятно сложнее предыдущего. Счет был утерян, но реакция тела говорила сама за себя. Слишком долгое количество времени Натаниэль заставлял руки согнуться ещё и ещё.       Сегодня Тэцудзи решил заняться физической подготовкой Воронов. Отложив на потом тренировки с клюшками и мячами, он заставил команду делать бесчисленное количество подходов отжиманий, приседаний, и тому подобное.       Пот крупными каплями стекал по лицу. Натаниэль учащенно дышал. Наконец раздался свисток Тэцудзи.       — Тренировка окончена, — тренер обвёл выдохшуюся команду оценивающим взглядом, — увидимся на вечерней тренировке.       Темной недружной массой Вороны поплелись в раздевалку.       Помывшись Натаниэль вместе с Жаном пошли на завтрак. Моро, скривившись, уставился на содержимое своей тарелки.       — Ненавижу овсяную кашу, — с отвращением сказал он.       Предпочитая игнорировать эту реплику, Нейт вздохнул. Из года в год он наблюдал эту картину почти каждое утро. Мимо их стола прошёл Эндрю Миньярд. По привычке Натаниэль поймал взглядом светлую макушку и тут же потерял из виду. После того как они вместе курили на крыше, Натаниэль нигде не пересекался с Миньярдом, кроме как на тренировках. Нейт медленно прожевал завтрак и встал из-за стола, бросив ещё один взгляд на Эндрю, который выходил из столовой.       Оставив Жана одного Натаниэль вышел вслед за Миньярдом. Через полчаса начинались пары, а он так и не сделал домашнее задание по химии.

***

      Между химией и математикой образовывалось свободное окно. Через час закончится пара по психологии у Жана. Нейт обещал встретить его. А пока что, прихватив с собой пачку сигарет, Натаниэль отправился на крышу. Взобравшись по винтовой лестнице, он увидел на своём месте Эндрю. Блондин, как и в прошлый раз, сидел здесь, свесив одну ногу вниз. Бесшумно Веснински присел рядом, окидывая задумчивым взглядом горизонт.       — Ты снова здесь — констатировал факт Нейт.       Эндрю пожал плечами, молчаливо принимая сигарету из рук Натаниэля. Оставшееся время они провели в тишине. Молчать с Эндрю казалось чем-то…нормальным. Тишина, висящая между ними, не была давящей или неуютной. Она просто…была. И с этим ничего нельзя было сделать.       — Прекрати пялиться, — процедил сквозь зубы Эндрю. — Когда ты так смотришь, становишься похожим на моего ебанутого кузена.        Натаниэль удивленно заморгал, но через секунду придал лицу привычное равнодушное выражение. Да, кажется, он припоминал, что у Миньярда был кузен, который играл за команду лисов. Он впервые услышал, как Эндрю упомянул кого-то из своих родственников. Натаниэль задумался, как Эндрю оказался у Воронов, если в команде лисов играл его брат близнец и кузен?