Глава 2. Догадался, что сегодня будет?
23 августа 2022 г., 18:00
Проходит неделя с тех пор, как Антон узнает, что его новый физрук — его же парень. За это время, как назло, ставят четыре урока физкультуры вместо положенных двух. Павел Алексеевич говорит, что другие учителя заняты различными ВПР и пробниками для девятого класса. Шастун ходит на все уроки Арсения Сергеевича. Кажется, что он специально испытывает нервы мужчины. На каждом занятии Антон дерзит, грубит учителю и находит повод довести физрука до гнева в глазах и крика на весь спортзал. И если регулярное посещение Шастуном физры становится для одноклассников чем-то необычным и удивительным, то такое отношение подростка к педагогу является привычным.
Четвертый урок в конце недели становится последней каплей, когда Арсений Сергеевич терпит подобное поведение ученика.
— Шастун! — командует учитель, когда замечает, что подросток развалился на матах в углу спортзала. — Не хочешь вместе со всеми сдать норматив? У вас сегодня отжимания от пола.
— Неа, — отзывается парень, всё так же втыкая в потолок. — Вы видели мои руки? Я же ёбнусь на пол, как только приму исходное положение!
— Не выражайся! — учитель закипает. Арсений не любит, когда с ним так общаются. Тем более ему не нравится, что с ним так общаются при других людях, среди которых он является авторитетом как педагог. — Поднял свой зад и пришёл сдавать норматив.
Антон остается лежать на мате, игнорируя все приказы мужчины, отчего тот злится еще больше. Шастун знает, что получит за свое поведение только в следующую их встречу в квартире Арсения, а пока может расслабиться. Парень прикрывает глаза, все еще слушая недовольные крики физрука. Спустя несколько фраз возгласы затихают, и Антон открывает глаза, тут же вздрогнув.
Арсений Сергеевич стоит над ним и пристально смотрит в глаза. В синих глазах читается ярость и гнев. Антон готов спорить, если бы здесь не было лишних людей, то мужчина распял бы его прямо здесь — на этом старом мате.
— Встал и пошёл отжиматься, — чеканит каждое слово Арсений Сергеевич, сжимая в руках тетрадь таким образом, что костяшки белеют. — Не заставляй меня тащить тебя за ноги, — на тон тише, так, чтобы это услышал только Шастун, говорит учитель. — Ты знаешь, что я могу это сделать.
Антон тихонько сглатывает, чувствуя напряжение, исходящее от мужчины. Он смотрит прямо в глаза, и тело младшего пронизывает дрожь. Но он всё равно собирает в себе все силы и отвечает:
— Ставьте «незачет», — Шастун облизывает губы, дразня Арсения Сергеевича. — Я не поднимусь с этого места до конца урока.
— Хорошо, Шастун, — сдаётся мужчина, понимая, что привлёк чересчур сильное внимание к ним с Антоном.
Физрук уходит к большей части класса, которая ещё не сдала норматив, вызывая следующего ученика. Мужчина ловит секундомер, висящий на длинном шнурке на шее, и сбрасывает прошлые значения. Он уточняет у подростка его готовность к сдаче и после одобрительного кивка командует на начало, одновременно с этим нажимая кнопку на аппарате.
Арсений Сергеевич, отмерив до конца занятия ровно десять минут, строит весь класс, чтобы подвести итог и отпустить подростков на перемену. Антон, как и сказал учителю, лежит весь урок на матах и поднимается с него только в конце занятия на построение.
— Все, кто не согласен со своей оценкой за норматив, — громко говорит Арсений, и эхо разносится по всему залу, — могут попробовать на следующем занятии пересдать. Требования те же, что и сегодня.
— Если сдадим хуже, то можно будет оставить сегодняшнюю оценку? — спрашивает Дима.
— Конечно, — все довольно улыбаются, представляя ещё одну попытку на сдачу, — нет, — все улыбки сходят с лиц учеников, но зато проявляется у учителя. — Привыкайте ко взрослой жизни, вы уже не дети.
Весь класс хмурится, недовольный таким подходом педагога к пересдачам. Но никто больше не решается сказать что-то против.
— На сегодня все. Всем до свидания! — ученики прощаются с учителем и уходят в раздевалку. — Шастун, — обращается мужчина к «любимому» ученику, — жду у себя в тренерской.
Арсений Сергеевич в эту же секунду скрывается за дверью, а Шастун только сейчас понимает, что добился своего. Димка сочувствующе смотрит на лучшего друга, затем хлопает того по плечу и уходит в раздевалку. Он то ведь не в курсе, что для Антона физрук — не только учитель. Шастун тяжело вздыхает, но всё же плетётся в небольшое помещение к педагогу.
— Да, Арсений Сергеевич? — ученик делает акцент на имени-отчестве.
Физрук сидит за своим столом спиной к выходу из помещения. Мужчина не отводит взгляда от своих записей. Арсений выставляет оценки всегда сразу после урока, чтобы не забыть и потом не возиться с этим скучным занятием. Да и занять перемену чем-то полезным лучше, нежели просиживать это время в телефоне.
— Я занят, — строго говорит Арсений, отчего у Антона мурашки бегут. — Подожди.
Шастун тихо присаживается на стул рядом с учителем таким образом, что может видеть, как тот выставляет оценки.
— Я не разрешал садиться, — чеканит мужчина, не отрываясь от дела. — Встань.
Антон продолжает сидеть. Парень прекрасно знает, что здесь Арсений — учитель, поэтому не станет вытворять всё то, что может позволить себе делать в своём доме. Наверное, поэтому ученику не страшно. Наоборот, хочется раздражать мужчину своим поведением ещё сильнее.
— Встань, — вторит Арсений, закрывая журнал. — Я не намерен повторять тебе дважды.
Ученик сдаётся и покорно поднимается со стула. Он смотрит прямо в глаза Арсения Сергеевича, которые сейчас слишком холодны, почти что синие.
— Зачем ты позвал меня? — прерывает тишину Шастун. — Хочешь обсудить мою дисциплину на уроке? Если да, то я лучше…
— Заткнись, — командует мужчина, и младший затыкается. — Мне плевать на твою дисциплину, — чуть ли не плюёт физрук. — Мне не нравится, что ты подрываешь мой авторитет среди других, — Арсений обводит взглядом ученика, который несколько сжимается от столь холодного и приказного тона, — и за такое ты должен ответить.
— Когда? — Антон понимает к чему клонит Арсений, поэтому не теряет времени на лишние разговоры.
— Жду тебя в субботу к часу.
Антон прогоняет в голове планы на выходные. Как раз в эту субботу он учится до часу дня, а потом должен выйти на смену в магазин. Антон подрабатывает на выходных в ближайшем «К/Б», чтобы иметь хоть немного карманных.
— У меня смена, — тихо произносит парень, зная, что Арсений не любит отказов.
— Суббота, — чеканит мужчина. — Тринадцать ноль-ноль.
Внутри парня всё сжимается. Он отменяет уже четвёртую смену в магазине по разным причинам, но все они были уважительными. Администратор предупредил Шастуна, что если и в этот раз он не придёт, то ему придётся уволить школьника.
Антон продолжает смотреть на мужчину, надеясь, что тот сжалится и перенесёт встречу хотя бы на воскресенье. Но, кажется, Арсений настроен решительно.
— Пожалуйста, Арсений, — тихо скулит парень.
Мужчина встаёт со своего места и выходит из тренерской первым. До начала урока остается около десяти минут. За это время Арсений Сергеевич как раз успеет сходить до ближайшего автомата с кофе и приобрести бодрящий напиток.
— Да блять, — тихо ругается ученик, делая шаг на выход.
Другой класс уже вовсю оккупирует спортивный зал, а Шастуну ещё нужно забрать свои вещи из раздевалки. Поз, наверняка, уже ушёл домой. Физкультура стоит последним уроком, поэтому одноклассники Шастуна предпочитают не задерживаться в учебном заведении. Сам же Антон так же не хочет оставаться здесь хоть на секунду дольше положенного. Тем более что на следующий день предстоит трудная встреча с Арсением.
***
Уроки проходят быстро. Антон не понимает, с чем это связано: с тем, что в субботу у них обычно сокращённое расписание в связи с уменьшением времени на переменах, или с тем, что всё утро он проводит в раздумьях о предстоящей встрече с Арсением. С тех пор, как мужчина стал его физруком, они не встречаются в таком формате, а Шастун очень сильно доводит старшего на занятиях, не задумываясь о дальнейших последствиях. Антон уверен, что Арсений запомнил абсолютно каждое высказывание, каждую выходку ученика, и на встрече это всё обернётся боком для парня. Накануне Антон отменяет свою смену в магазине, после чего выслушивает гнев администратора, который на эмоциях, что ему сейчас негде найти желающего на работу, увольняет Шастуна. Парень спокойно переносит очередное увольнение и лишь упоминает, что зайдёт за трудовой вечером. Девушка что-то буркает в ответ и бросает трубку. После этого Антон ещё около часа лежит в своей кровати без возможности заснуть, потому что мать с отчимом собирают свою компанию и отмечают очередной никому неизвестный праздник. Антон вертит головой в стороны, приходя в реальность, когда звенит звонок, сообщающий об окончании последнего урока — биологии. Воспоминания о прошлом вечере не самые лучшие. Класс быстро собирает свои вещи и покидает кабинет под стихающие слова учителя, которые предупреждают о проверочной работе на следующем уроке. Антон пропускает это мимо ушей, так как в его планах никогда нет подготовки к урокам, а тем более к биологии, которая ему не нужна. Шастун прощается с Позовым у гардероба и забирает свою куртку. До оговоренного времени остаётся около пятнадцати минут, и за этот промежуток нужно успеть добежать до дома Арсения. А он, как назло, находится за несколько кварталов от школы. Антон срывается на бег, когда остаётся пять минут, а домов около десятка. Даже здесь Арсений заставляет парня заниматься спортом. Видимо, мстит за все сорванные уроки и потраченные нервы. Шастун прекрасно знает, чем грозит ему опоздание хотя бы на минуту. Как-то, ещё в самом начале их отношений с Арсением, Антон не успел вовремя прийти из-за проблем дома. Отчим снова устроил ему взбучку за какую-то небольшую провинность, поэтому парень пришёл на десять минут позже. В этот день Арсений использовал, кажется, весь свой арсенал секс-игрушек, каждой почти доводя парня до оргазма, но в последний момент отступал и ждал, когда Антон успокоится, чтобы начать свою пытку сначала. Шастун пробыл в таком состоянии несколько часов точно и твёрдо решил для себя: что бы ни случилось — больше никаких опозданий к Арсению! Парень судорожно набирает заветные цифры на домофоне и через секунду слышит характерный звук. Он дёргает подъездную дверь и вбегает внутрь. Остаётся минута и четыре этажа без лифта. Антон сдохнет, но предстанет перед Арсением вовремя. Антон нажимает на кнопку звонка как раз в тот момент, когда цифры на экране его телефона сменяются. Он сгибается чуть ли не в половину, чтобы устоять на ногах и хоть немного отдышаться. Именно в такой позе застаёт его Арсений. Мужчина молча возвращается в комнату, оставляя Шастуну открытую дверь. Антон быстро проскальзывает внутрь, плотно закрывая дверь квартиры. Парень бросает рюкзак на пол рядом с аккуратно расставленной обувью мужчины и скидывает свои кроссовки. Куртку цепляет за крючок вешалки. Шастун проходит в гостиную, куда несколькими минутами ранее ушёл Арсений. Мужчина стоит спиной ко входу в комнату, разглядывая что-то в окне. — У тебя пятнадцать минут, чтобы подготовиться, — не поворачиваясь к гостю, холодно произносит Арсений. — Одежда лежит в спальне. Антон молча разворачивается на пятках и скрывается за дверью спальни, чтобы забрать всё необходимое. Парень привык к такой процедуре. Арсений несколько помешан на чистоте, поэтому установил правило: перед каждой встречей у Антона есть немного времени на подготовку, а именно: принятие душа, полная подготовка к анальному сексу и в редких случаях бритьё. Сначала Шастун задавал много вопросов насчёт этого и даже обижался, так как думал, что мужчина считает его грязным, но затем принял эти правила. Даже нашёл свою выгоду — горячей воды дома давно не было, к Позу постоянно ходить мыться — не вариант, а Арсений назначал встречи парню довольно часто. Мужчина даже позаботился и приобрёл Антону собственные средства: шампунь, гель для душа, станки, мочалку. Не то чтобы Антон сам не может себе позволить такое… Антон не может. Хоть парень и не хочет зависеть от кого-то, однако в этой ситуации он бессилен. Шастун надевает те немногочисленные предметы гардероба и несколько раз крутится вокруг своей оси, чтобы разглядеть лучше. Одеждой назвать сложно: портупея с тонкими кожаными элементами, плотно прилегающая к светлой коже парнишки, очерчивает выраженные соски. В том же стиле красуется пояс на тонкой талии Антона, ведущий чёрными полосами к худым ногам. Железные крепления неприятно отдают прохладой на чувствительной коже. Кроме, ничего не прикрывающих, тонких линий натуральной кожи чёрного цвета в наборе Шастуна ничего нет. Время уже подходит к концу, а злить Арсения своей задержкой очень не хочется. Антон ещё раз окидывает взглядом себя с ног до головы, краснея от собственного вида, выдыхает и выходит из ванной комнаты в чём мать родила и небольшом презенте от мужчины. Парень юркает в спальню, принимая своё привычное положение на злосчастном жёстком ковре, после которого вновь останутся следы на коленях. Антон заводит руки за спину таким образом, что ладонь одной руки обхватывает локоть другой. Голову опускает вниз и закрывает глаза, погружаясь полностью во мрак и прислушиваясь к каждому шороху, дабы не пропустить шаги старшего. Арсений медленно заходит в спальню и улыбается: рад видеть покорного мальчишку. Он окидывает взглядом юное тело, украшенное портупеей, и закусывает губу. Шастуну к лицу абсолютно любой наряд, который только могли придумать. Мужчина всегда уделяет особое внимание эстетике: ему важно видеть красивую картинку перед собой. Арсений хочет испытать не только незабываемые эмоции от происходящего, но и визуально насладиться моментом. Мужчина подходит вплотную к Антону, проводя рукой по ещё влажным кудряшкам. Парень вздрагивает от неожиданности, так как не услышал до этого приближающихся шагов. Юноша прислушивается к каждому движению вокруг себя, чтобы впредь быть готовым ко всему. Шастун пытается сосредоточиться на действиях Арсения и предположить, что он сделает дальше. По правилам, которые они установили уже давно, открывать глаза нельзя до тех пор, пока мужчина не разрешит. Сначала было сложно, и Антон неоднократно нарушал этот пункт, но позже привык. Парень всем телом чувствует, как Арсений отходит от него и, судя по характерному тихому звуку, садится на кровать. — Сегодня я для тебя Арсений Сергеевич, — низко говорит мужчина, вызывая у парня волну мурашек. — Будешь отвечать за своё непослушание в школе. Антон остаётся сидеть неподвижно. Разрешение на ответ не дали. Мысленно парень отмечает, что Арсений слишком злопамятный и упёртый, раз тратит их встречу на такую мелочь как превознести образ учителя над учеником. В школе это сделать не получается, а собственное эго потешить необходимо. — Поднимись, — командует мужчина, и Антон повинуется. Парень медленно поднимается с колен, не распуская руки за спиной. Сделать это тяжело, но возможно. Будь Антон чуточку спортивнее и гибче, то этот процесс получился бы более плавным и эстетичным, но сейчас, на самом деле, не до этого. — Животом на мои колени, — продолжает Арсений и ладонями упирается в кровать позади себя, чуть отклонившись назад. Антон короткими шагами подходит к мужчине и нелепо забирается к тому на колени, упираясь выступающими рёбрами. Лёгкое дуновение в сторону и Шастун бы полетел на пол: ловкость — не то, чем он бы мог гордиться. В таком положении вообще гордиться нечем. — Опусти руки, — всё так же низко говорит мужчина. Парень безоговорочно выполняет сказанное, открывая вид на свою спину. На светлой коже отчётливее видны элементы аксессуара и по совместительству единственной вещицы на юноше. Антон уверен, что сейчас его щёки и уши ярко красные от стыда, неловкости и того, что дышать в таком положении крайне неудобно. — Догадался, что сегодня будет? — голос выдаёт ухмылку. — Порка, Арсений Сергеевич, — без доли сомнения отвечает парень. — Именно. Арсений ведёт пальцами по позвоночнику и останавливается в районе ягодиц. Он на пробу проводит рукой по нежной коже, а затем замахивается и больно ударяет, оставляя отпечаток ладони на половинке. Антон тут же отзывается на действие мужчины и всхлипывает, стараясь сильно не шуметь, помня, что Арсений это не приветствует без разрешения. — Твои предположения: за что такое наказание? Мужчина ведёт ладонью по второй половинке. Свободной рукой он накрывает поясницу юноши и крепко цепляется за бок, чтобы зафиксировать хрупкое тело. Антон молчит, думает. Арсений злится и оставляет след от своей ладони уже на другой половинке, получая сладкий слуху вскрик. — За моё неповиновение Вам, Арсений Сергеевич, — лепечет парень, прикусывая собственную руку, чтобы избежать очередного крика. Арсений наносит ещё один удар, но уже в качестве поощрения: он не грубый, скорее, игривый, отзывается приятной болью и слишком быстро покидает Антона. Следом за ним мужчина несколько раз оглаживает ягодицы, чуть сжимая их в большой ладони и выбивая тем самым тяжёлый стон парня. Антон шумно выдыхает каждый раз, когда тяжёлая рука мужчины со звонким характерным звуком опускается на саднящие ягодицы, лишь увеличивая жжение в этой области. Через несколько ударов, следующих друг за другом с минимальным интервалом, терпеть шлепки становится невозможно. Шастун сильно закусывает нижнюю губу, вскоре чувствуя металлический привкус. Парень всячески старается отпустить моральную боль, которую он ежедневно получает дома от родной матери и отчима, через физические увечья, которые наносит Арсений. Невольно слёзы начинают скатываться по щеке, попадая на штанину деловых брюк мужчины. В голове все мысли сбиваются в кучу, и хочется прижаться к сильному плечу человека, который решит все проблемы в жизни юноши. Но Антон не может позволить себе такое поведение. Ему нельзя. Шастун громко вскрикивает, когда Арсений ударяет сильнее обычного. Возможно, это лишь кажется подростку, потому что предыдущие шлепки оставили красный след на ягодицах парня, который отдавал болезненностью и сильной чувствительностью. Парень с превеликим удовольствием сел бы сейчас в сугроб, чтобы хоть немного унять жжение. — Вставай, — приказным холодным тоном произносит мужчина, убирая руку, которой придерживал парня. Антон осторожно поднимается на ноги, одновременно с этим вытирая солёные дорожки. Ноги ощущаются ватными, а кожа на заднице сильно тянет. Шастун едва удерживается на ногах, чтобы не рухнуть на чёртов ковёр под ногами. — Развернись, — Арсений пристально смотрит на мальчишку, а затем оценивает собственную работу. Мужчина доволен, парнишка получил по заслугам. Юноша чувствует себя униженным, но ничего не может сделать — таковы правила. Шастун закрывает глаза, думая, что таким образом он может скрыться от всего происходящего. Парень глубоко вдыхает воздух и медленно выдыхает, дабы пресечь подступающую истерику. И это отчасти помогает. — На сегодня с тебя хватит, — Антон облегчённо выдыхает. Он сомневается, что с такой тянущей болью выдержит ещё хоть что-то. — Мазь на тумбе, воспользуйся ей, чтобы мог сидеть в ближайшие дни. Шастун кивает головой, не задумываясь о том, видит ли мужчина. Спустя всего несколько мгновений он слышит за спиной хлопок двери, что может означать одно — Арсений вышел. Антон тихо всхлипывает и разворачивается лицом к двуспальной кровати мужчины, обращая внимание на тумбы рядом в поисках нужного тюбика. Несмотря на большую кровать, Арсений никогда не разрешает парню оставаться здесь на ночь. Мужчина обычно стелет ему на диване в гостиной, а в спальню пускает лишь для того, чтобы воплотить свои фантазии в реальность. Впрочем, Антон и к этому привыкает быстро. Всяко лучше спать в тишине и комфорте, нежели в тяжелой обстановке дома, когда за стеной, в соседней комнате, распивают алкоголь незнакомые люди. Антон осторожно наносит прохладный крем на раздражённую кожу, шипя от такого сильного контраста. Он оставляет субстанцию тонким слоем и даёт время впитаться, чтобы позже скрыть все следы под одеждой, оставленной в ванной комнате. Знал бы он, как закончится их встреча с Арсением, надел бы более свободные штаны, но нет, придётся страдать в ебучих скинни. — Собрался? — Арсений перекрывает выход из ванной, наблюдая за тем, как парень натягивает на себя толстовку размера оверсайз. — Мне уйти прямо сейчас? — язвит Антон, вернувшись в своё обычное состояние. — Я сделал чай с пирожными, — игнорирует вопрос мужчина, — и жду тебя на кухне. Арсений скрывается из вида. Антон ещё некоторое время стоит без движения, погруженный в свои мысли: как только он умудряется быть настолько разным в такой короткий промежуток времени? Десять минут назад он порол тебя, а сейчас заботится? Нет! Антону не нужна забота от него. И от кого-либо другого тоже. Юноша занимает свободное место за столом, которое облюбовал с первого дня своего пребывания в этой квартире, и чуть шипит от уже неприятной боли ягодиц. Чёрный сладкий чай уже стоит на столе, а рядом с ним большое блюдо с несколькими пирожными разных видов. Он берёт одно из них и откусывает чуть ли не половину за раз, запивая это тёплым напитком. — Спасибо, — с набитым ртом говорит Антон, а затем делает ещё один укус. — Это ещё не все, — загадочно улыбается Арсений, ставя свою кружку с кофе на стол. Мужчина достаёт откуда-то небольшую коробочку с красным бантом сверху. Антону она уже не нравится. Если это какой-то дорогой подарок, то Антон готов отказаться прямо сейчас. Несмотря на его тяжелую жизнь, он всего добивается своим трудом, а подобные подачки ему не нужны. — Что это? — настороженно интересуется парень, доедая десерт. — Открой и узнаешь, — мужчина протягивает подарок в руки Шастуна. Антон забирает коробку, подозрительно глядя на мужчина. Тот не перестаёт улыбаться. Юноша долго расправляется с бантом, случайно затягивая его ещё сильнее. Наверное, поэтому он и не любит подарки. Антон не умеет их ни упаковывать, ни открывать. С большим трудом, но уже ненавистная лента повержена. Шастун осторожно открывает коробку, опасаясь, что это может быть дурацкая шутка и сейчас из неё начнут вылезать разные твари, которых Антон жутко боится. Взору парня открывается ткань всегда актуального чёрного цвета. Кажется, это любимый цвет Арсения. Антон внимательно изучает содержимое упаковки, но ничего понять не может. Он поддевает ткань двумя пальцами и вытаскивает всё содержимое. — Что это? — вторит парень, непонимающе смотря на мужчину. — Нижнее белье. — Кружевное?! — не на шутку возмущается Антон, предполагая мысли старшего. — Именно, — мужчина вновь делает глоток терпкого кофе. — Ни за что, — отрицает парень, складывая вещь на место, и отставляет подарок подальше. — Да, Антон, — Арсению нравится наблюдать за эмоциями парнишки. — Хочу, чтобы ты был в этом в следующую нашу встречу. — Я не люблю всё это, — стоит на своём Шастун, цепляясь взглядом за ручку шкафа кухонного гарнитура. — Ты об этом знаешь прекрасно, но всё равно пытаешься навязать мне эти розовые сопли. — Мне плевать, — честно говорит мужчина, прожигая юношу взглядом синих глаз. — У нас уговор, ты об этом тоже знаешь, поэтому будь добр выполнять свою часть. Антон злобно зыркает на мужчину и быстро допивает свой чай. Арсений улыбается — он всегда добивается того, что хочет. И это не может не радовать эго мужчины. Перед уходом Шастун кидает подарок в свой рюкзак. В спорах касательно их отношений Антон всегда проигрывает. Чёртов Арсений продумал, кажется, даже самую малую деталь, а Шастун бездумно согласился на всё, поэтому сейчас вынужден мириться с этим.***
Антон закрывает дверь собственного дома. Ещё в подъезде он слышит громкие голоса Олега и матери — снова отмечают выдуманный праздник, к которому не имеют никакого отношения. Шастун скидывает рюкзак на пол рядом с не очень опрятной обувью и снимает куртку. Отчим выходит, держась за стену, чтобы не упасть. Его ноги путаются между собой, а внешний вид изо дня в день выглядит лишь хуже. Помимо отвратного облика, наверное, за километр от мужчины несёт перегаром, потом и сигаретным дымом, который, кажется, въелся в тело, и от такого «парфюма» избавиться принятием душа не получится. Антона тошнит от такого. Он с сожалением наблюдает за тем, как его родная мать скатывается до такого же состояния каждый день, но ничего поделать не может. Парень не в состоянии забрать женщину и уйти с ней, чтобы начать новую жизнь, так как его заработанных денег едва хватает на содержание самого себя на уровне выживания. Выгнать Олега из квартиры он тоже не может — несмотря на состояние мужчины, он всё же преобладает физически. Шастун подумывает над тем, чтобы ещё немного подождать до того момента, когда отчим будет совсем плох, и вышвырнуть того из дома. При условии, конечно, что мать его поддержит, в чём он сильно сомневается. — Отдавай всё, — неразборчиво говорит Олег, подходя к парню слишком близко. Антон кривится от аромата, исходящего от отчима, и делает шаг назад, дабы не выблевать пирожные на мужчину. — Я не ходил на работу, — цедит сквозь зубы Антон и движется в сторону своей комнаты. — Меня не волнует! — кричит мужчина и хватает куртку Шастуна, рыская по карманам в поисках наживы. Когда приходит осознание, что в одежде парня ничего нет, в ход идёт рюкзак. Олег хватает с пола вещь и долго мучается с молнией в связи со своим состоянием нестояния. Он раздражённо дёргает бегунок и открывает большой отдел. Внимание отчима привлекает белая коробка с красной лентой. Антон краем глаза замечает действия мужчины, и внутри всё опускается. «Будь ты проклят, чёртов Арсений, со своими подарками!» — проносится в голове парня. Шастун ещё несколько мгновений стоит не шевелясь. В это время Олег срывает с коробки красный декор, при этом портит внешний вид упаковки, сминая углы, а затем берёт в руки содержимое. Он пристально разглядывает элемент одежды, крутя его в руках, пытаясь сфокусировать пьяный взгляд и понять, что он держит. Антон приходит в себя только, когда чувствует на себе разъярённый взгляд отчима. Он кидается в сторону межкомнатной двери, чтобы запереть её, но ему не хватает каких-то несчастных пары секунд — рука Олега не даёт этого сделать. Мужчина всем весом напирает на дверь, отчего Антон неохотно отступает. Парень испуганно смотрит на отчима. — Что это, блять? — Олег трясёт нижним бельём перед лицом парня, отчего младшего охватывает панический страх. Он и слова вымолвить не может в свою защиту или оправдание. Отчим замахивается и ударяет Шастуна куда придётся. Рука попадает точно по немного оттопыренному уху Антона. Парень невольно отклоняется попутно движению руки и чувствует невыносимую боль в этой области. Он хватается рукой, быстро ощупывая всю зону поражения, чтобы оценить масштабы. Кровь не чувствуется — это радует. — Денег у него для отца нет, а для какой-то хуйни есть? — следует ещё один удар, и Антон не может устоять на ногах. Парень падает назад, цепляясь спиной за борт кровати, из-за чего останется большая гематома. Антон корчится от боли, но не издаёт и звука — научен опытом, к сожалению. Парень опускается на пол, и даже удар о поверхность не кажется чем-то сильным, нежели очередной удар от отчима. В ход идут ноги, потому что опуститься на уровень парня Олег не в состоянии. Антон сворачивается, прижимая ноги к груди и закрывая руками голову. — Или ты, сука, для себя это? — ещё один пинок куда-то в область рёбер. — На трассу решил пойти? Там таких не любят. Антон зажмуривает глаза до белых точек, чтобы хоть немного отогнать мысли о боли. Парень в очередной раз пытается отпустить ситуацию и просто переждать. Стоит потерпеть немного, и всё это закончится. Шастун не замечает, как слёзы уже безостановочно льются из глаз, а лежать бесшумно становится невыносимо. Хочется очень громко кричать, чтобы кто-то услышал это и спас его. Только вот никто не придёт — в современном мире никому нет дела до других людей. И Антон убеждается в этом на собственном примере. Олег вымещает всю свою злость на еле живом пасынке, а после уходит из комнаты, перед этим смачно плюнув на беспомощного парня. Антон не сразу понимает, что удары и пинки больше не поступают. Он лежит неподвижно ещё несколько минут, закрывая лицо — даёт волю эмоциям, которые выходят солёными дорожками. Шастун с трудом разгибается: всё тело сковывает невыносимая боль. Парень мысленно просит высших существ об одном — лишь бы все кости остались целы. Проблем с полицией ему не хочется, а в случае обращения в больницу с такими травмами это неизбежно. До совершеннолетия остаётся чуть больше месяца, который нужно пережить в этом аду, а потом он сбежит прочь, чтобы наконец начать жить. На ватных ногах, скуля от боли при каждом шаге, Антон пробирается в ванную, чтобы умыться и привести себя в порядок. Обработать раны не представляется возможным, разве что холодной водой. Об аптечке и речи не идёт в этом доме. Шастун тратит на эту процедуру около часа: только успокоившись и собрав мысли в кучу, одно неловкое движение вызывает дикую боль во всём теле, а она, соответственно, новую порцию слёз и истерику. Антон ещё долго ищет удобное положение, чтобы заснуть: то рука болит, то спину невыносимо тянет, что хочется выть, то зад неприятно саднит. Парня немного успокаивает то, что предстоящий день — выходной. Из магазина его уволили, поэтому смену брать не нужно, а подработка обычно бывает разовым предложением. Если на утро Шастун сможет подняться с кровати, при этом не рассыпавшись на куски, то обязательно что-нибудь найдёт.
Примечания:
Моя группа в ВК: https://vk.com/lakkinatfanfics
Немного о моих работах, жизни и разных мелочах. Заходи — будет интересно!
