Поцелуй в загородном доме

С начала летних каникул Питер начал писать дневник, записывал все свои мысли насчёт дяди, выливал всю злость, страх и переживания на листы блокнота. Прятал его под кровать, накрывая старой растянутой футболкой ибо тратить силы на скрытые чары он не хотел. Первая неделя жаркого июня шла безумно медленно и не без приключений. Лиса довела дядю в первый же день пребывания в его доме, да так что теперь недалеко от особняка был выжжен километр леса. Естественно Адам в первую очередь потащил маленькую в библиотеку, где загрузил столькими книгами, что Алису не было видно из-за них. Дав срок в неделю на их изучение он оставил девочку и наконец занялся племянником. Питер же этому был очень как рад, так рад, что думал как бы притвориться мёртвым. В первую очередь Адам вывел парня на дуэль, дабы посмотреть чему эти бесполезные профессора сумели его научить. Как выяснилось многому, но не тот уровень, чтоб дядя с восхищением смотрел на племянника. Увидев все запасы умений паренька, мужчина попросту сорвал свой гнев на несчастном парнишке. В свою комнату Питер вернулся ползя в прямом смысле слова. Ноги были ватными от усталости и пустого резерва магической энергии, руки и туловище дрожало от количества синяков и ударов, а голова раскалывалась от злости, что дядя выбрал его в роли груши для битья. Попросту упав на кровать в грязной, пыльной, местами окровавленной одежде, Питер тут же заснул, скорее даже не заснул, а потерял сознание. Проснувшись утром парень лежал пару минут с закрытыми глазами ожидая ноющей боли и тяжести во всем теле. Но её не оказалось. Подняв веки он ощутил, что лежит на кровати под одеялом, переодетый в домашнюю чистую одежду, а на теле было не единого синяка. Осмотрев комнату, взгляд упал на висящие вчерашние вещи в чистом состоянии. Парень долго сверлил взглядом стену и туго соображал, что единственный человек в доме, кто мог это сделать, был дядя. На лице парня красовалась небольшая ухмылка, а мозг пытался принять заботу от грубого дяди. Началось обучение Алисы. Адам планировал потратить на девчонку минимум месяц, максимум полтора месяца, но учитывая, что книги данные ей она не прочла, обучение затянется. Питер всегда присутствовал на их занятиях, боялся что Алиса психанет на любое грубое замечание, а дядя от этого подождёт не только лес, но и девочку вместе с ним. —Попробуй ещё раз, — пробасил дядя, в сотый раз показывая девочке как из тёмной сферы, сделать светлую. — Да не могу я, — с истерикой в голосе завопила она и отпустила сферу и вовсе. В глазах мужчины начали плясать огни, хищно оскалился, а руки сжались в кулаки. Вот-вот и девочки не будет на этом свете, поэтому вмешался Питер, до этого сидящий под деревом. Но упертый характер девочки не вписался в его планы, она уже много раз пожалела, что согласилась ехать с Питером и его чекнутым дядей. Много раз пожалела, что вообще связалась с этим злым и жестоким мужчиной. Пожалела, что умоляла Питера помочь ей с магическим силами. Парень бежал за девочкой, пытаясь остановить ее, облагоразумить, утешить. — Да отвали ты от меня! — из девочки вырвался истошный крик, а из рук вырвалось нечто. Питер не успел даже сделать вдох и понять, что с ним случилось, как оказался прижатым к земле Адамом. Лицо парня горело алым пламенем, а на щеку капало что-то тягучее. Открыв глаза он увидел дядю, нависшим щитом над ним. Из его ладони текла кровь, скатываясь до локтя и оттуда капая на лицо Питера. На лице дяди выступала гримаса бушующей боли. В голове у Питера гудели сотни, тысячи мыслей. Алиса, маленькая девочка, убила бы его, если бы дядя не толкнул его на землю, и не накрыл бы собой. Наконец их взгляды встретились, Адам увидел в глазах парня страх и ужас, осознание, что тот чуть не погиб. Питер же наоборот осуждающий взгляд, в глазах дяди так и читалось «Зачем ты полез?» Когда жаркие переглядки закончились, Адам наконец заговорил: — Живой? — Вроде, да, — прохрипел парень, горло дико жгло, язык не слушался, хотелось безумно пить, — только говорить больно. — Не смей шевелиться, у тебя сильный ожог, — поднимаясь, Адам вытер о рубашку окровавленные руки и направился туда, где была Алиса, — Я сейчас вернусь. Хоть пальцем пошевелишь, лично поджарю. До парня лишь долетали звуки ломающихся веток под ногами дяди. Парень ни одной клеточкой тела не чувствовал боль, и не понимал необходимости не двигаться, только лицо пекло и все. Питер все же решил ослушаться дядю и приподняться, чтоб увидеть что случилось с её подругой. Да, Питер все ещё считал её своей маленькой подругой. Она ни в чем невинный ребёнок, не умеющий контролировать огромную силу. То что увидел парень повергло его в шок. Над опушкой леса в воздухе висела его подруга в неком пузыре, который переливался от угольно чёрного до почти белого. Внутри шара кроме девочки было ещё нечто, что-то быстро двигающееся, пытающееся выбраться наружу, ударяясь об стенки шара. — Ты несносный мальчишка! — прошипел голос дяди. Питер так увлёкся рассматриванием шара, что вовсе пропустил момент, когда дядя подошёл так близко. — Я кажется строго на строго запретил тебе вставать. Ты когда будешь думать головой? — Но у меня ничего не болит, — опираясь на руках парень смотрел на дядю снизу вверх. — Естественно ничего не болит. У тебя болевой шок, глупый ты мальчишка, — зарычал зверем Адам, присев рядом с племянником, а следом рывком поднял его на руки и понёс в сторону особняка, — Честное слово, Питер, ты меня доведешь своим непослушанием и я тебя хорошенько выпорю. Да так, что сидеть неделю не сможешь. —А как же Алиса? Что с Лисой? Мы должны ей помочь, — Питер задергался на руках у дяди в попытках соскочить и побежать вытаскивать маленькую. — А ну живо угомонился! Если ты сейчас же не прекратишь сопротивляться, я за себя не отвечаю, накажу так, что бояться меня будешь! Мужчина прижал парня к себе настолько сильно, что у него самого ребра затрещали. Он был не готов сейчас отпускать Питера от себя ни на шаг, тем более к неконтролируемой девчонке. — Да я, блять тебя и так боюсь! — парень с силой укусил мужчину за плечо, — Пусти меня! Адам был непоколебим, несмотря на укусы племянника, он продолжал уверенными шагами двигаться домой. — Ненавижу тебя! — продолжал кричать Питер, тело налилось злобой к дяде, хотелось высказать все что накипело, руки сжал в кулаки и стал быть в грудь дяди настолько сильно, насколько только хватало сил, из глаз потекли слезы. Это были слезы отчаяния, — Это все ты виноват, ты дал ей эти чёртовы силы! Из-за тебя мама уже столько лет в ужасном состоянии! Из-за тебя я не могу с ней видеться! Из-за тебя папа… Парень сильно ударился спиной о землю и тут же скрючился от боли, кашляя из-за сорванного голоса. Адам взбешенно рыкнул ругательство и сдавил горло парня обеими руками, перекрывая доступ к кислороду. — А теперь слушай сюда, ты ебаный истерик. Твоя блондинка вышла за грани моего заклинания, и этому я уж точно не могу её научить. О твой матери я не буду говорить с тобой в таком историческом состоянии, — только когда Питер стал дёргаться в судорогах от недостатка воздуха, Адам ослабил хватку, — И мне нужна твоя живая задница, а не какая-то девчонка сиротка. Наконец отпустив шею и дав Питеру сделать вдох полной грудью, Адам снова взял подростка на руки и продолжит путь. Питер с болью закусил нижнюю губу, слизывая проступившую кровь, обнял дядю руками за шею, ему оставалось только сдаться. Слезы продолжали безмолвно бежать по щекам, а парень начал ощущать жгучую боль на плечах и груди. Похоже болевой шок начал утихать и болевые рецепторы тела возвращались в норму. — Тем более, что я ни на шаг не могу подойти к малолетке из-за тёмной энергии вокруг неё. Обещаю, Питер я вернусь к ней, только сначала я помогу тебе. *** Открыв дверь с ноги, Адам внёс подростка в дом. Слезы на щеках парня высохли, оставив после себя неприятное ощущение на коже. Питеру было все равно, куда дядя его несёт и что будет с ним делать, его тело горело, горло болело от криков, лёгкие обжигало от недавно перекрытого кислорода, а эмоции вовсе выгорели. Наблюдать за реальность Питер начал только, когда его тело коснулось мягкой кровати. Осмотревшись по сторонам он понял, что находится в комнате дяде. Комната была в полумраке, бархатные шторы плотно задернуты, лишь горел небольшой огонечек запущенный дядей. А сам мужчина вышел из комнаты, скинув с себя мешающую ему одежду. Было немного времени осмотреть комнату, куда доступ много лет был закрыт. Нет конечно Питер однажды был в комнате дяди, но мало что помнит. Этот случай был, когда Питеру было всего 6 лет, он сильно заболел и дядя позволил ему спать вместе с ним, но на утро все равно оказался в своей постели. Мебель была выполнена полностью из тёмного дуба с интересными узорами, вручную выструганными мастером. Ничего необычного в комнате не было: большая двуспальная кровать с красным атласным постельным бельём, широкий письменный стол, заваленный кучей бумажек, шкаф и камин. Камин был мечтой мальчика, он знал о его существовании в доме, но никогда не мог к нему прикоснуться. Да и самого Дома упрашивал поставить ему в комнату камин, но тот опять же не шел на поводу. Пока мальчик был погружен в воспоминания и свои мысли в комнату зашёл Адам с подносом склянок с разными мазями, настроями и зельями. —Ляг, — голос дяди снова был до боли уставшим, создавалось ощущение, что он не спал больше месяца. Питер решил не спорить и так уже сильно поругались. Он послушно упал на подушку и продолжал наблюдать за размеренными движениями рук мужчины. Затем осмотрел его с головы до ног. Волосы были растрепаны, на лице проступали капельки пота, белая рубашка в красных разводах от крови. —Приподымись немного, я помогу тебе раздеться, — Адам сел на край кровати и протянул холодные руки к краю футболки Питера. Парень приподнялся на локтях, ощущая как кожа на груди печёт при каждом его движении. Он зашипел от боли, сжимая одеяло когда, футболка попросту не отлипала от кожи. Запекшаяся кровь пропитала ткань и намертво прилипла к открытой ране. — Тише, не дергайся, — уже с тихой интонацией говорил Адам, и аккуратными движениями стал отлеплять футболку, дабы не доставить больше боли мальчику. Питер сцепил зубы и лишь немного постанывал от неприятных ощущений. Естественно футболка как только отделилась от кожи, была попросту сожжена в руках дяди. Адам выдавил немного мази на руки и с осторожностью прикоснулся к обожжённой коже. Питер скривился от боли, из его рта то и дело выходили стоны, а иногда и крики. — Потерпи ещё немного, — продолжал свои манипуляции над несчастной кожей паренька, уже нанося мази на саму кожу. Закончив мужчина дал немного времени впитаться мази в кожу и отдохнуть племяннику, сам в это время снял окровавленную рубашку и отправил следом за футболкой. Питер лежал на кровати приводя дыхание в порядок, заострил внимание на обнажённом дяди возле шкафа. Широкая спина с грубой кожей и парочкой глубоких шрамов вдоль и поперёк позвоночника. Рука невольно потянулась в сторону мужчины, а в голове жгучее желание прикоснуться, провести пальцами по всем выступающим шрамах. Питер успел вовремя одернуть руку до того, как дядя повернулся к нему лицом. — Как самочувствие? — бросая черную рубашку на край кровати и снова подходя к подносу спрашивает Адам — Уже лучше. Не вериться, что пару минут назад выгибался тут от дикой боли, спасибо, — даже немного покраснев, Питер не мог отвести взгляда от обнажённых рук, плеч и спины дяди. Когда тот наконец сел рядом с ним, на глаза бросились алые следы зубов на плече. Некоторые такие глубокие, что Питер сам удивился силе своих зубов. Стало даже немного стыдно. Дядя ведь действительно все делает ради него, особенно после потери отца. Он протянул руку и коснулся своих следов, ласково, еле-еле касаясь подушечками пальцев. Его руку резко убрали, прижимая к кровати. — Не надо меня трогать, — грубо рыкнул Адам и схватив за запястье дёрнул паренька вперёд, отрывая туловище от постели. — Сиди, пока я не закончу. Выпьешь зелье и ляжешь спать. Все ясно? Парень сумел только кивнуть, и покорно ждать пока чужие руки обматывают его грудную клетку эластичными бинтами. — Завтра утром сниму повязку и будешь как новенький. Кожа может немного печь, но ничего потерпишь, — размазывая у себя на плече ту же мазь, что мазал Питеру, Адам параллельно налил зеленоватую жидкость и безмолвно приказал выпить. — На вкус отвратительно, — сделав небольшой глоток, скривился Питер. — Питер, не доводи меня. Я тебя сейчас опять прижму к кровати и волью через силу, — надевая рубашку и следом плащ, снова прорычал Адам Парню только и оставалось, что заткнуть рвотный позыв и влить в себя через силу все разом. — Вот и молодец, а теперь лежи и отдыхай, — с этими словами, выходя из комнаты, мужчина щёлкнул пальцами и огонё к под потолком погас.