Кости всегда говорят правду

Флешбек Детский смех… Веселые крики… Везде кругом улыбки маленьких детей. День в детском саду начинался как обычно. Милый озорников приводили их родители и оставляли на попечительство воспитателю детского сада. Сандроп обожал видеть новые лица в своем уютном уголке радости и веселья. Он мог бы целый день на пролет играть с ними в игры, устраивать кукольные спектакли, делать веселые поделки из разноцветной бумаги и клея с блесками. О, а как он был счастлив, когда эти милые звездочки лезли к нему обниматься. Его лучистая голова в такие моменты вертелась вокруг своей оси с бешеной скоростью, ибо так он был счастлив. И конечно же, нельзя было забывать про отдых. Маленьким детям в их возрасте он особенно необходим. Тогда на территории детского сада гасили свет, и перед детьми возникал уже другой воспитатель. Всеми известный брат близнец, который делит с Сандропом его тело и разум, вторая половина и вечный компаньон, Мундроп. Лунный аниматроник всегда очень трепетно относился к тому, чтобы все дети «ночью» спали. Поэтому он тщательно следил за тем, чтобы, когда погас свет, все звездочки ложились спать в свои кроватки, и видели прекрасные сладкие сны. А если воспитателю попадались особенно непоседливые дети, то такие получали особенное угощение: знаменитые лунные конфеты. Эти сладости содержали в себе особый компонент, который очень быстро погружает ребенка в сон. Действие от конфет длится не очень долго, но этого времени вполне хватает, чтобы дети отдохнули и набрались сил. В те моменты, когда все дети крепко спали, а порядок в детском саду был наведен, воспитатель обычно занимался тем, что садился в позу лотоса и уходил в себя, буквально. Есть у этого аниматроника одна хитрость, или точнее, одна очень интересная функция. Поскольку в его теле сосуществуют сразу две личности, то увидеть друг друга в реальности им не судьба. Поэтому в их систему была включена функция, так сказать, «Общей комнаты». Это место в их разуме, где нет ничего, но при этом там могут встречаться одновременно две личности и обсуждать свои насущные вопросы. Сандроп и Мундроп периодически встречаются в этом месте и разговаривают друг с другом о том, что произошло с ними за день или ночь. И пускай, пока один из воспитателей функционирует, другая его половина может проводить время в этой комнате, либо же просто отдыхать, ожидая своей очереди. Была у этих аниматроников и другая не менее важная функция. Они могли ощущать чувства друг друга. Могли читать мысли. Знали, у кого в какой момент, какое настроение. И если одному из них было плохо, по той или иной причине, то они могли вдвоем оказаться в общей комнате, чтобы утешиться компанией друг друга. Так и продвигались их трудовые дни. Сандроп отвечал за дневное время, а Мундроп за ночное время. В коротких перерывах они либо делали уборку, либо посещали общую комнату для разговоров. Однако время шло, и Сандроп стал замечать за собой странное поведение. Ему все больше и больше хотелось проводить времени с детьми. Бывали моменты, когда ему приходилось прибегать к хитростям, лишь бы провести все больше времени с маленькими непоседами. Ему все чаще хотелось их обнимать, тискать, укачивать на руках. Но больше всего, ему не хотелось их отпускать. В те минуты, когда за детьми приходили их родители, Сандроп становился все более печальным. Он чувствовал себя опустошённым. Ему словно казалось, что он теряет частички себя. Ему так не хотелось оставаться одному. Бывали моменты, когда он стоял посередине пустого детского сада, без конца укачивая на руках плюшевую игрушку. Он так желал, чтобы она ожила и поговорила с ним. Он так хотел, чтобы рядом был кто-то, кого бы он мог обнимать и любить. Чтобы был тот, о ком бы он смог заботиться все время. Ведь маленькие дети всегда приходят и уходят, оставляя его одного посреди большого и пустого детского сада. Так продолжалось день за днем, пока однажды в один момент, брат близнец Сандропа не выдержал. В тот день, все было как обычно: все дети ушли, а Сандроп сидел на своем балконе в позе лотоса, погружаясь внутрь себя, чтобы посетить их с братом общую комнату. Там его уже поджидал Мундроп. «Ну что, Солнышко, как прошел твой рабочий день?» Пускай Сан и Мун были противоположностями, они очень сильно любили друг друга, и всегда старались заботится и подбодрить своего брата, если одному из них было грустно. «Все так же, Мунни, все так же…. Дети пришли, мы поиграли, нам было весело. А потом в конце они все ушли, и я снова остался один в этой комнате.» - Сандроп печально вздохнул. «Но ты же не один, у тебя же есть я. Я всегда рядом, если тебе захочется поговорить. Ты же знаешь об этом…» «Да, я знаю. Поверь, знаю. Однако я не об этом…» «Не об этом?» - Спросил удивленно Мундроп и сел поближе к своему брату. – «А о чем же тогда?» «Эх, Мунни, понимаешь, я… Я… Мне одиноко брат. Мне очень одиноко. И дело не в тебе. Мне грустно от того, что дети каждый день приходят в наш веселый детский сад. Я вижу, как они смеются, как улыбаются. Мне приятно с ними играть. Мне приятно заботиться о них… Понимаешь?» «Да, я понимаю тебя… Ну, так в чем же дело тогда?» «А дело в том, что они потом каждый вечер уходят, оставляя меня здесь одного… В такие моменты мне бы хотелось, чтобы рядом был кто-то, о ком я смог заботиться, и кто бы ни ушел от меня…. Вот бы был здесь кто-то, кого бы я смог кормить, одевать, ласкать, укачивать на руках, и конечно же укладывать спать…. Понимаешь, я пробовал делать это с куклами, как бы играя с ними в «Дочки матери», но все это оказалось не тем. Нету той искры, что я так желаю получить. Нету того тепла, что мне так не хватает…. Вот поэтому я и грущу, Мунни.» Мундроп на минуту задумался. В его и без того красных глаз вспыхнул огонек коварства и тщеславия. «Значит, братишка, тебе не хватает внимания, да? В тебе бушуют нежные чувства, и ты бы хотел их кому-нибудь передать…. Значит, тебе нужен тот, о ком бы ты смог позаботиться. Кто-то маленький, миленький, тепленький, и бесспорно нуждающийся в ласке и заботе от кого-нибудь, вроде тебя…» «Эх… Да… Мне бы нужен был кто-нибудь именно такой. Я бы отдал ему всю свою любовь и заботу. Ласкал бы его каждый день. Проводил бы с ним каждую свободную минуту…. Но вот где же такому взяться?» Сандроп продолжал печально вздыхать. Все эти разговоры еще больше наполняли его механическое сердце тоской и грустными мыслями. «Как это где, Санни? .... Их же у тебя полно…. Каждый день приходят к тебе такие маленькие и миленькие детишки. Каждый из них был бы рад ощутить на себе всю нашу любовь и заботу…» Сандроп был так поглощен своей тоской, что почти перестал следить за ходом разговора. «Да, Мунни, наши юные звездочки просто прелесть. Я бы любого из них наградил своими теплом и чувствами… Любого…» Мундроп при этих словах заметно оживился. Его глаза засияли еще ярче. «Получается, что ты согласен со мной?» «Согласен с чем, Мунни?» «Взять одного из наших юных звездочек себе на воспитание…. Ты только представь себе: после долгого трудного дня ты будешь возвращаться в свою комнату, а там тебя будет ждать он, милый маленький комочек радости, который любит тебя всем своим сердцем. Ты сможешь заботиться о нем. И все будет именно так, как ты того и хотел…. Санни, поверь, это твой шанс… У тебя всегда будет друг, и ты никогда больше не останешься один…» Сандроп молча слушал разговор Мундропа. Постепенно его слова стали доходить до процессора Сандропа. Солнечный воспитатель вскочил на ноги и в страхе отошел от Мундропа. «О чем ты говоришь? ... Мунни, ты хоть представляешь, что ты предложил? .... Это же похищение… Так нельзя поступать, это неправильно…» «Ну почему же? … все вполне правильно… да и мы с тобой сможем прекрасно позаботиться о ребенке, ничуть не хуже его настоящих родителей… Меня знаешь ли тоже зацепила эта идея с ребенком и воспитанием… так что я не против завести одного… Что ты на это скажешь, братишка?» «Скажу, что тебе срочно нужен техосмотр… вот что, я отказываюсь в этом участвовать… Да, мне одиноко, и мое сердце рвется от того, что мне некого прижать к себе... НО Я НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ СОБИРАЮСЬ ПОХИЩАТЬ ЧУЖИХ ДЕТЕЙ!!» Мундроп стоял и молча смотрел на своего брата. Его глаза светились не добрым светом. Ему явно не понравилась реакция Сандропа на его предложение. «Ну что же, Санни… Мой милый братишка… Прости, но ты не оставил мне иного выбора…» Мундроп с грустью опустил голову, а после поднял руку и щелкнул пальцами. Внезапно из ниоткуда налетели черные цепи и опутали с ног до головы солнечного аниматроника. Сандропа с силой опустили на колени. Его всего трясло. Он был напуган. «Мунни, что ты делаешь? .... Пожалуйста, отпусти меня!» «Извини, братик, но так будет лучше для тебя… Для нас обоих… Это просто мера предосторожности… Чтобы ты не смог мне помешать, когда я буду брать контроль над нашим телом… Поверь, я делаю все это только ради нас… Ради тебя… Я устал видеть тебя несчастным. И если ты не забыл, то я ощущаю все твои эмоции… Мне больно видеть, как ты страдаешь… Но не волнуйся… Я обещаю тебе, что скоро твои страдания закончатся… В следующий раз, когда погаснет свет во время сон часа, и я вновь возьму верх над телом, уж тогда наша жизнь измениться… Я выберу самого лучшего ребенка из толпы, и мы будет заботиться о нем всю нашу жизнь. И можешь мне поверить, что никто у нас его не отнимет. Он будет с нами ВЕЧНО!» Сандроп пытался вырваться из цепей, но все было бесполезно. «Ты сумасшедший! .... Это же ребенок, а не игрушка… Его будут искать родители. К нам нагрянет полиция и администрация… И если они узнают о том, что мы похитили ребенка, то нас обоих отправят на свалку… Мы оба погибнем из-за тебя!» «О, братишка, не драматизируй… Оставь свои эмоции для кукольного спектакля… Уж мне то ты можешь не врать… Я знаю все, что ты чувствуешь… Тебе же самому хочется, чтобы у меня все получилось, верно? … Да и не стоит нам с тобой переживать … В это здание каждый день приходят толпы людей. И маленькому ребенку потеряться в таком месте проще простого… Да и никто нас с тобой не заподозрит… В конце концов, мы же воспитатели, и наша задача заботиться о детях… Никто на нас ничего и не подумает… Так что будь уверен, у меня все получиться, и в следующий раз, когда свет снова погаснет, я обязательно выберу нам с тобой самого милого малыша, которому больше всего нужна ласка и забота… И можешь быть уверен: я ни за что и никому не отдам этого ребенка … Он будет только наш… Только наш!» И с тех самых пор свет в детском саду было строго на строго запрещено выключать свет. Сандроп тщательно следил, чтобы ни один ребенок не игрался рядом с выключателем, а иначе может выйти Мундроп и утащить одного из этих милых звездочек. Сандроп не хотел, чтобы это случилось. Он так стал бояться своего брата, и того, что он мог с ними сделать. Сандроп даже перестал посещать их общую комнату, чтобы не встречаться с братом, и чтобы он ненароком не взял контроль над телом. Теперь воспитатели стали врагами друг другу. И пусть они все еще любили друг друга, их взгляды на мир сильно поменялись. Сандроп старался обезопасить детей от своего брата, а Мундроп старался выждать подходящий момент, чтобы снова завладеть телом в присутствии детей, и взять в свои цепкие объятия самого одинокого ребенка, которого они бы смогли одарить своим вниманием. Мундроп ни перед чем не остановиться, пока не достигнет цели. Он обязательно поймает ребенка. Это был лишь вопрос времени… Времени дня и ночи…