Две жизни подряд

Сакура готовилась к этой ночи несколько месяцев. Она не могла убивать. Восьмилетний ребёнок — даже с памятью взрослого шиноби — не вырежет целую организацию. Но она могла сделать кое-что другое. Данзо держал своих людей через страх, манипуляции и печати, блокирующие волю. Сакура не умела снимать такие печати. Но она знала, кто умеет. Вопрос был в том, как проникнуть в подземелья Корня незамеченной. Она изучила все входы и выходы, графики патрулей, места, где слабее всего охрана. Помогали воспоминания из прошлой жизни — тогда, после смерти Данзо, часть подземелий вскрыли. Она помнила карту. В полночь она проскользнула через старый дренажный туннель, о котором забыли даже Анбу. Её чакра была подавлена до минимума — никто не должен был её почувствовать. Внутри было темно, сыро и пахло кровью. Она двигалась быстро, останавливаясь только в тех местах, где знала: здесь камеры. Детей держали в разных блоках — по возрасту и способностям. Сай тогда был примерно её ровесником, но Сакура не искала его специально. Она искала всех. Первый блок. Маленькие дети, некоторые даже не умели говорить. Они сидели в клетках, как звери, и не плакали — их уже отучили. Сакура сжала кулаки и пошла дальше. Ей нужно было найти архив. Данзо вёл записи обо всех своих операциях, агентах, экспериментах. Сакура не могла уничтожить Корень силой — но могла уничтожить его секретами. Она нашла архив в самом глубоком подвале. Свитки, печати, списки имён. Всё, что Третий Хокаге должен был увидеть, чтобы наконец понять, кого вырастил под носом. Она взяла не всё — только самое важное. Печати на языках агентов, приказы на убийства союзников, планы переворотов, эксперименты над детьми. А потом она сделала то, чего никто не ожидал. Она оставила улики. Утром кабинет Хокаге был завален анонимными донесениями. Кто-то — никто не знал кто — прислал копии секретных документов Корня. Третий Хокаге вызвал Данзо. Данзо всё отрицал. Но улики были слишком явными. Пришлось вмешиваться совету старейшин. Данзо отстранили от должности. Корень расформировали. Детей — тех, кто ещё не превратился в бездушных убийц — отправили в приюты и обычные отряды. Сай попал в команду к Какаши. А потом — к Асуме. Он учился улыбаться, не потому что ему приказывали, а потому что рядом оказались люди, которые показывали, как это — быть человеком. Сакура не рассказывала об этой ночи никому. Даже Саске. Особенно Саске. Прошло много лет. Иногда ей снились те подземелья. Дети в клетках. Запах крови. Тишина — никто не кричал, никто не просил о помощи. Их уже отучили. Она просыпалась в холодном поту и думала: я спасла их. Но сколько я не успела? Ответа не было.